А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Ностальгия" (страница 12)

   – Раздумал…
   – Друзей боишься?
   – Никого не боюсь, зуб даю!
   – Ладно… Последняя возможность помочь вам исчезла.
   Андрей не удержался от комментария:
   – Антон, молодец, что не подписал! С чувством глубокого неудовлетворения мы отказались сию бумаженцию подписывать.
   Иван Иванович покраснел от злости:
   – Ах, так? Продолжаете ёрничать над системой?
   – Хотите услышать анекдот? – спросил Андрей.
   – Так, еще антисоветские анекдоты будешь мне в КГБ рассказывать?
   Андрей пожал плечами:
   – Могу и не рассказывать… А чего мне бояться? Хуже не будет.
   – Именно – хуже не будет, а лучше не станет! Ну, давай рассказывай, я магнитофон включу, запишу твои слова.
   Вася попытался остановить друга:
   – Андрей, может, прекратишь…
   – Нет! – жестко ответил Андрей.
   Через минуты три, когда Иван Иванович включил небольшой магнитофон, Андрей с улыбкой стал рассказывать анекдот:
   – Итак, встречаются оптимист и пессимист. Пессимист говорит: «Будет еще хуже», а оптимист ему отвечает: «Хуже уже не будет».
   – Очень хорошо, – обрадовался Иван Иванович, потирая руки, – еще можете антисоветские анекдоты рассказать?
   – Могу… Записывайте. Звонит одна подруга другой и говорит: «Включи немедленно телевизор». «Зачем?» – спрашивает ее подруга. «Красную икру по телевизору показывают».
   Вася засмеялся, а Антон покачал головой.
   – Еще… – продолжал Андрей. – Отличие антикоммуниста от коммуниста. Коммунист прочитал книгу Карла Маркса, а антикоммунист ее понял.
   – Отлично, господин шпион и антикоммунист! – похвалил Андрея радостный Иван Иванович, потирая руки. – Магнитофон всё записывает.
   – Как и все телефонные разговоры наших горожан, – добавил Андрей. – Еще слушайте.
   Один задает вопрос другому: «Знаешь фирменное чувство советского человека?» «Чувство вкуса?» «Нет». «Чувство воспоминания?» «Ну, ближе, но не то… Чувство глубокого удовлетворения».
   Вася громко засмеялся, а Антон спросил Андрея:
   – Ты чего болтаешь? Не понимаешь, где находишься?
   – Понимаю, но терять мне нечего… – храбро ответил Андрей. – Еще… Анекдот о чудесах советской страны. В стране официальной безработицы вроде нет, никто не работает, но план выполняется. План выполняется, но купить нечего. Купить нечего, но всюду очереди. Всюду очереди, но у всех всё вроде есть. У всех все есть, но все недовольны. Все недовольны, но голосуют «за».
   Иван Иванович кивнул, не поняв иронии Андрея:
   – Конечно, настоящие советские люди всегда голосуют «за».
   – Добавьте при этом, что голосуют «за» безоговорочно на безальтернативных выборах.
   – Как это?
   – Альтернативы нет. Дают лишь один выборный бюллетень с одной лишь фамилией, предлагая опустить его в выборную урну.
   – Именно так! А чего еще надо? – удивился Иван Иванович.
   – Если проводятся выборы, то надо что-то выбирать из чего-то! Чтобы был бы выбор!
   Того или другого кандидата, – объяснил Андрей, хотя и не надеялся на понимание офицера.
   – А выбор ведь есть, – сообщил Иван Иванович. – Вы выбираете предложенного кандидата или нет.
   – Пожалуй… Так и знал, что не поймете меня.
   Иван Иванович насупился:
   – Да! Таких антисоветчиков никогда не понимал и не пойму.
   – Вы против свободы слова?
   – Нет! Я за свободу! И за Конституцию! Наша советская Конституция гарантирует свободу слова.
   – И тем, кто это слово скажет? – спросил Андрей, скептически поглядывая на Ивана Ивановича.
   Иван Иванович помолчал минуту, потом удивил всех друзей откровенной и чересчур циничной фразой:
   – Свобода слова – это осознанная необходимость помалкивать.
   Андрей заметил, горько усмехаясь:
   – Очень цинично!
   – Знаете, свое мнение попрошу оставить при себе, – сухо сказал Иван Иванович.
   – И всегда надо помалкивать? – спросил Вася.
   – Всегда!
   После короткой паузы Иван Иванович спросил Андрея:
   – Ваши антисоветские анекдоты закончились?
   – Нет, еще хотите услышать?
   – Да!
   – Это я могу, – оживился Андрей. – Слушайте… Знаете, что такое дефицит с коммунистической точки зрения?
   – Ну?
   – Объективная реальность, которую совки не ощущают.
   Иван Иванович неопределенно пожал плечами:
   – Не смешно. И грубо.
   – Еще послушайте… Вашего КГБ при коммунизме не будет.
   – Да ну? – усмехнулся Иван Иванович.
   – Да! При коммунизме, если когда-нибудь он наступит, в чем я очень сомневаюсь, свободные сознательные граждане сами будут организованно с чувством глубокого удовлетворения допрашивать друг друга, ища шпионов и несогласных с режимом диссидентов, арестовывать и сажать друг друга. Почему без вашей конторы? А в целях экономии. Ведь ваш этот Брежнев читал по бумажке: «Экономика должна быть экономной».
   Иван Иванович покраснел от злости, хотел выругаться, но в последний момент вспомнил, что он записывает ответы Андрея, и с трудом сдержался.
   А Андрей продолжал, усмехаясь:
   – Анекдот про Брежнева. Его спрашивают: «Как вы организуете плановое снабжение вашей громадной страны?» «А всё в Москву везем, – отвечает он, – а оттуда все всё тащат».
   Последний анекдот крайне раздражил Ивана Ивановича, он прекратил магнитофонную запись, нервно постучал пальцами по столу.
   – Достаточно! – произнес очень сухо Иван Иванович. – Слушайте, одного только не пойму: почему у нас такой откровенный разговор?
   – А мы в нашем времени все откровенны! Все говорим, что думаем. Во всяком случае так поступает в нашем времени большинство. Не боимся.
   – Да неужели не боитесь? – удивился Иван Иванович.
   – Не боимся! Вам правда не нужна?
   – А кто сказал, что анекдоты – это правда жизни? – засомневался Иван Иванович.
   – Именно – правда, жизни, это народное творчество, – ответил Андрей. – Не нравится правда? Конечно, не та газета «Правда», которой народ пользуется вместо туалетной бумаги.
   Иван Иванович поморщился, услышав слова Андрея, и после короткой паузы задумчиво произнес, обращаясь только к Андрею:
   – Слушайте… Сам удивляюсь, что такой откровенный разговор получается. Вы говорили о правде?
   – Да!
   – Правда… Разве народные анекдотики, эти скабрезные пошлые истории, выдуманные подлыми врагами нашей родины, есть настоящая правда?!.. Это вам кажется правдой? Под правдой люди понимают порой совершенно разное.
   Андрей воскликнул:
   – Правда только одна!
   – А вот и нет! – спорил Иван Иванович. – Неправда ваша! То, что вам, врагам нашего социалистического образа жизни, кажется правдой, вовсе ею не является. Она, ваша буржуазная правда, для нас не настоящая правда.
   Тут Антон подскочил, не выдержав:
   – Что слышу я? Я, житель города Ижорска, который здесь родился и вырос? Я ведь свой, зуб даю!…
   – Попрошу не перебивать! И сядьте!
   – Но я тоже за правду! – воскликнул Антон.
   – Сядьте! И перебивать! – прикрикнул на него Иван Иванович.
   Антон сел, качая головой.
   – Пока сидите тут, потом посидите в другом месте… Итак, правда бывает разной.
   Ваша буржуазная так называемая искаженная версия, называемая почему-то правдой, и наша социалистическая настоящая правда.
   – Гм, абракадабра… – пробормотал Вася.
   – Правда – это то, что хотите вы услышать! Правда – это то, что хотят внушить разные умелые политологи в умы населения, а не то, что есть на самом деле!
   Реальность порой может показаться вовсе нереальной, если ее умело интерпретировать. Правду можно искажать, выдавая за нее ложь, всякую несуразицу. И крупинки правды могут потонуть в потоке лжи. Буржуазной лжи, которая льется неиссякаемым потоком на советских людей.
   – Бред…Вялая полуправда газет «Правда» и «Труд» вовсе не настоящая, – тихо произнес Андрей.
   Иван Иванович заметил:
   – Надо стараться быть оптимистом! А вы пессимист.
   Андрей не оставил реплику офицера КГБ без ответа:
   – Скорее я пессимист, ощущающий жизнь не как безысходность, а как безыллюзорность.
   – Что-то новое, – поморщился Иван Иванович.
   – Философский пессимизм, если так можно выразиться.
   – Достаточно разговоров, – вздыхая, холодно подытожил Иван Иванович, после чего нажал на кнопку вызова.
   В кабинет быстро вошли трое человек в штатском. Они подошли к столу и остановились, ожидая приказа начальника.
   – Можете их забирать! – распорядился Иван Иванович, даже не смотря больше на троих друзей.
   – Пройдемте, – сказал один из вошедших в штатском друзьям.
   – А куда?
   – Мы покажем…

   Глава 13
   Неудавшийся побег

   Николя спал, лежа на сене. Во сне ему приснилась милая Настенька; она улыбалась и звала его к себе. Он тоже улыбался, протягивал руки, чтобы обнять свою жену. А Тимофей лежал напротив и храпел, в последнее время он не видел снов, просто спал, как убитый. Вот уже два дня, как их держали запертыми в сарае, не выпуская никуда, даже на допросы больше не вызывали. Они большую часть суток спали, а, просыпаясь, беседовали, вспоминая былое время, последний бой с красными.
   Николя во сне видел Настеньку на балу, она вальсировала с ним, улыбаясь.
   Танцующие пары на миг остановились, освобождая место для Николя и Настеньки и одновременно любуясь их танцем – так уж всем нравилось, как танцует эта супружеская пара.
   – Николя, – прошептала Настенька, – все на нас смотрят…
   – Что ж, c’ est bien, – ответил так же шепотом Николя, не отрывая влюбленного взгляда от жены. – je vous aime.
   Я тоже вас люблю, chere amie, – шептала Настенька.
   Рядом слышались восторженные голоса:
   – Они великолепны!
   – Charmante soiree! Прекрасная пара!
   – Qui, qui! Сharmante enfant Настенька!
   – Право, очаровательная пара!
   Музыканты закончили играть вальс, но Николя и Настенька замерли, не двигаясь, и смотря зачарованно друг на друга. Так прошла минута, наконец, музыканты решили заиграть новый вальс Штрауса, а Николя с Настенькой, сияя, пустились с неописуемым удовольствием вальсировать.
   … Потом Николя видел во сне конную прогулку с Настенькой. Она очень любила скакать в лесу на коне, а он всегда сопровождал ее на прогулке. Николя вообще больше нравилась охота, а конные прогулки он не очень любил. Но Настенька наотрез отказывалась идти вместе с мужем на охоту, говоря, что нечего убивать живых тварей, что это только барское баловство и ничего более. Николя вспоминал, как он принес с охоты несколько убитых селезней, показал их с гордым видом Настеньке, а она резко отстранилась от него, нахмурилась, ничего не говоря. Николя тогда вздохнул, приказать слугам отнести селезней на кухню и больше никогда не звал Настеньку на охоту, никогда больше не показывал ей охотничьих трофеев.
   Так счастливо они прожили год, после чего наступил кошмарный и кровавый 1917 год, который испугал не только Николя и графа Воронцова, но и весь высший свет. Граф Воронцов, узнав об октябрьском перевороте, сказал печально сыну наедине, чтобы его слов не услышала Настенька:
   – Mon dieu, finisse…
   – Почему, papa?
   – А потому, сынок… Прежней России не будет! Сейчас голоштанники, батраки и воры пришли к власти! Они в Петербурге и Москве.
   Николя вспыхнул:
   – Надо бороться!
   Услышав ответ Николя, граф Воронцов вздохнул, по-отечески погладил сына по голове, грустно говоря:
   – Сила быдла в его большинстве, Николя.
   – Но у нас есть армия, знания, деньги…
   – Тем не менее, Николя, entre nous soit dit, это конец… Конец той былой великой России!
   – Надо бороться! – упорствовал Николя.
   – Вот ты молод, Николя, ты и борись, ежели сможешь!
   – Смогу! – порывисто ответил Николя, сверкнув глазами.
   – Борись, скоро они появятся в наших краях… А я уж стар…
   Теперь Николя, будучи в плену, оценил пророческие слова отца, и он повторил во сне его слова: «сила быдла в его большинстве».
   Тимофей проснулся, услышал слова Николя:
   – Ваше благородие, проснулись?
   Николя приоткрыл глаза, зевнул и ответил фельдфебелю:
   – Только что… Видел во сне своего отца.
   Тимофей вздохнул, говоря с тоской:
   – Да-а, ваше благородие, теперь мы лишь вспоминать можем старые времена. Ностальгировать!
   – Одной ностальгией России не поможешь, – парировал Николя, грустнея.
   – Что ж, вы правы-с, как всегда, ваше благородие.
   – Одна ностальгия делу не поможет!
   – Господь нам поможет! – бодрился Тимофей, пытаясь улыбнуться, и казаться веселей, но удалось это ему весьма плохо. – А помните вы поручика Михайлова?
   – Да, он меня спас в последнем бою.
   Тимофей кивнул:
   – Точно, ваше благородие. Ведь его убили! А что стало с полковником?
   Николя неопределенно пожал плечами:
   – Сие лишь господь ведает, что стало с полковником… Он куда-то исчез, когда я стоял вместе с тобой рядом, помнишь?
   – Ну, ваше благородие, как того мне не помнить? Жалко их.
   – Увы! И нас скоро убьют. Но выбраться отсюда надо.
   Тимофей удивился:
   – Слушайте, ваше благородие, как мы можем выбраться? Что мы можем сделать в плену? Даже руки у нас связаны.
   – А я как раз их пытаюсь развязать.
   С этими словами Николя стал вертеться, желая очутиться рядом с гвоздем, торчащим возле каменной стены.
   – Что вы делаете, ваше благородие?
   – Видишь гвоздь у стены? – Николя кивком головы показал Тимофею гвоздь, привлекший его внимание.
   – Ну-с…
   – Вот этот гвоздь может спасти нас.
   Николя, пыхтя и ворочаясь на сене, смог приблизиться к гвоздю, после чего протянул связанные руки к нему. Прошло минуты три и Николя смог развязать веревочный узел, освободиться от веревок.
   Тимофей засиял от радости:
   – Ваше благородие! Вы молодец!
   – Потише ты говори, а то не ровен час, нагрянут красные.
   Николя развязал руки фельдфебелю, оба радостно вздохнули.
   – Теперь что делать? – спросил Тимофей.
   – А теперь… – Николя встал, прошелся по сараю, повертел руками, подошел к окну. – Пока ты давай поверти руками, столько времени они были без движения.
   – Повертеть поверчу, но что…
   – Помолчи! – приказал Николя, видя подходящего к сараю красноармейца.
   Тимофей замолчал, а Николя замер, наблюдая за красноармейцем. У Николя созрел план побега. Наклонившись к фельдфебелю, он шепотом рассказал свой план.
   – Не выйдет, – прошептал Тимофей.
   Николя рассерженно погрозил Тимофею кулаком, после чего подошел к двери, лег на спину и очень громко заорал:
   – Эй, красные! Ведите меня к комиссару! Признаться хочу!
   А Тимофей тем временем встал рядом с дверью.
   Через минуту дверь распахнулась и в сарай вошел красноармеец с винтовкой.
   Посмотрев на лежащего Николя, красноармеец грубо спросил его:
   – Ну, ты, буржуй, чего орешь?
   – Признание хочу сделать комиссару.
   – Ах, забоялся, значит? – Красноармеец засмеялся, наклонился к Николя.
   Тимофей сделал шаг в сторону красноармейца, соединил оба кулака вместе и нанес ими удар по задней стороне шее красноармейца. Красноармеец упал без единого выкрика, бросив винтовку на сено. Тимофей вытащил штык из винтовки и нанес им удар в шею красноармейцу.
   Николя сразу взял винтовку в руки.
   – Штык оставь себе, – приказал он Тимофею.
   – Зачем мне штык, когда у этого красноармейца еще и пистолет имеется? Вот в кармане.
   Вооружившись, они стали глядеть в окно, чтобы узнать, где находятся красноармейцы.
   – Ваше благородие, их рядом не видно, – тихо произнес Тимофей, – думаю, они поодаль стоят… Убьют они нас!
   – Так и так все равно убьют, – ответил Николя. – Смерть хороша в бою!
   Убедившись, что вблизи сарая красноармейцев нет, Николя подошел к двери и слегка приоткрыл ее. Подождав минуту, Николя раскрыл пошире дверь, просовывая голову в щель.
   – Ну, что там, ваше благородие? – нетерпеливо спросил Тимофей.
   – Никого не видно.
   – Тогда удираем отсюда.
   Николя с Тимофеем вышли из сарая, пригнувшись.
   – Куда? – Тимофей озирался по сторонам. – В лес, что ли?
   – Больше нам некуда, – кивнул Николя.
   Они быстрым шагом пошли в сторону леса. Лес находился от них совсем недалеко. Дул свежий ветерок, вдали слышно было карканье ворон.
   – Глянь, белые бегут! – услышал Николя крик за спиной.
   – Черт, увидели нас… – Тимофей обернулся и увидел несколько красноармейцев с винтовками.
   Николя остановился, стал стрелять по ним из винтовки. Начался бой. Николя с Тимофеем легли на землю.
   – Эй, беляки! Лучше вам сдаться, а то схватим, сразу расстреляем! – закричал один из красноармейцев.
   – Все равно нас расстреляете, – ответил им Николя.
   Раздался выстрел сзади Николя и Тимофея. Тимофей бросил пистолет, покачнулся, прошептал:
   – Зачем… – И рухнул, как подрубленный дуб на землю.
   – Тимофей, что с тобой? – Николя потрогал фельдфебеля и увидел его окровавленную голову.
   – А ну сдавайся, белая тварь! – Николя услышал голос Щеглова за спиной.
   Николя обернулся, увидел красного комиссара с десятком красноармейцев.
   – Все воевать хочешь, капитан? – спросил Щеглов, подходя поближе к Николя. – Оружие забрать!
   Красноармейцы забрали винтовку у Николя и связали ему руки.
   – Мне на полчаса искупаться в пруду нельзя? – зло спросил Щеглов красноармейцев. – Сразу бдительность потеряли, сволочи! Расстреляю, ежели еще такое случится! Вовку они убили.
   – Как убили? – спросил один из красноармейцев.
   – А вот так, внимательнее надо быть! А не пить самогон! В сарай этого беляка.
   – Может, сразу расстрел? – вздохнув, спросил Николя Щеглова.
   Щеглов подошел поближе к Николя, усмехнулся:
   – Что, белый, на тот свет захотелось?
   – Лучше там быть, чем жить в вашей красной России!
   Щеглов размахнулся и ударил Николя по лицу.
   Николя покраснел от злости, воскликнув:
   – Подлец! Руки мне развязать боишься? Красная сволочь!
   – Ну-ну, ты, буржуин! Только без поганой пропаганды! В сарай его!
   – Лапотники! Подлецы! – успел выкрикнуть Николя, когда его тащили к сараю.
   Николя затащили в сарай и бросили на сено. Дверь сарая заперли.
   «Да-а… – думал Николя, – теперь даже поговорить мне не с кем. Тимофея убили…
   Sacre nom, finisse…Увы, я боролся, как мог… Жалко мою Настеньку! Что с отцом?
   Право, он не выдержит, сердце больное… Молод я, чтобы умирать… Но убежать не смог… Остается лишь ностальгировать по прошлому, которого, к сожалению, не вернешь! Увы… Ностальгия по своему счастливому детству, своему отрочеству и юности… По своей любви… Ностальгия по утраченному идеалу… Ностальгия по былой светской жизни… Ностальгия по сильной и богатой России, власть в которой захватили нищие пролетарии и батраки, не желающие работать, а только желающие грабить и жрать! Лапотники, поверившие в коммунистическую утопию благодаря стараниям немецкого шпиона и сифилитика Ульянова-Ленина! Ностальгия по утраченной царской России! Разная бывает ностальгия!.. Кажется, все, finisse, ан нет… Всегда есть выход из тупика… Был выход, судьба дала мне и Тимофею шанс выбраться из плена, убежать, но не получилось… «
   Николя нашел гвоздь на стене, подполз поближе, вытянув связанные руки к острию гвоздя. Дверь в сарай с шумом распахнулась, и с руганью ворвались Щеглов и двое красноармейцев с винтовками.
   Щеглов оттолкнул Николя от стены, крича:
   – Черт ты буржуйский! Опять надумал бежать?
   – Мне с вами не по пути…
   – Это точно, белая буржуйская морда! – подтвердил Щеглов, после чего наорал на красноармейцев:
   – Ну, тупоголовые, чего стоите? Вытащить этот проклятый гвоздь из стены!
   Красноармейцы подбежали к стене, стали торопливо вытаскивать гвоздь.
   – Ну, побыстрее!
   – Не получается…-ответил один из красноармейцев.
   – А нужно, чтобы получилось! Какой я молодец! Ведь недаром приказал следить за ним в щелку, не ровен час, еще чего выкинет!
   Наконец, через несколько минут гвоздь вытащили, Щеглов ударил грязным сапогом лежащего Николя в живот, после чего они вышли.
   Николя еле сдержался, чтобы не вскрикнуть от боли. Так он пролежал без движения и дум целых полчаса, закрыв глаза…
   Через полчаса боль прошла, Николя вздохнул, подумав: «Видно, больше шанса не будет… Этот красный комиссар вынуждает меня совершить подлое предательство своих, но он, может, не понимает, что имеет дело с самим графом Воронцовым, у которого всегда понятия о чести и долге были на первом месте! Живешь на свете один раз, а потерять честь можно сотни раз! Пусть убьют, пусть… Только не измена Родине, не измена своей белой гвардии!.. Не измена идеалам, которые следует сохранить в незыблемости! Только бы не замарать их подлой изменой!.. Упаси господь!.. Прочь даже такие мысли!.. Даже в мыслях не предам своих друзей и товарищей по оружию!.. Прощай, моя любимая Настенька! Думаю, не увижу сына, а он, как думаю, должен скоро родиться… Настенька ночью как-то призналась, что вроде беременна… Да, помню, говорила, что нужно ей вызвать нашего доктора… Ой, как хочется всего лишь на один денек побыть с моей Настенькой!!.. Господи, неужели ничего нельзя сделать для моей одной лишь встречи с Настенькой?! Господи!!.. За что такие муки мне?! И моей любимой Отчизне?!»
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 [12] 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация