А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Карты Люцифера" (страница 27)

   Наконец наш герой оставил тщетные попытки отыскать пропажу, уселся прямо на пол и вытер пот с лица. Все кончено. Средства, добытые ценой неимоверных трудов, да к тому же с опасностью для жизни, исчезли! Но куда?! Кто мог их взять? Мать? Полностью исключено. Грабители? Тогда почему они не забрали все, что находилось в тайнике? Ведь пропали только те ценности, которые были получены за последние две недели.
   Пес подошел к Артему и вопросительно взглянул на него.
   – Кто это сделал? – спросил Артем.
   Сенбернар если и знал ответ, то доходчиво изложить его никак не мог.
   – Кто это сделал!!! – заорал наш герой с такой силой, что у самого зазвенело в ушах.
   Животное вздрогнуло и попятилось.
   – Извини, брат, – опомнился Артем. – Это я не на тебя. – Он успокаивающе погладил собаку по лобастой башке. – Но куда же делись деньги и ценности?
   Его не было дома… сколько? Считай, три дня. Мать, должно быть, на даче. Но кто кормил пса? Видимо, она приезжает вечером… То есть ночует дома. Значит, воры залезли днем. И не побоялись собаки? Но сколько она здесь? Возможно, пришла только вчера… Он вновь склонился над тайником и внимательно осмотрел верхнюю панель. Потом принес карманный фонарь и стал искать свежие царапины. Чтобы убрать крышку, следует нажать на две удерживающие ее планки. Если не знаешь, что нажимать нужно одновременно, придется долго мучиться или применить инструменты. Но ни царапин, ни отщепов не наблюдалось.
   А если это «сломанный нос»? – кольнула догадка. Он знает, где живет Артем и сколько у него примерно имеется денег. Знает он также, что Артем в милицию не побежит. Но почему он не взял все? Н-да. Что теперь делать? Какая тут Ялта! Давай-ка подумаем. Сведениями о его приблизительных недавних доходах располагают профессорша, Трофим Петрович, его подручный Иван Николаевич и шофер последнего – «сломанный нос». Хотя Ладейниковой известно только, что он получил какие-то деньги. Вряд ли она будет связываться с ограблением. Зачем ей это? Другие двое… Трофим Петрович? Маловероятно. Иван Николаевич? Тоже сомнительно. Остается «сломанный нос». Круг замкнулся. И опять же возникает очевидный вопрос. В тайнике осталось пять тысяч его собственных денег… старинные ордена, бриллиантовое кольцо… Чем же эти вещи не понравились?
   Взгляд Артема рассеянно пробежал по комнате. На тахте валялась холщовая сума, о которой он в последнее время совсем забыл. В ней должна лежать византийская эмаль с изображением Иоанна Предтечи. Неужто и ее украли?
   Он залез в суму. Эмаль оказалась на месте. Она по-прежнему была завернута в кусок красного бархата, который дала ему мать. Артем развернул материю. И вновь он поразился необъяснимому оптическому явлению. Комната внезапно озарилась. Стал ли тому причиной одинокий луч солнца, пробившийся из-за туч, или подобный эффект создавал свет, отразившийся от эмали? Артем поймал себя на мысли, что от иконы Иоанна Предтечи невозможно отвести взгляд. На нее хотелось смотреть и смотреть. Он сдул с нее несуществующие пылинки, потом протер поверхность рукавом рубашки. Разноцветные вкрапления заиграли еще ярче.
   Так, что же делать дальше? Нужно разобраться во всем и поставить наконец точку. А посему нужно отправиться к профессорше и допросить ее с пристрастием. А если она окажется ни при чем, нагрянуть к Трофиму Петровичу… Может, все-таки он замешан в исчезновении денег? Артем повертел в руках эмаль. Оставлять ее дома он, конечно же, не собирался. Взять с собой? Но куда положить? Во внутренний карман куртки она не влезет, а в наружных будет мешать. Ага, вот что он сделает! Нужно пришить к подкладке куртки временный карман.
   Полчаса он осваивал новое для себя портняжное искусство. Наконец, пусть вкривь и вкось, но потайной карман был пришит. Артем затолкал туда эмаль. Затем он перекусил, накормил собаку и лег спать, а проснувшись, наскоро умылся и стал собираться к Ладейниковой.

   Вот и знакомая дверь. Все та же латунная табличка, повествующая, что тут некогда проживал профессор медицины Эраст Богданович Ладейников. Табличка – своего рода мемориальная доска. Человека давно нет на свете, а она поблескивает в полумраке лестничной клетки, напоминая о суетности бытия. Какая разница, был ли он профессором или, скажем, простым водопроводчиком? Тлен ждет обоих. Правда, водопроводчики не украшают своих дверей подобными знаками собственной значимости. Но кто знает, чей вклад в цивилизацию значительней. Без теплого сортира в наше время невозможна подлинная духовность.
   Подобные мысли пришли в голову Артему, когда он крутил винт механического звонка. Как обычно, дверь долго не открывали. Артем было подумал, что вообще не отворят никогда – ведь Манефы больше нет, а способна ли Ладейникова на столь героический поступок?
   – Кто там? – послышалось наконец откуда-то из небытия.
   – Ваш преданный слуга, – отозвался Артем.
   Защелкали замки, дверь, придерживаемая цепочкой, чуть отворилась, и в проеме показалась закутанная полотенцем голова.

   – Только я не один, – заметил Артем, указывая на стоящего рядом пса.
   – Собака? Откуда? Впрочем, какая разница.
   Звякнула цепочка, и Артем, а вслед за ним пес прошли в прихожую.
   – Громадная какая! – удивилась профессорша. Она была облачена в банный халат, и Артем почувствовал – от нее попахивает алкоголем. – Где ты ее взял?
   – Не спрашивай, дорогая. Это мой верный друг и защитник. Выручал в труднейшие минуты. Возможно, и сейчас пригодится.

   Профессорша оценивающе оглядела пса.
   – Возможно. Хотя у меня собственная метода. Проходите оба. Одна я теперь… – она вздохнула. – Манефа бы вас, наверное, не пустила. Собак она не любила. Ну да ничего… Скоро она будет отомщена. Высокопарно звучит, но я своего добьюсь. Представляешь, приехала, стою у двери и только тут вспомнила: ключи от квартиры тоже остались в сумочке. Хорошо, у соседки всегда хранились запасные. Вошла… Пустота, как в безвоздушном пространстве. Словно со смертью Манефы и моя жизнь кончилась…
   – Что же собираешься предпринять?
   – Увидишь. Ты на чем приехал?
   – На машине.
   – Отлично! Вечером отправимся к Трофиму. Последняя, так сказать, схватка.
   – Но я не представляю, где он живет.
   – Ничего, я знаю.
   Артем с интересом взглянул на хозяйку:
   – Бывала, что ли, у него? Чем же вы занимались?
   – Не тем, про что ты думаешь! – отрезала Ладейникова. – Разувайся, снимай куртку, а собака пускай остается здесь.
   Сенбернар, казалось, понял слова хозяйки дома. Он послушно лег на пол, положив голову на передние лапы.
   – Умница, – похвалила Ладейникова. – Иди за мной, – позвала она Артема.
   Наш герой прошел по знакомому коридору, но не в гостиную, на стенах которой висели полотна старых мастеров, и не в будуар хозяйки, а куда-то еще дальше, в глубь квартиры. «Сколько же здесь комнат? – размышлял он. – Просто дворец, да и только». Она открыла перед ним дверь:
   – Входи.
   Когда Артему случалось бывать в профессорской квартире, он постоянно поражался запахам, присутствовавшим в ней. Нигде больше не приходилось обонять столь необычные ароматы: смесь пряных восточных курений и одновременно странных, гнилостных, отвратительных, но если принюхаться, весьма притягательных, возбуждающих запахов. Правда, нужно отметить, что присутствие их было ненавязчиво, словно слабый ветерок доносил издалека тяжелый дух цветущей черемухи. Но как только Артем переступил порог комнаты, в нос ему ударила такая вонь, что он чуть не пошатнулся. В комнате оказалось почти темно, лишь поодаль, видно, у стены, теплилась пара синих огоньков.
   – Откуда такое жуткое амбре? – спросил наш герой у хозяйки чуть ли не с испугом. – Вы тут трупы храните?
   – Ты о запахе? А я почти и не чувствую.
   – Как это не чувствуешь? Да в свинарнике дух легче!
   – Чепуху несешь, – сердито заявила Ладейникова. – Манефа была очень чистоплотной.
   – Так это ее обиталище?
   Вместо ответа профессорша щелкнула выключателем. Небольшая комнатка, узенькая кровать, комод, заставленный какими-то предметами, назначение которых на первый взгляд было совершенно непонятно. Большой шкаф типа книжного, за его стеклянными дверцами, кроме пары десятков объемистых томов древнего обличья, громоздились банки и бутыли, глиняные горшки и даже небольшой перегонный куб из меди. На стенах висели пучки засушенных трав, какие-то непонятные цветные схемы… Имелись здесь еще более странные вещи: прибитые к стене громадные распростертые крылья, вроде совиных, висящая тут же маска, изображающая некое чудище. Артем приблизился к комоду. Прямо над ним висела большая, сделанная из черного дерева рогатая голова с двумя лицами, смотрящими в разные стороны. Работа была весьма искусной и, видимо, очень старинной. Оба лица были вырезаны с величайшим тщанием, причем одно из них было наполнено какой-то зловещей скорбью, а другое, напротив, являло сатанинскую усмешку.
   – Кто это? – спросил Артем, указывая на голову.
   – Леонард, – ответила Ладейникова. Но кто такой этот Леонард, чем он известен и почему у него два лица – не объяснила.
   Прямо перед головой на комоде возвышалась огромная стеклянная чаша, даже скорее ваза на ножке, наполненная какой-то темной жидкостью. Тут же имелся большой железный котел, вроде чугуна… На комоде, помимо перечисленных вещей, находились несколько черных свечей, большой кинжал, две наполненные водой плошки синего стекла, в которых плавали горящие свечи, пара искусственных человеческих глаз и прочие странные штуковины, например большой хрустальный шар, внутри которого мерцал огонек, и два корня какого-то растения, удивительно похожие на фигурки мужчины и женщины.
   Артем сунул руку в котел и извлек предмет, который он тоже сначала принял за черный узловатый корень, однако, присмотревшись, в ужасе разжал ладонь, и предмет упал бы на пол, не подхвати его Ладейникова. Это была высушенная кисть руки, скорее всего человеческая, хотя, возможно, и обезьянья.
   – Осторожно, – укоризненно произнесла профессорша. – Здесь все очень хрупкое.
   – Ничего себе! Это что же, настоящая рука? Кому, интересно, она принадлежала и для каких целей присутствует здесь?
   – Все эти вещи – колдовские амулеты Манефы, – пояснила Ладейникова.
   – Понятно, почему здесь так воняет, – заметил Артем, указав на отрубленную руку. – Послушай, а твоя Манефа не опасалась, что прежний ее хозяин когда-нибудь явится за своей частью тела?
   – А он и являлся, – совершенно спокойно отозвалась профессорша. – И не только он…
   Артему уже надоел этот зловещий музей, да и стоявшая в комнате вонь вызывала тошноту. Он оглянулся на дверь:
   – Пошли отсюда, нам нужно потолковать.
   – А чем тебя не устраивает это место?
   – Присесть негде.
   – Да вот же стул!
   – Душно мне.
   – Придется потерпеть. Именно здесь нам с тобой предстоит немного поработать, прежде чем отправляться на встречу с Трофимом.
   – Колдовать будем?
   – Вроде того.
   – У меня, знаешь ли, новые неприятности, – сообщил Артем, опускаясь на стул. Он понял, что придется остаться.
   – А что случилось?
   – Пропали деньги, которые я получил от Трофима Петровича, вернее, от его подручного за работу… да и наследство, оставленное мне Колычевым, исчезло. Все было надежно спрятано. Пачки купюр, драгоценности… И вот что странно. Хранившиеся в тайнике ценности, положенные туда до начала всей этой кутерьмы, так и остались лежать на месте. Если действовали грабители, то почему не унесли все?
   – Ничего удивительного.
   – То есть?! Как это понимать: «ничего удивительного»?!
   – Да очень просто – никаких денег тебе никто не давал. Это отвод глаз.
   – Ты чего такое городишь?! Какой еще отвод глаз?! «Куклу»,[45] что ли, мне подсунули? Так я проверил. Каждая купюрка одна к одной.
   – А ты эти деньги тратил?
   – Кажется… Хотя нет. Когда я отправился в Плутаев, то вроде взял с собой пару пачек на непредвиденные расходы… В куртку, помнится, сунул… Или в суму? Совсем забыл! Так и их нет. На дорогу я тратил свои.
   – Вот видишь!
   – Что видишь?! Что?!
   – Да не ори ты, а лучше послушай… Это не деньги вовсе… Ты стал жертвой наведенной иллюзии. Своего рода гипноза.
   – Хорошо, допустим, это был гипноз! А у старца?.. Там-то я сам достал сокровища из тайника… И карты эти проклятые, как их там… в нем находились, между прочим. Карты-то не улетучились…
   – Да и у твоего Колычева работала та же самая схема.
   – То есть ты хочешь сказать: это все подстроено Трофимом Петровичем?
   – Вроде того. Может, им, может, кем другим…
   – Кем другим?! Говори же, черт бы тебя побрал!!! – Артем вскочил со стула, готовый броситься на Ладейникову.
   – Погоди. Расскажи лучше… Вот ты пришел к Колычеву… Дальше что происходило?
   Артем вкратце, перескакивая с одного на другое, поведал о висящем вниз головой трупе старца, о домоправительнице, засунутой в холодильник, о предсмертной записке и тайнике, набитом деньгами и драгоценностями…
   – А теперь смекай, – оборвала его сбивчивые речи Ладейникова, – кому и зачем нужно было убивать твоего приятеля да в придачу его сожительницу. Ведь из дома ничего не пропало. Не думаю, что столь уж сложно было отыскать тайник. И еще. Ладно, убили! А дальше-то… К чему подвешивать его за ногу?.. К чему прятать труп в холодильник?.. Чепуха! Повторяю, ты стал жертвой направленной галлюцинации.
   – Ты думаешь?! – вскричал наш герой. – Нет, погоди, не может быть! А ты знаешь, что произошло потом, когда я вернулся?
   – Ну, выкладывай. Ты думаешь, описанное тобой случилось на самом деле? Собака тебя выручила? Где, кстати, ты ее взял? Ах, в Плутаеве приблудилась. Сколь породистые животные водятся в российской глубинке. Просто невероятно! Ладно. С собакой еще предстоит разобраться. Послушай меня. Этот Трофим – личность не просто опасная, он, возможно, даже не человек.
   – А кто же?
   – Пока не знаю. Слышал выражение «исчадие ада»?
   – Ну?
   – Так вот… – она сделала красноречивую паузу.
   – Я во всю эту хреновину не верю, – произнес Артем.
   – Ну и дурак! После всего, что с тобой произошло… Ты кто по гороскопу?
   – Не понял.
   – Какой у тебя знак? Ну, родился в каком месяце, число назови?
   – Тринадцатого июля.
   – Рак. Да еще тринадцатого…
   – И что из этого следует?
   – Мне кажется, во всей этой истории все вращается именно вокруг тебя.
   – Мне уже на это намекали.
   – Кто?
   – Один из предыдущих обладателей карт. Увидев меня, он решил, что я посланец дьявола.
   – Так-так. А дальше? Посланец… Что он еще говорил?
   – Про карты рассказывал. Мол, они волшебные…
   – С картами и так все ясно. Про тебя что толковал?
   – Ну, вроде того, словно я не понимаю, в какую историю ввязался.
   – Это уж точно! Еще?..
   – Про собаку толковал непонятное. Они, говорил, всегда идут рука об руку…
   – Они? Кто они?
   – Я не понял. Еще про Смольского рассказывал.
   – Он что, знал Смольского?
   – Да. Консультировался у него по поводу карт.
   – Вот даже как!
   – Его, кажется, убили?
   – Смольского-то? Верно, убили.
   – Трофим Петрович утверждал: твоих рук дело. Говорил, мол, ты хотела завладеть картами и, вообще, стать главной в вашей, как это сказать…
   – Конечно, кто же, кроме меня, – перебила Артема профессорша. – Трофим сам претендовал на роль лидера. Вот он и убрал Смольского.
   – От вас, естественно, правды не добьешься. – Артем насмешливо взглянул на Ладейникову. – Оба, как видно, хороши. Два сапога – пара. Ни на грош ни одному не верю. Об одном сейчас думаю: как разобраться, кто из вас меня обманул.
   – Да успокойся ты… Верю, не верю… Как ребенок, право… Я же тебе сказала: помоги мне справиться с Трофимом, и все твои желания исполнятся. Деньги? Да сколько угодно! Удовольствия? Немереное количество!
   – Сейчас опять про Ниццу рассказывать будешь? Хватит! Обещал, что помогу, значит, помогу! Давай выкладывай свой план.
   – Совсем другой разговор, любовничек. Ладно, слушай. Справиться с Трофимом можно лишь его же методами.
   – Это как?
   – Колдовством.
   – Понятно, понятно… Продолжай…
   – Нужно сделать восковую куклу, вольт… Его подобие.
   – Подобие, преподобие, бесподобие… Так делай! – Артем скептически взглянул на Ладейникову. – Чушь все это… Скорее бы уже кончилось. Надоело до чертиков! Колдуй, баба, колдуй, дед… Замешивай свое ведьминское тесто, лепи… Я-то тебе зачем?
   – Узнаешь в свое время. Итак, приступаю.
   Она подошла к шкафу, отворила его дверцы, достала спиртовку, миску с каким-то веществом. Зажгла спиртовку и поставила на нее миску.
   – Воск, – пояснила она. – Ты, наверное, не знаешь, но существует древний способ колдовства с помощью восковой куклы, или, другими словами, вольта. Например, желаешь наслать на конкретного человека болезнь. Для этого нужно достать какие-нибудь части тела данного человека.
   – Какие части тела? – Артем иронически посмотрел на профессоршу. – Руку, что ли, или ногу?
   – Не говори глупостей. Какая там нога… Ногти, волосы или, скажем, удаленный зуб. Слышал, наверное, выражение: «Зуб на него имею». Так вот. Зуб недруга использовался для колдовства против него. Частичку естества околдовываемого закладывали в его восковое подобие.
   – У тебя что же, имеется зуб Трофима Петровича? Ты с его стоматологом знакома? Или сама тайком вырвала, когда он спал? Чушь какая!
   – Для колдовства одного зуба мало, – спокойно продолжала объяснять Ладейникова, стеклянной палочкой помешивая варево. – Нужны и другие ингредиенты. Щепотка того, щепотка другого… Вот смотри…
   Она вытащила из шкафа банку с надписью: «кладбищенская земля», длинной лабораторной ложечкой зачерпнула немного и всыпала в варево.
   – Опять же землю можно брать не с любой могилы. Следуем дальше. Некоторые травы, горец, например, называемый в народе почечуйной травой. Бросаем и его. Размолотые в муку кости мертвеца, опять же не любого… Туда их. Еще некоторые травки… Высушенную жабу…
   – Тьфу, гадость! – сплюнул Артем.
   – Не спорю. Но выбирать не приходится. Если уж это не поможет, тогда я не знаю…
   – Считаешь, сработает? – недоверчиво поинтересовался Артем.
   – Должно. Вещь проверенная. Ты же помнишь моего мужа?.. Эраста Богдановича?
   – Ну?
   – Вот тебе и ну!
   – Неужели с помощью этой дряни со света сжила?!
   – Эраст был, что называется, не юноша…
   – И тебе захотелось новых ощущений?
   – Не перебивай! Но, как говорится, седина в бороду, бес в ребро. Нашел он себе молодую девку и развлекался с ней. Денег у него куры не клевали, да ты знаешь… А с деньгами можно хоть кого уломать. Я все знала, однако не препятствовала. Пускай старичок потешится. Но дело зашло довольно далеко, он решил меня бросить и жениться на молоденькой. Каково, да?! Однако не на ту напал. И Манефа была на моей стороне. Короче, старый пердун надоел нам обеим. Сотворили мы с ней вольт моего благоверного. Ну и…
   – Извели беднягу?
   – А то… И, знаешь, как искусно подгадали. Вычислили, когда Эраст находился у нее, и привет. В мгновение ока умер от инфаркта. Прямо в постели. А этой-то сучке каково! Правда, и она не дурой оказалась. Сумела избавиться от тела. Каким-то образом отволокла моего муженька (представляешь, голого!) в лесополосу, где его позже и отыскали. Такая вот история. – Во время своего жуткого рассказал Ладейникова не переставала помешивать слабо кипящее варево.
   – Не верю! – вскричал Артем. – Бабкины сказки! Ты небось сама же его и отправила?
   – Глупости! Отравила! Дура я, что ли, рисковать. Потом вскрытие, экспертиза… Любой мало-мальски сведущий патологоанатом определит отравление. Один укол свинцовой иглой в сердце, и все, – отозвалась профессорша.
   – Твой Эраст, сама же говоришь, старый был. Забавлялся с бабенкой, а сердце и не выдержало. Просто совпадение.
   – Имели место и другие подобные факты, – спокойно заметила Ладейникова.
   – Хорошо, а почему в таком случае ты не извела соперницу?
   – Зачем? Тут же появится другая. Нет уж. Всегда нужно убирать первопричину.
   Артем потрясенно молчал. Примолкла и профессорша. Время от времени она добавляла в миску с воском щепотку то одного, то другого вещества, наконец в последний раз перемешала варево и дунула на пламя спиртовки.
   – Послушай, – вновь начал расспросы Артем, – вот ты говоришь: нужно иметь какую-либо часть тела околдовываемого. Ты что же, заранее запаслась органикой Трофима Петровича?
   – У меня есть кое-что получше, – весело сообщила Ладейникова. Она достала из кармана халата вещицу, в которой Артем признал дамскую пудреницу, и повертела у него перед носом. – Вот где у меня Трофим.
   – Не понял.
   – Есть еще один способ, – охотно объяснила профессорша. – Здесь внутри имеется зеркальце. Когда вчера ночью этот гад вторгся, кстати, с твоей помощью, на наше собрание, я успела поймать его изображение. Этого достаточно, чтобы навести порчу, тем более изготовить вольт.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 [27] 28 29 30 31 32 33

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация