А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Властелин видений" (страница 29)

   2

   Багровое небо, белые обломки зданий, поросшие мхом камни… Тоскливо и муторно было на душе у Глеба. Словно за всей этой фантастической декорацией скрывалось что-то, чего он никак не мог разглядеть.
   «Если вдуматься, все это настоящий бред, – думал Глеб, шагая по узкой тропке, вьющейся между разрушенными фасадами. – Я здесь, в древней Руси. В настолько древней, что и Руси-то еще никакой нет. Иду по мертвому городу и знаю, что за спиной у меня – упыри и волколаки, а впереди – колдун, собравшийся покорить мир и сделать его своей игрушкой. Может, все это сон? Вот проснусь сейчас и…»
   На тропе прямо перед Глебом выросла высокая фигура. Глеб остановился. Ни страха, ни волнения он почему-то не почувствовал.
   – Кто ты? – спросил Глеб незнакомца. – Ты Пастырь?
   – Разве ты видишь на мне белую хламиду?
   Глеб вгляделся в темные черты призрачной твари и побледнел от ужаса.
   – Прочь! – крикнул он, молниеносно выхватил из ножен меч и рубанул по своему двойнику.
   Порыв воздуха, вызванный движением клинка, развеял фигуру. Но она тут же стала сгущаться снова. И вот уже собственное лицо Глеба усмехнулось ему, а его собственные губы негромко и насмешливо произнесли:
   – Не так быстро, приятель. И хватит корчить из себя крутого ходока. Ты не Первоход. Ты просто жалкий борзописец Глеб Орлов.
   – Заткнись!
   Двойник качнул головой и, усмехаясь, продолжил:
   – Никто не воспринимает тебя всерьез, даже твои собутыльники. Для них ты просто Орлуша – потаскун и пьяница, с которым можно неплохо провести вечерок, но с которым не стоит говорить о серьезных вещах.
   – Я сказал – захлопни пасть!
   – Когда-то давно ты мечтал стать настоящим журналистом. Сенсации, разоблачения, встречи с интересными, талантливыми людьми. Идеи, пот и кровь родной страны… Ты хотел что-то сделать и что-то значить. Но ты не значишь ни черта. Ты никто. Ноль. И я никак не возьму в толк, зачем ты рвешься домой?
   – Я не ноль. Гиблое место сделало меня сильным.
   – Гиблое место? – Двойник насмешливо приподнял брови. – Глупец. Оно выжгло твою душу, и теперь ты пуст. Ты давно ничего не чувствуешь, Орлуша. Ты не различаешь добра и зла. Ты не черный и не белый. Ты просто темный, как любая здешняя тварь. Знаешь, что я думаю? Что тебе лучше остаться здесь. Навсегда.
   Двойник улыбнулся улыбкой, от которой по коже Глеба пробежал мороз, и сказал:
   – Опусти свой меч, приятель. Ты не можешь убить сам себя.
   Глеб послушно опустил руку. Жестокие слова, сказанные двойником, смяли в комок его душу и лишили его воли. Он не чувствовал в себе сил сопротивляться.
   И вдруг кто-то резко тряхнул Глеба.
   – Первоход! Сударь, очнитесь!
   Глеб качнул головой и захлопал ресницами. Прямо перед собой он увидел взволнованное лицо толмача Рамона.
   – Что… случилось?
   – Вы задумались, свернули с тропки и едва не свалились в яму.
   Глеб опустил взгляд и увидел у своих ног черную дыру, похожую на нору какого-то зверя.
   – Вам что-то привиделось? – спросил Рамон.
   – Да… Вроде того. Но теперь все в порядке. Спасибо, что уберег меня от ловушки, толмач.

   3

   Все произошло просто, почти буднично. Они приблизились к полуразрушенному храму и, задрав головы, взглянули на башню. И сразу увидели Пастыря. Белый чародей стоял на каменном балконе, но был там не один. Рядом с ним, прижавшись к Пастырю, словно испуганный зверек, стоял худенький мальчик лет девяти-десяти. Белая длань Пастыря лежала у мальчика на плече.
   – Ты пришел, Первоход! – крикнул белый чародей. – Я рад тебя видеть!
   – Зайдите мне за спину, – тихо приказал друзьям Глеб.
   Хлопуша, Бровик и Рамон послушно отступили на пару шагов. Глеб снова задрал голову и крикнул:
   – Что это с тобой за мальчишка, колдун?
   – Этот? – Пастырь усмехнулся. – Это мой приемный сын. Я нашел его недалеко от Гиблой чащобы. Он скитался по лесу, питаясь диким медом и акридами. Я пригрел его, накормил и сделал своим сыном.
   – А он? Что он сделал для тебя? Ведь ты ничего не делаешь просто так!
   Пастырь улыбнулся:
   – Ты прав. Этот мальчик мне помог.
   – В чем?
   – А вот об этом тебе лучше не знать.
   Пастырь погладил мальчишку ладонью по голове. Глеб шагнул вперед и дерзко проговорил:
   – Ты ничего мне не сделаешь, колдун! Темные твари, которыми ты управляешь, не смогут войти в Кишень!
   – Темные твари? – Пастырь усмехнулся. – А кто тебе сказал, что я призвал на помощь темных тварей?
   Чародей посмотрел на мальчика и снова погладил его по волосам.
   – Ну что, малыш? Покажем этому наглому безбожнику, на что мы с тобой способны?
   Мальчик кивнул. В ту же секунду ворота башни с грохотом распахнулись, и из черного проема шагнула на поляну темная фигура. Это был высокий человек в черном плаще, подпоясанным льняной веревкой. В руке он держал нечто, похожее на бердыш и косу одновременно. Лицо человека было скрыто наголовником, но Глеб и так знал, с кем имеет дело.
   – Жрец Нуарана! – выдохнул он и невольно попятился.
   Из черного провала вышел еще один жрец. А потом еще один. И еще. Жрецы продолжали выходить из ворот башни, заполняя площадь.
   – Первоход, что происходит? – спросил Хлопуша, с испугом глядя на темные фигуры в длинных плащах, с надвинутыми на лица наголовниками.
   Глеб облизнул пересохшие губы и ответил:
   – Пастырь подчинил себе жрецов Наурана.
   – Кто они?
   – Нелюди. Лучшие из нелюдей.
   – Но нелюдей не осталось!
   Глеб мрачно усмехнулся.
   – Как видишь, остались. Они прямо перед тобой.
   Глеб отступил еще на шаг, снова задрал голову и прокричал:
   – Ты прикажешь жрецам убить нас?
   – Не бойся, Первоход! – спокойно ответил Пастырь. – Тебя они не убьют! Ты нужен мне живой!
   – А что будет с моими друзьями?
   – Прости, но они мне не нужны. Жрецы Нуарана! – крикнул Пастырь и воздел руки. – Вы много столетий охраняли божество! Но настоящее божество – это я! И я приказываю вам: приведите ко мне Глеба Первохода! А тех, кто пришел с ним, – убейте!
   – Рамон, Хлопуша, Бровик! – крикнул Глеб. – Спрячьтесь за камни!
   Жрецы, вскинув огромные косы, двинулись в атаку. Они шли молча и спокойно, словно огромные бездушные големы, готовые сокрушить любого, на кого им укажет хозяин-демиург.
   Глеб сунул руку в карман куртки и достал крохотный черный шарик. Вскинул его над головой и крикнул:
   – У меня в руке собиратель! Если я сожму его – вам конец! – Глеб поднял взгляд на Пастыря, по-прежнему стоявшего на балконе, и добавил: – И мне тоже! Я ведь нужен тебе живым, колдун!
   Длинное лезвие косы просвистело у Глеба над головой.
   – Хватит! – крикнул с балкона Пастырь и громко хлопнул в ладоши.
   Жрецы остановились.
   – Ступайте прочь, жрецы Нуарана! Я больше не нуждаюсь в вашей помощи!
   Жрецы опустили свои страшные косы, повернулись и зашагали к лесу.
   Глеб проводил их хмурым взглядом, а когда снова взглянул на балкон, Пастыря там уже не было, лишь худенький мальчик стоял у каменного парапета, глядя вниз пустым, будто у лунатика, взглядом.
   Белый чародей вышел из башни на площадь. Его сияющая белая фигура смотрелась на фоне развалин завораживающе.
   Бровка, Хлопуша и Рамон вышли из-за камней и выхватили мечи и кинжалы. Пастырь усмехнулся, вскинул руку и дунул на ладонь. Тотчас с ладони его соскочили три огненных шарика и устремились к путникам.
   Первый шарик ударил Хлопушу в грудь и сбил его с ног. Второй взорвался огненным облаком и заискрился перед глазами у Бровки золотым конфетти. Девушка вдохнула золотую пыль, глаза ее закатились под веки, и она рухнула на траву. Третий шарик, резко вытянувшись, превратился в огненную петлю, и петля эта мигом оплела шею Рамона и резко дернула его назад. Рамон упал на землю и забился, пытаясь оторвать от себя огненную змею.
   Глеб стоял, широко расставив ноги и глядя на чародея угрюмым, ненавидящим взглядом.
   – Это все не настоящее, – спокойно произнес он. – Ты наслал на нас видения.
   – Верно. – Пастырь прищурил светлые глаза. – Но смерть их будет настоящей. Это я тебе обещаю.
   Глеб выхватил из кобуры скорострел и направил его на чародея.
   – Оставь их в покое!
   – Не торопись, Глеб, – спокойно ответил тот. – Я хочу с тобой поговорить. Ты не такой, как остальные. Ты слишком часто ходил в Гиблое место, и оно изменило тебя. В тебе его Сила.
   – И ты хочешь, чтобы я поделился этой Силой с тобой?
   – Было бы неплохо.
   Глеб быстро подошел к Пастырю и ткнул дуло скорострела ему в лоб. Тот поднял глаза кверху и посмотрел на черный ствол. Усмехнулся и снова перевел взгляд на Глеба.
   – Ты думаешь, что сможешь убить меня? – насмешливо спросил он. – Меня, сына Божьего, великого чародея, который подчинил себе города и села?
   – Ты не чародей, – холодно отчеканил Глеб. – Ты просто жалкий фокусник. Гнилой отросток Гиблого места. Ядовитый корень, пробивший себе путь к людям. Но я отрежу тебя, как до этого отрезал другие корни. Ты ведь боишься меня, верно? Боишься каждой клеткой, каждой порой своего тела.
   – Ты так думаешь? А как тебе это?
   Пастырь чуть качнул головой. В то же мгновение ствол скорострела изогнулся, как гибкое щупальце, ринулся к Глебу и оплел его шею.
   Глеб захрипел, выпустил из рук скорострел и попытался оторвать от себя черное щупальце, но не смог.
   Пастырь смотрел на него презрительным взглядом.
   – Я многое могу, ходок, – небрежно проронил он. – Могу заставить тебя перерезать себе вены. Могу швырнуть тебя в кошмарный сон и оставить там навсегда. Мне подвластно все. Кроме одного. Я не могу покинуть пределы Гиблого места. Вернее – не мог. Но теперь… Теперь здесь появился ты.
   Лицо Глеба побагровело.
   – Я… не понимаю, – прохрипел он.
   Пастырь холодно улыбнулся:
   – Твоя Сила поможет мне выйти за межу. Не противься мне, Первоход. Ведь ты такое же темное порождение Гиблого места, как я.
   – Чушь!
   Пастырь покачал головой:
   – Нет, не чушь. Ты пришел к людям из Гиблого места. Как любая темная тварь.
   Глеб выхватил из-за пояса кинжал и ударил по щупальцу, но оно продолжало крепко и цепко держать его за шею. Пастырь прищурил светлые глаза.
   – Ты никогда не сдаешься, верно? А знаешь, если бы не ты, ничего этого бы не было. Ведь это ты вырвал меня из рук палача. Ты вывел меня из темницы. – Чародей обхватил руками плащ и одним сильным движением распахнул его. – Взгляни!
   На голой, белой, как молоко, груди Пастыря темнел черный крест, сочащийся кровью.
   – Он все еще кровоточит, Первоход. Но я благодарен за это Господу, потому что сия рана не дает мне уснуть. «Бодрствуйте со мной», – просил Иисус апостолов. Но апостолы уснули, позволив свершиться несправедливости. Я не усну, Глеб. Я не усну.
   Толмач Рамон, стряхнув с себя остатки огненной петли, приподнялся, выхватил из-за пояса кинжал и метнул в чародея. Тот молниеносно поймал кинжал, но тут второй кинжал, пущенный рукою толмача, со свистом крутанувшись в воздухе, вонзился Пастырю в плечо.
   Чародей взревел от боли, и в ту же секунду черное щупальце, душившее Глеба, отвалилось от его шеи и упало на холодную землю.
   Пастырь резко повернулся к Рамону и, выставив перед собой растопыренные руки, яростно прокричал:
   – Пусть адские псы разорвут тебя на части, толмач!
   В то же мгновение два больших, поросших вековым мхом валуна, лежавших у дверей храма, превратились в огромных черных псов, вскочили на ноги и бросились на Рамона.
   Глеб подхватил с земли скорострел и выстрелил Пастырю в грудь. Но чародей с ледяной усмешкой шагнул в сторону и раздвоился. Стрела вонзилась в стену между двумя белыми фигурами.
   Пастырь снова шагнул в сторону, и там, где он только что стоял, остался третий двойник. Вперив в Глеба злобный, насмешливый взгляд, чародей принялся кружить вокруг него, и на каждом месте, где он только что стоял, появлялся его двойник. Не прошло и трех секунд, как Глеб оказался окруженным двойниками Пастыря.
   Глеб выстрелил в одну из белых фигур, но стрела прошила пустоту и воткнулась в стену. Он выстрелил еще раз, но с тем же успехом.
   – Неплохая попытка, ходок! – жутким хором проговорили Пастыри. – Попробуй еще раз.
   Глеб попробовал. И снова промах. Белые фигуры захохотали и принялись кружиться вокруг Глеба в дьявольском хороводе. Глеб завертелся на месте, пытаясь определить, который из дюжины Пастырей настоящий.
   И тут Хлопуша, лежавший к чародею ближе всех, подхватил с земли горсть праха и швырнул его Пастырю в лицо. Чародей зажмурил глаза и закашлялся.
   Белые фигуры исчезли. Глеб вскинул скорострел и нажал на спуск. Передернул скобу и нажал еще раз. А потом еще. И еще. Выпустив четыре стрелы, он опустил скорострел и, тяжело дыша, взглянул на Пастыря, пришпиленного стрелами к стене храма, подобно огромной белой бабочке.
   Из пробитых запястий и плеч на белую хламиду потекла черно-багровая кровь.
   – Нет… – хрипел чародей, извиваясь и пытаясь ухватить стрелы зубами. – Нет…
   Но зубы Пастыря щелкали впустую. Глеб убрал скорострел в кобуру и вытянул из ножен меч-всеруб.
   – Ты хотел почувствовать себя Богом? – холодно проговорил он. – Теперь ты на кресте, как и Он. И что ты ощущаешь?
   – Это еще не конец… – прошипел чародей, глядя на Первохода налитыми кровью глазами. – Я вернусь за тобой!
   – Из ада не возвращаются, – отчеканил Глеб. – Пусть черти обглодают твои кости, фокусник!
   Глеб сжал рукоять меча обеими руками, размахнулся и одним ударом снес чародею голову с плеч. Затем опустил окровавленный меч и подошел к Бровке. Девушка уже приподнялась с земли. Глеб протянул ей руку и помог подняться на ноги.
   – Как ты себя чувствуешь, Бровка?
   Девушка усмехнулась:
   – Как будто меня разжевали и выплюнули.
   Глеб снял с пояса флягу и протянул Бровке. Затем повернулся к Хлопуше и спросил:
   – Как ты узнал, который из них настоящий?
   – Муха, – ответил тот.
   – Муха?
   Хлопуша кивнул:
   – Да, муха. Она села чародею на лицо. Должно быть, почувствовала, что он упырь.
   В двух саженях от здоровяка толмач Рамон, кряхтя и постанывая, поднялся с земли.
   – …Die cane maledetto… – бормотал он, морщась от боли в ушибленном плече. – Эти псы были как настоящие. Ненавижу собак. Клянусь айдесским богом, как же я ненавижу собак!
   Глеб посмотрел на небо. Прямо над ним висело созвездие Ориона, похожее на огромное распятие.
   – А может, Ты и не воскресал? – тихо спросил Глеб, обращаясь к созвездию. – Может быть, ты такой же мертвый, как падшие боги Гиблого места? – Глеб вытер рукою сухие глаза и опустил взгляд: – Ладно… Воскрес ты или нет, но у меня есть работа, и я должен ее доделать.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 [29] 30

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация