А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Девять жизней Кристофера Чанта" (страница 7)

   Глава седьмая

   На следующее утро заведующая заметила, что у Кристофера слипаются глаза и он спотыкается на каждом шагу, и накинулась на него:
   – Вы что, не можете спать, да? Я всегда слежу за мальчиками, у которых скобы на зубах. Врачи даже не понимают, как это неудобно. Сегодня вечером я приду и сниму их, а утром вы зайдете и заберете. Я и Мейнрайта-старшего заставляю делать то же самое. Вот увидите – поможет!
   Кристофер ничуть не верил в эту затею. Все знали, что снимать скобы было одной из причуд заведующей.
   Но, как ни странно, помогло. Не успел Феннинг закончить читать «Тысячу и одну ночь», как Кристофер, нащупав в ящике сверток с книгами, мгновенно провалился в сон. И тут случилось нечто удивительное. Он выпрыгнул из кровати, подхватил сверток и пошел через спальню. Казалось, что никто его не замечает. Он прошел мимо Феннинга, который как раз в это время зажег украденную свечу, пристроил ее на подушке и продолжил читать. Видимо, никто не понял, что Кристофер завернул за угол и очутился на тропинке, ведущей в долину.
   Одежда лежала в обычном месте. Он переоделся и повесил сверток на ремень, чтобы обе руки были свободны для Междумирья.
   С тех пор как Кристофер был здесь в последний раз, произошло много перемен, и ему показалось, что он здесь впервые. Он попытался разглядеть скалы, но безуспешно. Все вокруг было бесформенным, зыбким, и ему стало почти страшно. А ветер с изморосью и туманом вовсе пугал. Угрожающая пустота висела над головой.
   Карабкаясь в Десятые Миры, потонувшие в тумане, от которого камни стали мокрыми и скользкими, Кристофер думал о том, что этот край просто позабыли, когда обустраивали остальные миры. Все в Междумирье говорило об этом. Здесь даже не было никого, кто мог бы помочь ему, если бы он поскользнулся и сломал ногу. Когда же из-за свертка книг он потерял равновесие, действительно упал и пролетел футов двадцать, прежде чем сумел остановиться, сердце у него ушло в пятки. Если бы он не знал, что проделывал этот путь уже сотни раз, то счел бы безумием даже попытку осилить его!
   После такого пути приятно было очутиться в жаркой долине и зашагать к городу с грязными стенами. Снаружи по-прежнему сидели старики – заклинатели змей. Внутри все еще витали разнообразные запахи, ходили люди под зонтиками и козы. А Кристоферу было страшно, но теперь уже оттого, что кто-нибудь покажет на него и закричит: «Вот вор, который украл кота из храма!» Он снова почувствовал, как копье входит в грудь. Но тут же разозлился на себя: неужели школа научила его бояться?
   Дойдя до улочки позади храма – на сей раз сюда выбросили репу, – он буквально оцепенел от страха. И заставил себя подойти к стене с шипами, только когда сосчитал до ста и сказал себе: должен. Пройдя почти всю стену, он снова остановился, высунул наружу голову и уставился сквозь заросли вьюна на кошек в ослепительном солнечном сиянии. Он не мог двинуться дальше. Кошки его не замечали, рядом вообще никого не было. Тогда Кристофер сказал себе, что глупо было бы просто застрять в стене. Он вырвался из зарослей и на цыпочках подошел к огромной арке. Пакет с книгами больно бил по ноге при каждом шаге.
   Богиня сидела на земле посреди тенистого дворика и играла с котятами. Двое из них были ярко-рыжими и сильно напоминали Трогмортена. Увидев мальчика, Богиня вскочила, украшения зазвенели, котята разлетелись в разные стороны.
   – Ты принес книги! Я и не надеялась, что ты вспомнишь!
   – Я всегда выполняю обещания, – ответил Кристофер, гордо выпятив грудь.
   Будто не веря своим глазам, Богиня наблюдала, как он снимал с ремня сверток. Дрожащими руками она взяла провощенный пакет, встала на колени и принялась распаковывать книги. Котята хватали концы веревки и края бумаги и забавлялись с ними вовсю, а Богиня не могла оторвать взгляд от книг.
   – Ох, столько подарков сразу!
   – Как на Рождество, – отметил Кристофер. – Что такое Рождество? – с отсутствующим видом спросила Богиня, поглощенная разглядыванием книг.
   Потом она погладила каждую обложку и стала открывать книги одну за другой, бегло просматривая и тут же закрывая, как будто и такого зрелища было слишком много.
   – Ах да, я помню, – сказала она. – Рождество – это языческий праздник, верно?
   – Ну как сказать, – ответил Кристофер. – Вот вы и впрямь язычники.
   – Нет. Ашет – истинная богиня, – рассеянно сказала Богиня. – Пять. Если я специально постараюсь читать медленно, должно хватить на неделю. С какой лучше начать?
   – Я купил тебе первые пять. Начни с «Милли идет в школу».
   – То есть ты хочешь сказать, что есть еще?! – воскликнула Богиня. – Сколько?
   – Я не считал. Наверное, еще пять.
   – Пять! Слушай, может, тебе нужен еще один кот?
   – Нет, – отрезал Кристофер. – Мне и Трогмортена хватило. Спасибо.
   – Но мне больше нечего предложить тебе взамен. Я должна получить оставшиеся пять книг.
   Она вскочила – украшения так и зазвенели – и принялась отстегивать с руки браслет в форме змеи.
   – Может, матушка Праудфут не заметит, что он исчез. Здесь целый сундук браслетов.
   Интересно, что, по ее мнению, Кристофер должен делать с ее браслетом? Носить, что ли? Кристофер представил свое появление в школе с браслетом на руке.
   – Ты прочитай сначала эти. Может, тебе и не понравится.
   – Я знаю, что понравится, – возразила Богиня, возясь с застежкой.
   – Остальные я тебе подарю, – поспешно сказал Кристофер.
   – Но мне обязательно нужно тебя отблагодарить. Ашет никогда не остается в долгу, – сказала Богиня, и браслет соскочил с руки, громко звякая. – Вот. Этим я заплачу тебе за книги. Возьми. – И она сунула браслет Кристоферу.
   В тот момент, когда украшение коснулось его руки, он почувствовал, что куда-то проваливается. Двор, растения, котята – все превратилось в туман, а круглое лицо Богини замерло в удивлении. Кристофер падал и падал и вдруг резко приземлился в свою кровать в темной спальне. Бах!
   – Это что такое было? – спросил Феннинг чуть дрожащим голосом, а Онейр ответил, явно во сне:
   – Помогите! Кто-то упал с потолка!
   – Позвать заведующую? – спросил чей-то голос.
   – Да не дурите! Это мне приснился сон, – раздраженно сказал Кристофер, сам огорошенный не меньше других.
   Еще неожиданнее оказалось то, что одет он был в пижаму, а не в одежду из долины. Когда мальчики успокоились и заснули, он обшарил всю постель в поисках связки с книгами, но не нашел ее. Браслета тоже не было. Утром Кристофер поискал еще, но тщетно. Потом он подумал, что это совсем неудивительно, учитывая слова дяди Ральфа о ценности Трогмортена. Книжки были слишком дешевыми для обмена на почти бесценного (в несколько тысяч фунтов стерлингов!) кота. Кто-то, должно быть, заметил обман.
   В любом случае ему придется постараться раздобыть деньги на оставшиеся пять книг для Богини. С другой стороны, он так и не нашел Такроя и предполагал, что, наверное, лучше еще раз попытаться встретиться с ним в следующий четверг. Хотя нельзя сказать, что Кристоферу очень этого хотелось. Такрой, наверное, ужасно злился, что столько раз зря ждал его.
   Когда наступил четверг, Кристофер вообще чуть не забыл о Такрое. Он нечаянно заснул во время одной особенно скучной истории из «Тысячи и одной ночи» – книги, ставшей любимым чтивом всей спальни. Мальчики по очереди воровали свечи и читали вслух остальным. В тот вечер была очередь Онейра, который читал без выражения и очень монотонно, словно школьный священник – Библию, а нескольких рассказчиков подряд почему-то звали Календарями. Феннинг предположил, что все они назывались так потому, что жили в стране, где зародилось летосчисление. Мальчишки запротестовали, и в тот же миг Кристофер заснул. Секунду спустя он уже входил в долину.
   Он нашел Такроя на тропинке рядом с одеждой Кристофера, – очень интересно, как она туда попала? Такрой сидел, обхватив колени и подперев щеку, как будто ждал давным-давно. Увидев Кристофера, он очень удивился.
   – Я и не думал, что увижу тебя! – ухмыльнулся он.
   Он выглядел усталым.
   Кристоферу стало стыдно и неловко.
   – Ты, наверное, злишься… – начал он.
   – Да брось! – сказал юноша. – Мне-то платят за то, что я вхожу в транс, а тебе – нет. Для меня это просто работа, хотя должен признаться, без тебя я чувствую себя не вполне уверенно.
   Он распрямил ноги, и Кристофер увидел камешки и траву через его зеленые шерстяные брюки. Затем Такрой потянулся и зевнул.
   – Ты ведь не хочешь больше возиться с этими экспериментами, да? Ты занят в школе, а это намного интереснее, чем залезать в долины по ночам.
   Такрой был настолько добр и участлив, что Кристофер по чувствовал себя и вовсе неловко.
   – Конечно же, я хочу продолжать, – сказал он. – Куда мы отправимся сегодня?
   – Никуда. Я уже почти вышел из этого транса. Это была лишь попытка встретиться с тобой. Если ты действительно хочешь продолжить, твой дядя пошлет повозку в Шестые Миры в следующий четверг. Помнишь тот мир, что переживает ледниковый период? А ты на самом деле хочешь экспериментировать дальше? – Такрой с беспокойством взглянул на мальчика. – Ты ведь не обязан, тебя никто не заставляет ходить со мной в эти долины.
   – Да, я знаю. До следующего четверга!
   И он свалился обратно в кровать в тот самый миг, когда со всеми Календарями наконец-то удалось разобраться.
   Конец семестра пролетел незаметно: уроки, истории из «Тысячи и одной ночи», путешествия по четвергам…
   В первый четверг Кристоферу было довольно страшно перебираться через Междумирье, но теперь, когда он знал, что его ждет Такрой, стало намного проще. Он очень быстро снова привык к Междумирью, и эксперименты пошли своим чередом.
   Кто-то устроил так, что на Рождество Кристофер гостил у дяди Чарльза и тети Алисы – родителей его кузины Каролины. Они жили в большом загородном доме неподалеку, тоже в Сюррее, а сама кузина из малявки превратилась в забавную девчушку. Кристоферу нравилась привольная жизнь, и он веселился от души, играя в снежки с Каролиной и конюхами или пытаясь забраться на жирного пони кузины.
   Впрочем, его изумляло, что никто даже не упоминал папу. Ведь дядя Чарльз был папиным братом. Мальчик предположил, что папа был в немилости у всей семьи. Однако тетя Алиса позаботилась, чтобы Кристофер не скучал в Рождество. Из подарков он больше всего обрадовался еще одному золотому соверену в письме от дяди Ральфа. Теперь он сможет купить книжки для Богини!
   Как только возобновились занятия в школе, он сходил в книжную лавку и купил оставшиеся пять книг про Милли. И снова попросил завернуть их в провощенную бумагу. Прикинув стоимость книг и стоимость Трогмортена, Кристофер понял, что ему придется носить свертки с книгами через Междумирье до конца жизни.
   Богиня сидела в полутьме, склонившись над «Звездным часом Милли». Когда Кристофер вошел, она вскочила и смущенно сунула книгу под подушки.
   – Ах, это ты! Никогда больше не входи так тихо, а то я умру от страха. Что случилось в прошлый раз? Ты превратился в привидение и просочился сквозь пол!
   – Понятия не имею. Я грохнулся на свою кровать. Вот, принес тебе остальные пять книг.
   – Потрясаю… – восторженно начала Богиня, потом осеклась и продолжила спокойно: – Очень мило с твоей стороны, но, кажется, Ашет не хочет, чтобы они у меня были. Она ведь не позволила мне подарить тебе браслет.
   – Нет, я думаю, Ашет должна знать цену Трогмортена. Я мог бы перетаскать тебе всю школьную библиотеку – и даже ее было бы мало.
   – О-о-о! – сказала Богиня. – В таком случае… как там кот, кстати?
   Кристофер понятия не имел и постарался ответить как можно беззаботней:
   – Да бродит повсюду, дерется с другими котами и царапает людей, – и переменил тему раньше, чем Богиня поняла, что он только догадывается, а наверняка не знает: – Ну как тебе первые пять книг?
   Богиня расплылась в улыбке и взмахнула руками:
   – Это самые потрясающие книги на свете! Как будто я действительно попала в Ловудскую школу. Я плачу каждый раз, когда читаю.
   «Онейр был прав», – подумал Кристофер, глядя, как Богиня распаковывает новую связку книг, дрожа от нетерпения и позвякивая украшениями.
   – О, Милли выбрали старостой! – воскликнула она, вытаскивая из стопки книжку «Староста Милли». – Мне так хотелось знать, будет она старостой или нет!
   Богиня нежно погладила книжки, а затем огорошила Кристофера вопросом:
   – А что произошло, когда ты взял Трогмортена? Матушка Праудфут сказала, что Рука Ашет убила вора.
   – Они пытались. – Кристофер постарался, чтобы это прозвучало небрежно.
   – В таком случае ты вел себя очень смело и заслуживаешь награды. Я хочу тебя наградить – не заплатить за книжку, а в самом деле наградить.
   – Право, даже не знаю… – осторожно начал Кристофер.
   – Следуй за мной, – сказала Богиня и живо поднялась, бренча украшениями.
   Собрала новые книги, вытащила из-под подушки старую и подняла бумагу с веревками. Потом бросила всю кучу в стену. Все шесть книг и упаковка перевернулись и исчезли, будто провалились в невидимую дыру!
   Кристофер снова поразился.
   – Теперь матушка Праудфут и не узнает, – объяснила Богиня, уходя в затененный двор. – Я очень ее люблю, но она такая строгая и постоянно следит за мной.
   – А как ты достаешь оттуда книги?
   – Я киваю той, которая мне нужна, – сказала Богиня и заторопила Кристофера.
   Они шли среди кошачьего племени через солнечный двор к арке, вспоминать о которой Кристоферу было неприятно: именно в нее он влетел с орущим в корзине Трогмортеном. Кристофер забеспокоился и мрачно подумал о том, что награда Богини вряд ли окажется в его вкусе.
   – Там будет много людей? – спросил он, стараясь держаться позади.
   – Никого не будет. В такую жару все дрыхнут, – уверенно сказала девочка.
   Кристофер неохотно следовал за ней по темным галереям, но не совсем по тому пути, по которому он бежал в прошлый раз. Хотя наверняка сказать было сложно. Наконец они вышли к широкому сводчатому проходу, закрытому полупрозрачным желтым занавесом. Сквозь него струился яркий солнечный свет. Богиня, позвякивая, раздвинула занавес и поманила Кристофера: звяк-звяк. Перед ними показалось старое мрачное дерево, все источенное червями и почти без веток. Откуда-то доносился удушливый запах, похожий на церковный ладан, но намного приторнее и сильнее. Богиня обошла дерево и спустилась по ступенькам. Они очутились в залитой светом комнате с золотыми занавесами по сторонам. Здесь Богиня повернулась к дереву:
   – Это святилище Ашет. Только посвященные могут находиться здесь. Это твоя награда. Смотри, вот я.
   Кристофер повернулся и почувствовал себя обманутым. С этой стороны дерево оказалось огромной статуей женщины с четырьмя руками. Спереди она была из чистого золота. О позолоте сзади храм явно не позаботился. Каждый дюйм позолоты сиял маслянистым светом, да еще на статую было навешено множество золотых цепей, браслетов и колец. Юбка была из золота, а в каждую из четырех золотых ладоней был вставлен большой рубин. На короне тоже сверкали драгоценные камни. Святилище было устроено так, что дневной свет проникал сквозь крышу и падал на каждый драгоценный камень, заставляя его сиять, а от огромных ног поднимался густой дым, обволакивающий статую. Эффект создавался необычный – было в нем и впрямь что-то языческое.
   Кристофер в недоумении молчал, и Богиня сказала:
   – Это Ашет. Она – это я, а я – это она. Это моя божественная сущность. Я подумала, что тебе захочется увидеть меня настоящую.
   Кристофер повернулся к Богине, собираясь сказать: «Нет, это не ты, у тебя не четыре руки». Но девочка стояла в желтом мареве с вытянутыми руками, в той же позе, что и статуя, и казалось, будто у нее тоже четыре руки. Тогда Кристофер посмотрел на золотое лицо статуи и решил, что оно слишком жесткое и немного злое в своем золотом сиянии.
   – Она не такая умная, как ты, – сказал он единственное, что пришло ему в голову.
   – У нее очень глупое выражение лица. Но ты не должен заблуждаться. Она не хочет, чтобы люди знали, насколько она умна. Это очень полезное выражение. Я часто его использую на уроках, когда скучно.
   «А ведь и правда, очень удобно, – подумал Кристофер, – и уж точно намного лучше, чем мой туманный взгляд на уроках магии».
   – И как ты этого добиваешься? – с интересом спросил он.
   Прежде чем Богиня успела ответить, за статуей послышались шаги. Раздался сильный голос, мелодичный, но резкий:
   – Богиня? Что ты делаешь в святилище в такое время?
   Кристофер и девочка перепугались. Кристофер рванул к ближайшему желтому занавесу, но, услышав шум шагов и оттуда, в отчаянии ринулся назад.
   Богиня прошептала:
   – Ох, это матушка Праудфут! Она всегда нутром чует, где я! – и попыталась снять с руки браслет.
   Вокруг статуи за занавесами собралось множество голых ног и платьев цвета ржавчины. Кристофер решил, что его песенка спета, а Богиня, понимая, что ей не содрать браслет, схватила его за руку и прижала ее к своим многочисленным звенящим украшениям.
   Как и в прошлый раз, все кануло в туман, Кристофер начал падать сквозь него и приземлился в своей кровати в спальне. Бах!
   – Не нравятся мне эти твои штучки, – сказал Феннинг, проснувшись. – Ты что, не умеешь управлять своими снами?
   – Умею, – сказал Кристофер, весь в холодном поту после своего внезапного бегства. – Мне такое никогда больше не приснится.
   Глупость все это: живая девочка притворяется Богиней, которая всего-навсего изъеденная жуками деревянная статуя! Против самой Богини он ничего не имел – ему нравилось, что она быстро соображает, ему хотелось бы научиться изображать «очень глупое» выражение и так здорово прятать книги. Но рисковать ради этого не стоило.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 [7] 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация