А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Посланники тьмы" (страница 9)

   Глава вторая

   1

   Когда Замята вошел в кружало, охоронцы, сидевшие за дубовыми столами, мгновенно повернулись к дверям.
   Замята снял с головы мокрую шапку и выбил из нее об колено воду. Затем снова нахлобучил шапку на голову и повернулся к ближайшему охоронцу.
   – Где ваш хозяин? – поинтересовался он.
   От стойки к нему шагнул высокий широкоплечий охоронец с широкоскулым прокопченным и обветренным лицом и в газарской шапке, увенчанной собачьим хвостом.
   – О ком ты спрашиваешь? – спросил охоронец, коверкая звуки на свой, степняцкий, лад.
   Замята взглянул на него спокойным, оценивающим взглядом.
   – Ты, видимо, Тунгир? Начальник охоронцев?
   – Да, я Тунгир, – кивнул смуглый охоронец. – А кто таков ты?
   Замята приосанился и сообщил:
   – Я княжий дознаватель Замята. Пришел сюда по распоряжению старшего дознавателя Колояра.
   Охоронцы продолжали молча и пристально разглядывать Замяту. Тунгир тоже молчал. Тогда Замята заговорил снова:
   – Княжий указ предписывает оказывать дознавателю всяческую помощь. Кто откажется помогать, будет брошен в темницу.
   – Ты хочешь, чтобы тебе помогали? – вскинул черные, ломкие брови Тунгир. – Но в чем?
   – Я ищу беглеца. У нас имеются сведения о том, что его видели в Порочном граде.
   Тунгир усмехнулся тонкой, двусмысленной улыбкой степняка.
   – В Порочный град приходит много людей, – сказал он. – Кого из них ты имеешь в виду?
   – Его называют Глеб Первоход. Каждому, кто увидит этого человека, предписано убить его или связать и доставить в дом княжьих дознавателей.
   Тунгир переглянулся с одним из охоронцев и сказал:
   – Мы об этом знаем.
   – И вы готовы мне помочь? – холодно прищурился Замята.
   – Конечно.
   – Значит, вы не будете мне мешать, если я решу обыскать кружало?
   Лица охоронцев вытянулись. Двенадцать пар свирепых глаз уставились на глупого княжьего дознавателя, который решился в одиночку прийти к всесильному Баве Прибытку и вознамерился обыскать его кружало.
   Наконец Тунгир угрюмо проговорил:
   – Мы не хотим с тобой ссориться, княжий дознаватель.
   – Правда? Тогда дайте мне взойти наверх и осмотреться. Вдруг вы прячете у себя Глеба Первохода?
   Тунгир усмехнулся. Заухмылялись и другие охоронцы.
   – Глеб Первоход не приходил сюда много месяцев, – сказал Тунгир. – Ты уж мне поверь, дознаватель.
   Замята дернул уголками губ:
   – Я должен поверить тебе на слово? С какой стати?
   Тунгир прищурил раскосые глаза и сунул руку в карман газарского короткополого кафтана. У Замяты перехватило дыхание. «Конец!» – подумал он и почувствовал, как на лбу выступает испарина.
   Однако вместо ножа или кистеня Тунгир достал из кармана кожаный кошель. Замята уставился на кошель и сглотнул слюну.
   – Что это? – хрипло спросил он.
   – Серебряные дирхемы, – спокойно ответил Тунгир.
   Брови Замяты приподнялись.
   – Ты хочешь меня подкупить?
   Тунгир покачал головой.
   – Нет. Я хочу, чтобы ты поверил мне на слово. – Степняк вынул из кошеля три полновесных дирхема и протянул их Замяте. – Этого хватит?
   – Э-э... – Замята взял деньги и кивнул: – Вполне. Но...
   – Ассан! – заорал вдруг кто-то из охоронцев.
   Тотчас мечи и сабли с лязгом повылетали из ножен. Замята вздрогнул и побледнел, однако взгляды головорезов были устремлены не на него. По лестнице, перескакивая через две ступеньки, взбегал наверх Глеб Первоход.
   – Первоход! – крикнул Замята. – Леший вас побери! Я так и знал, что вы его прячете!
   Тем временем на пути у Глеба возникли два охоронца с обнаженными саблями. Однако взмахнуть своими саблями убийцы не успели. Одного из них Глеб сшиб плечом и сбросил вниз, другого сбил с ног ударом кулака.
   – Айдан газарлы шайтан! – завопил Тунгир, сотрясаясь от гнева.
   Но охоронцы уже бежали за Глебом, размахивая саблями и выкрикивая ругательства на языке степняков и диких горцев. Один из них почти настиг Глеба, но тот извернулся и ударил головореза локтем в челюсть. Охоронец вышиб задом перила и грохнулся на дубовый стол.
   Глеб в несколько прыжков достиг двери, ведущей в покои Бавы Прибытка, распахнул ее и нырнул внутрь. Он хотел захлопнуть дверь, но Тунгир, влетевший наверх, как птица, уже вбегал за ним следом, размахивая саблей и выкрикивая яростные ругательства.

   2

   Бава Прибыток, дородный, чернобородый, сидел за столом и обгладывал жареную свиную ногу.
   Глеб хотел захлопнуть дверь, но не успел – Тунгир и двое темноликих охоронцев влетели в покои вслед за ним и взмахнули саблями.
   – Стоять! – рявкнул на них Глеб.
   Дуло ольстры было приставлено к голове Бавы. Купец так и застыл, раскрыв рот и держа в руке полуобглоданную рульку.
   – Дернетесь, размозжу ему голову! – холодно проговорил Глеб.
   Еще несколько охоронцев вбежали в покои, но Тунгир дал им знак остановиться. Взглянув на Глеба сузившимися и потемневшими от гнева глазами, он спросил:
   – Чего ты хочешь, шайтан?
   – Вложите сабли в ножны! – приказал Глеб.
   Охоронцы уставились на Тунгира – он кивнул. Они нехотя вложили сабли в ножны.
   – Теперь выйдите и оставьте нас одних! – приказал Глеб. – Ну!
   Глеб вдавил ствол в толстую, бородатую щеку купца. Тунгир посмотрел на Баву. Тот нахмурился и процедил сквозь зубы:
   – Делай, как он говорит.
   – Но, хозяин...
   – Делай! – повторил Бава Прибыток, повысив голос.
   Тунгир кивнул, послушно развернулся и дал знак своим головорезам. Те, по-прежнему не произнося ни слова, вышли из покоев вслед за Тунгиром и прикрыли за собой дверь.
   Глеб шагнул к двери, накинул на скобы дубовый засов и повернулся к купцу.
   – Ну, здравствуй, Бава, – сказал он, опуская ольстру.
   Чернобородый купец прищурил темные глаза и угрюмо проговорил:
   – Здравствуй, Глеб Первоход. Зачем пожаловал?
   – Разговор есть.
   Купец положил свиную ногу на тарелку и снова воззрился на Глеба. Взгляд у него был спокойный и холодный.
   – Коли убить меня хочешь, так убивай сейчас, – сказал Бава. – Потом можешь и не успеть.
   – Убивать я тебя не собираюсь.
   Бава Прибыток ухмыльнулся в бороду.
   – Благодарствую. Но тебе это уже не поможет. Ты не выйдешь отсюда живым, Первоход.
   – Я знаю, – отозвался Глеб.
   Он прошел в центр покоев и сел на расписную скамью. Ольстру Глеб положил себе на колени.
   Некоторое время мужчины с мрачным интересом разглядывали друг друга.
   – А ты изменился, – сказал Бава. – Пополнел, возмужал. К твоему бы лицу мою бороду – осанистый получился бы купец. Видать, хорошо жил в последний год, ел кашу да запивал сладким сбитнем?
   – Да, жил неплохо, – согласился Глеб.
   – Слыхал, ты заделался огородником. Выращиваешь диковинные растения и продаешь рассаду купцам. Может, и мне у тебя чего-нибудь прикупить?
   – Прикупишь. Но сейчас поговорим о другом.
   – О чем же? – прищурил темные, непроницаемые глаза Бава Прибыток.
   – О Гиблом месте.
   Хозяин Порочного града хмыкнул.
   – А чего о нем говорить? Туда нынче никто носа не сует. Ходоки все остепенились, пооткрывали лавки да артели. Их туда теперь калачом не заманишь.
   – Чего так?
   – А то сам не знаешь. Гиблое место переменилось. Прежних троп нет. Нечисть, сказывают, новая появилась. Да такая жуткая, что по сравнению с ней упыри да оборотни – навроде беззубых лягушек.
   – Н-да, – задумчиво проговорил Глеб, не спуская глаз с Бавы. – Дурные времена для тебя настали.
   – Да уж, – скорбно скривился тот. – Порочный град совсем опустел. Смотреть здесь нынче не на что. А помнишь, какие битвы мы с тобой устраивали в прежние времена? Оборотни против волколаков! Упыри против кишенской нелюди! На это стоило посмотреть!
   Бава усмехнулся, чуть склонился вперед, нависнув широкой грудью над столом, и доверительно сообщил:
   – Говорят, новая нечисть прежнюю пожрала.
   – Да ну? – «удивился» Глеб. – А что за новая нечисть?
   Бава нахмурился и ответил со вздохом:
   – Того никто не ведает. За последний год только два человека из Гиблого места живыми вернулись. Да и те опосля померли.
   – Охотник Вислоус и ходок Дивлян?
   Бава кивнул.
   – Угу. А перед ними ходили в Гиблое место сыновья Колояра Хромого. Вислоус в бреду говорил, что видел в чащобе их трупы. Все четыре висели на дереве с ободранной кожей. Ужас!
   Глеб нахмурился.
   – Бава, давай начистоту, – сухо проронил он. – Я знаю, что Дивляна в Гиблое место послал ты.
   Чернобородый купец вздохнул и смиренно произнес:
   – Каюсь, послал. Думал, он мне парочку оборотней словит.
   – Словил?
   Хозяин Порочного града махнул рукой.
   – Какое там. Пустой пришел. – Бава дрогнул черными, как вороньи крылья, бровями и тягостно вздохнул: – Ох-хо-хо... Еще месяц-два такой жизни, и совсем разорюсь.
   Несколько секунд Глеб молчал, разглядывая мясистое лицо купца, затем сказал:
   – Врешь ты, Бава.
   – Ась? – вздернул брови тот.
   – Не за оборотнями ты Дивляна посылал.
   – Вот тебе на! – удивился купец. – А за чем же?
   – А это ты мне скажи.
   Бава подергал себя пятерней за бороду, темнея лицом.
   – Послушай, Первоход, – грозно начал он, – я...
   Глеб взял с коленей ольстру и наставил ее на Баву.
   – Я пришел узнать правду, а не слушать твои враки, – холодно заявил он.
   Купец покосился на ольстру, сглотнул слюну и сказал:
   – Убьешь меня – отсюда не выйдешь.
   Глеб дернул плечом:
   – Да мне плевать.
   – На жизнь свою плюешь? – Бава усмехнулся и покачал головой. – Не поверю.
   Глеб взвел курки и холодно прищурился.
   – Ты, я вижу, совсем забыл, с кем имеешь дело.
   Лицо Бавы переменилось. Теперь перед Глебом сидел не добряк-купец, жалующийся на жизнь, а хладнокровный, сильный и лютый человек-рвач, способный свернуть шею противнику собственными руками.
   Бава взглянул на черное дуло ольстры, перевел взгляд на Глеба и процедил сквозь зубы:
   – Надеюсь, я еще сегодня увижу, как ты сдохнешь.
   – А я надеюсь посмотреть сегодня вечером запись матча «Арсенал» – «Челси», – сказал Глеб. – Но чего в нашем мире стоят надежды?
   Они долго молчали, глядя друг другу в глаза. Наконец Бава Прибыток вздохнул и сказал:
   – Ладно. Твоя взяла, ходок. Не убивай меня. Я все тебе расскажу.
   Глеб недоверчиво прищурился.
   – Ну? Я жду.
   – Только сперва опусти ольстру. Не смогу говорить, пока она на меня смотрит. Опусти-опусти. Она ведь все равно останется у тебя в руках.
   Глеб секунду или две раздумывал, потом опустил обрез. Это было ошибкой. Стоило Глебу на мгновение расслабиться, как Бава вскочил с места и одним рывком опрокинул на Глеба стол со всем, что на нем стояло.
   В ту же секунду чернобородый купец метнулся к двери с такой быстротой, какую нельзя было даже предположить в его дородном теле. Достигнув двери, он быстро сорвал засов и отшвырнул его в сторону.
   Глеб вскочил на ноги, вскинул ольстру и выстрелил. Ворвавшийся в комнату Тунгир упал на пол с простреленным бедром и взвыл от боли.
   Глеб, не теряя ни секунды, ринулся вперед. Выскочив из покоев Бавы Прибытка, он выстрелил в толпу вопящих от ярости охоронцев, прыгнул на перила, скатился по ним вниз, ударил ногой в грудь подбежавшего головореза, сшиб еще одного ударом приклада и бросился к двери.
   Еще дважды Глебу пришлось выстрелить из ольстры, расчищая себе путь, прежде чем он добрался до двери, ведущей на улицу, и распахнул ее.
   В левое плечо что-то толкнулось, а вслед за тем всю руку от плеча и ниже обдало нестерпимым жаром. Глеб вскрикнул, выхватил из кармана бомбу и резко швырнул ее через плечо.
   Взрыв потряс стены кружала, но Глеб уже был далеко. Он добежал до коновязи, быстро отвязал каюрую лошадку, взятую напрокат у Ненаша Лысого, вскочил верхом и, с места рванув в галоп, поскакал прочь от кружала, выбивая искры из мерзлой, твердой, как камень, земли.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 [9] 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация