А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Кир Великий. Первый монарх" (страница 31)

   «Я СОБРАЛ НАРОДЫ ВМЕСТЕ»

   Когда пришла весна и принесла месяц нисан, Кир велел отпраздновать, как обычно, Новый год. Чтобы открыть праздник, он лично появился на дороге процессий в сопровождении эскорта эламитских копьеносцев. Он прошел по всей широкой, вычищенной улице до ворот Эсагилы, где оставил копьеносцев и один вошел к ждавшим его жрецам Мардука. Они подвели его к ступеням храма Экура, убрали с дороги символическую преграду наверху лестницы и впустили в святилище.
   Встав перед статуей бога Вавилона, Ахеменид отложил жезл власти, показывая, что уступает свою власть господину Вавилона, но после того как Кир возложил свои руки на руки Мардука, что символизировало его служение богу по любви и согласию, верховный жрец вернул ему жезл.
   Жрецы нараспев прочитали молитву о правлении Кира, Царя земель. Тем самым они присвоили Ахемениду титул, которым владели древние цари Вавилона, от первого Саргона до Навуходоносора.
   Когда толпы народа собрались вдоль дороги процессий, ни один страж не стоял на линии бордюрных камней. Из дворца явились глашатаи, по приказу Кира они принесли вести, которые касались горожан всех классов.
   С этого времени, объявили глашатаи, город получает собственного царя, каковым будет Камбис, сын Великого царя, Царя земель.
   Страна не будет разделена, как во времена первого Саргона и Навуходоносора, ее пределы будут простираться от моря до моря, то есть от далекого Великого моря до Персидского залива. Эта огромная территория стала теперь единой сатрапией Вавилона, или Бабируша, как называли ее персы. И она присоединяется к Шушану, поскольку Губару, господин Шушана, стал сатрапом всего Бабируша.
   – Все те, кто правит в этих пределах, – провозгласил Кир, – от Верхнего моря до Нижнего моря, и цари западных земель, обитающие в шатрах, – все они приносят в Вавилон обильную дань и складывают к моим ногам.
   Все далекие города, даже Тейму в пустыне, Харран в горной местности и Сиппар, следовало восстановить, а их поля – возродить.
   И богов этих дальних мест нужно было освободить из их заключения в Эсагиле и сопроводить обратно в пустовавшие святилища. Даже Шамаша требовалось возвратить в храм Сиппара, а Шушинака – в святилище Шушана.
   – Всех богов Шумера и Аккада, которых Набонид – к гневу господина богов – принес в Вавилон, я, Кир, отнесу обратно в их жилища, чтобы остались они там навсегда, и радость могла вернуться в их сердца.
   И вместе с пленными богами следовало отпустить пленные народы – аморитов с огромных равнин, эламитов с плоскогорий, искусных в ремеслах манна, лодочников с приморских земель, финикийцев с закатного берега. Эти народы, плененные на войне при бывших вавилонских царях, порабощенные или силой принуждаемые к труду, следовало отпустить с их семьями и пожитками.
   – Я, Кир, соберу вместе все эти народы и возвращу к их домам.
   Так в 538 году до н. э. Кир начал помогать народам, скопившимся в стенах столицы. Тем самым он хотел увеличить в провинциях численность сельскохозяйственных работников и рыбаков.
   Его наполовину варварскому уму казалось, что огромный грех Вавилона заключался в том, что этот город стал местом размножения рабства. Поскольку все детали сохранялись в его памяти, он побеспокоился выселить из метрополии класс бывших солдат и направить на работы по осушению полей Описа и Сиппара. И он вспомнил, что работники с иудейского канала помогли ему раздвинуть воды Вавилона, а с помощью их сородичей из грязного квартала Кебар его штурмовой отряд вышел из реки к Эсагиле.
   В его личном архиве, хранившемся на единственном глиняном цилиндре, было записано несколько слов, примерно такого содержания: «Мои солдаты с миром перемещались по всей протяженности Вавилонии. Во всем Шумере и Аккаде ни один человек меня не боялся. Я посвятил свое время внутреннему положению Вавилона и всех других городов. Я освободил его жителей от ига, от которого они страдали».

   Старейшины из молитвенной комнаты в Кебаре разыскали Иакова Эгиби, первого еврея, предсказавшего пришествие Кира. Иаков, из страха избегая до этого времени присутствия Кира, согласился пойти с ними подать царю просьбу. Их сопровождали другие банкиры и главы деловых домов.
   Они уговаривали Иакова стать выразителем их интересов, так как он встречался с Ахеменидом до падения Вавилона. И снова Иаков согласился, но не стал упоминать о той встрече на мосту. Ведь Кир ничего о ней не сказал. Вместо этого Иаков говорил так, словно они не были с Киром знакомы, и предложил принести в дар Великому царю свое личное состояние.
   – Поскольку я сберег тридцать девять талантов и пятьдесят девять мин серебром. Эту сумму я передаю в руки моего господина и царя.
   Предложить свое богатство для Иакова Эгиби было не только вопросом собственного достоинства, но и тонким дипломатическим ходом, который мог бы открыть путь для следующей просьбы.
   Кир посмотрел на него, на старейшин, входивших в делегацию, и улыбнулся.
   – В данном случае, – ответил он, – было бы уместнее мне дать тебе еще одну-единственную мину, чтобы размер твоего богатства достиг ровно сорока талантов.
   Готовясь к ответу, который он был обязан дать, Иаков собрал все свое мужество.
   – Пусть лучше Великий царь соблаговолит даровать моему народу неоценимое сокровище.
   – Значит, ты говоришь не от себя, не от своей семьи, а от своего племени?
   Эти слова напомнили Иакову о предложении, сделанном Киром в пальмовой роще год назад. В свойственной ему манере Ахеменид убедил вавилонского банкира говорить с ним открыто. Иаков быстро ответил:
   – Да, от моего племени.
   – От тех из нас, – энергично вскричали старейшины, – кто исповедует законы Моисея, переданные Иисусу и пророкам. Наш храм находится в Иерусалиме и лежит в запустении.
   Они объяснили, что сосуды из храма много лет назад забрал Навуходоносор, и они хранятся в Вавилоне вместе с богами из камня, дерева, серебра и золота. У них, пленников из Иудеи, нет изваяний богов, подобных тем, которые Кир возвратил на прежние места в святилища Аккада. У них есть лишь сосуды, которые забрал принц Валтасар, чтобы украсить свой праздник. Теперь они заклинают Великого царя вернуть священные сосуды под их попечение.
   – Да будет так, – приказал Кир.
   Старцы принялись хором восклицать и выкрикивать. Пусть Великий царь даст согласие на завершение их пленения – всех евреев Вавилона, – чтобы они через западные пустыни устремились на поиски своей Иудеи и своего храма. Ибо с разрушением храма Иегова покинул его руины.
   Кир выслушал их и сказал:
   – Было приказано, чтобы все народы, находившиеся в плену в Вавилоне, возвращались в свои дома. Разве евреи отличаются от других народов? Мое распоряжение касается и вас. Отправляйтесь когда захотите. Отстройте заново ваш храм.
   Когда они поклонились ему и – стали прощаться, он подозвал Иакова:
   – А ты, деловой муж, поможешь восстановить храм без изваяний?
   Какое-то время Иаков Эгиби стоял перед царем молча. Он был должен ответить и потому сказал:
   – Властитель и господин, твой слуга поможет строительству серебром.
   Иаков уже наполовину принадлежал Вавилону, и это удерживало его в этом городе. Как и большинство коллег, он укоренился на Евфрате, где родились его дети. Он не собирался уезжать из Вавилона в Иудею, теперь эта страна была для него просто названием.
   Тем вечером евреи собрались на молитву вдоль канала Кебар и берега Евфрата. Слышан был голос Исайи, и слова его радостно передавались из уст в уста:
   – Так говорит Господь помазаннику своему Киру: я держу тебя за правую руку, чтобы покорить тебе народы, и сниму поясы с чресл царей, чтобы отворялись для тебя двери, и ворота не затворялись.
   Я пойду перед тобою, и горы уровняю, медные двери сокрушу, и запоры железные сломаю.
   И отдам тебе хранимые во тьме сокровища и сокрытые богатства, дабы ты познал, что я Господь, называющий тебя по имени, Бог Израилев…
   Так говорит Господь… который говорит о Кире: пастырь мой, и он исполнит всю волю мою и скажет Иерусалиму: «Ты будешь построен!» и храму: «Ты будешь основан!»

   УХОД ПОЮЩИХ ЛЮДЕЙ

   От вод вавилонских прибыли землекопы, работавшие на каналах; из величественных садов прибыли садовники; с кирпичных и асфальтовых фабрик прибыли покрытые копотью истопники; а из сточных канав возникли уборщики отбросов. Эти пленные евреи привели своих жен и отпрысков, а некоторые привели ослов и овец. Вожди племен Иуды и Вениамина, отцы семейств готовили всесожжение в следующую луну после тишри.
   Не таясь, отметили они праздник кущей. Вожди сосчитали свой народ. Митрадат, царский казначей, прибывший из Экбатаны, пересчитал серебряную и золотую посуду, возвращенную из сокровищницы Эсагилы старейшинам племен. Шешбацар, князь Иудин, собрал свой народ и его имущество для переселения через западные пустыни.
   Иаков Эгиби, другие еврейские банкиры из Биржи и семьи, преуспевшие в Вавилоне, не присоединились к переселению. Они узнали, что оголились горы Иудеи, и великолепие покинуло город Давидов. Более двух поколений прошло с тех пор, как эти евреи из Вавилона построили свои дома и создали свои дела. Дети многих из них не говорили ни на одном языке, кроме вавилонского. К тому же оставались старики, строго хранившие закон Моисея, решившие, как и их отцы, поклоняться своим святыням на Евфрате.
   Остававшиеся богачи оделили большим количеством серебра направлявшуюся в Иерусалим толпу, состоявшую главным образом из работников. Когда они начали движение через мост улицы Адада, они везли с собой внушительную поклажу на вьючных животных, поскольку повозки не подходили для передвижения через пустыню. Лошадей у них было 736, верблюдов – 435 и мулов – 245. Ослов с грузами у них насчитывалось 6720, как определили смотрители у западных ворот.
   – И было среди них двести поющих мужчин и поющих женщин.
   С террасы Эсагилы Кир и Губару следили за исходом евреев и слушали их пение. Губару доводилось наблюдать процессии, возвращавшиеся в другие храмы со статуями богов в лодках или – на повозках. Он видел, как Иштар, отправлявшуюся в Урук, сопровождали через посвященные ее ворота.
   – Однако у этих иудеев нет изваяний, – задумчиво проговорил он. – И следовательно, их храм должен быть пуст, разве что какой-нибудь алтарь стоит там, которому они молятся.
   Губару стареет, подумал Кир. Но все еще верит, что божественное существо должно обитать в изваянии или, по крайней мере, наделять его какой-то особой собственной силой. Губару организовал настоящую церемонию сопровождения очень старой и безобразной статуи Шушинака назад в его первое жилище в Шушане, откуда его силой вырвал Ашшурбанипал. Несомненно, эламиты – а Губару все так же заботливо к ним относился, выделяя их по сравнению с другими народами, – были совершенно удовлетворены. Хотя и в отсутствие Шушинака им удавалось жить неплохо, благодаря энергии всецело преданного своим соплеменникам Губару.
   – Я никогда не понимал, какой силой обладают различные боги, – признался Кир. – Маги не смогли описать своего Ахуру-Мазду, которого они называют господином богов. Вроде бы он так же невидим, как Иегова еврейского народа. А они говорят, будто он присутствует во всех четырех сторонах света.
   – Здесь жрецов Ахуры не замечено.
   Кир согласился и какое-то время обдумывал новую мысль. Может ли быть единственный господин всех богов, находящийся где-либо вне орбиты земли, далекий и непостижимый? Кир не мог себе представить, каким должно быть это божество, доброжелательным или злобным? Кто когда-нибудь даст ему имя? И появятся ли маги в Вавилоне? Он просто сказал:
   – Проточную воду реки нужно направить через ров и тот канал, который они называют Кебар. Навуходоносор больше внимания уделял укреплению города, чем его благополучию.
   В том году с каждой луной вид Вавилона изменялся. После ухода армии и евреев за реку к своим домам ушли амориты. Арамейцы погнали свои стада на запад. Приморские племена отбыли на плотах из пальмовых деревьев.
   В то же самое время писцы, хранители вавилонских хроник, записали, что из-за Хрустальной горы появились караваны и привезли из финикийских городов Тира и Сидона подарки Киру, Великому царю. Многочисленные массы людей приходили и уходили, заполняли западно-восточную большую дорогу. Огромная башня была все та же, но город под ней стал оживленной магистралью для движущихся народов. Поскольку обитые бронзой ворота оставались открытыми, стены Имгур-Бел и Нимитти-Бел оказались заброшенными.
   Никто не замечал, что приближаются еще более значительные перемены. В хрониках это время называли временем «значительных волнений». Статуи и народы, покинувшие Вавилон, больше не вернулись. Имена Иштар и Набу произносились гораздо реже.
   Незаметно для людей эпоха заканчивалась. Империи древнего семитского Востока исчезли, чтобы больше не возвращаться. Началась новая эра арийцев – греков и персов.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 [31] 32 33 34 35 36 37 38 39

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация