А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Ресторан «Березка» (сборник)" (страница 28)

   Удаки

   – Я думаю про писателя, эдакую мерзкую сволочь, прислушивающуюся к своим ощущениям и ляпающую их на бумагу, – сказал Гриша.
   – Шипящими и сосущими украшайте речь свою, о девушки! – сказал Миша.
   – Ты удак, Миша, – сказал Гриша.
   – Ты удак, Гриша, – сказал Миша.
   – Вы представляете, один мужик купил мяса, говядинки по 2 рубля килограмм, и, не дождавшись остановки, полез в летнем троллейбусе к выходу, пачкая сырым мясом голые девичьи ноги, – сказал Коля.
   – Продавцы, уходя с работы, воруют мясо. Эти, уходя с работы, прихватывают с собой свою власть, – сказал Толя.
   – Ты удак, Толя, – сказал Коля.
   – Ты удак, Коля, – сказал Толя.
   – К тридцати двум годам я разучился делать многое из того, что умел делать в примыкающие двенадцать лет. Я разучился: 1. Подбирать и складывать слова. 2. Выдумывать хлесткие, сочные названия. 3. Сплетать начала и концы, – опечалился Гриша.
   – Без труда не вынешь, – радостно засмеялся Миша.
   – Один мужик все время повторял «дык» да «дык», имея в виду фразу «дык что ж это я?». Он служил врачом в пионерском лагере. Его звали Лев. Он был очень толстый и очень робкий. Однажды он выносил помойное ведро, увидел у сортира красивую девушку, испугался и заулыбался ей сквозь толстые очки робко и щемяще, – растрогался Коля.
   – Ты удак, Коля, – сказал Гриша.
   – Ты удак, Гриша, – сказал Коля.
   – Это кто? Это, детки, революционер. Он не выдержал свободы и скончался от счастья на переломе грядущего века, – злобно заметил Толя.
   – Ты удак, Толя, – сказал Миша.
   – Ты удак, Миша, – сказал Толя.
   – Я им дал три телеграммы. БЕСПОКОЮСЬ ОТСУТСТВИЕМ ДОГОВОРА БЕСПОКОЮСЬ ОТСУТСТВИЕМ ДОГОВОРА НЕСМОТРЯ ПОСЛАННУЮ МНОЙ ТЕЛЕГРАММУ УБЕДИТЕЛЬНО ПРОШУ ВЫПЛАТИТЬ МНЕ ПОЛАГАЮЩИЙСЯ СОГЛАСНО ДОГОВОРУ АВАНС СУММЕ СТО ПЯТЬДЕСЯТ РУБЛЕЙ, – заныл Гриша.
   – Ночью и нищему крестьянину Ваньке достается то, что стоит миллионы, – мечтал Миша.
   – Хотелось бы рассказать вам и про того странного гражданина, который работал говночистом в тресте очистки города. Нельзя было назвать его домашним тунеядцем, хотя он не умел делать ровным счетом никакой мужской работы, гвоздя вбить не мог. Зато он умел стряпать, стирать, мыть полы и танцевать вальс. Это неизбежно наложило отпечаток на его характер и фигуру. Нельзя было сказать, что он бабоват, но никто не назвал бы его и мужественным, – вспомнил Коля.
   – Пролеткультовцы программировали действительно адекватное искусство. Но на них сразу же замахали перьями – настолько страшна была эта реальность, – пояснил Толя.
   – Ты удак, Толя, – сказал Гриша.
   – Ты удак, Гриша, – сказал Толя.
   – Ты удак, Коля, – сказал Миша.
   – Ты удак, Миша, – сказал Коля.
   – Товарищи! Вот я вас слушаю, и мне даже становится немножко стыдно. Вы – красивые, относительно молодые, интеллигентные молодые люди, а только и несется от вашего стола, что «удаки» да «удаки», «удаки» да «удаки», – сказала, приосанившись, пышная и волоокая буфетчица Светлана Викторовна Немкова-Боер.
   – Товарищи и граждане! Ваши руки лезут ко мине у брюки. Рупь кладут, два берут. Пройдемте, граждане, приехали, конец, как писал певец, и я вас заберу, насидитесь у меня, нахлебаетесь, потому что я – народная дружина, – сказал непотребный Светланы Викторовны хахаль и муж, бывший спортивный тренер Витенька Лещев-Попов.
   – Виктор, сгинь, – сказал Гриша.
   – Отвали, плешь, – сказал Миша.
   – Не воняй, Витек, – сказал Коля.
   – Хамы, – резюмировал Толя.
   – Это кто хамы? – вдруг обозлилась не совеем трезвая Светлана Викторовна. – Это мы с Витенькой хамы? А ну, Витенька, свисти в свисток! Свистнуть, а? Свистнуть, а? Свистнуть, или как?
   – Свистнул бы, да не свистит, – расхохотался Витенька.
   – Ну ты, Витек, молодец, даешь стране угля, мелкого, но много, – расхохоталась Светлана Викторовна.

   Тем временем и ночь незаметно наступила. Совершенно пьяные, они отправились по домам. Толя потерял портфель, на Колю случайно вылили из окна горшок с нечистотами, Гриша начал писать роман, а Миша по дороге избил гомосексуалиста.
   А всему виной то, о чем мы каждый день имеем право читать в местных и центральных газетах, издаваемых в СССР...
   ...пьянство и другие, к сожалению, все еще встречающиеся иногда в нашей жизни временами всегда отдельные...

   Обижен бедный горох

   – Если кто в жестяных банках изготовляет зеленый горошек со смальцем, того нужно тут же расстреливать у стенки, как лазутчика, потому что он делает больно всем. Вот ты глянь – среди севрюги, огурца свежего, парникового, болгарского, ростбифа, каменной колбасы – он ежится и ссыхается от позора, этот бедный горох, крытый тусклой жировой пленкой, с белыми, отвратительно стылыми жиринками. Он мучается, и я ничем не могу ему помочь...
   Так размышлял один естествоиспытатель, ужиная с родным человеком за праздничным столом в ожидании ночи под звуки симфонии № 40 композитора В.-А.Моцарта, что напечатана на пластинке фирмы «Мелодия» с двух сторон, слушая все эти ее переливы, анданте, менуэты и пр.́
   – Понимаешь, – сказал естествоиспытатель родному человеку. – Я считаю, что аристократизм – это ощущение своего места в пространстве и времени. Мир – он в любом месте полон, в любом времени. Каждый, кто на своем месте, – аристократ. Кто не на своем месте – плебей. И я говорю о том, что естественность – лучше правды, выше оценок, честнее нравственности...́
   – Нравственности, – подтвердила родной человек. Она хорошо понимала естествоиспытателя.
   А он вдруг затрясся от жалости, и трясся, и слезы от плача падали в поедаемый им горох со смальцем по цене 35 копеек банка.́
   – Смотри, за окном как белым-бело, – сказала родной человек. – Это и есть белая ночь. Белая ночь – это серая ночь. Моцарт. Огурец. Севрюга с хреном...́
   – Горох ты мой, горошек!– вскричал естествоиспытатель. – Обижен бедный горох! А впрочем – сам, сам виноват, – махнул он рукой. – И все несчастные – свиньи, как писал цитируемый ученый...́
   – Белая ночь, – шептала родной человек. – Белая, серая она – вливается, вливается, вливается...́
   – И смерти нет, да? Ну скажи, скажи, ляпни еще, что и смерти нет, ну скажи, скажи, – пристал естествоиспытатель.́
   – Нет, – подумав, сказала родной человек.́
   – Нет? – воскликнул естествоиспытатель.́
   – Никогда, – ответила женщина.́
   – Вот и хорошо, – резюмировал мужчина и погасил электрическую лампу.
   Прекрасным, нездоровым светом полнилась комната. Аква, аква, аква... а, (3, у. О, плыви, плыви, плавай, дыши, шевели жабрами медленно! И, о господи, неужели мы навсегда рыбы, неужели мы никогда не умрем, неужели это ошибка, неужели это счастье, неужели еще можно жить?.. Целую тебя, я тебя целую... Ты слышишь?
   – Я все слышу, – ответила женщина.
   ...недостатки отдельные всегда временами назад вперед вниз вверх право лево в нашей жизни иногда все еще встречающиеся к сожалению...
   О чем мы каждый день имеем право читать в местных и центральных газетах, издаваемых в СССР.
*
   Удаки. – Мне казалось, что я весьма ловко придумал это слово, дабы избежать обвинений в лексической грубости. Однако впоследствии узнал, что оно и без меня существует в живой народной речи. На мой вопрос, кто это тащится от автобусной остановки к озеру Волго Калининской области, где у меня и моего друга художника Сергея Семенова (р. 1956) был одно время маленький домик, наш сосед хладнокровно ответил: «Московские удаки приехали».
   ...представители жэковской общественности... – ЖЭК – жилищно-эксплуатационная контора, организация по эксплуатации государственного жилищного фонда, попутно контролировавшая нравственность граждан-квартиросъемщиков.
   Эрнест Хемингуэй (1899–1961) – чрезвычайно популярный в СССР американский писатель, чей портрет в свитере грубой вязки висел практически в каждом доме так называемого «интеллигентного человека». Пьющий персонаж, разумеется, не считает его евреем, а так это... прикалывается.
   Джон Леннон (1940–1980) – один из великой четверки «Битлз» был женат на японке Йоко Оно (р. 1933).
   Элиот Томас Стернс (1888–1965) – американо-английский поэт-модернист.
   Гумилев Николай (1886–1921) – поэт, расстрелянный большевиками. В СССР был запрещен, но очень популярен.
   Кузьмин Михаил Алексеевич (1875–1936) – поэт Серебряного века, чудом уцелевший при большевиках. Умер на родине, но в нищете. В СССР не переиздавался.
   Тухманов Давид (р. 1940) – композитор, автор шлягеров 70-х с «интеллектуальным» уклоном.
   Ансамбль «Абба» – шведский вокально-инструментальный ансамбль, допущенный в СССР и пользовавшийся у нас неслыханной популярностью.
   «Мужчина и женщина» – фильм французского режиссера Клода Лелюша (р. 1937), чрезвычайно популярный среди «образованщиков».
   «Под стук трамвайных колес» – фильм Акиры Куросавы (1910–1998).
   «Романс о влюбенных» – фильм Андрея Михалкова-Кончаловского (р. 1937).
   «Кабаре» – фильм Боба Фосса (р. 1927) с участием Лайзы Минелли (р. 1946). В советском прокате не был.
   ЛТП – это и есть Лечебно-трудовой профилакторий, где обретался муж такой эстетической дамы. Сейчас ЛТП вроде снова собираются ввести в действие. Ельцин-то (1931–2007) их отменил.
   Катишь Берестова – распутная особа, персонаж кладбищенского рассказа Федора Достоевского (1821–1881) «Бобок».
   ...профессор Капица... – Сергей Петрович (р. 1928), ученый, телеведущий, сын Петра Леонидовича Капицы (1894–1984), выдающегося физика, отличавшегося независимостью и свободомыслием.
   ...рисовал красками картины абстракционистов... – Что почему-то совершенно не приветствовалось в СССР, хотя и не посягало на основы строя.
   ...«острым глазком»... – Выражение философа Василия Розанова: «Посмотришь на русского человека острым глазком... Посмотрит он на тебя острым глазком. И все понятно. И не надо никаких слов».
   Мы приехали в Москву за продуктами... – Потому что их вне Москвы не было.
   ...вдоль по улице Малой Грузинской... – там после международного скандала в 1974 году, получившего название «бульдозерная выставка», власти вынуждены были организовать под присмотром КГБ гетто для «неформальных художников» под названием «Московский горком графиков», где художники получили наконец-то возможность выставляться и тихонечко продавать свои работы интересующимся «форинам».
   ...облако, озеро, башня, и в городском саду играет стиляга Жуков, мимо станции проезжая, а Алик плюс-минус Алена равняется Бог есть любовь улетающего Монахова, хлещущего «Чинзано». Пора, мой друг, пора! Баста и ожог! – зашифрованные названия произведений В.Набокова, Э.Русакова, А.Лещева, А.Битова, Л.Петрушевской, А.Величанского, А.Гаврилова, В.Аксенова.
   Бич, бичара – бродяга (сиб.).
   Палаточный город плывет... – Из комсомольской песни Александры Пахмутовой (р. 1929), посвященной сибирским романтикам.
   Колчужка – убогий (сиб.).
   Объятый думой, да? – все смеялась девушка. – Она бы совершенно не смеялась, если бы ей кто-то, более опытный, рассказал, что автора этих великих строк – «Ко славе страстию дыша, / В стране суровой и угрюмой, / На диком бреге Иртыша / Сидел Ермак, объятый думой» – Кондратия Рылеева (1795–1826) царь Николай I повесил за организацию восстания декабристов. А вы говорите – коммунисты, коммунисты...
   Фикса – вставной металлический зуб (жаргон).
   ...Минша Ланшук... – Прототипа не назову по этическим соображениям, ибо он до сих пор жив и является известной персоной в городе К., стоящем на великой сибирской реке Е., впадающей в Ледовитый океан.
   ...красный билет... – Обозначающий его принадлежность к сообществу членов Коммунистической Партии Советского Союза.
   ...на шахте имени Феликса К... – Свидетельствую, что шахта носила имя пламенного революционера Феликса Кона (1864–1941), основавшего в городе З. советскую власть, но отнюдь не «метропольского» супостата, Феликса Кузнецова (см. комм. к тексту «Ресторан „Березка“. Поэма и рассказы о коммунистах»). Это совпадение ДЕЙСТВИТЕЛЬНО относится к разряду случайных. Ведь я нашел эту рукопись в 1978 году, когда лежал на полу, и было это за несколько месяцев до того, как началась «громиловка» «Метрополя». Феликса Кона я тоже на всякий случай тогда зашифровал, чтобы не пришили «антисоветчину».
   ...«...рабы не мы»... – «Мы не рабы, рабы не мы» – гордо выводили в прописях советские школьники, обучаясь советской грамоте.
   ...поверили в себя. – Что означает этот газетный штамп ведали лишь коммунистические идеологи.
   ...Эдик Н. непосредственно по выходе из тюрьмы, где он просидел 9 месяцев за злостную неуплату алиментов и неуважение к осудившему его составу суда, выразившееся в кривлянии, а также отказе сообщить свою национальность и партийность. – Эдуард Нонин (1933–1992), норильский поэт, последователь «обериутов». На вопрос судьи: «партийность», ответил: «социал-демократ». Судья призвал его не глумиться и повторил вопрос. «Левый социал-демократ», – уточнил Нонин. Свою национальность он обозначил как «русский поэт». В стране однопартийной системы КПСС он за все эти выкрутасы получил лишних три месяца.
   Чао-какава – шутливая и бессмысленная городская присказка тех лет, якобы итальянское «до свидания».
   ...винные магазины открывают нынче в одиннадцать часов утра. – Это когда я лежал на полу. А сейчас, вместе со всей Россией, «встал с колен» и могу идти за вином когда мне заблагорассудится.
   ...приезжал с оркестром Юрий Силантьев и заработал за три дня 1900 рублей. – Подчеркиваю, что все эти обывательские разговорчики не имеют никакого отношения к упоминаемым в них уважаемым деятелям советской культуры.
   ...глухо, как в танке... – Ернический городской фольклор.
   ...прав был Иван Бунин... – Я только что заметил, что Иван Бунин (1870–1953) родился в год рождения Ленина, а умер в год смерти Сталина, пережив тем самым двух этих крайне ненавистных ему коммунистов. Строка его лирического стихотворения звучит так: «Что ж, камин растоплю, буду пить... Хорошо бы собаку купить...».
   Один буржуазный деятель культуры... – немецкий художник Курт Швиттерс (1887–1948), предтеча поп-арта.
   ...пышная и волоокая буфетчица Светлана Викторовна Немкова-Боер. – Художника Владимира Боера вы уже знаете, Виктор Немков (р. 1950) – его и мой друг, театральный художник и теоретик сценографии, живущий в Красноярске.
   Я читаю книгу «Архипелаг ГУЛАГ». – Глупая шутка. Тогда никто бы не произнес такое крамольное название, разговаривая по телефону.
   «Но только он лег – звонок». – Из стихотворной сказки Корнея Чуковского (1882–1969).
   ...спортивный тренер Витенька Лещев-Попов. – Лещев – псевдоним поэта Льва Тарана (см. ниже и выше), Попов он и есть Попов.
   «Бригантина поднимает паруса, в открытом море не обойтись без кормчего»... – Контаминация двух популярных песен. «Бригантина» – на слова поэта-романтика Павла Когана (1918–1942), погибшего на фронте; «В открытом море...» – песня времен китайской «культурной революции», славящая тов. Мао Цзэдуна (1893–1976).
   ...«Либерал». – Странно, что это слово, ныне знаковое, а тогда не имеющее ровным счетом никакой актуальности, пришло мне в голову 30 лет назад, когда все это было писано.
   Так что давайте, ребятки, задавайте вопросы... Ведь не каждый же ж день вам удастся задавать вопросы министру... – Эту фразу драматург Михаил Шатров (р. 1932) произнес в начале 70-х на встрече «молодых писателей» с министром культуры РСФСР Юрием Мелентьевым (1932–1997). «Почему запрещают пьесу Александра Вампилова “Утиная охота”? – тут же спросил я. – Как ваша фамилия?» – тут же ответил министр.
   ...что отняли у нее злые пришлецы... – В этих абстрактных, нарочито затемненных «воспоминаниях о будущем» подобная фраза скорей всего является робким намеком на коммунистов, захвативших Россию.
   И все несчастные – свиньи, как писал цитируемый ученый... – Русский философ Лев Шестов (1886–1938), «Апофеоз беспочвенности» (1905): «Несчастных людей нет, все несчастные – свиньи. Подпольный философ Достоевского, Раскольников, Гамлет и т. д. – не несчастные люди, судьбу которых можно предпочесть, а несчастные свиньи, и, главное, они сами слишком хорошо это знают...» Сурово!
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 [28] 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация