А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Око Марены" (страница 43)

   Глава 25
   Печальный сказ


Широко, необозримо,
Грозной тучею сплошной,
Дым за дымом, бездна дыма
Тяготеет над землей…

Федор Тютчев
   Терем княжой, хоть времени прошло всего ничего, поставили заново – о том позаботился уцелевший Зворыка. Не целиком, разумеется, но имелось где спать, где поесть и где князю сотников дружинных выслушать. Их Константин не бранил – они в подчинении у его тезки находились, приказы выполняли, поэтому не за что. Да и про него самого хоть и хотелось время от времени высказаться, но не позволял – погиб парень, так чего уж теперь.
   Верховный воевода на протяжении всех опросов за столом подле Константина не сидел – стоял вполоборота к нему, у оконца, а точнее сказать, у оконного проема, в который еще не успели вставить раму. С улицы тянуло гарью и смрадом горелого человеческого мяса, но он не обращал внимания на все это – в сравнении с тем огнем, что полыхал в его груди, ничто остальное особого значения не имело.
   – Вот так-то, Вячеслав Михалыч, друг мой ненаглядный, – повернулся князь к нему сразу после того, как отпустил последнего из сотников. – Заварил ты кашу своим отъездом, нечего сказать.
   – Оправдываться не буду, – вздохнул Славка, снимая с себя красную шапку – знак верховной воинской власти, который Константин ввел еще зимой, перед битвой у Коломны. – Хреновый из меня воевода получился, чего уж тут. А знаешь, что самое поганое? – Он впервые за последние сутки посмотрел князю в глаза и печально улыбнулся. – Ты даже не догадываешься, что именно. Так вот, прикидывая, как бы я сам поступил в тот день, могу сказать, что, останься я в Рязани, – ничегошеньки бы не изменилось.
   – То есть я все равно прикатил бы к пепелищу? – уточнил князь.
   – К нему самому, – подтвердил Вячеслав. – Потому как действовал бы я точь-в-точь как твой тезка. Решил бы дать всей дружине поразмяться и оставлять в городе тоже никого бы не стал. А зачем? На границах все спокойно, а чем больше народу под рукой, тем проще управиться с бандюками.
   – Да на них и четвертой части того, что в Рязани было, за глаза бы хватило, – перебил Константин.
   – Речь не о том, – пояснил Вячеслав. – Раздолбать их и впрямь много народу ни к чему. А вот позже, разбежавшихся вылавливать, – тут да. Я тебе больше скажу – вышло бы еще хуже.
   – Есть куда? – искренне удивился Константин.
   – Есть, – кивнул Вячеслав. – Так у тебя хоть сын в живых остался, а если бы в Рязани был я, то с собой в Березовку его бы не взял – рискованно. Это твой тезка уступил мальчишке, а я бы Святослава и слушать не стал. Вот так-то вот, – вздохнул он и сухо, по-деловому, поинтересовался: – Кому шапку отдать, кому хозяйство сдать?
   – А ты сам кому бы все вручил? – последовал ответный вопрос Константина.
   Воевода почесал в затылке, посопел носом, поковырялся пальцем в дубовой столешнице и пожал плечами:
   – А черт его знает. Из отцов-командиров мужики все славные, но для воеводства у них кишка тонка. Вон как у тезки твоего. Если только Стоян, когда от половцев вернется, да и то…
   – А он чем плох?
   – Консервативен больно. Мыслит увесисто, качественно, но чтобы разобраться с теми же гранатометчиками или, скажем, со спецназом, или поделить толпу: кого в саперы, кого в минеры, кого в тыловое обеспечение – тут уже надо иначе мыслить. Хотя, если бы он тут сидел, Рязань бы уцелела – осторожен, чертяка.
   – Стало быть, ты, паршивец, до сих пор даже зама путевого себе не подобрал?
   – Стало быть, так, – согласился Славка. – Получается, кругом облажался, то бишь полное служебное несоответствие. При себе хоть оставишь – в военной инспекции какой-нибудь? Или этой, как его, казни предашь? – с полнейшим равнодушием к своей дальнейшей судьбе и испытывая лишь одно легкое праздное любопытство, поинтересовался он. Как поступят с ним самим, его и впрямь не волновало, что воевода тут же и подтвердил, начав отстраненно, будто речь шла о ком-то другом, рассуждать вслух: – А что? Вообще-то правильно. Кто-то ведь должен отвечать за все эти безобразия? А тут парочку голов оттяпал, и народ сразу угомонится, справедливость княжескую славить начнет. К тому же не какой-нибудь липовый стрелочник на плахе окажется, а самый что ни на есть настоящий виновник.
   – Настоящие виновники давно в лесу возле Ожска на крепких сучьях болтаются, – сурово обрезал его Константин – злость за сожженный дотла город до сих пор не выплеснулась из его груди, и раздражение, вызванное этим, время от времени прорывалось наружу. – Но ты прав. Казни я тебя тоже предам, хотя и втихую, чтоб только между нами.
   – Ядом, что ли, напоишь? – недоуменно хмыкнул Славка. – А как же воспитательное значение?
   – Дурак ты, боцман, и шутки твои дурацкие. Казнью, чтоб ты знал, на Руси называется любое наказание. Эх ты, второй год тут живешь, пора бы и запомнить. А тебя я, так и быть, сделаю военным инспектором, но только тогда, когда ты все наладишь и воспитаешь качественных заместителей, включая того, кто займет твое место. Так что напяль обратно шапку на свою бестолковку и чеши отсюда, паразит.
   – Куда? – оторопел Славка.
   – То есть как это куда?! – возмутился Константин. – Неужто неясно?! Людей организовывай – кому руины расчищать, кому ямы копать и погибших хоронить, словом, налаживай работы. Только со стенами не торопись! – крикнул он вдогон Вячеславу.
   Тот остановился и недоуменно уставился на князя.
   – Я вообще-то хотел их первым делом…
   – Чтоб опять сгорели? Нет уж, раз так получилось, каменные ставить будем. Так что ты мне не только в городе все организуешь, но и мастеров отыщешь, которые по камню. Отыщешь и потолкуешь с ними – где они этот камень брали, много ли его осталось, хватит ли нам на стены или надо где-нибудь поблизости еще и кирпичный заводишко поставить. Опять же лучше там, чтоб рядом с сырьем, ну и так далее.
   Говорил Константин сухо, деловито, сыпал конкретными неотложными задачами. Во-первых, их действительно кому-то следовало выполнять, а во-вторых, необходимо было загрузить друга на полную катушку, чтобы отвлечь от тягостных дум. И видя, как с каждым новым заданием плечи воеводы все больше расправляются (а то ишь, сгорбился, как столетний старик), князь воочию убеждался, что одной из своих целей он практически достиг. А то, что объем груза воистину титанический – ничего страшного. Так даже лучше. Промах тоже мелким не назовешь, а потому пусть искупает. Правда, ближе к концу напомнил:
   – Только не вздумай сам всем заниматься. Первым делом прикинь, кто и что потянет. А уж когда повсюду расставишь старших, тогда и приступай.
   – А мне-то что останется?
   – Контроль! – рявкнул Константин. – Только первым делом ты мне пока одну бригаду из плотников организуй. Мы их в Ожск направим.
   – Так он же уцелел? – попробовал было возразить Вячеслав. – Зачем им плотники?
   – Чтоб посад мало-мальски восстановить, который после взрыва снесло. До зимы хотя бы бараки поставим, и то хорошо. Пусть народ знает, что князь о них заботится.
   – Реклама, – понимающе кивнул Вячеслав.
   – Балда. Если людей не дать, то они сами строиться начнут, а нам надо, чтобы они в мастерских вкалывали, особенно литейщики, кузнецы и те, кто порохом занимается. Забыл, что все запасы нужно заново восполнить? Ну и сами склады тоже восстанавливать надо. Узнай у Зворыки – он мастеров нанимал, которые его строили, и если они не погибли, то их тоже туда.
   – Так ведь все равно пока хранить нечего, – усомнился Вячеслав. – Может, лучше все-таки вначале стенами заняться?
   – Пока отстроят, появится, – отрезал Константин. – А что до Рязани, то со стенами нам до зимы все равно не успеть, поэтому отложим до следующего года. Тут сам город восстановить – и то все княжество на уши поднимать. Так что эта бригада, которая в Ожск поедет, – капля в море. Кстати, хорошо, что ты напомнил. Давай-ка, орел, составь мне текст грамотки, которую мы отправим во все наши города. Да наметь гонцов, чтоб посмышленее и покрасноречивее. И не из простых дружинников, а из тех, что ополченцев хорошо учил. Их человек двадцать понадобится – в Переяславль, Ольгов, Ростиславль, Михайлов, Козарь, ну и так далее. Посылай с умом – лучше всего, если сами они будут из местных. В тот же Пронск, к примеру, Юрко Золото можно послать – лучше него там никто не разберется. А если кто заартачится, вразумит… по-свойски.
   – Судя по голове, он в рядовых недолго засидится, – поддержал князя воевода. – Тем более, как ты говорил, парень прошел индивидуальную проверку в экстремальных условиях.
   – И сдал ее с оценкой «отлично», – в тон ему добавил Константин.
   – Твое темное учительское прошлое когда-нибудь тебя погубит, – философски заметил Вячеслав, постепенно начинающий возвращаться к себе прежнему. – Вечно ты всем оценки ставишь.
   – Это в тебе просто ревность играет, – хмыкнул Константин, радуясь в душе, что друг начал язвить, а следовательно, кризис миновал. – И здесь все запорол, – насмешливо продолжил князь, – и в школе, поди, в двоечниках хаживал.
   – Мои школьные годы попрошу не ворошить. В эти светлые и чистые воспоминания имею право погружаться только я сам. А что до оценок, то они у меня были… разнообразные, – напустил туману воевода.
   – Чувствуется, – вздохнул Константин. – Короче, текст с тебя, и займешься им в первую очередь. Все ясно?
   – В целом – да, а вот в частности, особенно что касается самой писанины и нынешних оборотов речи… – пригорюнился Вячеслав.
   – Я же тебе говорил, ты самый главный, – напомнил Константин. – Так и тут. Основное, что с тебя требуется, – это мысли и идеи, а текст пусть Пимен обработает. Не боись, невозможного не поручу, знаю, что ты ж по-старославянски только на двойку тянешь, да и по сочинениям в школе тоже, поди, не блистал.
   – По-разному бывало, – вновь уклонился от ответа воевода, но затем честно сознался: – Если в целом, то да, блеску было… маловато.
   – Я почему-то так и подумал, – кивнул Константин. – Но с лозунгами-то, надеюсь, не подведешь?
   – Тут будь спок, – заверил Вячеслав. – У нас училище было хоть и командное, но общественные науки грызть тоже довелось, а там такие зубры сидели, что о-го-го.
   – И ты учил? – подозрительно уставился на него Константин.
   – В отпуск захочешь – китайский язык одолеешь, – с печальным вздохом произнес воевода. – Мамочка шибко ждала.
   – Только не забудь патриотизма накидать. Мол, велика Русь, а Рязань одна, значит, надо ее всем миром восстанавливать, и вообще, кто, если не мы. Хорошо, что заначка у Зворыки в особой кладовой хранилась, не добрались до нее козлы эти, так что найду чем расплатиться, но гонцов все равно предупреди – пусть при найме постараются экономить, а то гривен не так уж много. И сразу после текста и отправки людей строительная бригада для Ожска – это задача номер два. В нее чтоб самых лучших подобрал. Я их вместе с Сергием отправлю.
   – Это который Иванович? Тот, что город отстоял? – уточнил Вячеслав.
   – Тот самый, – подтвердил Константин. – Только он не Иванович, а Иванов. Это их прозвище по имени деревни, откуда они все родом. А отца его зовут… погоди-ка, дай вспомнить, он же мне сам рассказывал… Да, точно, Вячеславович.
   – Смерда княжеским именем? – удивился воевода. – Или он не смерд?
   – Смерд, – кивнул Константин. – Просто его дед, будучи в пешем ополчении, в жуткой сече спас жизнь какому-то там князю, ну и тот его в благодарность гривнами наделил. А дед в его честь своего первенца княжьим именем нарек – Вячеславом, – пояснил он и, не удержавшись, напоследок съязвил: – Между прочим, он гражданский, а город свой, который я ему доверил по Минькиной просьбе, уберег и некоторым профессионалам нос утер. Чую я, – произнес он мечтательно, – выйдет из парня толк. Двадцати лет еще не исполнилось, а талантов выше крыши, в том числе и воинских. А если его еще и малость подучить…
   Вячеславу крыть было нечем и оставалось только молча проглотить заслуженный упрек и удалиться, что воевода и сделал. Впрочем, об учебе Сергия князь больше говорил для того, чтобы поддеть воеводу – пусть помучается. На самом-то деле ни о какой ратной службе спаситель Ожска и не помышлял, а на прямое предложение князя ответил деликатно:
   – Повелишь – пойду и в дружину. Токмо зачем это тебе, княже? У тебя ведь надежные людишки на каждом месте должны быть, в каждом граде. Пока я твоим повелением в Ожске сижу – у тебя хоть за него душа болеть не будет. А дружина… Ты уж не серчай, княже, но у меня для нее душа слишком вольная, а там строгий порядок нужон. Я-то разумею, что в ратном деле без порядка никуда, и со своих караульных сам три шкуры деру, но… – Он замялся и все-таки выпалил честно, как на духу: – За награды все, коими ты меня осыпал, поклон тебе низкий. Доверие твое не уроню, а в дружину не неволь. Я уже лучше в подручных у Михал Юрьича. Мне там интересу больше.
   – Но Ожск на тебе, – строго предупредил князь.
   – О том даже и не сумлевайся, – твердо заверил его Сергий.
   На том и расстались. Было, конечно, немного жаль, но если взять с другой стороны, парень-то прав – Константину позарез надо было ставить всюду надежных людей, чтоб быть спокойным за любой город, а этот и башковит, и схватывает все на лету, и по характеру надежен. Такие не продадут, пойдут до конца, куда бы ни повел. Правда, только при условии, что за правое дело.
   Вон он как себя в его гриднице вел. Хоть из простых, хоть перед князем стоял, а себе цену знал. Держался уважительно, не лицемерил, разговаривал почтительно, но не раболепно. Холуя из такого никогда не сделаешь. А впрочем, они и самому Константину тоже ни к чему. Ему соратники нужны, сподвижники, словом, как раз то, что собой и представляет этот невысокий, кряжистый, как дубок, парень.
   Ох, воистину богата на таланты русская земля…
   Константин еще успел пройтись по пепелищу, не гнушаясь кое-где самолично подсобить людям, разгребавшим завалы, но потом, попрекнув себя – тоже мне, Ленин с бревном на коммунистическом субботнике – отказался от этого дела, к тому же хватало и иных забот. На Славку хоть и было изрядно нагружено, но и самому текущих дел осталось хоть отбавляй.
   Только к вечеру он вернулся в не доведенный до ума терем, прикинул, что пока сойдет и так, и, вызвав Зворыку, повелел перекинуть всех, кто занимался строительством княжеских хором, на более нужные работы, оставив только тех, кто должен был вставить оконные рамы и стекла. Тот молча кивал, выслушивая княжеские распоряжения, пока речь не зашла о том, чтобы тряхнуть гривнами и бесплатно поставить простому люду дома в самые короткие сроки, равно как гостиничный двор и складские помещения для купцов. Причем последние надлежало сделать каменными, чтоб товары в будущем ни от какого пожара пострадать не могли.
   – Так-то и им впредь спокойнее будет, и нам почет. Сам князь о торговом люде печется, заботу проявляет, – заметил он. Поглядев на приунывшего Зворыку – это сколь гривен придется выкинуть ради какого-то мифического почета, – Константин приободрил своего министра финансов: – Те каменные дома, что пойдут под склады, нам самим тоже к большущей выгоде обернутся, так что не горюй. Мы же их не подарим, а станем сдавать внаем. Считай, будто борти пчелиные ставим – то есть поначалу чуток потратимся, зато потом до скончания века с медом будем.
   – Ага, совсем чуток, – хмыкнул Зворыка. – Медок-то золотой выйдет.
   – Так ведь и купцы столько гривен отдадут за первый же год, сколько ты с меда за сто лет не выручишь, – напомнил князь. – Какой вклад, такая и реза.
   – Ну ежели взять с кажного… – ударился Зворыка в сложные подсчеты и после минутного беззвучного шевеления губами уважительно глянул на князя. – А ведь и впрямь выгода. За пяток лет, полагаю, они нам полностью все расходы окупят, а далее чистая прибыль пойдет. А ежели еще и для ремесленного люда дома внаем отдать, тогда…
   – Это ты брось, – резко оборвал новый виток подсчетов своего дворского князь. – Кого обдирать собрался? У них же, кроме рук с мозолями, ни куны за душой. Хочешь, чтоб тебя, да и меня заодно живоглотом да кровопийцей величали? Не с чего им платить! Мы до сих пор еще не за все с ними расплатились, а ты вон чего удумал.
   – А работой своей, изделиями? – не согласился Зворыка.
   – Работой своей и мастерством они славу Рязани принесут, а это подороже всех гривен, – отрубил князь. – Сказал – бесплатно, значит, так оно и будет. – И он, смягчив тон, обнадежил дворского: – Не боись. Пока я с тобой, лари с сундуками если и опустеют, то только на время. Я ж знаю – князь без серебра, что блоха без собаки. Как ни прыгай, как ни суетись, а все равно кушать нечего. Только ты не там эти гривны ищешь. С мастеровых да смердов по селищам семь шкур драть смысла нет. С них одну взять – и то многовато будет. А вот на торговле – иное дело. Пока на аренде, на пошлинах, а потом мы с тобой караваны с товарами в дальние страны наладим, да в том же Париже или Риме и вовсе на каждой гривне по пяти возьмем. – И Константин твердо пообещал: – Ничего-ничего, дай только срок. Со временем мы и Новгороду нос утрем.
   – Ну уж и Новгороду, – недоверчиво усмехнулся Зворыка.
   – Утрем, утрем, – кивнул князь. – Обещаю.
   Дворский поглядел на Константина, от которого веяло непоколебимой уверенностью, что все, сказанное им, непременно сбудется, и озадаченно почесал в затылке – где Рязань, а где Великий Новгород. Но затем ему пришло на ум, что за последние полтора года князь действительно всегда выполнял свои обещания. Получалось, что и этому вроде как надо бы поверить. И пусть в голове такие радужные перспективы пока что все равно плохо укладывались, особенно на фоне разоренной столицы, но…
   Словом, уходил Зворыка от князя успокоенным.
   «Меня бы кто так ободрил», – подумал Константин, грустно глядя ему вслед, уныло вздохнул и повернулся к стоящему поодаль Пимену, который хотел, но не решался подойти к князю.
   – А тебе чего? – спросил князь и указал в оконный проем. – Вон, все как на ладони. Ходи, гляди, описывай.
   – Я… – Инок потупился. – А гоже ли про таковское писать? Оно ить… – Он чуть замешкался, покраснел, но все-таки выдавил: – Позор.
   – Кому? – хладнокровно осведомился Константин.
   Пимен смущенно опустил голову, не решаясь сказать. Вместо него это сделал князь.
   – Мне? Да, позор. Не сумел князь уберечь город. А еще? У остальных-то просто беда. Вот и пиши про беду.
   – А про позор?
   – Тоже, – пренебрежительно махнул рукой Константин. – Только тогда не забудь и главного виновника упомянуть, князя Ярослава Всеволодовича. Сам же присутствовал на допросах, так что слышал слова татей.
   Последних пятерых из числа изловленных было решено отвезти в Рязань. До этого додумался Изибор Березовый Меч, который принял дружину после гибели княжеского тезки. Получалось что-то вроде собственного оправдания – вот, мол, изловили. Ну и князю, когда приедет, тоже будет на ком душу отвести. Хоть и слегка, но утешится. Опять же и для горожан отрада. Месть – она сладка. Горький дым пожарищ не забьет, но все же.
   Схваченные тати на допросе, который им учинил Константин, не запирались, а из того, что они понарассказывали, стало ясно одно – не могут быть простым совпадением их одинаковые истории. Любопытная амнистия получалась у князя Ярослава, да и ее руководитель, выбиравший, кого миловать, а кого оставить в порубе, тоже наводил на определенные мысли. И таить эти мысли Константин не стал, прилюдно на площади, перед самой казнью объявив, кто именно стоял за спиной Гремислава и науськал того на Рязань.
   – Ему, выходит, куда горший позор, – заявил Пимен. – Никак и впрямь последние времена на Руси настали. Татей исполчать – до таковского ни один князь отродясь не додумывался.
   – Все когда-то происходит впервые, – философски заметил Константин, но, когда Пимен уже ушел, задумался.
   А ведь прав инок. И впрямь как у Шекспира: «Неладно что-то в Датском королевстве». Если бы только Ярослав, а то и прочие князья позволяют себе такое непотребство, что остается только за голову хвататься.
   Если припомнить, то и век нынешний начался с того, что Рюрик Ростиславич, кстати, родной стрый Мстислава Удатного, когда в очередной раз – то ли четвертый, то ли пятый по счету, пес его разберет – карабкался на великий стол, рассчитался за взятие Киева со своими союзниками-половцами… самим Киевом. Все отдал на разграбление, ничего не пожалел, даже святынь – и Софийский собор, и Десятинную церковь, и все монастыри, из которых степняки забрали в полон всех монахов и монахинь. Молодых и красивых, разумеется, – старых да уродливых они попросту прирезали.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 [43] 44 45 46 47 48 49 50

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация