А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Мишкина каша" (страница 1)

   Николай Носов
   Мишкина каша



   Один раз, когда я жил с мамой на даче, ко мне в гости приехал Мишка. Я так обрадовался, что и сказать нельзя! Я очень по Мишке соскучился. Мама тоже была рада его приезду.
   – Это очень хорошо, что ты приехал, – сказала она. – Вам вдвоем здесь веселей будет. Мне, кстати, завтра надо в город поехать. Я, может быть, задержусь. Проживете тут без меня два дня?
   – Конечно, проживем, – говорю я. – Мы не маленькие!
   – Только вам тут придется самим обед готовить. Сумеете?
   – Сумеем, – говорит Мишка. – Чего там не суметь!
   – Ну, сварите суп и кашу. Кашу ведь просто варить.
   – Сварим и кашу. Чего там ее варить! – говорит Мишка. Я говорю:
   – Ты смотри, Мишка, а вдруг не сумеем! Ты ведь не варил раньше.
   – Не беспокойся! Я видел, как мама варит. Сыт будешь, не помрешь с голоду. Я такую кашу сварю, что пальцы оближешь!
   Наутро мама оставила нам хлеба на два дня, варенья, чтобы мы чай пили, показала, где какие продукты лежат, объяснила, как варить суп и кашу, сколько крупы положить, сколько чего. Мы все слушали, только я ничего не запомнил. "Зачем, – думаю, – раз Мишка знает".

   Потом мама уехала, а мы с Мишкой решили пойти на реку рыбу ловить. Наладили удочки, накопали червей.
   – Постой, – говорю я. – А обед кто будет варить, если мы на реку уйдем?
   – Чего там варить! – говорит Мишка. – Одна возня! Съедим весь хлеб, а на ужин сварим кашу. Кашу можно без хлеба есть.
   Нарезали мы хлеба, намазали его вареньем и пошли на реку. Сначала выкупались, потом разлеглись на песке. Греемся на солнышке и хлеб с вареньем жуем. Потом стали рыбу ловить. Только рыба плохо клевала: поймали всего с десяток пескариков. Целый день мы на реке проболтались. К вечеру вернулись домой. Голодные!

   – Ну, Мишка, – говорю, – ты специалист. Что варить будем? Только такое, чтоб побыстрей. Есть очень хочется.
   – Давай кашу, – говорит Мишка. – Кашу проще всего.
   – Ну что ж, кашу так кашу.
   Растопили плиту. Мишка насыпал в кастрюлю крупы. Я говорю:
   – Сыпь побольше. Есть очень хочется!
   Он насыпал полную кастрюлю и воды налил доверху.
   – Не много ли воды? – спрашиваю. – Размазня получится.
   – Ничего, мама всегда так делает. Ты только за печкой смотри, а я уж сварю, будь спокоен.
   Ну, я за печкой смотрю, дрова подкладываю, а Мишка кашу варит, то есть не варит, а сидит да на кастрюлю смотрит, она сама варится.
   Скоро стемнело, мы зажгли лампу. Сидим и ждем, когда каша сварится. Вдруг смотрю: крышка на кастрюле приподнялась, и из-под нее каша лезет.
   – Мишка, – говорю, – что это? Почему каша лезет?
   – Куда?
   – Шут ее знает куда! Из кастрюли лезет!
   Мишка схватил ложку и стал кашу обратно в кастрюлю впихивать. Мял ее, мял, а она будто пухнет в кастрюле, так и вываливается наружу.
   – Не знаю, – говорит Мишка, – с чего это она вылезать вздумала. Может быть, готова уже?
   Я взял ложку, попробовал: крупа совсем твердая.
   – Мишка, – говорю, – куда же вода девалась? Совсем сухая крупа!
   – Не знаю, – говорит. – Я много воды налил. Может быть, дырка в кастрюле?
   Стали мы кастрюлю осматривать: никакой дырки нет.
   – Наверно, испарилась, – говорит Мишка. – Надо еще подлить.
   Он переложил лишнюю крупу из кастрюли в тарелку и подлил в кастрюлю воды. Стали варить дальше. Варили, варили – смотрим, опять каша наружу лезет.
   – Ах, чтоб тебя! – говорит Мишка. – Куда же ты лезешь?
   Схватил ложку, опять стал лишнюю крупу откладывать. Отложил и снова бух туда кружку воды.
   – Вот видишь, – говорит, – ты думал, что воды много, а ее еще подливать приходится.
   Варим дальше. Что за комедия! Опять вылезает каша.
   Я говорю:
   – Ты, наверно, много крупы положил. Она разбухает, и ей тесно в кастрюле становится.
   – Да, – говорит Мишка, – кажется, я немного много крупы переложил. Это все ты виноват: "Клади, говорит, побольше. Есть хочется!"

   – А откуда я знаю, сколько надо класть? Ты ведь говорил, что умеешь варить.
   – Ну и сварю, не мешай только.
   – Пожалуйста, не буду тебе мешать.
   Отошел я в сторонку, а Мишка варит, то есть не варит, а только и делает, что лишнюю крупу в тарелки перекладывает. Весь стол уставил тарелками, как в ресторане, и все время воды подливает. Я не вытерпел и говорю:
   – Ты что-то не так делаешь. Так ведь до утра можно варить!
   – А что ты думаешь, в хорошем ресторане всегда обед с вечера варят, чтоб наутро поспел.

   – Так то, – говорю, – в ресторане! Им спешить некуда, у них еды много всякой.
   – А нам-то куда спешить?
   – Нам надо поесть да спать ложиться. Смотри, скоро двенадцать часов.
   – Успеешь, – говорит, – выспаться.
   И снова бух в кастрюлю кружку воды. Тут я понял, в чем дело.
   – Ты, – говорю, – все время холодную воду льешь, как же она может свариться.
   – А как, по-твоему, без воды, что ли, варить?
   – Выложить, – говорю, – половину крупы и налить воды сразу побольше, и пусть себе варится.

   Взял я у него кастрюлю, вытряхнул из нее половину крупы.
   – Наливай, – говорю, – теперь воды доверху.
   Мишка взял кружку, полез в ведро.
   – Нету, – говорит, – воды. Вся вышла.
   – Что же мы делать будем? Как за водой идти, темнота какая! – говорю. – И колодца не увидишь.
   – Чепуха! Сейчас принесу. Он взял спички, привязал к ведру веревку и пошел к колодцу. Через минуту возвращается.
   – А вода где? – спрашиваю.
   – Вода… там, в колодце.
   – Сам знаю, что в колодце. Где ведро с водой?
   – И ведро, – говорит, – в колодце.
   – Как – в колодце?
   – Так, в колодце.
   – Упустил?
   – Упустил.
   – Ах ты, – говорю, – размазня! Ты что ж, нас уморить голодом хочешь? Чем теперь воды достать?
   – Чайником можно.
   Я взял чайник и говорю:
   – Давай веревку.
   – А ее нет, веревки.
   – Где же она?
   – Там.
   – Где – там?
   – Ну… в колодце.
   – Так ты, значит, с веревкой ведро упустил?
   – Ну да.
   Стали мы другую веревку искать. Нет нигде.
   – Ничего, – говорит Мишка, – сейчас пойду попрошу у соседей.
   – С ума, – говорю, – сошел! Ты посмотри на часы: соседи спят давно.
   Тут, как нарочно, обоим нам пить захотелось; кажется, сто рублей за кружку воды отдал бы! Мишка говорит:

   – Это всегда так бывает: когда нет воды, так еще больше пить хочется. Поэтому в пустыне всегда пить хочется, потому что там нет воды.
   Я говорю:
   – Ты не рассуждай, а ищи веревку.
   – Где же ее искать? Я везде смотрел. Давай леску от удочки привяжем к чайнику.
   – А леска выдержит?
   – Может быть, выдержит.
   – А если не выдержит?
   – Ну, если не выдержит, то… оборвется…
   – Это и без тебя известно.
   Размотали мы удочку, привязали к чайнику леску и пошли к колодцу. Я опустил чайник в колодец и набрал воды. Леска натянулась, как струна, вот-вот лопнет.
   – Не выдержит! – говорю. – Я чувствую.
   – Может быть, если поднимать осторожно, то выдержит, – говорит Мишка.
   Стал я поднимать потихоньку. Только приподнял над водой, плюх – и нет чайника.
   – Не выдержала? – спрашивает Мишка.
   – Конечно, не выдержала. Чем теперь доставать воду?
   – Самоваром, – говорит Мишка.
   – Нет, уж лучше самовар просто бросить в колодец, по крайней мере возиться не надо. Веревки-то нет.
   – Ну, кастрюлей.
   – Что у нас, – говорю, – по-твоему, кастрюльный магазин?
   – Тогда стаканом.
   – Это сколько придется возиться, пока стаканом воды наносишь!
   – Что же делать? Надо ведь кашу доваривать. И пить до зарезу хочется.
   – Давай, – говорю, – кружкой. Кружка все-таки больше стакана.
   Пришли домой, привязали леску к кружке так, чтоб она не переворачивалась. Вернулись к колодцу. Вытащили по кружке воды, напились. Мишка говорит:
   – Это всегда так бывает. Когда пить хочется, та к кажется, что целое море выпьешь, а когда станешь пить, так одну кружку выпьешь и больше уже не хочется, потому что люди от природы жадные…
   Я говорю:
   – Нечего тут на людей наговаривать! Тащи лучше кастрюлю с кашей сюда, мы прямо в нее воды натаскаем, чтоб не бегать двадцать раз с кружкой.
   Мишка принес кастрюлю и поставил на край колодца. Я ее не заметил, зацепил локтем и чуть не столкнул в колодец.
   – Ах ты, растяпа! – говорю. – Зачем мне кастрюлю под локоть сунул? Возьми ее в руки и держи крепче. И отойди от колодца подальше, а не то и каша полетит в колодец.
   Мишка взял кастрюлю и отошел от колодца. Я натаскал воды.
   Пришли мы домой. Каша у нас остыла, печь погасла. Растопили мы снова печь и опять принялись кашу варить. Наконец она у нас закипела, сделалась густая и стала пыхтеть: пых, пых!..
   – О! – говорит Мишка. – Хорошая каша получилась, знатная!
   Я взял ложку, попробовал:
   – Тьфу! Что это за каша! Горькая, несоленая и воняет гарью.
   Мишка тоже хотел попробовать, но тут же выплюнул.
   – Нет, – говорит, – умирать буду, а такую кашу не стану есть!
   – Такой каши наешься, и умереть можно! – говорю я.
   – Что ж делать?
   – Не знаю.
   – Чудаки мы! – говорит Мишка. – У нас же пескари есть!
   Я говорю:
   – Некогда теперь уже с пескарями возиться! Скоро светать начнет.

   – Так мы их варить не будем, а зажарим. Это ведь быстро – раз, и готово.
   – Ну давай, – говорю, – если быстро. А если будет, как каша, то лучше не надо.
   – В один момент, вот увидишь.
   Мишка почистил пескарей и положил на сковородку. Сковородка нагрелась, пескари и прилипли к ней. Мишка стал отдирать пескарей от сковородки ножом, все бока ободрал им.
   – Умник! – говорю. – Кто же рыбу без масла жарит!
   Мишка взял бутылку с подсолнечным маслом. Налил масла на сковородку и сунул в печь прямо на горячие угли, чтоб поскорее зажарились. Масло зашипело, затрещало и вдруг вспыхнуло на сковородке пламенем. Мишка вытащил сковородку из печки – масло на ней пылает. Я хотел водой залить, а воды у нас во всем доме ни капли нет. Так оно и горело, пока все масло не выгорело. В комнате дым и смрад, а от пескарей одни угольки остались.

   – Ну, – говорит Мишка, – что теперь жарить будем?
   – Нет, – говорю я, – больше я тебе ничего жарить не дам. Мало того, что ты продукты испортишь, так ты еще пожар устроишь. Из-за тебя весь дом сгорит. Довольно!
   – Что же делать? Есть-то ведь хочется!
   Попробовали мы сырую крупу жевать – противно. Попробовали сырой лук – горько. Масло попробовали без хлеба есть – тошно. Нашли банку из-под варенья. Ну, мы ее вылизали и легли спать. Уже совсем поздно было.
   Наутро проснулись голодные. Мишка сразу полез за крупой, чтоб варить кашу. Я как увидел, так меня даже в дрожь бросило.
   – Не смей! – говорю. – Сейчас я пойду к хозяйке, тете Наташе, попрошу, чтобы она нам кашу сварила.
   Мы пошли к тете Наташе, рассказали ей все, обещали, что мы с Мишкой все сорняки у нее на огороде выполем, только пусть она поможет нам кашу сварить. Тетя Наташа сжалилась над нами: напоила нас молоком, дала пирогов с капустой, а потом усадила завтракать. Мы все ели и ели, так что тети Наташин Вовка на нас удивлялся, какие мы голодные были.
   Наконец мы наелись, попросили у тети Наташи веревку и пошли доставать из колодца ведро и чайник. Много мы провозились и, если бы Мишка не придумал якорек из проволоки сделать, так бы ничего и не достали. А якорьком, как крючком, подцепили и ведро и чайник. Ничего не пропало – все вытащили. А потом мы с Мишкой и Вовкой сорняки на огороде пололи.
   Мишка говорил:
   – Сорняки – это чепуха! Совсем нетрудное дело. Гораздо легче, чем кашу варить!

Чтение онлайн





Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация