А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "НеВозможно" (страница 8)

   – Нет, не близнецы, но похожи. Бекки за мной много лет увивалась. Я наутро сам не мог поверить, что сделал это. Но – случилось. – Сейчас, рассказывая о своем грехопадении, он чуть не плакал. А когда признался Бет, то плакал по-настоящему.
   – Вы алкоголик? – спросила Саша серьезно. Он пил много, но не пьянел.
   – Нет. Просто дурак. В последний год мы с Бет часто ссорились. Она хотела, чтобы я нашел себе постоянную работу. Ей надоело горбатиться во имя искусства. Да тут еще родители – все уши ей прожужжали, чтобы бросала меня и возвращалась домой. Отец у нее плотник, а мать – учительница. Мои картины они в грош не ставят. Я и сам уже почти перестал в себя верить. До сегодняшнего дня. – Он с благодарностью посмотрел на Сашу.
   Определенно, в этом человеке была какая-то изюминка. Даже после признания в супружеской измене Саша не в силах была осуждать его. Конечно, эта история очень неблаговидная. Но все равно в Лайаме было нечто неотразимое, Саша получала огромное удовольствие от общения с ним. Она готова была признать, что он симпатичен ей как человек и даже как мужчина.
   – А чем занимается эта Бекки? – спросила она.
   – Работает в баре на одном горнолыжном курорте. Зашибает бешеные бабки и гуляет с мужиками напропалую. Она всегда ко мне липла. Наверное, меня к ней тоже влекло. Не знаю. Прожить двадцать лет с одной женщиной – это не шутка. Бет была моей первой женщиной, и до этого случая я ей ни разу не изменял. – Лайам тяжело вздохнул, вспоминая тот скандал. – Я понимаю, нет мне никакого оправдания, – с горечью признался Лайам. – Мне и самому тошно.
   – Неужели она вас никогда не простит? – Саша никак не хотела расставаться с надеждой, что все у них будет хорошо. Такому человеку, как Лайам, нужна была опора, особенно теперь, когда ему предстоит много работать.
   – Я знаю Бет, вряд ли она простит. Она всю жизнь завидовала Бекки. Той всегда все мужики доставались. А у Бет что? Я да трое ребят. И еще работы целый воз. У меня никогда не получалось зарабатывать. Все эти годы нас содержала Бет. И она всегда мне верила. Пока я не переспал с этой куклой. На Рождество я звонил ей и детям, она сказала, что подает на развод. Я ее не виню. Достал я ее до смерти. Хорошо, теперь у меня будет возможность посылать им какие-то деньги. После стольких безденежных лет она их вполне заслужила.
   «Все-таки Лайам порядочный человек, хоть и витает в облаках, как многие артистические натуры, – размышляла Саша. – И вот теперь он расплачивается за свое легкомыслие одиночеством».
   – Давно вы детей не видели?
   – Да с тех самых пор, как она уехала. О ее родителях я и не говорю. Небось убить меня готовы. Отец-то точно в бешенстве.
   – Она что же, рассказала им все как есть?
   – Нет, Бет так бы не сделала. Бекки рассказала. Она меня теперь тоже ненавидит. Она-то надеялась, что я разведусь с Бет и женюсь на ней. Говорила, с юных лет в меня влюблена. С близнецами иногда случается такое. А Бет говорит, Бекки всю жизнь на нее зуб имела. Красивая девка, а замуж не берут. В пятнадцать лет она залетела, родила, так родители заставили отдать ребенка на усыновление. Думаю, после этого у нее крыша поехала. Лет шесть назад, когда ее парню должно было исполниться восемнадцать, она стала его искать, и тут выясняется, что за два года до этого ее сын погиб в автокатастрофе. Лоб в лоб. Она страшно переживала. Наверное, себя во всем винила. Может, и сестру ненавидит за то, что у той растут трое детей. Не знаю. Кто разберется в их отношениях?! Мне уж точно это не под силу...
   – Да уж... Выходит, вы шагнули на минное поле.
   – Истинная правда! Бет говорит, Бекки нарочно все подстроила. Двадцать лет подходящего момента ждала. Три бутылки дешевого белого – и я пустил псу под хвост двадцать лет брака с самой хорошей и порядочной женщиной на свете.
   – Почему же вы не хотите полететь в Вермонт и поговорить с ней? Я могу выплатить вам аванс. Я все равно собиралась это сделать. – Даже не будучи посвященной в детали семейной жизни Лайама, Саша поняла, что деньги ему нужны позарез.
   – Поздно уже, – откровенно ответил Лайам. – Она уже сошлась со своим давним кавалером, он ухаживал за Бет еще в школе. Грозится расписаться, как только развод оформим. У него в прошлом году умерла жена и оставила его с четырьмя детьми на руках. Деньги у него есть, он владеет отелем на горнолыжном курорте. И готов содержать Бет с детьми. Наверное, это лучше, чем быть женой шального художника. Похоже, и она так думает, – обреченно добавил Лайам.
   – Какой же вы шальной художник, Лайам? – искренне удивилась Саша. Конечно, здравомыслящим человеком Лайама назвать было трудно, но Саша надеялась, что работа и успех смогут изменить его жизненные установки. Если они вообще у Лайама были. Во что Саше было действительно сложно поверить, так это в то, что такой интересный мужчина за всю свою взрослую жизнь был близок всего с одной женщиной – собственной женой. Если не считать этот идиотский эпизод с ее сестрой-двойняшкой. Глядя на Лайама, можно было предположить, что его постоянно окружает целый хоровод девиц и он щедро дарит им свое внимание. Такое впечатление у Саши сложилось и со слов Ксавье, когда сын рассказывал ей о своих с Лайамом похождениях. Но оказалось, что в жизни Лайам не очень похож на Лайама из рассказов Ксавье. Да, он дурашливый, легкомысленный, но искренний и добрый.
   – Иногда я шальной художник и есть, – ответил Лайам. – А иногда мне так хочется снова стать ребенком! Но от этого ведь никому не хуже?
   – Это как сказать... Разве не на вас лежит вина за то, что Бет оставила вас?! А ваши дети! Разве они не пострадали? Да и вы сами... Да, конечно, и на вашей невестке вина лежит.
   – Ей ни до кого нет дела, кроме себя.
   – Не стоит жалеть себя и искать оправданий. – Саша решила не щадить Лайама. Она задумалась и вдруг заметила, что Лайам за ней наблюдает.
   – А что же вы, Саша, о себе ничего не рассказываете? Послушать Ксавье, так вы просто ангел во плоти. Он от вас без ума. Редкий случай, чтобы взрослый парень так относился к матери. Но сейчас, поговорив с вами, я его понимаю. Ему повезло, что у него такая преданная мать. – Лайам, видимо, вспомнил свою мать, которую он потерял так рано.
   – Я его тоже очень люблю. Он замечательный! И сестра его тоже. Я очень счастливая женщина. – Саша улыбнулась.
   – Ну, не такая уж счастливая. Ведь вы совсем недавно потеряли мужа? – сочувственно сказал Лайам.
   – Да, – как можно спокойнее ответила Саша, но на глаза ее мгновенно навернулись слезы. Ей стало неловко. Ее горе не должно быть явным, Саша не хотела нагружать Лайама своими проблемами и не рассчитывала на его сочувствие. – Пятнадцать месяцев прошло. Мы были женаты двадцать пять лет. – У нее Артур тоже был единственный мужчина. Это их по-своему роднило, как и ранняя потеря матерей, и неизбежные в таких случаях детские страдания.
   – Это, наверное, ужасно – потерять в одночасье любимого человека, – проговорил он, заботливо заглядывая ей в глаза.
   – Да. Сейчас стало полегче, но иногда накатывает такая тоска... – Лайам понимающе кивнул. Свою жену он тоже потерял, правда, по собственной глупости, а у Саши мужа отняла судьба. – Но надо жить! Вариантов нет! Слава богу, что у меня есть мое дело. Работа выручает.
   – Но картины – не человек, они не утешат, не согреют, с ними не обнимешься, не поговоришь, правда? И у вас с тех пор никого не было? – Это была откровенная дерзость, но Саша решила ответить. Она не хотела, чтобы он видел, насколько она беззащитна и одинока. Раз она взялась представлять его интересы, надо, чтобы он считал ее сильной и уверенной. Так ей, во всяком случае, казалось. И потом, ей почему-то хотелось, чтобы оценили ее искренность.
   – Нет, никого. А у вас? – Ей в самом деле было любопытно. Он столько ей рассказал о своей родне и семейной жизни, что между ними установилась некая близость – гораздо большая, чем Саша ожидала и тем более – чем ей бы хотелось. У нее еще не было случая, чтобы она чувствовала личный интерес к какому-то своему подопечному, и не в ее правилах было демонстрировать свои слабости. Но за ужином почему бы и не поговорить по душам?! Два одиноких человека, еще в детстве пережившие боль большой утраты и в результате лишившиеся детства, а теперь, уже взрослыми, потерявшие тех, кого любили. Честно говоря, желание доверить постороннему человеку свою боль, раскрыть душу возникло у Саши впервые. Но пусть этим все и ограничится. Она не собиралась поддаваться возникшей симпатии. Она волевой и сознательный человек. И Лайаму она не даст повода к сближению, пусть он не думает, что должен проявлять к ней сочувствие, какое-то особенное внимание. Это только помешает их деловым отношениям.
   – Я встречался с двумя женщинами, – ответил наконец Лайам. – Ксавье меня знакомил. – Он улыбнулся. Странно было думать, что мать его приятеля теперь еще и его наперсница. – Но ничего не вышло... Девчонки были такие молоденькие, им бы только веселиться. А я тогда еще не пережил расставания с Бет. Это было летом, вскоре после ее отъезда. И я с тех пор не возобновлял попыток. Теперь, когда Бет собралась замуж, дело другое. Но пока мне не встретилась та, которая была бы мне нужна. Большинство женщин, готовых стать подругами художников, особы весьма оригинальные. – Он был серьезен и сразу стал как-то взрослее. – А вы? Вы чего ждете от спутника жизни?
   – Я не хочу пополнять ряды женщин, охотящихся за мужьями. Бегать в моем возрасте на свидания, по-моему, неприлично.
   – Если встречаться с тем, кто вам дорог, вовсе нет, – возразил Лайам, но Саша покачала головой.
   – Я уже свое отбегала. И тот, кто был мне дорог, умер. С меня довольно!
   – Глупости! – горячо возразил Лайам. – Вам рано ставить на себе крест. Тем более что вы так хороши собой. Рискну спросить, Саша, сколько вам лет? – Учитывая возраст Ксавье, Лайам мог дать ей не больше сорока пяти. Или сорока трех, если она рано вышла замуж.
   – Сорок восемь. Достаточно, чтобы сойти с дистанции. У меня было двадцать пять лет безмятежного счастья. Согласитесь, это немало!
   – А может быть еще пятьдесят. Или вы хотите всю жизнь прожить в одиночестве? – Эта мысль показалась Лайаму нелепой. Но не Саше. Она смирилась с одиночеством, которое считала неизбежным для себя.
   – Нет. Я хотела прожить свою жизнь с мужем. И прожила бы, если бы не... Теперь у меня нет такой возможности. А другие варианты меня не прельщают. И вряд ли когда прельстят. Меня нисколько не пугает перспектива быть верной памяти мужа. Я не могу себя представить в роли охотницы за мужьями.
   – Наверное, ваш муж был исключительный человек, раз вы его так любили, – убежденно проговорил Лайам. Он восхищался Сашей еще больше – красивая, сильная, преданная женщина. Какая удача, что именно она будет заниматься его делами.
   – Он был необыкновенный человек, – кивнула Саша. – Мне повезло – мы любили друг друга. Не знаю даже, как я пережила смерть Артура. Он так рано умер...
   – Но вы этого изменить не можете, Саша. Он умер. А вы живете. Если бы было наоборот, он бы, наверное, не стал избегать женщин. Каждому человеку необходимо кого-то любить. Жизнь слишком сложная штука, чтобы справиться с ней в одиночку.
   – Не думаю, что жизнь вдвоем непременно будет легче. В первый раз мне повезло. Кто знает, повезет ли еще раз? Так зачем рисковать? – бодро произнесла Саша. Не собирается она перед ним лить слезы и сетовать на свою жизнь. Она ведь сумела выстоять в самое трудное время...
   – А вдруг опять вытянете счастливый билет? – не желал менять тему Лайам. – Вы это заслужили. Конечно, все будет иначе. Но это не значит, что хуже.
   – Не могу себе даже представить, как я стану с кем-то встречаться, – честно призналась Саша. Официантка убрала тарелки и поставила на стол блюдо со сладостями. – То, что я наблюдаю у других, повергает меня в ужас.
   – Да, тут я, пожалуй, с вами соглашусь. – Лайам рассмеялся – ему, видимо, тоже вспомнились впечатляющие примеры. – Вообще-то меня лечит работа. Забываюсь, когда рисую. С тех пор как Бет с детьми уехала, я все время пишу.
   – Рада это слышать, – улыбнулась Саша. – Хорошо, когда талантливые художники много работают. Мне тяжелее еще оттого, что дети живут отдельно. Особенно вечерами и по ночам тоскливо.
   – Меня тоже ночи достают. И по детям я безумно скучаю, даже не представлял, что будет так тошно. А уж теперь, когда новый папа наметился, не знаю, что будет... Бет говорит, он хороший человек. Может, из него и выйдет лучший отец, чем я. Он – человек серьезный, деловой. Словом, подходящий вариант для семейной жизни. Не то что я... – Лайам пытался держаться бодрячком, но Саша видела, как ему больно.
   – Лайам, вы отец, вы не можете бросить своих детей. Вам обязательно надо увидеться с ними, поговорить, сказать, что вы всегда будете их любить.
   – Да, – согласился Лайам. – Наверное, я решусь. Правда, не знаю когда. – Но говорил он неуверенно, словно не верил собственным словам.
   Заказывая столик, Саша попросила не приносить им счет – она не хотела ставить Лайама в неловкое положение. После кофе и сладкого они вышли на улицу и нашли ее машину. Саша попросила шофера отвезти ее в отель, а потом Лайама к нему домой. Но у отеля Лайам тоже вышел из машины. Он предложил выпить в баре. Но Саша отказалась. Она никогда много не пила, а сегодня было уже и вино, и шампанское.
   – Тогда провожу вас до номера, а потом спущусь и вызову такси, – сказал Лайам.
   Странно, но его предложение не удивило Сашу. Она чувствовала, что Лайам не хочет отпускать ее, да и ей самой перспектива опять пребывать в одиночестве не показалась на этот раз привлекательной. Поднимаясь по лестнице, Саша бросила взгляд на туфли Лайама и улыбнулась. Отсутствие шнурков и носков теперь веселило ее. Она не удержалась от того, чтобы поддразнить Лайама.
   – Не нашел ничего подходящего, – объяснил он, нимало не смутясь. – И вообще, мадам, вы не забыли – я художник. Нам можно и без носков. – Лайам произнес это с горделивым вызовом, и Саша рассмеялась.
   – Кто придумал это правило?
   – Я, – важно ответил Лайам. – Я шальной художник. С детства. Мне позволено делать все, что заблагорассудится. – Он говорил серьезно, а в глазах сверкали бесовские искорки. Вот уж действительно, человек, не признающий никаких правил и норм.
   – Нет, все, что заблагорассудится, вам делать никто не позволит. Правила существуют для всех. – Она чувствовала себя настоящей классной дамой, делающей внушение нерадивому ученику.
   – И относительно носков есть правила? – усмехнулся Лайам.
   – Конечно. – «Надо будет послать ему упаковку носков и рубашек, – решила Саша. – И шнурков в придачу. Вот голь перекатная! Еще станет ли носить? Скорее всего, нет. Ему, кажется, нравится быть не таким, как все. Небось и белье не носит?» При этой мысли она покраснела.
   – О чем вы подумали? – От него не укрылось ее смущение.
   – Да так, ни о чем... – Она смутилась вконец.
   – Неправда! Вы подумали, есть ли на мне белье. Так ведь?
   О господи, он угадал, и Саша зарделась еще сильней.
   – А вот и нет, – попыталась сопротивляться она.
   – А вот и да, а вот и да! Так знайте: есть. Трусы мне найти удалось.
   – Это обнадеживает, – вздохнула она с облегчением, и он опять засмеялся.
   – Надеюсь, этого нет в контракте? Что я должен носить носки и трусы? Иначе, я его разрываю. Никто не может мне диктовать, что мне носить и что делать!
   Типичный подростковый бунт или он ее разыгрывает? У Лайама Эллисона явно проблемы с контролем над эмоциями, так это, во всяком случае, выглядело. Всю жизнь он плывет против течения, борется со всеми нормами и стандартами и нарушает принятые правила. И, похоже, не замечает, что далеко не всем это нравится.
   – Теперь, когда вы спросили, мне в самом деле кажется, что этот пункт в контракте тоже прописан, – продолжала игру Саша. Ей было весело, впервые за долгое время. Тем временем они подошли к двери Сашиного номера.
   – Ни за что не соглашусь! – твердил Лайам. Точь-в-точь капризный ребенок.
   – Точно-точно, я вспомнила, – повторила Саша. – Там сказано, что отныне вы обязаны всегда быть в носках и нижнем белье.
   – Вы не имеете права меня заставлять! – почти выкрикнул он.
   – Имею, – строго повторила она, и тут, к ее изумлению, он улыбнулся, наклонился и поцеловал ее в губы, заставив замолчать. От неожиданности она даже выронила ключ и сумочку. После поцелуя Саша подняла глаза: – Лайам! Вы с ума сошли! – проговорила она в панике оттого, что поцелуй Лайама взволновал ее. Это какое-то безумие, но ей понравилось с ним целоваться!
   Лайам поднял с пола ключ и отпер дверь. Вопросительно посмотрел на Сашу – она молча вошла в номер. Он – следом. Едва сделав пару шагов, он опять бросился ее целовать, ногой закрывая за собой дверь. Сашу охватила дрожь.
   Хотелось его остановить. Причем совершенно искренне. Но она не могла. А потом произошло невероятное – ей вдруг расхотелось его останавливать. Не отрываясь от ее губ, Лайам поднял ее на руки и отнес на кровать. Потом протянул руку и погасил лампу. Он ничего не говорил. Только целовал ее и снимал с нее одежду. В следующее мгновение они уже были в постели, обнаженные, и занимались любовью, но как это произошло, она не помнила. Саша вновь хотела его остановить и опять не смогла. Да нет, ничего она не хотела! Ей как раз нравилось то, чем они занимались. То же самое происходило с Лайамом. Двое изголодавшихся людей устремились друг к другу и оказались не в силах устоять. Так велико оказалось взаимное притяжение. Ничто не имело значения в эти мгновения: ни прошлая жизнь, ни возраст, ни образ жизни. Они были нужны друг другу, нужны, чтобы справиться с одиночеством, и с жадностью накинулись друг на друга, пока не упали в изнеможении на подушки, но и тогда не разняли объятий. Саша лежала в темноте и смотрела на Лайама, не понимая, как такое могло произойти, а он улыбался ей с нежностью восхищенного и любящего мужчины.
   – Кажется, я в тебя влюблен, – тихо сказал он, и по ее лицу покатились слезы. Она не думала, что когда-нибудь еще услышит эти слова, и вот их произносит Лайам, которого она почти совсем не знает. Но сердцем, душой Саша ощущала его как очень близкого человека. С его непредсказуемостью и нежностью, с уязвимостью и жаждой любви.
   – Это невозможно! Ты меня совсем не знаешь, – так же тихо возразила она, не вытирая слез. Она плакала об Артуре, и о Лайаме, и о себе самой.
   – Это возможно, и я тебя знаю. А хочу узнать еще лучше. – Он много сегодня рассказал ей о себе, а теперь хотел узнать побольше о ней.
   – Лайам, это безумие! – Саша оперлась на локоть и посмотрела на него сверху вниз. Осторожным жестом он притянул ее к себе и вытер слезы. Его движения были ласковыми, бережными.
   – Может, и безумие, – согласился он. – А может, нам как раз это и нужно. Мне-то точно. Думаю, что и тебе тоже.
   – Что именно? Секс? – обиделась Саша. Она не собиралась стать его подругой на одну ночь, как Бекки. Да и вообще, все это смешно. У них должны быть деловые отношения. Еще вчера они даже не были знакомы, да и сейчас ненамного продвинулись. Да что с ней творится? Она будто плыла по волнам неведомого моря, и ее несло к нему волной, такой сильной, что не было сил сопротивляться.
   – Саша, дело не в сексе. И ты это знаешь. Точнее – не только в сексе. Хотя должен признать, мне очень понравилось. – Это было мягко сказано. Такого наслаждения он никогда не испытывал. Что было довольно удивительно, учитывая, что они едва знали друг друга. И ей тоже с ним было очень хорошо.
   – Но это же не любовь! Мы едва знакомы.
   – У нас еще будет время познакомиться, – мягко произнес он.
   Господи, до чего же он хорош! Теперь-то она это знала определенно. Даже слишком! Сашу неумолимо влекло к нему, причем с самого начала, она только теперь поняла это. Она пыталась отбросить от себя эти мысли, но тщетно.
   – Это невозможно, – повторила она. – Я твой галерист – хозяйка галереи, я буду представлять твои интересы, и я на девять лет тебя старше.
   – Ну и что? У тебя и на этот случай есть пункт в договоре? – Разница в возрасте Лайама нисколько не волновала.
   – Да, есть. Я не сплю со своими художниками. Никогда этим не занималась и начинать не собираюсь. – Она говорила твердым тоном, словно пыталась убедить саму себя.
   – А мне показалось, ты уже начала. Только что. А кроме того, ты раньше была замужем. А теперь правила изменились.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 [8] 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация