А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Запретная любовь" (страница 31)

   – Но наша любовь не ушла, Мерри! Я люблю тебя по-прежнему, нет, больше, чем прежде!
   – И что дальше? Снова безответственные, ни к чему не обязывающие отношения? Нет, Кэл, больше я твоей любовницей не буду.
   – Ты не хочешь быть моей любовницей, – медленно повторил Кэл. – А женой?
   – Что?!
   – Я предлагаю тебе руку и сердце, – серьезно произнес Кэл.
   Мередит отступила на шаг.
   – Но... почему?
   – Да потому, черт побери, что я не могу без тебя жить! Разве не поэтому люди обычно женятся?
   Слезы заблестели на ее ресницах.
   – Не знаю, Кэл... Ты думаешь, у нас получится?
   Шагнув вперед, он заключил ее в объятия.
   – Мерри, я так тебя люблю! Пытался тебя возненавидеть – и не смог. Господи, я думал, что не переживу разлуки!
   – Я тоже, – едва слышно ответила она. Всей душой она желала поверить Кэлу – желала и все же боялась.
   – Мерри, умоляю, выходи за меня замуж!
   – Но что, если ничего не выйдет? – прошептала она.
   Пятнадцать лет ее жизни обернулись горьким разочарованием. Эта драма научила ее осторожности, и теперь ей нелегко было довериться другому. Но в глубине души Мередит знала, что Кэлу может доверять. Не просто может – должна, если не хочет провести остаток жизни в одиночестве. Да и не в этом дело: она просто не сможет ему отказать. Их влечет друг к другу неведомая сила, мощная, яркая и неодолимая, как сама жизнь, и ни он, ни она не в силах противиться этому зову.
   – У нас все получится, вот увидишь, – ответил он, прижимая ее к себе. – Мы с тобой будем счастливы.
   – Кто знает, Кэл?!
   – Я знаю! – уверенно сказал Кэл.
   Они шли по улице, держась за руки. Лица их светились счастьем, и редкие в этот утренний час прохожие оборачивались им вслед. «Какая красивая пара! – думали они. – И, как видно, очень любят друг друга!»

   Глава 21

   Знакомый врач – приятель по медицинской школе – дал Стиву адрес агентства, занимающегося трудоустройством врачей на благотворительную работу в развивающиеся страны. Сойдя с самолета, Стив немедленно отправился туда.
   Агентство занимало небольшое помещение в обшарпанном многоэтажном здании. Вывеска на подъезде так выцвела, что Стив не сразу разобрал, что там написано, а внутреннее убранство конторы едва не заставило его вообразить, что он уже где-то в трущобах Латинской Америки.
   Молоденькая секретарша занесла Стива в список, вручила ему толстую брошюру и сообщила, что на рассмотрение его заявления уйдет несколько недель. Стив только плечами пожал: чего-чего, а времени у него было хоть отбавляй, и спешить нужды не было. Просмотрев брошюру – длинный список стран, которым агентство предлагало свою помощь, и подробное описание условий работы, – Стив понял: это то, что надо. Интересно и трудно – ровно настолько, чтобы не оставалось ни времени, ни сил размышлять о своей горькой судьбе.
   Остановился Стив у того самого приятеля. Думал позвонить Харви Лукасу, но почти сразу отказался от этой затеи. Придется рассказывать о Мерри, о разводе, о невыносимом чувстве поражения, которое он испытал в Калифорнии... Нет, сейчас Стив ни с кем не хотел разговаривать. Разве что, может быть, с Анной.
   Впервые за много лет у него оказалось много свободного времени. Стив подолгу бродил по городу, заходил в музеи и на выставки, загорал на пляже, пересмотрел все новые фильмы. Мысль о том, чтобы позвонить Анне, приходила к нему все чаще и чаще, но Стив гнал ее от себя. Эта страница его жизни осталась в прошлом, и незачем к ней возвращаться. Ничего, кроме ненужной боли, это не принесет ни ему, ни ей.
   Только в конце июня Стиву наконец позвонили из агентства. Рассмотрев его заявление, ему предложили четыре места на выбор: Перу, Чили, Ботсвана и индейская резервация в Кентукки. Подумав, Стив выбрал Кентукки. Он больше не испытывал желания бежать от Мередит как можно дальше, и забираться в какую-то немыслимую глушь ему все-таки не хотелось. «Все хорошо в меру», – сказал он себе, решив подписать контракт на два года.
   Теперь Стив и чувствовал себя иначе. Перед ним простиралось неизведанное поле новой деятельности; осталось лишь проститься с прежней жизнью. Не раздумывая, Стив позвонил Лукасу, а затем, после долгих размышлений и колебаний, отважился поехать к Анне. Попрощаться и попросить извинения за то, как обошелся с ней перед отъездом в Калифорнию. Не начинать роман сначала – нет! На это он не имеет права. Просто убедиться, что с ней все в порядке, и увидеться с Фелисией.
   Мысли о девочке не давали Стиву покоя. Он скучал по ней... да что скрывать – скучал по ним обеим! Но дело даже не в этом. Совесть его больно ранило то, что он уехал, не попрощавшись с девочкой. Так расставаться нельзя, думал он, просто исчезнуть, не сказав «до свидания», ничего не объяснив... Никто не заслуживает такого обращения, а ребенок – тем более.
   Впрочем, с Анной он объяснился и теперь готов был отдать все на свете, чтобы этого объяснения не было.
   Стоял теплый, солнечный июньский день. На город еще не обрушилась удушающая жара, и люди на улицах улыбались друг другу – в Нью-Йорке такое нечасто увидишь. Стив позвонил Анне, и няня сообщила, что она вернется с работы к трем. На всякий случай Стив подождал до пяти. Предупреждать Анну по телефону он не хотел – вдруг она откажется его видеть?
   Сев в автобус на Бродвее, Стив доехал до 102-й улицы, а оттуда пешком дошел до знакомого дома.
   Он уже собирался позвонить в дверь, когда к нему подошли двое парней в майках и джинсах и остановились, словно хотели о чем-то спросить. Один что-то сказал. Стив не расслышал и переспросил:
   – Простите, что вы сказали?
   Он слишком долго не был в Нью-Йорке и забыл, что в этом городе осторожность нужна не меньше, чем в диких джунглях.
   – Оглох, что ли? Гони монету, сволочь!
   Стив ошарашенно уставился на грабителей, не зная, отдать ли им бумажник или попытаться поговорить по-доброму. Только сейчас он заметил, что у одного парня в руке вдруг появился нож, а другой выхватил пистолет.
   – Спокойно, ребята, не дергайтесь. Вот вам бумажник, правда, денег в нем негусто...
   Стив полез в карман. Руки его дрожали: он видел, что младший – тот, что с пистолетом, – беспокойно переминается с ноги на ногу и облизывает губы.
   – Пошевеливайся, кретин! Нам что, до вечера тут торчать?
   Тот, что с ножом, выхватил бумажник – и в тот же миг тот, что с пистолетом, вскинул свое оружие и выстрелил почти в упор.
   Пуля попала в грудь. Стив как-то странно всхлипнул и тяжело рухнул лицом вниз на ступеньки. В инстинктивной попытке ухватиться за что-нибудь он нажал на кнопку, но так слабо, что Анна не услышала звонка.
   Грабители бросились бежать; никто их не остановил. Стив слышал над собой топот ног и возбужденно-испуганные голоса, слышал, как одно за другим распахиваются в доме окна, и кто-то спрашивает, что случилось, а еще кто-то кричит, что надо вызывать «Скорую»... Голоса становились все глуше; краски теряли яркость, и весь мир заволакивали преждевременные сумерки. Стив еще успел почувствовать, как его берут за плечи, осторожно переворачивают... а затем его поглотила тьма.
   Стив не знал, что Анна увидела в окно финал рокового инцидента. Услышав сначала выстрел, она сперва не придала ему никакого значения – подумала, что это выхлоп грузовика, и подошла к окну взглянуть, что произошло. Минуту спустя снаружи захлопали дверьми, послышался топот ног и громкие голоса. Анна выскочила из дому, как была, в халатике и тапочках на босу ногу, прижимая к груди докторский саквояж. Толпа расступилась перед ней – все в доме знали, что она врач. Вдалеке уже завывали сирены – кто-то из толпы догадался позвонить в «Скорую». Стив не знал, чьи маленькие сильные руки перевернули его, не знал, кто со спокойствием профессионала осмотрел его страшную рану.
   «Он шел ко мне, – думала она, накладывая повязку и пытаясь унять дрожь в руках. На глазах у нее блестели слезы. – На него напали у порога моего дома. Его убили, когда... нет, только не это! Не смей раскисать, Анна Гонсалес! Он выживет!»
   Подъехавшим санитарам Анна объяснила, что рана опасна и пострадавшего надо немедленно везти в больницу. Сама она попросила соседку присмотреть за Фелисией.
   – Вы едете с нами? – удивленно спросил санитар.
   – Я хирург-травматолог, – ответила Анна. – Едем... – И она назвала номер и адрес больницы, в которой работала когда-то вместе со Стивом, а теперь одна.
   Их больница находилась ближе всех к месту происшествия, и машина помчалась туда.
   Стиву поставили внутривенное питание. Лицо его скрылось под кислородной маской. Из раны сочилась кровь, и Анна наложила давящую повязку.
   «Зачем он пришел? – спрашивала она себя. – Три месяца от него не было ни слуху ни духу, я уже смирилась с тем, что никогда его не увижу, и вдруг... Зачем? И почему так? Боже, за что мне это?»
   По счастью, Лукас еще не сменился с дежурства. Анна коротко объяснила ему, что произошло со Стивом – точнее, то, что она об этом знала, и тот бросился готовить операционную. Анна осталась внизу, со Стивом.
   Команда медсестер приняла его из рук санитаров, уложила на каталку и вкатила в больничный холл.
   – Кто-нибудь знает имя больного? – громко спросила одна из медсестер.
   – Это Стив Уитмен, – ответила Анна. Лицо ее было белым, словно больничная стена.
   – Господи, что он здесь делает? – воскликнула другая медсестра – та, что ножницами срезала с него одежду. – Я думала, он сейчас в Калифорнии!
   – А он, как видите, оказался здесь, – резко ответила Анна, торопливо натягивая хирургическую униформу. – И в груди у него дыра размером со штат Техас.
   Взявшись за ручки каталки, медсестры бегом повезли ее в травматологическое отделение. Анна бежала рядом. Ей казалось, что каталка еле ползет – а ведь Стиву дорога каждая секунда!
   – Господи, неужели нельзя побыстрее?!
   – Мы и так... – задыхаясь, проговорила одна из медсестер.
   Наконец они оказались у дверей операционной. Харви, полностью готовый, в маске и перчатках, ждал у стола.
   – Харви, не теряйте ни секунды! – шепнула ему Анна и бросилась в умывальную мыть руки. Она уже решила, что будет ассистировать ему при операции.
   Когда она вернулась, Стив – мертвенно-бледный, с плотно закрытыми глазами – уже лежал на операционном столе. Сквозь давящую повязку сочилась кровь. Дышать самостоятельно он уже не мог, и медсестра подключила его к дыхательному аппарату. Жизнь уходила из него с каждой секундой; едва ли он понимал, что его лучший друг и любимая женщина пришли сюда, чтобы во что бы то ни стало спасти ему жизнь.
   – Что, черт возьми, с ним случилось? – спросил Харви, склонившись над раной.
   – Пришел повидаться со мной, – сквозь стиснутые зубы ответила Анна, – и какой-то ублюдок в него выстрелил.
   – О, да вы опасная женщина... Черт, где же эта пуля... Сестра, начинайте переливание крови!
   – А он подлец! – воскликнула Анна, и слезы покатились у нее по щекам. Что за беда – под маской их все равно не видно.
   Лукас никак не мог извлечь пулю, и в конце концов Анна взмолилась, чтобы он пустил ее на свое место.
   – Вы же знаете, у меня это хорошо получается!
   – Да, о вас в отделении легенды ходят. Что ж, доктор, приступайте.
   Решительным шагом Анна подошла к столу. Пулю она обнаружила через несколько минут, но, чтобы извлечь ее, им с Лукасом понадобилось двадцать минут, час – чтобы остановить кровотечение, и еще почти два часа, чтобы наложить швы.
   – Ну все, жить будет, – устало вздохнул Харви, когда Стива увезли в реанимационное отделение. – А вы, доктор Гонсалес, идите отдохните. Вид у вас – хуже некуда.
   – Спасибо за комплимент, доктор Лукас.
   Анна и сама знала, что лицо у нее белее мела, по лбу льется пот, а глаза покраснели и распухли от слез. Теперь, когда все осталось позади, у нее тряслись руки и подгибались ноги – запоздалое следствие шока.
   Анна пошла в палату к Стиву и села возле его койки. Около двух часов он спал, приходя в себя от наркоза, но наконец заворочался, приоткрыл глаза... и слабо улыбнулся, увидев ее.
   Рыдания подступили ей к горлу. Он ее видит! Он ее узнал! Только теперь она по-настоящему поверила, что Стив выживет.
   – Анна! Я шел к тебе! – прошептал он еле слышно.
   – И напрасно, как видишь, – улыбнулась она, сдерживая подступающие слезы.
   «Я уж думала, что никогда больше тебя не увижу, – говорила она мысленно. – Господи, ты ведь мог умереть у меня на руках!»
   – Что случилось? – спросил он тем же слабым шепотом.
   – В тебя стреляли.
   – Приятные у тебя соседи, – заметил Стив, и Анна улыбнулась сквозь слезы.
   – Зачем ты приходил? – Не нужно было спрашивать: она уже знала ответ.
   – Попрощаться с тобой.
   – Ты уже попрощался три месяца назад, – мягко ответила Анна.
   Глаза Стива закрылись, он, казалось, задремал, но несколько минут спустя заговорил снова:
   – Хотел увидеть Фелисию... Я по ней скучал...
   – Она тоже скучает. – И, отбросив всякую осторожность, Анна добавила: – И мне очень не хватало тебя... хотя ты и подлец.
   – Хочешь новость? – улыбнулся Стив. – Я развожусь и уезжаю в Кентукки.
   – Похоже, он бредит, – нахмурившись, шепнула Анна медсестре.
   – Я все слышу... но это не бред... правда... развожусь и уезжаю... – прерывающимся голосом настаивал Стив.
   – Не разговаривай, милый. Еще успеешь все объяснить. А теперь, может быть, поспишь?
   – В груди... болит...
   – И не смей жаловаться! Ты же не знаешь, кто тебя заштопал! – усмехнулась Анна, глядя на него сверху вниз.
   – Ты?..
   – Я. Извлекла из тебя пулю. А теперь закрывай глаза и спи, пока я тебя не отшлепала.
   – Анна, я люблю тебя, – едва слышно прошептал Стив.
   Но Анна его услышала. Она склонилась к нему, чтобы медсестры не услышали их разговора.
   – Я тоже тебя люблю.
   – Выходи за меня замуж, – проговорил он, тяжело дыша.
   – Ни за что, – ответила Анна. – У меня аллергия на замужество.
   – Так будет лучше для всех... для тебя... для меня... для Фелисии... у нас с тобой будут еще дети...
   – Куда же мне больше-то? Одного тебя хватит! От тебя беспокойства больше, чем от десятерых младенцев разом!
   – Так ты согласна?
   – Нет. Ты еще не оправился от наркоза. Завтра и не вспомнишь, что говорил.
   – Вспомню... Я больше не женат... – Он слабо улыбнулся. – Не «голубой»... И подлецом быть не хочу...
   – О чем это он? – послышался над ними бас Харви Лукаса. Заведующий отделением, войдя в палату, уловил обрывок разговора. – Бредит, что ли?
   – Точно, бредит! – рассмеялась Анна. – Только что сделал мне предложение, представляете?
   Изобразив изумление, Харви замахал руками и на цыпочках двинулся прочь из палаты.
   Анна взяла Стива за руку и крепко сжала.
   – Я уж думала, что никогда тебя не увижу!
   – Я тоже так думал... но, видишь, я вернулся.
   – Вижу. Но почему ты не хочешь остаться в Нью-Йорке? – Стив хотел ответить, но Анна, взглянув на Стива, поспешно добавила: – Не надо, не надо, все объяснишь позже.
   Но даже сейчас Стив не забыл, что еще не успел подписать контракт на работу в Кентукки. Значит, он сможет остаться здесь, с Анной.
   – Я люблю тебя! – снова повторил он, отчаянно стремясь убедить ее в силе и искренности своих чувств.
   – Я тоже тебя люблю. А теперь спи. Не бойся, я никуда не уйду. Я останусь здесь.
   Слезы снова потекли у нее по щекам. Три месяца она плакала от своей потери – теперь плакала от счастья.
   – Но почему... почему ты не хочешь выходить за меня замуж?
   – Мне это ни к чему. И потом, я ведь тебе говорила – ненавижу богатеньких!
   – А я бедный... я все отдал ей...
   – Ты сумасшедший! – улыбнулась Анна сквозь слезы.
   – Ты тоже, – прошептал он и погрузился в сон.
   Едва он закрыл глаза, как в дверь просунул голову Харви Лукас.
   – Ну как он? В порядке?
   – Жить будет, – устало и счастливо ответила Анна.
   Харви, как видно, еще о многом хотел спросить, но сообразил, что сейчас не время, и снова исчез за дверью. Оглянувшись через плечо, он успел заметить, что Анна держит Стива за руку и со счастливой улыбкой смотрит на него.
   В коридоре к доктору Лукасу подлетела взволнованная медсестра.
   – Скажите, доктор, это правда, что там... – Она кивнула в сторону реанимационной палаты, – что там Стив Уитмен?
   – Сущая правда.
   – А что он здесь делает? Он же должен быть в Калифорнии!
   – Он здесь выздоравливает, – исчерпывающе объяснил Харви. – И, я полагаю, готовится вернуться к прежней работе. Наконец-то я смогу уйти из больницы и заняться наукой!
   – Так он вернется к нам? – всплеснула руками медсестра.
   – Очень может быть, – улыбнулся Харви. – Точно не скажу, но... очень может быть. Странные вещи порой творит с нами судьба.
   А в реанимационной палате Анна по-прежнему сидела, держа Стива за руку, и смотрела ему в лицо, и губы ее беззвучно шевелились. Она сказала правду: замужество ей было ни к чему. Ей не нужна ни торжественная церемония, ни обручальное кольцо, ни клятвы в верности. Все, что ей нужно, – быть с ним. Он вернулся, а это значит, что долгий, бесконечно долгий кошмар одиночества остался позади.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 [31]

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация