А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "От ненависти до любви" (страница 31)

   Глава 29

   Мне показалась, что я на миг закрыла глаза, и тут же кто-то встряхнул меня за плечо.
   – Вставай!
   Протерев опухшие со сна глаза, я огляделась. Туман стал реже: тут и там проступали темные пятна – кусты, окружавшие наше убежище. Посветлело. Значит, мы с Замятиным дожили до утра!
   Олег сидел рядом на корточках и настороженно прислушивался, удерживая карабин на коленях. Вид у него был крайне озабоченный.
   – Что? – спросила я одними губами, выбираясь из спальника.
   Потянулась к карабину, но Олег прижал палец к губам и грозно посмотрел на меня.
   Но я все-таки взяла винтовку и осторожно приблизилась к нему.
   – Кто-то ходит! – прошептал он едва слышно и показал на выступ, нависший над нашими головами.
   – Маркел? – тоже шепотом спросила я.
   – Вряд ли, – покачал головой Олег. – Он бы голос подал.
   Тут я сама услышала тихое постукивание камешков: кто-то осторожно спускался по склону вниз.
   Олег метнулся вправо, а мне махнул: «Налево!» Но я не успела. Что-то большое и черное прыгнуло на Олега сверху. Зверь?! Нет! На камнях, вцепившись друг в друга, боролись двое мужчин.
   Я бросилась к дерущимся, но они чуть не сбили меня с ног. Я отлетела в сторону. В этот момент Олег вывернулся, вскочил на ноги и, схватив мужика за грудки, рванул на себя. Тот беспорядочно замахал руками, но Олег ткнул его кулаком под ребра, а затем нанес ребром ладони рубящий удар по шее. Нападавший мешком свалился ему под ноги.
   Олег подхватил карабин, но тут из тумана выскочил второй и ударил Олега ногой в живот. Замятин согнулся, шагнул назад… Мужик сцапал его за воротник и, подтянув к себе, ударил по лицу. Олег застонал, тело его обмякло, и мужик, видно, ослабил хватку. И тут же, получив резкий удар ногой, охнул от боли. Он отшатнулся, выхватил пистолет и…
   – Олег! – заорала я и что было сил навернула прикладом по голове нападавшему. И хоть удар пришелся по касательной, он упал, а я по инерции вылетела наружу, приземлившись на камни. И зашипела от боли. Мои колени! Еще не зажили ссадины, которые я заработала на пути в заимку. Шум за спиной вмиг отвлек меня от собственных ран. Под скалой опять кипела драка. Я успела удивиться, насколько живучим оказался мой пациент. Видно, инъекция прикладом оказалась не так сильна, как мне хотелось. Морщась от боли, я поднялась на ноги, оглянулась…
   Грохнул выстрел. При вспышке я успела разглядеть Севу и пистолет, который он навел на Олега. Еще увидела, как заваливается на спину Олег, как падает на камни, дергается и затихает, раскинув руки. А на тельняшке проступает темное пятно, которое расплывается, расплывается…
   Я кинулась к нему.
   – Олег!
   Сева перехватил меня и завернул руку за спину так, что я закричала от боли и снова упала на колени.
   – А, кричишь! – проговорил он злорадно. – Ничего, это еще цветочки.
   Он дернул меня за руку, отчего сердце мое чуть не остановилось, а по подбородку побежала теплая струйка. Видно, я прокусила губу.
   – Отпусти, – прошептала я, задыхаясь.
   Севины глаза побелели от ярости.
   – Просишь теперь? – прошипел он и заломил мне вторую руку так, что я уткнулась лбом в колени. – Забыла, как я просил?
   – Отпусти, говорю! – закричала я в исступлении и попыталась вырваться.
   Но не тут-то было! Сева схватил меня за волосы, развернул лицом к себе. Я почувствовала запах перегара и, видно, поморщилась.
   – Не нравится? – захихикал он. – Морду воротишь? – и грубо ткнул меня дулом пистолета в щеку. – В глаза смотри, кому сказал! – И ударил меня по лицу. Рот наполнился солоноватой слюной. Я сплюнула. Нет, не слюна! Кровь!
   – Мерзавец ты, Севка, – сказала я устало. – Слава богу, не вышла за тебя!
   – Ишь, раскатала губу! Не вышла… – Сева рывком поставил меня на ноги. – Клад мне был нужен, лахудра! Вот и подкатывал к тебе! – и толкнул меня пистолетом в спину. – Пошла! Кому сказал? Пошла! Показывай дорогу!
   – Какую еще дорогу?
   – Дурой не прикидывайся! – взвился Сева. – Вы ж за кладом сюда пожаловали. Маркел все рассказал!
   – Маркел? – опешила я. – Где он?
   – Не твоего ума дело!
   Сева перебросил пистолет из одной руки в другую. Я поняла, что он нервничает.
   – Покажу я тебе дорогу! – сказала я твердо. – Но при условии…
   – Ах, ты! – Сева сжал кулаки и подступил ко мне. – Еще диктовать будешь?
   – Ты больше во мне нуждаешься, чем я в тебе! Я не пойду, пока не перевяжу Олега. Твоих дружков тоже нужно осмотреть…
   – Осмотреть?
   Сева навел пистолет на лежавшего рядом с Олегом мужчину и выстрелил ему в голову, затем столь же хладнокровно расстрелял второго.
   – Перевязка не нужна! – растянул он губы в ухмылке.
   Я тупо уставилась на лужу крови, которая подтекла под его ботинки.
   – И тебе помогу… – нагнувшись, Сева приставил пистолет ко лбу Олега. – Ну, что? Жить хочешь, комбат!
   – Отпусти Машу, – с трудом шевеля губами, произнес Олег.
   – Тебе-то что? Все равно сдохнешь! – Сева передернул затвор. – Была Маша, да вся вышла! Недолго ж ты ее трахал, комбат! – И, выпрямившись, пнул Замятина в бок.
   Олег приподнялся на локтях, но, застонав, упал на спину и выругался глухо, сквозь зубы.
   Я присела рядом с ним на корточки и снизу вверх посмотрела на Севу.
   – Побойся бога! Он же кровью изойдет!
   – Не изойдет! – Сева навел на него пистолет. – Сейчас в жмурики сыграем!
   – Сева! – закричала я не своим голосом и заслонила Олега. – Оставь его! Ты ж говорил: «В десантуре все братаны!»
   Сева смерил меня тяжелым взглядом и махнул рукой:
   – Черт с ним, перевязывай!
   Он отошел на пару шагов и, присев на спальник, закурил, но пистолет не опустил, так и держал на изготовку. Я не сомневалась: он выстрелит, не задумываясь, если заподозрит неладное. Поэтому я вела себя осторожно, понимая, что провоцировать Севу сейчас неосмотрительно, он и так на взводе.
   Я достала из рюкзака аптечку, но Сева вырвал ее из моих рук и бросил на грудь Олегу.
   – Ничего, здоровый бугай! О себе позаботится!
   – Урод ты, Сева! – Я забыла об осторожности и бросилась на него.
   Но он оттолкнул меня. Я упала рядом с Олегом и тут заметила пистолет под одним из убитых. Я потянулась к нему, но Сева с размаху ударил меня каблуком по руке. Я закричала от боли, пытаясь освободить руку. Сева несколько секунд наслаждался моими воплями, затем убрал ногу и поднял пистолет. Осмотрел его и затолкал за брючный ремень.
   Я села. Ладонь распухла и посинела на глазах. Жуткая боль не отступала! Сволочь, наверняка переломал мне пальцы.
   – У-у, на кого ты похожа! Алкашка с помойки! – Сева ухмыльнулся и сплюнул мне под ноги. – Я ведь и вправду хотел на тебе жениться! Вовремя бог отвел!
   – Врешь ты все! – Ненависть распирала меня, искала выход, но пока безуспешно. – Тебе клад нужен был, а не я. Сам только что сказал!
   – Для чего ж я твою хибару спалил? Хотел, чтоб ко мне переехала, чтоб жила по-людски, а не в этом сарае.
   – Спалил? – Я чуть не потеряла дар речи от неожиданности. – Ты в своем уме? – Я повертела пальцем у виска. – Я, по-моему, четко сказала: замуж за тебя не пойду!
   – Ты сейчас куда угодно пойдешь, – Сева ткнул меня пистолетом в плечо. – А будешь брыкаться, я твоему дружку самое драгоценное отстрелю, чтоб ублюдков не плодил. Так покажешь или нет? Учти, я ведь и сам найду, если постараюсь.
   – В гроте я не бывала и вряд ли быстро его разыщу, – предупредила я, втайне надеясь, что поиски продолжатся недолго. За короткое время я должна была придумать, как избавиться от Севы и вернуться к Олегу, чтобы перевязать его. Все же я надеялась перетянуть одеяло фортуны на свою сторону, хотя счет был пока не в мою пользу.

   Глава 30

   Каждое резкое движение отзывалось невыносимой болью в руке. Я прижимала ее к груди, а левой цеплялась за кусты, с трудом сохраняя равновесие на мокрых камнях. Мысль «как бы не упасть!» подавила остальные.
   Как назло, мы долго не могли отыскать грот. И только обследовав узкую щель в каменистом склоне, обнаружили лаз, забитый песком и камнями. Повсюду валялись кости животных, отчего мы сначала приняли его за волчье логово, но ошиблись. Сева расчистил вход, открыв низкий туннель, который вел вглубь. С большим трудом мы протиснулись в него.
   – Показывай, что дальше делать! – Сева ткнул меня в бок пистолетом.
   – Шихан сказал: если пойти по лазу вниз, увидишь крест, выбитый на скале. Больше я ничего не знаю!
   – Ах ты! – Сева замахнулся, но не ударил меня. – Темнишь все!
   – Пойди и сам убедись! Только Шихан предупреждал, что все здесь на соплях держится!
   Словно в подтверждение моих слов, с потолка посыпались камни. Это немного протрезвило Севу.
   – Вместе пойдем, – сказал он неожиданно спокойно.
   Из кармана куртки он достал фонарь и включил его. Луч света скользнул по грубо обтесанным стенам и ушел вниз, в темноту.
   – Грот вроде вручную вырубали, – пробурчал он. – Значит, не врал Шихан!
   Я промолчала. Сева шел первым и заслонял собой свет, поэтому я двигалась интуитивно, стараясь не разбить голову о низко нависшие каменные глыбы, не споткнуться и не упасть.
   Если кто-то и прорубил туннель в скале, то случилось это давно. Сейчас он был засыпан обвалившейся породой почти до самого потолка. Передвигаться поэтому приходилось на четвереньках, а кое-где почти ползком. В одном месте я заметила остатки деревянных свай. Видно, они когда-то подпирали потолок, а сейчас, разбитые в щепу, торчали из-под завала. Судя по аккуратным кучкам камней, сложенных вдоль стен, туннель кто-то недавно расчищал, но самую малость. Похоже, Шихан постарался, отметила я. Больше некому!
   Мы прошли-проползли метров двести, а туннель все не кончался. Только стал еще уже и ниже: одному человеку едва-едва протиснуться. Со стен сочилась вода. Дышалось все тяжелее и тяжелее. Некстати я вспомнила про газовые «мешки», которые образуются в старых шахтах и пещерах. В них скапливается углекислый газ, отчего гибнут шахтеры и старатели…
   Сева вдруг остановился, поднял руку и скомандовал:
   – Стоп!
   Я по инерции уперлась лбом в его спину и заглянула через плечо. Неужели добрались?
   – Тихо! – недовольно сказал он. – Слышишь?
   Я услышала слабый треск, как будто рядом сломали несколько спичек, а следом – громче, непонятный скрип и шорохи.
   Мы замерли, затаив дыхание. Я не сразу заметила, что Сева схватил меня за здоровую руку, и его пальцы заметно подрагивали.
   Вновь воцарилась тишина, и я спросила шепотом:
   – Что это было?
   – Старое дерево. Камни на него давят, вот оно и кряхтит, – так же шепотом ответил Сева. – Тайник где-то рядом.
   Он прижался к стене и пропустил меня вперед. Здесь туннель расширялся, образуя небольшой зал с низкими изогнутыми сводами. Луч фонаря высветил каменную стену, которая преградила нам путь. В отличие от стен туннеля она была абсолютно гладкой, не просто обтесанной, а будто отшлифованной. Сбоку на камне виднелись знакомые очертания креста. И ничего больше!
   – Все, тупик!
   Сева подошел к стене вплотную, внимательно осмотрел крест, исследовал его пальцами. В недоумении пожал плечами.
   – Пусто!
   И, схватив за грудки, принялся трясти меня и орать:
   – Что это? Говори! Провести меня хотели? Только дудки вам! Я сам слышал, как Шихан твоей бабке рассказывал, что клад нашел, но не взял!
   – Когда ты слышал?
   – Когда… Когда… Умирала твоя бабка. Я фельдшера привез. А дед ей все руки целовал, прощения просил. Он с ней спал, что ли?

   – Бога побойся! Одна грязь на уме!
   Я оттолкнула его руки и застегнула куртку, на которой не хватало половины пуговиц. Сева ухмыльнулся:
   – Точно! Не спал! Поди, как я, рылом не вышел?
   Я не ответила, а Сева продолжал откровенничать, словно наступил вдруг тот момент, когда язык перестал умещаться за зубами от хранимых там секретов.
   – Еще он просил кладовую запись отдать. Но бесполезно, бабка твоя сознание потеряла. Знаю, дед ее искал, не нашел. Я тоже твою хибару обшарил, когда ты из села уезжала. Деликатно, чтобы не заметила. Бесполезно! Потом мужики все обшмонали. Они, если помнишь, не церемонились. Но запись тоже не нашли. А ты взяла и сама ее поднесла. Царский подарок прямо!
   – Ты намеренно застрял в луже?
   – Так получилось! Грех было не воспользоваться. Я парням позвонил, когда на ручей за водой ходил. Дал наводочку на твой дом.
   – Откуда они взялись?
   – Что? Допрашивать меня вздумала!
   Сева замахнулся. Я отпрянула в сторону. Он пакостно захихикал:
   – Не попадут мои слова в твой протокол. У этого туннеля один выход. И у тебя – один…
   – И все же, где ты их откопал? – перебила я его довольно грубо.
   – Кореша они, по техникуму. Нашли друг друга в Интернете, списались, встретились по зиме… Один из них, Виталька Волвенкин, давно этот клад искал….
   – Как ты сказал? Волвенкин?
   – Ну да, Волвенкин! Только был он да вышел, корешок мой, – Сева глумливо усмехнулся, подкинул на ладони перстень грубой ручной работы и натянул его на палец. – Вот, перстенек на память остался!
   – Постой! Его отец был археологом? И погиб в автокатастрофе? – спросила я, не сводя взгляда с перстня, а сама лихорадочно припоминала, что же такое Петр Аркадьевич рассказывал о нем.
   – Ну да, – Сева уставился на меня. – А ты откуда знаешь?
   – Оттуда. – Я решила не распространяться об источниках своей осведомленности. – Волвенкин узнал о кладе от отца?
   – От отца, – эхом отозвался Сева. – У того тоже была кладовая запись, только пропала куда-то. Виталик ведь совсем еще пацаненком был, когда батя разбился. А несколько лет назад баню на даче разбирал, а там, в срубе, тайник. И в нем этот перстень и дневник отца, где он рассказал о кладе воеводы. Вот и решил Виталик его найти. А третий наш кореш охранником в музее работал…
   – И спер кладовую запись?
   – Ну и спер! Великое дело! Только ту запись хрен прочтешь! – Сева навел луч фонаря на часы. – Ого, почти три часа копаемся!
   – Толку-то, – я подошла к стене и попросила: – Посвети!
   Он навел луч фонаря на скалу, а я тщательно, сантиметр за сантиметром, обследовала ее. Ни трещинки, ни выбоины, ни выступа. Над этой плитой хорошо потрудились камнетесы, но для чего рядом с ней выбит крест? Может, здесь кроется разгадка?
   – Осмотр места происшествия? – скривился Сева. – Что-нибудь видно?
   – Нет, ничего, – ответила я, пытаясь живее шевелить мозгами. Правда, неудачно. Вероятно, Севино присутствие тлетворно на меня действовало.
   Я перевела взгляд на потолок. Там сохранилось нечто, похожее на деревянную перемычку. Но луч света был слишком слабым, и я не смогла разглядеть, так ли это на самом деле.
   – Посвети на пол! – снова попросила я Севу и присела, чтобы осмотреть основание плиты. И увидела! Из-под нее торчали какие-то лохмотья. Я потянула за них. Бесполезно!
   – Свети! – крикнула я и, присев на четвереньки, попыталась рассмотреть, что же находится под плитой.
   Мой радостный вопль «Есть!» всполошил летучих мышей. Они пронеслись над нашими головами, создав слабое подобие ветра.
   – Смотри! – я ткнула пальцем в основание плиты. – Это ловушка! Плита сдвинулась с места и отрезала моим родителям пути спасения.
   – При чем тут твои родители? – опешил Сева.
   – При том! – отрезала я. – Они с Волвенкиным работали в одной экспедиции.
   – Твои родители погибли. Я слышал, как бабка просила Шихана похоронить их по-человечески.
   – Они погибли где-то здесь! Я на сто процентов уверена, за этой плитой. Видишь, из-под нее торчат лохмотья. Это измочаленное дерево. Видно, падая, плита смяла деревянные стойки.
   – И как ее поднять?
   – Хотелось бы знать, – вздохнула я и принялась изучать пол, расчищая грязь и камни под ногами. Напрасно! Я оглянулась в растерянности. Получается, ловушка захлопнулась навечно? А все наши попытки попасть в тайник бесполезны? Об этом я сказала Севе. И добавила: – Надо возвращаться!
   – Возвращаться? – заорал Сева. – Куда возвращаться? На нары? Ну уж нет, я эту плиту зубами грызть буду, но до клада доберусь! – Он дернул меня за руку. – А ты останешься со мной! Если что, сдохнем вместе!
   Возбужденно дыша, Сева прижал меня к скале, полез под куртку, больно стиснул грудь, а затем укусил за шею. Я изловчилась и что было сил толкнула его. Но не рассчитала толчка. Сева упал на спину, выругался и стал подниматься на ноги, хватаясь за камни. Я прижалась к плите. Бежать некуда! Гримаса на лице Севы не сулила ничего хорошего. Сжимая в одной руке фонарь, в другой – пистолет со взведенным предохранителем, он приближался ко мне на полусогнутых ногах. Я лихорадочно шарила взглядом по сторонам, но только чудо могло спасти меня от пули в тесном закутке.
   Вдруг луч Севиного фонарика осветил крест на стене, а под ним узкую каменную полку. Клянусь, несколько минут назад ничего там не было в помине. А может, я не разглядела ее из-за слабого освещения? В тот момент мне было не до загадок. Я думала, как посильнее врезать Севе, чтобы отключить его на время. На полке виднелся плоский кирпич, как раз по моей руке. Я схватила его и на миг забыла о Севе и опасности. Под кирпичом обнаружилось круглое отверстие с намертво забитым в него каменным клином. Я в этом убедилась, когда безуспешно попыталась его вытащить. Правая рука у меня бездействовала, а левой я управлялась с меньшим успехом.
   Сева навис надо мной. Глаза его нехорошо блеснули, он по-кошачьи плотоядно облизнулся. А мне недостало размаха, чтобы ударить его.
   «Конец тебе, Маша!» – подумала я и с досады хватила кирпичом по камню, торчавшему из отверстия. Нет, он не вылез наружу, но утопился, как кнопка.
   Все вокруг затряслось, завибрировало, загудело, отчего я совершенно перестала что-то соображать. Послышался жуткий и долгий скрип, почти стон, и затем – тяжелый удар. Все вокруг содрогнулось. С грохотом посыпались камни. Мне почудилось, что плита проваливается вниз. Хватаясь за камни, я пыталась удержаться на ногах, отчаянно старалась не потерять сознания, но чувствовала, как оно меня оставляет…
   Наверно, я что-то кричала. Возможно, звала маму. Не помню… Новый толчок – и пол ушел из-под ног, а я полетела в черную бездну. Мне показалось, что перед этим я услышала еще один звук: странный, задыхающийся, очень короткий, больше смахивающий на кашель или судорожный всхлип. А затем кряхтящий, капающий шум, будто сжали огромную влажную губку…
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 [31] 32 33 34 35 36

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация