А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "От ненависти до любви" (страница 32)

   Глава 31

   Я пришла в себя в кромешной темноте и попробовала встать. Что-то металлическое загремело и покатилось по камням. Без света я не могла разобрать, что именно. Я осторожно ощупала здоровой рукой пространство вокруг себя. Какие-то ящики… Бочки… Неужто я в воеводской ухоронке?
   Меня это не обрадовало. Все случилось так внезапно, а вокруг было так темно, что меня захлестнула паника.
   – Сева! – позвала я тихо. И второй раз, намного громче: – Сева! Ты здесь?
   Я прислушалась. Абсолютная тишина! Осторожно ступая и вытянув перед собой руки, я принялась исследовать окружавший меня каменный мешок на ощупь. Периодически я звала Севу, хотя понимала, что не получу ответа. Темнота давила, я задыхалась в замкнутом пространстве. Под подошвами что-то хрустело, звякало, глухо стучало. А еще вокруг витали запахи: старого тряпья, плесени, гнилого дерева и истлевшей кожи. Так воняло в лавке старьевщика, который лет пять назад собирал всякий хлам по деревням моего участка. Однажды мне пришлось обыскивать его хибару на предмет укрывательства ворованного барахла, так что эту вонь я запомнила надолго.
   Но я обращала мало внимания на то, что извне. Главное – мое внутреннее состояние. Что толку сходить с ума? В безумной ярости рвать на себе волосы и крушить все, что попадет под руки? Все равно ничего не изменишь! Эти камни слишком прочные, чтобы пробить их головой. Рано или поздно, но конец все равно придет. Без воды я протяну в лучшем случае пару дней…
   Почему-то я думала об этом без особого сожаления. Видно, на самом краю, без капли надежды на спасение смерть воспринимается без истерик и рвущих душу страданий, как что-то неизбежное, как избавление от бóльших мучений.
   Вдруг нога утонула в чем-то мягком, и я инстинктивно отпрянула в сторону, ударившись плечом о стенку. Она была гладкой. Ни щербинки, ни выбоинки. Чем не кладбищенское надгробие! А еще я подумала, что размеры моей темницы не так уж и велики. Правда, намного просторнее обычной могилы! Но эти ассоциации опять же не слишком меня расстроили. Вероятно, потому, что я не до конца осознала реальность происходящего.
   Что-то подкатилось под ноги. Я машинально нагнулась. Фонарик? Значит, Сева тоже здесь? Но почему не отзывается? Я снова позвала его и включила фонарь. Он светил слабо, видно, села батарейка. Я, понимая, что свет скоро погаснет, принялась озираться по сторонам и орать как оглашенная:
   – Сева! Сева!
   Даже эхо не отозвалось на мои вопли. Зато теперь я смогла разглядеть, куда занесла меня нелегкая. В воздухе висела пыль, а фонарь светил все слабее и слабее. Я лихорадочно водила лучом по всему пространству сокровищницы и пару раз протерла глаза, прежде чем поняла, что же открылось моему взгляду. С детства я помню иллюстрации к сказке «Али-Баба и сорок разбойников». Детские впечатления вернулось с новой силой, когда я, вытаращив глаза, уставилась на кучи бочек, коробок, ларцов, сундуков и ящиков, заполнивших тайник до высоты человеческого роста.
   Когда-то эти сокровища были бережно упакованы и аккуратно сложены. Но время взяло свое – ларцы и бочки развалились, и из них вытекли потоки золотых и серебряных монет. Из полусгнивших сундуков высыпались драгоценные камни. Даже при слабом свете они отбрасывали на стены «зайчики», сверкали, искрились, переливались, как тысячи звезд. Напротив возвышалась гора истлевших ковров и тюки материала, очевидно, шелка. Теперь он превратился в лохмотья черной пыли, которую пронизывало множество золотых нитей. Рядом громоздились десятки небольших деревянных ящиков. Стенки их зияли дырами. Сквозь них виднелись массивные золотые слитки – сотни, может быть, тысячи слитков, плотно прижатых друг к другу.
   На полу валялись кожаные сумки разных форм и размеров. Они почти истлели и раскрылись, явив взгляду золотые кресты и церковную утварь, иконы в драгоценных окладах, толстенные фолианты, чьи переплеты щедро инкрустированы золотом и драгоценными камнями.
   Что ж, наворовал Терсков изрядно! Не знаю, каков был бюджет Российского государства при Екатерине Великой. Но в том, что сегодня этих сокровищ с лихвой хватило бы на год безбедного существования нашего края, не сомневалась.
   Наклонившись, я старалась разглядеть, что хранилось в сумке, на которую я чуть было не наступила. Я не специалист в оценке древностей, но поняла, что лежавшие у моих ног сокровища бесценны. И добыты они «бугровщиками» вроде деда Маркела, только три века назад, в древних курганах-захоронениях. Фигурки фантастических животных, украшения, оружие, золотые и серебряные кубки составили бы гордость любого даже очень знаменитого музея. Значит, отец был прав, когда спорил с Петром Аркадьевичем. В тайнике воеводы и впрямь спрятаны несметные исторические сокровища.
   Но если мои родители проникли в сокровищницу, то они где-то здесь. Вернее, их останки…
   Меня пробрал озноб. Нет, не напрасно приснился мне полет над Макаровкой. Был тот сон и подсказкой, и предупреждением. И Волвенкин не зря привиделся. Я почти не сомневалась, что он знал, куда подевались мои родители. Но почему молчал? По какой причине?
   Я понимала, что никогда не получу ответы на свои вопросы, но они отвлекали меня от мыслей о скорой смерти. «Зло и золото – слова одного корня», – прозвучал в голове голос Шихана, как бы напомнив мне, зачем я здесь.
   Золотая Баба! Я бросила взгляд по сторонам. Где искать идола? Ведь фонарь вот-вот погаснет.
   Меня качало от слабости, но я снова обошла по периметру свою темницу и наконец нашла то, что искала. Фигурка идола лежала, прикрытая рассыпавшейся в прах дерюжкой. С трудом я извлекла ее из ящика и присела на бочку, чтобы разглядеть внимательнее. Она и вправду была золотой и непомерно тяжелой. Довольно грубое изделие около полуметра длиной. Туловище едва обозначено, руки сложены на груди, а вот лицо очень живое и выразительное. Лицо азиатской женщины. Спокойное, умиротворенное, с легкой улыбкой, совсем не похожее на то, что я видела на перстне Волвенкина. Да и кто сказал, что на перстне лик Алтанхас?
   Я провела пальцем по лицу идола. Неужели все напрасно и мне отсюда не выбраться? Костику теперь придется всю жизнь провести на болотах, охраняя ослабевшее божество? Но ведь Зоя уверяла, что все обойдется. И, похоже, знала, что говорила…
   Я вздохнула и осторожно прислонила идола к стене. Только тогда разглядела, что поставила его в лужу. Большая черная лужа матово отсвечивала в слабом свете фонаря. Откуда она взялась? Я наклонилась, и меня затрясло, как при ударе током. Я поняла, что лужа не черная, а красная. Это кровь, просто невероятное количество крови…
   Словно парализованная, я стояла и смотрела, как она растекается, разбегаясь по впадинам на полу, как заполняет трещинки…
   Я собрала силы в кулак и нашла взглядом источник. Все поплыло у меня перед глазами, тошнота подступила к горлу. Из-под стены торчал окровавленный ботинок, а из него выпирала белая с алыми прожилками кость. Фонарь выпал у меня из рук. Я еще услышала, как треснуло стекло, и мгла вновь накрыла меня с головой.
* * *
   Мне почудилось, что кто-то зовет меня по имени, и я с трудом разлепила веки. Кровь так сильно стучала в висках, словно там работал отбойный молоток. Воздух напоминал вонючее одеяло, в которое меня завернули с головой. Я с трудом села и прислушалась. Тишина! Тогда я прислонилась к холодной стене, исчерпав все лимиты на страх и надежду. В горле саднило от криков. Память о том, что случилось со мной и Севой в туннеле за этой плитой, снова вернулась, но я была слишком измучена, чтобы восполнить недостающие кусочки мозаики. Одно знала точно: я попала в ловушку.
   Тут я снова услышала голос. Глухой, далекий, как из подземелья. Он звал меня по имени. Это я разобрала довольно быстро. Но кто это мог быть? Разве что Сева? Если он по какой-то счастливой случайности до сих пор не погиб от болевого шока.
   Я попыталась крикнуть в ответ, но из горла вырвался слабый хрип. Оказывается, я сорвала голос. Тогда я застонала и опустилась на корточки рядом с Алтанхас, проехав щекой по холодному камню и пытаясь до конца прояснить сознание. Голос извне не думал умолкать.
   Я отвернулась от стены и напрягла слух.
   Голос донесся снова.
   – Эй! – нерешительно крикнула я, не слишком рассчитывая, что мой слабый, охрипший вопль пробьется сквозь каменные бастионы.
   – Маша, где ты? – явственно донесся ответный крик. Звучал он слишком бодро для истекавшего кровью человека. Но если это не Сева, то кто же тогда? Замятин? Невозможно! Маркел? С какой стати?
   Все же сердце радостно забилось. Если меня нашли, то непременно вызволят из этого затхлого склепа. Возможно, вызовут спасателей МЧС. Им не привыкать извлекать людей даже из-под более страшных завалов. Я ощупала стены, пытаясь сориентироваться в темноте. Казалось, звук доносился откуда-то сверху, но точно не из-за плиты, которая придавила Севу.
   – С тобой все в порядке? – спросил голос. Сейчас он звучал громко, но гулко, словно говоривший опустил голову в большую бочку.
   – Нет! – заорала я не своим голосом. – Нет! Я в ловушке!
   Казалось, голос то исчезал, то появлялся снова. Мне почудилось, что я вновь на пороге беспамятства и разговариваю сама с собой.
   – Как ты туда попала? – услышала я.
   – Как? – я помедлила, не зная, как объяснить. Ведь я почти ничего не помнила. – Вы нашли Севу? – спросила я, чтобы убедиться, что это не слуховая галлюцинация.
   – Нашли, – прозвучало сверху. – Можно сказать, что нашли. Его задавило плитой.
   Я вытерла ладонью холодный пот, струившийся по лицу. Сева погиб! Но еще неизвестно, чья участь хуже. Хоть умер мгновенно…
   Голос не дал мне возможности поразмышлять о превратностях судьбы.
   – Маша, – донеслось сверху, – мы нашли вентиляционную шахту. По ней нельзя выбраться. Может, ты вспомнишь, что произошло перед тем, как плита обрушилась? Что вы делали? Говори громче, а то тебя почти не слышно.
   Я рассказала. Громко, насколько позволяло охрипшее горло. И про крест, и про кирпич, и про клин, вбитый в отверстие…
   – Ты можешь определить, где та стена, которая обрушилась? – снова спросил голос.
   «Еще бы я не смогла определить, – с горечью подумала я. – Там ведь торчит Севина нога…»
   Но крикнула лишь:
   – Определила!
   – Подойди ближе к стене! – скомандовал голос. Мне послышались знакомые интонации. Но это же не Олег! Я сама видела, как он истекал кровью.
   В полной темноте я подползла к стене. Попала рукой в лужу полузапекшейся крови. На этот раз восприняла ее как добрый знак, что не ошиблась. Но прошло очень много времени, мне показалось, целая вечность, прежде чем я услышала уже знакомый вздох, а следом скрип, треск, будто провернули огромный колодезный ворот. Я прижалась к Алтанхас, и мне показалось, что она тихонько вибрирует. Вернее, дрожит, совсем как живая.
   – Потерпи, потерпи! – шептала я, не сознавая, кого на самом деле успокаиваю.
   Движение воздуха, слабое, едва заметное, заставило меня замолчать. Я замерла, прислушиваясь. И вдруг все вокруг пришло в движение. Задрожал пол, затряслась стена, я схватилась за фигурку идола, как за спасательный круг. Рядом со мной что-то падало, звенело, трещало, валилось и разбивалось. Я вжалась в стену и шептала трясущимися губами: «Боже! Боже! Спаси!..»
   Вдруг возле меня возникла светлая линия. Она ширилась, ширилась… Я поняла, что это свет проник в темницу, что это поднимается плита.
   Боже! Чего я медлю? Я бросилась на пол… То, что я увидела, любого человека повергло бы в шок… Б-р-р! Ботинку повезло гораздо больше, чем его хозяину. Но что делать? Сева, прости! Я перекатилась через то, что от него осталось… И жадно вдохнула воздух, теперь уже не спертый и не ядовитый…
* * *
   …Из ниоткуда возникли свет, звуки, голоса. Мне показалось, будто я только что проснулась, там, под скальным козырьком. Я поднесла руки к лицу. Грязь и кровь! «О, черт!» – выругалась я, только вместо звуков горло издало слабые хрипы. Нет, это совсем не похоже на сон и тем более на пробуждение. Я подняла голову на свет, пытаясь сфокусировать взгляд на расплывчатом пятне за фонариком. Встав на четвереньки, сморгнула и увидела, что пятно раздвоилось. Два человека смотрели на меня: Маркел и Замятин. На лице деда я разглядела несколько ссадин и запекшуюся под носом кровь. Тельняшка Замятина тоже была в темных пятнах, из-под нее выглядывала грязная повязка…
   – Это вы? – спросила я и махнула рукой. Дескать, привет! И свалилась на камни. Сил не нашлось на более длинную речь. Олег и Маркел подхватили меня под руки и мигом вынесли из туннеля. Я очень удивилась этому обстоятельству, вспомнив, как долго мы с Севой пробирались по лазу. Оба моих спасителя упали на траву рядом со мной. Они хватали широко открытыми ртами воздух. Олег закашлялся и, схватившись за грудь, скривился от боли.
   – Давай! Давай! – закричал вдруг Маркел. – Быстрее!
   Они вновь подхватили меня под руки, но я вырвалась.
   – Что еще? Не инвалид! Сама дойду!
   – Постой, – Олег снова прижал руку к груди и поморщился. – Мы сорвали рычаг, который поднимал и опускал плиты…
   – Плиты? – удивилась я.
   – Да, там три плиты, три ловушки. – Он говорил точно астматик, задыхаясь. – Тебе повезло, что упала первая из них. Если бы упали сразу три, тебя завалило бы вместе с тайником. Но сейчас все висят на волоске – на ржавых тросах. Они лопаются, как гнилые нитки… Надо бежать… Тут что угодно может случится!
   – Алтанхас! – я бросилась к лазу.
   – С ума сошла? – Олег перехватил меня за руку.
   – Я нашла Золотую Бабу! – я попыталась освободить руку. – Не уйду без нее!
   – Нельзя, понимаешь, нельзя! Сейчас плиты полетят вниз! Многотонные плиты! Представляешь, какой тарарам будет!
   – Успею, – не сдавалась я. – Только отпусти меня! Я обещала Зое…
   Внутри горы глухо громыхнуло. Один раз, затем второй… Казалось, кто-то дважды хлопнул огромной дверью. Земля под ногами вздрогнула, загрохотали камни в карьере, со змеиным шипением скользнула по склону осыпь, а над сопкой поднялось облако то ли дыма, то ли пыли.
   – Две упали! – крикнул Маркел. – Щас третья рванет!
   И мы побежали!
   На этот раз судьба нас пощадила. Мы отбежали с полкилометра, когда упала третья плита. Наверно, самая тяжелая, потому что от удара вершина сопки вспучилась и тут же с грохотом провалилась. Вместе с ней в провал ушли и лес, и камни, и тропа, по которой мы недавно спускались. Взметнулся в небо столб пыли, нервно вздрогнула и качнулась под ногами земля. Тучей поднялись над лесом птицы. Эхо многократно повторило грохот обвала, и все столь же мгновенно стихло. Только птицы продолжали метаться в небе и громко, взволнованно кричать.
   Дед и Олег с ошалевшим видом взирали на то, что осталось от горы, напоминавшей сейчас вулкан, над кратером которого курился слабый дымок. Я же только сейчас разглядела своих спутников как следует. Грязные, оборванные, с изрядными ссадинами и синяками. Особенно досталось Маркелу. Слева на его лице красовался огромный синяк, а глаз совсем заплыл, осталась лишь узкая щелка. Разумеется, я выглядела не лучше, но Олег, заметив мой взгляд, обнял меня и с облегчением произнес:
   – Фу! Просто не верится, что мы тебя вытащили! – и поцеловал.
   – Ты-то как? – Я коснулась пальцами повязки.
   – Ребро у него сломано, – подал голос Маркел. – Это лучше, чем пуля в боку.
   – Не поняла, – я отстранилась от Олега. – Я же видела кровь. Такое пятно огромное. Темное…
   – Так я тож подумал: кровь, – засмеялся Маркел, – а то коньяк. Пуля во фляжку вошла. Там и застряла.
   – Шандарахнуло так, что я и впрямь подумал: подстрелил меня Сева! – Олег покачал головой. – Не принято о мертвых плохо говорить, но очень уж по-свински он с нами поступил. Маркелу вон бланш под глаз поставил. А приятелей с какой дури замочил? Или все, думал, клад уже у него в руках?
   – Как же ты обмишулился? – Я посмотрела на Маркела. – Врасплох захватили, что ли?
   – Врасплох, – вздохнул дед, – иначе я б им не дался. Стволом в кадык тыкали, все узнать хотели, зачем пришли. Утек я от них, – здоровый глаз Маркела горделиво сверкнул. – На скале всю ночь просидел, а этим оборотням не дался.
   – Они нас еще на подходе к Макаровке засекли, – сказал Олег. – А деда в плен взяли, когда он по надобности отлучился.
   – С карабином и «сидором»? – спросила я язвительно.
   Дед смутился и отвел взгляд в сторону.
   – Я ведь в стороне от вас хотел переночевать. Че, думаю, молодым мешать!
   – Хоть бы предупредил, – пожурила я деда и посмотрела на Олега.
   – Что будем делать? На руках два трупа, а что мы предъявим вместо Севы? Как объясним, отчего стрельба? Где оружие, из которого стреляли? И вообще, зачем нас понесло в эту Макаровку?
   – Маша, – Олег глянул на меня исподлобья, – расскажем все, как есть.
   – Что значит «как есть»? – возмутилась я. – Кто нам поверит? Даже клад этот проклятый не сможем предъявить. Сева там же, где и клад. В чертовой заднице! Родителей я тоже не нашла. Обошла весь тайник – и ничего!
   – Они не попали в сокровищницу, – сказал Олег. – Иначе б на вас с Севой грохнулась вторая плита. Впритирку к первой. Раздавила бы как муху…
   – Спасибо большое, – прижала я руку к сердцу. – С чего ты это взял?
   – Из дневника твоего отца, – Олег скривился. – Там действие ловушек в деталях описывается. Вот только не предугадал он, что гора провалится и клад ухнет вместе с ней.
   – Кабы камень не взрывали, то и гора устояла бы. – Маркел снял шапку и выбил ее о ствол дерева. – Потому порода и посыпалась, что крепко ее потревожили!
   – Откуда этот дневник взялся? – поразилась я.
   – Я нашел его в рюкзаке сына Волвенкина, – ответил Олег. – Ты сама все прочтешь. И о кладе, и о Золотой Бабе, и, главное, о ловушках. Твой отец все рассчитал. Но в ту ночь они с твоей мамой не клад искали. Они ушли в священную рощу, чтобы встретиться с одним из Хранителей Алтанхас, помощником Хурулдая. Встречались ли, о чем говорили – об этом ни слова. А затем в нем стал писать Волвенкин…
   – Подожди, – я помотала головой, – если мои родители не погибли в тайнике, то куда они подевались? Кроме того, Шихан говорил о записке, которую отец якобы оставил в гроте в ту ночь…
   – Их убил Волвенкин, и записку он оставил, чтобы отвести от себя подозрения. – Олег печально улыбнулся. – Все в этой истории предельно просто и объяснимо. Он действительно подвернул ногу, но не так чтобы сильно. И когда Курнатовский и большинство его коллег умчались на камлание, он проник в палатку, вскрыл сейф и украл гривну, но на выходе столкнулся с Замятиными. Володя заподозрил неладное, бросился на Волвенкина. Завязалась драка. Вовка был здоровым малым. Скрутил горе-грабителя. Но тот выхватил пистолет и застрелил обоих. Трупы погрузил в лодку и пустил ее в порог. Он ведь знал, что от лодки даже щепы не останется. Гривну продал зубному технику за три тысячи рублей. Мотоцикл японский купил… Только, похоже, он не случайно под «КамАЗ» угодил. Сам пишет в дневнике, дескать, является к нему каждую ночь дух черта-душителя Муунчаха в образе женщины с петлей на шее. Велит вернуть гривну и перстень…
   – Перстень? Был у него перстень, – кивнула я. – Петр Аркадьевич о нем рассказывал. Дескать, обладал тот магической силой. Видно, Волвенкин украл его во время раскопок. Похожий я видела у Севы. Он надел его как раз перед тем, как обрушилась стена.
   – Может, и есть в этом что-то, – усмехнулся Олег, – но лучше не экспериментировать.
   – Сева сказал, что у Волвенкина тоже имелась кладовая запись, но где-то затерялась.
   – Твой отец, Маша, зря грешил на Курнатовского. Плиту спрятал не он, а Волвенкин. И даже запись скопировал, но прочесть не сумел. Видать, не судьба!
   – Что толку в том, что мы ее прочитали? И даже подходы к тайнику обнаружили? Терсков оказался хитрее всех. Но ведь сам-то наверняка хотел за кладом вернуться. Там даже сотая часть сокровищ сделала бы его богатейшим человеком.
   – Для Терскова имелся другой ход, вымощенный плитами. Тот самый, где побывал Маркел. Но кто ж предполагал, что его размоет талыми водами. А ловушки были рассчитаны на любителей легкой добычи. Об этом твой отец раньше всех догадался. – Олег вытащил из кармана пачку сигарет и спросил: – Закуришь?
   – Нет, – я покачала головой, – пропала охотка!
   – Ну, хоть что-то хорошее в этой куче дерьма, – сказал Олег и снова обнял меня за плечи. – Давай, приводи себя в порядок, а мы с Маркелом гору осмотрим по горячим следам. Вдруг что-то интересное найдем!
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 [32] 33 34 35 36

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация