А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Планета смертной тени" (страница 17)

   Зрелище было настолько ошеломляющее, что Дик и Александр не сразу решились подойти к краю прохода. Они смотрели на него со стороны, пытаясь осознать, с чем, с демонстрацией какой невероятной мощи, с проявлением какого запредельного разума они столкнулись? Достаточно было взглянуть на уходящие отвесно вверх, идеально ровные стены, чтобы убедиться в том, что проход имеет искусственное происхождение. И человеку, при всех тех возможностях, какими он обладал ныне, сделать такое было не под силу.
   Дик подобрал с земли камень и кинул его в проход. Камень упал на вытекающую из прохода дорогу, похожую на полосу застывшего базальта, но слишком ровную для того, чтобы можно было хотя бы мысль допустить о том, что это творение природы. И ничего не произошло. Не сомкнулись с глухим стуком стены. Не обрушились камни с вершин. Проход остался на прежнем месте. Как вызов здравому смыслу.
   Дик достал из-за пазухи флягу и протянул ее Александру. Тот сделал отрицательный жест рукой. Дик пожал плечами и спрятал флягу, сам не выпив ни глотка.
   – Что скажешь?
   – Похоже, Юрий не бредил.
   – Я не о том.
   – А… Ну, я не знаю…
   Александр посмотрел на Дика. Выражение лица у него и в самом деле было растерянное. Как у человека, который долго искал вещь, которая когда-то была ему очень нужна, а когда нашел, уже забыл, что с ней нужно сделать.
   – Идем, – Александр направился к проходу.
   – Тот, кто знает дорогу вперед, не станет поворачивать назад, – глубокомысленно изрек Дик, прежде чем сойти с места.
   – Сам придумал?
   – Нет. Это изречение Великого Императора Ху.
   – Ты читал «Книгу Постоянств»? – Александр посмотрел на Дика так, будто тот открыл для него новый мир.
   – А что, по-твоему, все военные – идиоты? – саркастически усмехнулся Чики.
   – Нет… – Александр запнулся. – Но…
   – Ага. – Ухмылка Дика сделалась беспощадной.
   Проход был прямой, как лезвие катаны. Но в самом начале его дорога шла немного вверх, поэтому другой стороны прохода видно не было. Александр провел галошей по базальтовой дороге, иссеченной ровными параллельными рубцами, длиной около тридцати сантиметров каждый.
   – Похоже на следы гусениц.
   – Похоже, – согласился Дик. – Хотя на самом деле это может оказаться все, что угодно.
   – Например?
   – Например, следы гигантского уткозавра с Тринидада.
   – Даже если этот гигантский уткозавр существует, в чем я лично сильно сомневаюсь, как он с Тринидада сюда попал?
   – Так же, как и транги. – Дик провел ладонью по стене. Холодный, чуть шероховатый на ощупь камень. – Боюсь снова повергнуть тебя в шок, но хочу спросить: ты знаешь, что такое принцип Оккама?
   – Я в шоке, – усмехнулся Александр. – Но про Оккама я слышал. Хотя, признаюсь, не читал.
   – Ну, так давай следовать этому замечательному принципу. Не будем увеличивать число сущностей без особой на то необходимости. В настоящий момент встреча с гигантскими уткозаврами для нас так же возможна, как и встреча с трангами. Поэтому следует забыть как о тех, так и о других. Для начала попытаемся найти более рациональное объяснение происхождению этого прохода и следов на дороге.
   – Есть варианты?
   – Пока нет. Но мы не станем торопиться. – Дик вытянул руку вперед, подобно вождю, указующему народам путь в светлое будущее. – Кто знает, что ждет нас по другую сторону прохода?
   Александр только плечами пожал. Возразить ему было нечего, а соглашаться с доводами Дика не хотелось. Транги казались ему куда как предпочтительнее гигантских уткозавров.
   Люди шли вдоль прохода, по следам параллельных линий, внимательно всматриваясь в стены, будто надеялись увидеть на них символы или знаки, которые помогут определить им свое отношение к сути происходящего. Но стены были глухи, слепы и безмолвны. Как и полагается стенам. Почему, собственно, они должны отвечать на какие-то вопросы? Их ведь не для этого возводили.
   Метров через двести дорога выровнялась, и люди увидели другую сторону прохода. Хотя увидели – это слишком громко сказано. До выхода из таинственного коридора было не меньше километра, и все, что они пока могли видеть, была лишь узкая, точно бритвой прорезанная, полоска дневного света. Примерно то же самое можно было увидеть, обратив взгляд наверх.
   Дальше, дальше, дальше…
   Шаги вперед не приближали к пониманию. А однообразие светло-коричневых стен начинало утомлять. Почему-то, вопреки завету Императора Ху, появилось желание повернуть назад. Причем у каждого в отдельности, независимо от другого. Быть может, потому что стены прохода располагались пугающе близко друг к другу, из-за чего создавалось впечатление, что они в любой момент готовы сомкнуться. А кому охота быть раздавленным гигантскими глыбами камней?.. Вот то-то и оно.
   И вдруг…
   Поистине замечательное слово «вдруг». Почему-то все самые интересные вещи происходят не сами по себе, а непременно «вдруг».
   Добравшись примерно до середины прохода, Дик и Александр увидели слева от себя вход в пещеру. Вернее, это они лишь поначалу, увидев темный, зияющий в стене прохода провал, подумали, что перед ними вход в пещеру. Но скажите, какая пещера имеет правильное квадратное сечение, размерами три на три метра? Если этого мало, можно сказать еще, что углы квадратного коридора были сглажены, а стены, пол и потолок оказались сделаны из очень необычного материала, больше всего похожего на расплавленное стекло, но при этом необычайно прочного. Любивший все проверять на практике Дик вооружился камнем и несколько раз как следует ударил по стене. А на ней даже трещинки не появилось. Более того! Когда Дик и Александр вошли в уходящий в толщу скал коридор, по периметру его загорелся чуть приглушенный, кажущийся матовым свет. Он двигался по коридору вместе с людьми, опережая их на метр и ровно на столько же отставая.
   Примерно в четырнадцати метрах от входа люди наткнулись на развилку. Два абсолютно одинаковых коридора расходились в стороны под прямым углом.
   – Куда пойдем? – спросил Дик.
   – Назад.
   И, грубо поправ заветы Императора Ху, Александр решительно повернул в обратную сторону.
   Выбравшись наружу, он сначала посмотрел наверх, чтобы убедиться в том, что над ним все то же бледно-лиловое небо двух солнц, а после сел на корточки, прислонившись спиной к стене.
   – Что с тобой? – выйдя из светящегося коридора, с тревогой посмотрел на приятеля Дик. – Клаустрофобия?
   – Ты понимаешь, что это такое? – посмотрел на Дика Александр.
   – Некий инопланетный артефакт, – уверенно ответил Дик. – Вполне возможно, связанный с цивилизацией трангов. Теперь я уже почти готов согласиться…
   Он не закончил фразу, потому что, глядя на него, Александр оскалил зубы в странной, почти пугающей усмешке и, как эпилептик, затряс головой.
   – Что, транги здесь ни при чем? – нахмурился Дик.
   – Это – Лабиринт, – таинственным полушепотом произнес Александр. – Не просто лабиринт, а Тот-Самый-Лабиринт.
   – Тот самый? – Дик сосредоточенно наморщил лоб. – Именно тот самый?
   – Ты ничего не слышал про Лабиринт?
   – Про Тот-Самый-Лабиринт?
   – Ну да!
   – Нет.
   – Тебе известно, как погибла Земля? Старая Земля, прародина всего человечества?
   – Ну, это знает каждый. Люди покинули Землю, потому что эволюция Солнца подошла к тому самому этапу, когда оно должно было превратиться в красный гигант, корона которого захватывает орбиту Земли…
   – Это официальная версия.
   – Тебе известна другая?
   – Легенда про механиков.
   – Ну да, конечно, – скептически поджал губы Дик. – А еще есть легенда про всемирный потоп. О Темных Временах осталось мало достоверной информации. Так что рассказывать можно все, что угодно.
   – Землю уничтожили машиноподобные существа, известные как механики.
   – Да ну? – удивленно вытаращил глаза Дик.
   – Теперь мы называем их трангами, – продолжал Александр, будто и не заметил сарказма. – А попали они на Землю через Лабиринт, – он указал на квадратный проем в стене. – Тот-Самый-Лабиринт. После гибели Земли остались лишь немногочисленные колонии на других планетах. Которые и положили начало новым космическим державам.
   – И они же, транги то есть, или механики, как их называют в легендах, построили Лабиринт?
   – Лабиринт существовал всегда.
   – Так не бывает, – покачал головой Дик. – Всегда – это значит с момента Большого Взрыва.
   – Именно, – подтвердил Александр. – Лабиринт – самый древний объект во Вселенной. А может быть, он и есть сама Вселенная. Отдельные исследователи высказывают мнение, что Лабиринт – это особого рода программа с пространственной кодировкой, в соответствии с которой происходит эволюция Вселенной. И создана она была еще до Большого Взрыва.
   – До Большого Взрыва не было ничего.
   – В нашем понимании – не было.
   – Тогда кто же создал Лабиринт?
   – Те, кто был в сто раз умнее, в тысячу раз мудрее и неизмеримо могущественнее нас. Те, кем можем стать и мы, если сумеем дойти до соответствующего этапа своего развития. Только произойдет это ох как нескоро.
   – И куда можно попасть через этот Лабиринт?
   – Лабиринт опутывает собой всю Вселенную. Поэтому, войдя в него здесь, выйти ты можешь где угодно.
   – Так, значит, мы можем воспользоваться Лабиринтом для бегства?
   – Я бы не стал этого делать.
   – Почему?
   – Потому что «где угодно» вовсе не означает «там, где ты пожелаешь». Лабиринт сам будет решать твою судьбу. Это – как лотерея. Или, лучше сказать, русская рулетка. Знаешь, есть такая игра…
   – Знаю, знаю, – махнул рукой Дик. – Но, может, все же есть смысл попробовать? Будем делать отметки по ходу движения… Или привяжем веревку у входа, чтобы можно было вернуться назад.
   – Войдя в Лабиринт, назад мы уже не вернемся, это точно. Пространственная структура Лабиринта неопределенна. Она постоянно меняется. Кроме того, Лабиринт ломает, а, может быть, наоборот, диктует законы не только пространства, но и времени. Пройдя через Лабиринт, мы можем оказаться как в прошлом, так и в будущем. А можем навсегда остаться в нем, превратившись в вечных странников по запутанной, многоярусной сети коридоров. И это только то, что нам известно о Лабиринте. На что он еще способен, мы даже не можем вообразить, потому что это совершенно иная, непостижимая для нас форма существования материи. Пытаться понять Лабиринт, постичь логику его действий – это все равно что в тщете стараться представить, каким был мир до Большого Взрыва.
   – Откуда ты все это знаешь?
   – Я интересовался этим вопросом. Читал соответствующую литературу.
   – «Новую хронологию» Пертышова?
   – И ее тоже.
   – По-твоему, этому можно верить?
   – Проверь. – Александр указал на вход в Лабиринт.
   Дик повернулся к квадратному проему в стене и простер перед собой руку. Периметр коридора засиял ровным, белым, матовым светом.
   – Ты видел когда-нибудь что-то подобное?
   – Нет, – покачал головой Дик.
   – Кстати, у Императора Ху есть высказывание, относящееся к Лабиринту.
   – Да неужели?
   – «Если ты вошел в лабиринт, то не уходи дальше той точки, оттуда виден вход. Только в этом случае у тебя будет шанс отыскать выход».
   – Мудро.
   – Как и все у Императора Ху.
   – А какое отношение к Лабиринту имеют транги?
   – Это слуги Лабиринта. Или, скажем так, его хранители. А может быть, еще и исполнители его воли.
   – То есть механики уничтожили Землю, исполняя волю Лабиринта?
   – Конечно.
   – И чем же ему не угодили люди?
   – По всей видимости, старая Земля не вписывалась в планы Лабиринта относительно будущего Вселенной.
   – Земля как планета или обитающие на ней люди?
   – Ты задаешь вопросы, на которые нет и не может быть ответов. Знаешь, существует теория, что люди – это нечто вроде метастазов раковой опухоли, расползающейся по Вселенной. И, в конце концов, они ее погубят.
   – Они – это мы? – уточнил на всякий случай Дик.
   – Точно.
   – И когда это произойдет?
   – Надеюсь, не скоро. И уж, во всяком случае, не при нашей жизни.
   Дик усмехнулся.
   – Чему ты улыбаешься?
   – Наверное, то же самое говорили себе жители старой Земли перед тем, как явились механики.
   – Ну, не знаю…
   – Ладно, грех с ними, а нам-то теперь что делать? – Дик задумчиво посмотрел на вход в Лабиринт.
   – Я думаю, стоит дойти до конца прохода и посмотреть, что там.
   – Это понятно, – кивнул Дик. – Это прямо сейчас. А вообще? Так сказать, в дальнейшей перспективе?
   – Что бы там ни было, лезть в Лабиринт я не хочу. – Александр поднялся на ноги.
   – Даже в самом крайнем случае?
   – А что ты называешь крайним случаем?
   Они снова шли вдоль прохода, всматриваясь в гусеничные следы под ногами. Как будто монетку потеряли – антикварную! – и теперь надеялись отыскать. А вдруг…
   Э, нет, никаких «вдруг»!
   Дик и Александр шли по проходу, который после Лабиринта казался им уже чем-то само собой разумеющимся, и продолжали обсуждать начатую тему. А как же иначе? Обнаружить первооснову Вселенной, суть всех вещей, альфу и омегу пространства и времени – такое не каждый день случается. И далеко не с каждым. Поэтому тему следовало отработать по полной.
   – Крайний случай… – Дик в задумчивости постучал согнутым пальцем себе по макушке. – Ну, скажем, это когда тебе приходится думать о том, как спасти свою жизнь.
   – Часто об этом думаешь?
   – Последнее время – нет.
   – Тогда этот вариант отпадает.
   – А если мы не найдем другого способа покинуть планету?
   – Если не найдем – значит, плохо искали. Или только делали вид, что ищем, а вовсе не хотели найти.
   – Вот ты как!
   – Именно. Как говорил Император Ху: «Ищите и обрящете».
   – Император Ху этого не говорил.
   – А, какая разница. Кто-то ведь все равно сказал.
   – Значит, в Лабиринт – ни при каких обстоятельствах?
   – Точно.
   – А я бы не стал зарекаться… Что транги делают на этой планете?
   – Ты ждешь ответа от меня или предлагаешь вместе подумать?
   – У тебя есть ответ?
   – Есть некоторые соображения.
   – Ну, так выкладывай.
   – Определенно, сектор Грешного Треугольника представляет для трангов, а следовательно, и для Лабиринта, некий интерес. Они не хотят, чтобы здесь ошивались посторонние.
   – Однако мы здесь уже не первую неделю ошиваемся.
   – На нас они не обращают внимания. Мы для них все равно что муравьи, которых станут давить только после того, как они начнут кусаться. Или грызть стропила в доме. Поэтому я и говорю – не стоит соваться в Лабиринт. Иначе за свою назойливость придется отвечать.
   – А как же «Семецкий»?
   – Видимо, присутствие «Семецкого» в Грешном Треугольнике показалось трангам слишком уж назойливым.
   – Значит, такая же судьба уготована и кораблю, который пришел на смену «Семецкому»?
   – Не хотелось бы пророчить беду, но, по всей видимости, да.
   – И как нам это может помочь?
   Совсем не такой реакции ожидал от Чики Александр. Он-то полагал, что Дик проявит хотя бы тревогу за судьбы своих товарищей по оружию. Но Дик мыслил на редкость прагматично. Ни тебе боевого братства, ни сам погибай, а товарища выручай. Или это смерть сделала его другим? Настолько другим, что он уже никак не соотносил себя с теми, кто теперь стал его тюремщиками?
   – Честно говоря, – Александр пожал плечами, – я об этом пока не думал.
   – А стоило бы, – вроде как с упреком заметил Дик. – Самое подходящее время смотаться, когда тюремщиков поблизости нет.
   – Верно, только на чем?
   – У нас есть Лабиринт, – принялся загибать пальцы Дик. – Есть транги. Значит, уже есть из чего выбирать.
   – Еще у нас есть уурсины, – добавил Александр.
   – А они-то тут при чем? – удивился Дик.
   – Мне кажется, я понял, почему на этой, вполне комфортной для жизни планете обитает всего несколько сотен, никак не больше тысячи уурсинов. Они пришли сюда через Лабиринт.
   – Зачем?
   – Об этом Юм-Памарака стоит спросить.
   – Старый хитрец не ответит, – усмехнувшись, покачал головой Дик. – Или начнет говорить так, что и грешник не поймет. А вот Ут-Ташан, помнится, говорил, что они прячутся, когда приходят транги.
   – Это еще не значит, что транги терроризируют уурсинов. Если бы они захотели, то могли уничтожить всех местных жителей. Я бы даже рискнул предположить, что уурсины как раз и являются тем, что так тщательно оберегают транги. Они – первопричина возникновения Грешного Треугольника.
   – Что-то я совсем запутался, – потряс головой Дик. – Лабиринт, транги, уурсины… Почему ты непременно хочешь увязать все воедино?
   – Все и без меня складывается. Мы видели открытый вход в Лабиринт?
   – Видели, – подтвердил Дик.
   – Что само по себе уже невероятно. За тысячелетие, прошедшее после гибели Старой Земли, никто не находил вход в Лабиринт. Хотя искали целенаправленно и со знанием дела. А мы вот так, запросто, свалились на эту планету, поболтались здесь с полгодика, и, на тебе – Лабиринт. Вход – это, по всей видимости, что-то вроде внешнего сенсора, через который в Лабиринт поступает непрерывный поток информации. И одновременно ворота для трангов, которые обеспечивают изоляцию планеты от внешнего мира. Что есть на этой планете такого, чего нет больше нигде?
   – Нас, как я понимаю, в расчет брать не следует?
   – Верно понимаешь.
   – Тогда – уурсины? – высказал саму собой напрашивающуюся догадку Чики.
   – Точно! Удивительный народ, который понятия не имеет о времени. Отдельные представители уурсинов, как мы сами могли убедиться, обладают феноменальными знаниями о мире и природе всего сущего. Однако знания эти облечены не в строго научную, а мифологизированную форму. Они живут, не ведая печали и сомнений. Делают только то, что считают нужным. Так, словно получают удовольствие от каждой прожитой минуты… Как некие высшие существа, для которых в мире не осталось тайн.
   – Я не хотел бы быть уурсином, – сказал Дик.
   – Почему?
   – Я люблю неожиданности и сюрпризы.
   – А как насчет смерти?
   – А что смерть?
   – Ты и ее относишь к разряду неожиданностей?
   – Нет, Смерть – это вполне прогнозируемая вещь. А неожиданность… Да вот же она!
   За разговором они незаметно добрались до выхода из прорезанного в скальном массиве прохода. По другую сторону горной гряды крутые отроги образовывали нечто вроде котловины, попасть в которую можно было только через проход. Густая зеленая трава, с вкраплением мелких желтых цветов, покрывала склоны и дно котловины. Быть может, цветы и представляли какой-то интерес для ботаников, но Дика с Александром заинтриговали не они, а расположенная на самом дне котловины явно искусственная конструкция, состоящая из нескольких разрозненных элементов. Место в центре конструкции занимал огромный металлический диск с подъездным трапом. Вокруг него в правильном симметричном порядке размещались сотообразные сегменты, вознесенные на толстых металлических опорах метров на восемь над землей. Вся система имела внушительный и весьма серьезный вид.
   – Ну, что ты теперь скажешь? – с видом победителя посмотрел на приятеля Александр.
   – Теперь я знаю, как транги выходят на орбиту, – с невозмутимым видом ответил Дик. – Мне как-то раз довелось присутствовать при испытании похожей системы на Втором Денвере. Это планета-полигон, где проводятся испытания новейшего вооружения. В тот раз эта штуковина не сработала, и финансирование проекта было закрыто. Судя по всему, напрасно.
   – Так что же это такое? – не выдержал Александр.
   – Это система для доставки грузов на орбиту с помощью антигравитационного луча. Энергии жрет немерено. По крайней мере в том варианте, что я видел.
   – Значит, для того, чтобы узнать, когда транги собираются атаковать военный корабль, нам нужно следить за этим устройством?
   – Ну, в общем, да. Вряд ли транги используют его просто ради забавы… Слушай, у меня родился гениальный план! Нужно договориться с трангами, чтобы, захватив корабль, они не уничтожали его, а отдали нам. Мы же и сами отсюда уберемся, и корабль уведем.
   – Шутишь?
   – Отчасти.
   – С трангами невозможно договориться.
   – Для нас – да. Но, может быть, уурсины смогут?
   – Уурсины сами боятся трангов.
   – Нет, они сказали только, что прячутся от них.
   – Зачем же прятаться, если не боишься?
   – Может быть, они в прятки играют?
   – Очень смешно.
   – А я не шучу. Давай поговорим с Юм-Памараком.
   – Поговори, кто тебе мешает.
   – Да у меня с ним как-то отношения не складываются. А ты со стариком вроде как ладишь.
   Странно, но почему-то именно в этот момент Александр вспомнил, как, орудуя грубым самодельным ножом, он ковырялся в теле несчастного Дика-14. Насколько ему удалось разобраться, никаких принципиальных изменений в анатомию живого мертвеца экспериментаторы вносит не стали. Они лишь нашпиговали его тело микрочипами, искусственно стимулирующими работу внутренних органов. Ничего подобного Александр никогда прежде не видел. По сути, это была миниатюрная система искусственного жизнеобеспечения. Центр, контролирующий всю систему, располагался не в мозге, как мог бы предположить далекий от медицины человек. Небольшая плоская коробочка была вшита в желудок – с учетом того, что зомби питались лишь полужидкой смесью, свободного места там было предостаточно. Александру удалось вскрыть блок-контролер, но для того, чтобы понять, как работают его настройки, нужен был специалист совершенно иного профиля. На вид Дику-14, когда он еще был жив, хотя и безумен, можно было дать не более шестидесяти лет. Но, взглянув на него изнутри, на его внутренние органы, изношенные сверх всякой меры, любой врач сказал бы, что покойный был, по крайней мере, вдвое старше. Значит, либо экспериментаторы взяли в работу совершенно негодный материал, либо с того самого момента, как его оживили, организм зомби работал на износ, в режиме жесточайших перегрузок. Для того чтобы понять истинную причину случившегося, Александру нужен был еще один образец. Еще один труп колониста, который он мог бы препарировать. Одно из двух. Либо, заставляя организм работать в форсированном режиме, имплантаты всем им сулят скорую смерть. Либо вживленным устройствам каким-то чудом удавалось в течение полугода поддерживать жизнь в одряхлевшем и давно уже ни на что не годном теле Дика-14. Пока у него не было ответа на этот вопрос, Александр решил ничего не говорить своим товарищам по несчастью. Блок-контролер в желудке тоже можно было считать неплохим результатом вскрытия.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 [17] 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация