А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Дело «пестрых»" (страница 1)

   Аркадий Адамов
   Дело «пестрых»

   Глава 1
   СЕРГЕЙ КОРШУНОВ ПРИНИМАЕТ РЕШЕНИЕ

   Ранней весной демобилизованный офицер комсомолец Сергей Коршунов возвращался домой из Германии.
   За окном уже развертывались, сменяя друг друга, знакомые пейзажи Подмосковья.
   Сколько раз в эти годы, суровые и грозные, Сергей, засыпая на своей, советской, а потом на чужой земле, представлял себе минуту возвращения в Москву, и какой далекой, порой даже несбыточной, казалась ему тогда эта встреча. И вот она настала, почти настала – поезд подходил к Москве!
   Пошли пригородные станции. Около одной из них осторожно ползет по наезженной дороге закрытая машина с яркой надписью наискосок: «Гастроном».
   – Смотрите, смотрите! – радостно кричит кто-то из пассажиров.
   На высоких воротах вывеска: «Колхозный рынок». За окном проносятся пригородные электрички. Впереди, в голубой морозной дали возникают бесчисленные черточки заводских труб, и над ними клубятся черно-белые дымы.
   Но вот колеса застучали на стрелках. Во все стороны разбежались пути. За деревянной оградой, между высокими серыми домами мелькнули красные вагончики трамвая.
   Во всех вагонах прозвучал торжественный голос диктора: «Поезд приближается к столице нашей Родины – Москве!» Сергей почувствовал, как заколотилось сердце и вдруг пересохло во рту. Непослушными руками он стал натягивать шинель.
   В пестрой и шумной толпе встречающих Сергей не сразу нашел своих. Он минуту стоял один, держа в руке чемодан, и оглядывался по сторонам.
   Вдруг Сергей увидел мать. Худенькая, с выбившимися из-под шляпки седыми волосами, она пробиралась сквозь толпу под руку с высокой девушкой в ярко-красной модной шубке. Сзади виднелась черная шапка и круглое, розовое от мороза и волнения лицо отца.
   – Мама! – закричал Сергей.
   Первые дни дома опьянили Сергея восхитительным бездельем, любовной и трогательной теплотой. Мать готовила все самое вкусное, с детства любимое. Все его вещи несли на себе заботливое прикосновение ее рук. Казалось, что только час назад прибрал он свой письменный стол, возвратившись из школы, и как будто не было после этого голодных и холодных зим во фронтовой Москве, не было трех лет эвакуации в далеком уральском городке, не было и следующих, послевоенных лет, когда это место, где сейчас стоял его стол, было занято тяжелым кованым сундуком. Возвратившись из эвакуации, Павел Афанасьевич попытался было передвинуть его в переднюю, но сундук как будто прирос к полу, и на него махнули рукой. Теперь же, получив телеграмму Сергея, Павел Афанасьевич решил, что к возвращению сына стол непременно должен стоять на старом месте. Дождавшись ухода жены, он с новым ожесточением взялся за сундук. И так ему хотелось что-то немедленно совершить в ожидании сына, что неподъемного веса сундук подался. Долго пришлось повозиться Павлу Афанасьевичу, но зато, когда жена вернулась, он, сильно запыхавшийся и довольный, гордо сказал:
   – Ставь, мать, Сережкин стол, место готово.
   Мария Игнатьевна всплеснула руками и с укором сказала:
   – Не жалеешь ты себя!
   И вот теперь Сергей сидит за своим письменным столом, аккуратно застеленным новым листом цветной бумаги, и растроганно смотрит на знакомую стеклянную чернильницу, сейчас необычно чистую, протертую до полной прозрачности, на свою старую ручку с новым, блестящим пером и на старательно, но неумело отточенные карандаши в деревянном стакане. В ящике стола Сергей обнаружил свой аттестат об окончании школы. Он долго и бережно держал его в руках, проглядывал перечень предметов, вглядывался в подписи учителей, с трудом вспоминая их фамилии, и чуть заметно улыбался при мысли о далеком, беззаботном и веселом времени.
   Первые дни Сергей выходил из дому, испытывая острую потребность скорее окунуться в полузабытую, кипучую московскую жизнь, выходил с таким волнением, как будто ему предстояла встреча с родным и любимым существом, в котором очень многое переменилось, много появилось нового, и все это надо быстрее увидеть и понять.
   Почти каждый вечер он звонил Лене. Встреча с ней на вокзале получилась совсем не такой, как представлял себе Сергей. Он хотел обнять ее так же, как мать и отца. «Ведь невеста же», – говорил он себе. Вероятно, этого же ждали от него и окружающие. Но Лена смущенно протянула руку, Сергей пожал ее – и только. Те слова, с которыми он обращался к ней в письмах, оказалось очень трудно произнести вслух. Да и первый разговор их, когда они остались в тот вечер вдвоем, получился странным.
   – Ты обязательно должен поступить в институт, Сережа, – сказала Лена. – Вот только в какой? Ты решил?
   Сергей задумчиво ответил:
   – Хочу, Леночка, работать. Да и моим надо помочь. А учиться… учиться тоже, конечно, хочу.
   – Нет, нет, только учиться, – горячо возразила Лена. – Надо же иметь высшее образование! Ну, говори, куда тебя тянет?
   – Сам еще не решил. Была мысль – на юридический, следователем стать. Работенка по моему характеру. Но в общем шут его знает! Подумать надо.
   – Вот ты уже и подумал. Значит, юридический?
   – Что же, так прямо и решать? – засмеялся Сергей.
   – Ну, конечно.
   – Ладно, – весело согласился он. – Тогда я пойду в твой институт. Буду тоже в кино сниматься. Хочу славы!
   – Да, но тут дело решает талант, – снисходительным тоном возразила Лена, – и, кроме того, общее развитие и внутренняя культура…
   – Ну, знаешь, – вспыхнул Сергей.
   – Не сердись, Сереженька! – воскликнула Лена и, проведя рукой по его волосам, прибавила быстро и взволнованно: – Я совсем… совсем не то хотела сказать. Прости меня!
   В следующие дни Сергей побывал с Леной в театре, потом на концерте.
   Как-то днем он позвонил ей, собираясь пригласить в кино: у Лены в этот день не было занятий.
   – Леночка? Она… она у Прасковьи Осиповны, – неуверенно ответила ему Маруся, домашняя работница Осмоловских.
   – Это кто же, портниха? – недовольно спросил Сергей.
   – Нет, что вы! Портниха-то Прасковья Сергеевна, а это наша соседка, напротив, через площадку, живет. Старенькая такая, все хворает. Леночка часто у нее бывает. Сегодня тоже с утра к ней ушла. Все старые письма ей читает, от сына, еще с войны. Погиб он… Может, позвать? Я мигом.
   – Что-то она мне ничего не рассказывала об этой старушке.
   – А стесняется, – понизив голос, быстро сказала Маруся. – Когда подружки или там молодые люди спрашивают ее, где была, она им говорит, что у портнихи или там на этой самой… на выставке. И мне так велит отвечать. Это я вам только осмелилась.
   – Почему же это мне осмелились? – рассмеялся Сергей.
   Маруся на минуту смущенно умолкла, потом в трубке снова прозвучал ее голос, но уже уверенно и чуть смешливо:
   – А вы на этих не похожи. С вами запросто можно. Так позвать Леночку?
   – Нет, не надо. Я потом позвоню, – задумчиво ответил Сергей и повесил трубку.
   В кино пошли вечером.
   Выйдя после сеанса на улицу, они некоторое время шли молча, думая каждый о своем. Потом Сергей спросил:
   – К какой это больной старушке ты ходишь? Письма читаешь?
   – Я? Кто тебе сказал? – покраснела Лена и не очень естественно рассмеялась. – Не думала даже.
   – Ну и глупая же ты, Ленка! – засмеялся Сергей. – Точно боишься показаться хорошей.
   Лена в ответ молча взглянула на него и неожиданно улыбнулась, совсем по-детски, растерянно и доверчиво. Сергей заметил и этот взгляд, и эту улыбку и вдруг ощутил необычайный прилив нежности. Он плотнее прижал руку Лены к себе и почему-то ускорил шаг. В эту минуту у него стало удивительно хорошо на душе.
   – Ну, допустим, я и зашла к нашей соседке, – задумчиво произнесла Лена. – Бедная! У нее недавно погиб в Берлине сын. Совсем одна осталась. Подумай, как это ужасно! Война давно кончилась, а он погиб.
   – Что же с ним случилось?
   – Не знаю. И никто точно не знает. Он служил в наших оккупационных войсках. И вот накануне демобилизации исчез. А потом его нашли убитым. «Подлые происки врагов советского и немецкого народов», как писал Прасковье Осиповне замполит полка.
   – Да, там еще остались такие, – согласился Сергей. – Не всех добили. Ну и с Запада, конечно, просачиваются. Но чтобы нашего солдата…
   – Расскажи, Сережа, как вы там жили?
   Они вышли на улицу Горького, и Лена предложила зайти поужинать в кафе.
   Сергею было приятно, что многие мужчины обращают на Лену внимание. Но в кафе он невольно нахмурился, заметив, как ловит она каждый брошенный на нее взгляд, как порой неестественно и невпопад улыбается ему. Лена для чего-то вдруг закурила сигарету. Он даже подумал, что сделала она это для того, чтобы лишний раз показать свою красивую обнаженную руку. От всего этого Сергею стало не по себе, и когда Лена предложила ему пойти на вечер к ним в институт, он неожиданно резко отказался. Лена обиженно поджала губы, но потом, словно спохватившись, опять улыбнулась. Она стала рассказывать, что для съемки новой картины режиссер Баранов отбирает несколько человек с их курса и она очень волнуется, попадет ли в их число.
   – Но я все же надеюсь, – вздохнув, заключила Лена. – У меня хорошие внешние данные.
   – А внутренние? – буркнул Сергей.
   – Ах, как ты еще наивен, Сереженька, – рассмеялась Лена и оглянулась по сторонам.
   В эти же дни Сергей побывал в военкомате и райкоме комсомола.
   Секретарь райкома, коренастый, крутолобый парень в ковбойке и синем пиджаке, энергично пожал руку Сергею и сказал, как старому знакомому:
   – Садись, Коршунов, рассказывай, что и как.
   – Да что же рассказывать, – улыбнулся Сергей. – Как воевал? Так это уже давно было. Как в Германии жили? Так это довольно скучно рассказывать.
   – Ты в последнее время комсоргом роты был?
   – Так точно.
   – Слушай, Коршунов, знаешь, что я тебе скажу? – с воодушевлением произнес секретарь. – Иди, брат, на комсомольскую работу, а?
   – Об этом надо подумать.
   – Думай. Отдыхай пока и думай.
   Спустя три дня Сергея неожиданно вызвали к первому секретарю райкома партии.
   – Вы не ошибаетесь? – переспросил Сергей, плотнее прижимая к уху телефонную трубку. – Может быть, к секретарю райкома комсомола?
   – Нет, нет, товарищ Коршунов, – откликнулся энергичный девичий голос, – именно к первому секретарю райкома партии товарищу Волохову. Значит, завтра, ровно в три часа. Ясно?
   – Так точно, – откликнулся Сергей. – Завтра в пятнадцать ноль-ноль буду у товарища Волохова.
   Сергей повесил трубку и удивленно поглядел на мать.
   – Интересно, что бы это могло значить? Ну, поживем – увидим, – философски заключил он и снова углубился в чтение.
   – Что-то Лене ты давно не звонишь, – заметила Мария Игнатьевна. – Поди соскучилась она.
   – Вряд ли, мама, – глухо ответил Сергей, не отрывая глаз от книги. – Вокруг нее столько талантливых юношей… и с таким общим развитием и внутренней культурой! Скучать некогда.
   – Что ты говоришь? – удивилась Мария Игнатьевна. – И не стыдно тебе?
   – Это не я говорю, – раздраженно возразил Сергей. – Это Лена мне на днях сказала.
   – А ты не торопись обижаться, сынок. Может, не понял чего? Ждала-то она тебя сколько, а при-ехал – и сразу обиды.
   Сергей ничего не ответил, но вечером все-таки позвонил Лене. У него невольно забилось сердце, когда он услышал ее радостный голос, и сразу вдруг куда-то исчезли горечь и досада от их последнего разговора тогда, в кафе. Сергей уже не вспоминал о нем, весь отдаваясь теплой волне вновь нахлынувших, волнующих чувств, и тут же охотно согласился пойти с Леной в Дом кино на просмотр и обсуждение нового заграничного фильма.
   На следующий день, точно в указанное время, Сергей пришел на прием к секретарю райкома партии.
   Войдя в кабинет секретаря, Сергей увидел за большим столом полного, чуть лысеющего человека в синем френче с колодкой орденов и депутатским значком над левым карманом. В стороне стоял длинный, покрытый зеленым сукном стол для совещаний.
   Человек во френче что-то оживленно говорил собеседнику, сидевшему в кресле напротив. Увидев посетителя, он встал и, подойдя к Сергею, сказал:
   – Здравствуйте, товарищ Коршунов. Знакомьтесь, это товарищ Павлов.
   Волохов обошел стол, сел и, надев очки, вынул из черной папки исписанные листы.
   – Ну что же, давайте побеседуем, – не спеша сказал он, проглядев бумаги и пряча их обратно в папку. – Мы вас вызвали, товарищ Коршунов, по рекомендации райкома комсомола для очень серьезного разговора. Но прежде расскажите, где и как служили, на каких фронтах воевали, где несли гарнизонную службу. Ваша анкета и личное дело сейчас у нас, но там обо всем этом сказано слишком кратко.
   Он придвинул Сергею коробку с папиросами, но Сергей, поблагодарив, вынул свои. Закурив, он минуту сосредоточенно смотрел на разгорающийся уголек сигареты, потом начал рассказывать. Сперва он говорил медленно, как бы подбирая слова, но по мере того, как оживали воспоминания, рассказ его становился все красочнее и подробней. Сергей сам постепенно увлекся описанием стран и городов, в которых пришлось побывать, людей, с которыми свела его война, больших и малых событий, в которых пришлось участвовать. Его слушали внимательно, не перебивая вопросами. Когда Сергей кончил, Волохов спросил:
   – Хромов, кажется, предлагал вам идти на комсомольскую работу. Вы уже дали ответ?
   – Нет, не дал, – признался Сергей. – Я хочу учиться и хочу работать. Но где – еще не решил. Конечно, если надо…
   – Речь идет о другом, – перебил его Волохов. – Мы собираемся послать вас на очень важный, трудный и даже опасный участок работы. Туда пошлешь далеко не каждого. Но вам, комсомольцу-активисту, храброму воину и разведчику, кавалеру трех боевых орденов, мы доверяем, товарищ Коршунов.
   Волохов на минуту умолк и остро, испытующе посмотрел на Сергея. А Сергей вдруг вспомнил в эту минуту в настороженной, как будто накаленной тишине этого строгого кабинета громовую ночь на Дунае, черное небо в зареве пожаров, чугунные воды реки под мертвенным светом ракет и полутемный блиндаж, где майор Семенов давал задание разведчикам идти в далекий рейд по вражеским тылам. И, охваченный жаркими воспоминаниями тех дней, Сергей встал и твердо сказал:
   – Я готов выполнить любое задание, товарищ секретарь райкома.
   Волохов внимательно поглядел на Сергея.
   – Это не просто задание, Коршунов. Это должно стать делом всей вашей жизни, вашей новой профессией. И помните, там за трусость людей карают как предателей, но там же люди становятся подчас героями и заслуживают боевые ордена. Там как раз нужны боевые качества разведчика и еще – очень чистое сердце и твердая рука. – Сергей напряженно, с острым интересом слушал, стараясь понять, о какой работе говорит Волохов. – Короче говоря, товарищ Коршунов, партия и комсомол хотят направить вас на оперативную работу в органы милиции, в самое главное, ответственное звено ее – уголовный розыск.
   В первый момент слова Волохова ошеломили Сергея. Он ждал чего угодно, но услышанное сейчас было так далеко от всех его мыслей и планов на будущее, так незнакомо и неожиданно, что он с невольным удивлением взглянул на своего собеседника, как бы проверяя, не шутит ли с ним этот человек.
   – Мы хотим послать вас, так сказать, на передний край борьбы за торжество советской морали, – продолжал Волохов. – Конечно, такую борьбу так или иначе ведут все советские люди. Но только оперативный работник милиции сталкивается лицом к лицу, в прямом поединке с врагами советского общества – с преступниками. И он обязан всегда выходить победителем из этого поединка.
   Слушая Волохова, Сергей вдруг понял, что он не только не может, но и не хочет отказываться от этой неожиданной, опасной работы. Он видел перед собой румяное, добродушное лицо Волохова, которое вдруг неуловимо заострилось, стало решительным и упрямым, а утомленные глаза в сетке морщинок смотрели теперь на Сергея проницательно и остро, и ему казалось, что какая-то большая забота лежала на плечах этого сильного человека, часть которой он готов теперь передать Сергею и только испытывает его, окажется ли тот достойным разделить с ним эту тяжесть. И всем своим существом Сергей стремился стать в один боевой строй с этим человеком, в которого он сейчас верил так же беззаветно, как в тех людей на фронте, которые посылали его в бой.
   Сергей чувствовал, как охватывает его знакомое, хотя и полузабытое, чувство предстоящей схватки, волнующее и тревожное чувство, когда дрожит каждый нерв и тело наливается нетерпеливой и дерзкой силой. И он понял, что никогда не захочет уже расстаться с этим чувством.
   – Вы должны сделать очень серьезный шаг, товарищ Коршунов, – продолжал Волохов. – Он изменит всю вашу жизнь, наполнит ее необычайными делами, тревогами и опасностями. Поэтому мы не требуем от вас сейчас же ответа. Подумайте.
   – Нет, товарищ Волохов! – порывисто воскликнул Сергей. – Я уже решил. Ведь меня же партия посылает. И, кроме того, такая работа по мне, и я не хочу другой.
   – Ну что же, быть по сему, – согласился Волохов и, обращаясь к Павлову, спросил: – Как, принимаете к себе этого молодца?
   – Принимаем, – улыбнулся Павлов.
   Волохов встал, вышел из-за стола и, крепко пожав руку Сергея, тепло сказал:
   – В добрый путь, Коршунов. Желаю больших удач!
   – Служу Советскому Союзу, – серьезно ответил Сергей.
   – Солдат, – любовно произнес Волохов, обняв Сергея за плечи, – и смена наша.
   Сергей возвращался домой возбужденный. Завтра он должен явиться в отдел кадров Управления милиции, послезавтра – медкомиссия, потом, как сказал Павлов, пройдут еще недели две, нужные для оформления, и после этого он сможет приступить к работе.
   Дверь отперла Мария Игнатьевна.
   – Все решилось, мама, – весело сказал ей Сергей, – меня направили на такую работу, о которой я и не мечтал. Да и ты тоже. В милицию, в уголовный розыск!
   – Что ты говоришь? – всплеснула руками Мария Игнатьевна. – И ты согласился?
   – Конечно, – рассмеялся Сергей, проходя в комнату.
   – Жуликов ловить – нашел себе работу, – укоризненно качала головой Мария Игнатьевна, вынимая из буфета посуду, но вдруг замерла, держа тарелки в руках, и испуганно взглянула на сына. – Сереженька, так это, наверно, очень опасно? Ведь жулики эти проклятые и убить могут, с ними только свяжись.
   Сергей в ответ усмехнулся.
   – Не таких гадов на фронте бил, мама, и ничего – цел и невредим.
   – Ну, а что Лена скажет, не думал?
   – Нет, не думал, – с деланым равнодушием ответил Сергей, усаживаясь к своему столу и беря в руки книгу.
   Но читать Сергей не мог. Мысли разбегались, и своя собственная судьба застилала перед ним судьбы героев книги. Однако представить себе свою будущую работу Сергей не мог. Что ждет его? Что за люди там? Он никогда не сталкивался с ними, ничего о них не слыхал. Сергей подумал о Лене, и сердце его забилось тяжело и тревожно. Как она воспримет эту перемену в его судьбе? Поймет ли, что двигало Сергеем? А это значит, поймет ли она его самого и… любит ли его.
   Он поспешно захлопнул книгу, встал и прошелся по комнате, потом подошел к окну. Он вспомнил свой разговор с Волоховым и снова ощутил уверенность в правильности своего решения и смутную гордость за свою новую профессию.
   В передней раздался звонок. Пришел Павел Афанасьевич. Сергей услышал его тихий разговор с матерью в передней.
   – Сережа-то наш, знаешь, в милицию на работу поступил, – огорченно сообщила Мария Игнатьевна.
   – В милицию? Как так?
   Сергей отбросил книгу и выбежал в переднюю. Павел Афанасьевич стоял в расстегнутой шубе, держа в одной руке портфель, в другой шапку. Венчик волос вокруг лысины растрепался, очки запотели, на усах таяли снежинки. Сергей посмотрел на отца и весело рассмеялся.
   – Позвольте представиться: знаменитый сыщик Коршунов-младший.
   Отец недовольно покачал головой.
   За столом во время обеда Сергей подробно передал отцу свой разговор в райкоме партии. Павел Афанасьевич, оказывается, знал Волохова, не раз слышал его выступления и однажды, когда тот знакомился с новым составом парткома их министерства, беседовал с ним. «Первого бухгалтера в парткоме встретил, весьма полезно, – сказал ему тогда с улыбкой Волохов. – Очень рад познакомиться». Павел Афанасьевич был о Волохове очень высокого мнения, и сейчас самые противоречивые чувства боролись в нем: с одной стороны, он мечтал, что сын его, вернувшись из армии, займется серьезной и достойной работой, а с другой стороны, секретарь райкома Волохов, которого он уважал и с мнением которого считался, сам вызвал его сына и говорил с ним о работе в милиции как об очень важном и даже почетном деле.
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация