А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Отныне и вовек" (страница 16)

   Глава 15

   Зал судебных заседаний городского совета выглядел помпезно по сравнению с небольшим скромным помещением, где проходило предварительное слушание. Позолота, деревянные панели, длинные ряды кресел, на возвышении – место судьи и выставленный на всеобщее обозрение американский флаг. В зале было многолюдно, секретарь по одному выкрикивала имена присяжных.
   Ян с Мартином сидели впереди, за столом, отведенным защите. В нескольких футах от них находился уже другой помощник окружного прокурора, рядом с которым расположился инспектор Хоугтон. Маргарет Бертон нигде не было видно.
   Двенадцать присяжных заняли свои места, и судья объяснил суть дела. Несколько женщин выглядели удивленными и бросали взгляды на Яна, а один из мужчин покачал головой. Мартин быстро пометил что-то для себя и внимательно оглядел присяжных заседателей. У него, так же как и у помощника прокурора, было право отвода десяти человек из их числа, чьи лица сейчас казались безобидными – не опаснее пассажиров автобуса.
   До начала заседания Мартин высказал Яну и Джесси свое мнение о составе суда присяжных. Никаких старых дев, которые будут шокированы обвинением в изнасиловании или могли бы отождествлять себя с жертвой; возможно, им стоит опереться на непоколебимых домохозяек из среднего класса, которые могут осудить Бертон за то, что она позволила обвиняемому подцепить ее. Поступок Яна мог вызвать у молодых людей сочувствие, однако не было уверенности в том, как они отнесутся к прекрасному внешнему виду этой пары. Они шли по тонкому льду.
   Джесси внимательно разглядывала присяжных заседателей со своего места в первом ряду. Но едва Мартин встал, чтобы задать вопросы первому кандидату, судья объявил перерыв на ленч.
   Отбор кандидатов представлял собой крайне медленный процесс – состав присяжных избрали лишь к концу второго дня. И защитник, и обвинитель задавали вопросы об их отношении к изнасилованию, об их работе и друзьях, привычках и количестве детей. Мартин объяснил, что мужчины, годящиеся в отцы Маргарет Бертон, тоже не самый удачный вариант: они были настроены слишком покровительственно по отношению к жертве. Так много вещей необходимо было учесть, что какие-то моменты неизбежно оставались без внимания. Например, в составе заседателей по-прежнему оставались двое, которые не встречали полного одобрения у Мартина, но он уже исчерпал свою квоту на отвод, и им приходилось надеяться на лучшее. Мартин Шварц постарался расположить к себе присяжных заседателей, установив с ними доверительные отношения.
   В итоге был выбран окончательный состав присяжных. Пятеро мужчин – трое пожилых и двое молодых, а также семь женщин – пять среднего возраста, счастливых в браке, и две молодые, незамужние. Настоящий подарок судьбы, так как они надеялись, что это нейтрализует двоих пенсионеров, которые не понравились Мартину. В целом, однако, он был вполне удовлетворен, и Ян с Джессикой не могли не признать, что у него есть на то основания.
   Когда они вышли из зала суда в конце дня, Джесси знала наизусть биографии всех присяжных, могла перечислить места их работы и имена друзей. Она нашла бы их даже в многолюдной толпе.
   Первый удар они получили на третий день. Спокойный помощник прокурора – мужчина, который заменил раздражавшую их женщину из прокуратуры, не появился в суде. Сообщили, что его прооперировали рано утром того же дня по поводу аппендицита. Судью заверили, что замена уже подобрана и прибудет с минуты на минуту. У Яна и Джесси упало сердце…
   Мартин наклонил голову, чтобы прошептать что-то Яну на ухо, когда судья объявил короткий перерыв, пока они ожидали прибытия нового помощника окружного прокурора. Все встали, потягиваясь и шаркая ногами, и двинулись в вестибюль, судья тоже удалился. Было еще очень рано, и даже чашка кофе из автоматов в холле пришлась по вкусу. Можно хоть чем-то заняться. Все ее мысли занимала только вынужденная замена помощника прокурора. Она посмотрела на Яна, но он промолчал, а Мартин тем временем куда-то испарился.
   Он просил их не обсуждать дело в холле во время перерыва или ленча, и неожиданно оказалось трудно найти банальные фразы, чтобы прервать тягостное молчание. Так они и стояли, безмолвные, похожие на беглецов, ждущих прибытия поезда, но не понимающих, что с ними происходит.
   – Еще кофе?
   – Что?
   – Кофе. Хочешь еще кофе? – повторил Ян. Но она только покачала головой с вялой улыбкой.
   – Не беспокойся так, Джесс. Все будет хорошо.
   – Я знаю. – Слова. Одни слова. Лишенные смысла. Все происходящее, казалось, не имело смысла, приводило в смущение. Почему они стояли, как бедные родственники на похоронах? Джессика раздавила сигарету на мраморном полу и посмотрела на потолок. Он был витиевато украшен, и она ненавидела его. Слишком изысканно. Слишком утонченно. Напоминал ей о том, где она находилась. Муниципалитет. Суд. Она закурила другую сигарету.
   – Ты только что одну затушила, Джесс. – Его голос был мягким и грустным. Ян тоже не знал, что происходит.
   – Что? – Она искоса посмотрела на мужа сквозь пламя зажигалки.
   – Ничего. Вернемся в зал?
   – Конечно. Почему бы и нет? – Джессика попыталась улыбнуться, швыряя пустой стаканчик в большую металлическую пепельницу, заполненную песком. Они вместе вернулись в зал суда, не прикасаясь друг к другу. Ян медленно шел к своему месту, Мартин – сам по себе. Джессика не спускала глаз с обоих – с него, с Мартина, который быстро делал пометки в длинном желтом блокноте. Прекрасный адвокат, образ, схваченный в столбе света, разлетелся брызгами на мраморном полу. Джесси вглядывалась в пятно света около минуты, ни о чем не думая, мечтая только оказаться где-нибудь в другом месте, потом рассеянно бросила взгляд в сторону, на стол помощника окружного прокурора.
   Там-то она и устроилась. Матильда Ховард-Спенсер. Высокая, худощавая, все в ней казалось острым. У нее была узкая голова с неровно подстриженными короткими светлыми волосами, длинные тонкие проворные пальцы, похоже, уже были готовы сложиться в обвиняющий жест. Спенсер выбрала унылый серый костюм и бледно-серую шелковую блузку, ее глаза почти сливались с цветом костюма. Синевато-серые и острые, как и весь ее облик. Длинные тощие ноги; единственное украшение, которое она надела, – тонкая золотая цепочка. Матильда была замужем за судьей Спенсером, фамилию которого и взяла себе. Она наводила ужас на весь штат окружного прокурора и охотно бралась за дела об изнасилованиях. Ни Ян, ни Джессика ни о чем не подозревали, но Мартин ее прекрасно знал, он едва не завыл от отчаяния, когда увидел, как Спенсер входит в зал суда. Однажды он схватился с ней в одном деле и проиграл. Никто никогда не выигрывал у нее. Его клиент покончил с собой спустя девять дней после начала процесса. Возможно, он все равно бы наложил на себя руки, но… Матильда, дорогая Матильда ускорила его смерть.
   Ян видел женщину, которая заставляла его нервничать. Перед глазами Джесси предстало изваяние изо льда, она чувствовала, как ее заполняет страх. Теперь это была не игра. Это была настоящая война. Одно только то, как женщина смотрела на Яна, сказало Джессике все. Спенсер обменялась с Хоугтоном быстрым потоком слов, он кивнул несколько раз, потом встал и вышел. Ясно, кто тут всем верховодит. Джессика проклинала того человека, который так некстати попал в больницу. Только Спенсер им и не хватало.
   – Встать… – Судья вернулся на свое место, в воздухе повисло напряжение. Он выказывал признаки явного удовольствия пополнением числа действующих лиц, удостоверив присутствие помощника прокурора уважительным приветствием. Ужасно.
   Матильда Ховард-Спенсер сделала несколько быстрых дружеских замечаний присяжным, на все из которых, похоже, последовал ответ. Она могла вызвать как доверие, так и страх. Голос и манеры Матильды полны власти и давали неверное представление о ее возрасте: ей, должно быть, было не больше сорока двух – сорока трех лет. Она была человеком, на которого можно положиться, который возьмет все на себя, проследит за ходом дела. Эта женщина могла выиграть войну, командовать армией и воспитывать детей. Но их у нее не было. Она была замужем меньше двух лет. Юриспруденция заменяла ей возлюбленного, а мужу она отвела роль друга, ему было хорошо за шестьдесят.
   Схватка началась с одного из наименее важных свидетелей. Место для дачи показаний занял судебный патологоанатом, не представив ничего из того, что могло бы повредить Яну, равно как и быть полезным для Маргарет Бертон. Он признал только то, что имело место половое сношение, но более ничего не мог удостоверить. Несмотря на яростный натиск Матильды Ховард-Спенсер, патологоанатом стоял на своем: доказательств применения силы не было. Возражения Мартина о ее давлении на свидетеля были быстро отметены, хотя свидетельские показания не имели особого значения. Джессике все это казалось ужасно скучным, час спустя она сосредоточила внимание на полосе красного нейлона на флаге и предалась размышлениям, которые унесли ее прочь от того места, где она находилась… эти слова, их бесконечное гудение… «постыдное противоестественное преступление»… извращение… изнасилование… половое сношение… прямая кишка… влагалище… сперма – прямо какой-то детский путеводитель по запретным темам, которые приятно щекочут нервы. Теперь Джессика имела возможность взвесить каждое из них. Влагалище. Спенсер, похоже, была в восторге от него. И изнасилование. Она произносила его с большой буквы.
   И вот день подошел к концу, они молча – как и на протяжении всей недели – отправились домой. Утомительным было уже одно присутствие в суде. Если хмуришься, присяжные могли подумать, что ты злишься на Яна или расстроена. Расстроена? Нет, конечно, нет! Если улыбаешься, значит, относишься к процедуре несерьезно. Если на тебе было надето не то, ты выглядела богатой. Что-то слишком жизнерадостное – и складывалось впечатление, что ты легкомысленна. Сексапильна в суде? По обвинению в изнасиловании? Боже упаси! Влагалище? Где? Нет, конечно, у меня его нет. Судебная процедура даже больше не пугала, просто изнуряла. А эта проклятая Спенсер была неумолима, выдавливая до капельки каждого свидетеля. Мартин же вел себя чересчур джентльменски. Но какое это имело значение? Если они с достоинством будут появляться в суде, вскоре все их мучения останутся позади. Вскоре… но, похоже, до конца было еще далеко. Тем вечером они молча поужинали, и Джессика сразу крепко заснула, прямо в халате, прежде чем Ян вышел из душа.
   Она сонно потянулась в машине на следующее утро и устало улыбнулась, глядя на дома, освещенные солнечными лучами.
   – Чему ты улыбаешься, Джесс?
   – Сумасшедшая мысль. Подумала, что вот так же мы когда-то ездили вместе на работу в Нью-Йорке.
   Она выглядела задумчивой, но Ян не улыбнулся.
   – Не совсем так.
   – Нет. У нас есть время, чтобы по пути проглотить по чашке кофе? – У них не было времени на завтрак.
   – Лучше там попьем кофе из автомата, Джесс. Я не хочу опоздать. Они могут лишить меня залога. – Господи. Всего из-за чашки кофе.
   – Хорошо, любимый. – Она нежно дотронулась до его плеча и закурила новую сигарету. Единственным местом, где Джессика теперь не курила, оставался суд. Она взяла его за руку, когда они поднимались по ступенькам муниципалитета. Все вокруг казалось новым, ярким и сияющим. Утро, когда не страшны никакие ужасы, происходящие в жизни, словно Господь не знает о них и дарит людям столько солнечного света и тепла.
   До начала судебного заседания оставалось три минуты, и Джессика поспешила за кофе.
   – Хочешь немного?
   Он начал было отказываться, но потом утвердительно кивнул. Ян взял чашку из ее руки, которая так дрожала, что он чуть не пролил.
   – Малышка, у нас уйдет год на то, чтобы вернуться к нормальной жизни.
   – Ты имеешь в виду мою замечательную дрожь?
   Ян улыбнулся в ответ.
   – А ты заметила мою? – Он вытянул вперед руку, и они оба засмеялись.
   – Полагаю, производственная травма.
   – Насильника?
   – Ладно, Ян, хватит.
   Короткий разговор между ними закончился, и Джессика заметила деловую суматоху возле незамеченной двери. Люди входили и выходили. Четверо мужчин, женщина, звук голосов, словно прибывал кто-то весьма важный.
   Активность привлекла внимание Джессики, но если кто и выглядел загадочно, так это Ян, склонивший голову набок и внимательно слушавший. Она хотела спросить его, что происходит, но не была уверена, что ей нужно это делать. Он, казалось, был поглощен голосами и звуками. Потом раздался хлопок двери, и женщина в простом белом шерстяном платье обогнула угол. Джессика аж задохнулась от изумления. Это была Маргарет Бертон.
   У Яна от изумления открылся и снова закрылся рот, а Джессика стояла, прикованная к месту, чувствуя холодок на спине. Она впилась глазами в Бертон, которая резко остановилась, сделала один короткий шажок назад и замерла с выражением изумления на лице; все трое застыли. Казалось, здание полностью погрузилось в тишину, будто они были единственными людьми, оставшимися на всем белом свете. Лицо Маргарет Бертон медленно-медленно, словно восковая маска, плавящаяся на солнце, раздвинулось в неправдоподобной торжествующей улыбке, предназначавшейся исключительно Яну. Напуганная Джессика не спускала с нее глаз, а потом, не отдавая себе отчета, бросилась вперед и ударила Бертон намертво зажатой в руке сумочкой.
   – Почему?! Черт возьми, почему? – Пронзительный крик боли, вырвавшийся из сердца Джессики. Женщина с удивлением на лице отступила назад, будто очнувшись, в ту же минуту Ян схватил Джесси. Могло произойти что-то ужасное. У нее в глазах горел огонь мщения, а этот крик «Почему?» все еще звучал в стенах холла. Маргарет Бертон убежала, выбивая каблучками навязчивое стакатто по мраморному полу, а Джесси рыдала в объятиях Яна.
   Толпа любопытных заявила о своем присутствии на месте события, но быстро повернула назад, увидев только Яна и Джесси. Скандал не состоялся. Обычная семейная сцена. Мартин также услышал эти звуки и по какому-то наитию бросился на шум, когда был уже на пороге зала суда. А потом, увидев, как Маргарет Бертон быстро вбегает в дверь рядом с залом заседаний, он понял – что-то произошло. Его глазам предстала трясущаяся Джесси на скамье и пытающийся ее успокоить Ян.
   – Она в порядке? – Ян выглядел угрюмым и не ответил.
   – Что произошло?
   – Ничего… Она… мы только… неожиданно повстречали знаменитую Маргарет Бертон.
   – Она что-нибудь сделала с Джесси? – Мартин очень на это надеялся.
   – Она улыбнулась. – Джесси прервала рыдания и уже сама была в состоянии объяснить.
   – Она улыбнулась? – Мартин был озадачен.
   – Да. Как человек, который очень рад тому, что только что убил другого.
   – Послушай, Джесс… – Ян попытался успокоить жену, но знал, что она была права. Именно так выглядела Маргарет Бертон, но они были единственными, кто успел это заметить.
   – Вы сами, черт побери, прекрасно знаете, что так она и выглядела. – Джесси пыталась объяснить Мартину, но он промолчал.
   – Вы пришли в себя?
   Тяжело вздохнув, она медленно кивнула.
   – Да.
   – Хорошо. Нам пора в зал. Нам нельзя опаздывать.
   Джессика встала, покачиваясь, Мартин и Ян с беспокойством следили за ней. Она еще раз вздохнула и закрыла глаза. Какое зловещее утро.
   – Джесси.
   – Нет. Оставьте меня одну, и мне станет лучше. – Она знала, что собирается сказать Ян. Он хотел, чтобы она вернулась домой. Когда они вошли в зал судебных заседаний, Джесси почувствовала, как в их сторону повернулись несколько человек. Сразу стало ясно, кто слышал крики, когда Бертон бежала по холлу. Не успели они пройти и три фута, как на их пути оказался воинственно настроенный инспектор Хоугтон, обратившийся непосредственно к Джесси.
   – Если вы еще раз так поступите, я прикажу арестовать вас, а его залог аннулируют так быстро, что у вас обоих голова закружится.
   Ян, похоже, испытывал сильные мучения, Джессика от удивления раскрыла рот, а Мартин шагнул вперед.
   – Поступите как, инспектор?
   – Угрожая мисс Бертон.
   – Джессика, ты угрожала мисс Бертон? – Мартин смотрел на нее, как отец, спрашивающий, не она ли вылила мамины духи в унитаз.
   – Нет. Я… Я кричала…
   – А что ты кричала?
   – Не знаю.
   – Она произнесла: «Почему?» Вот и все, – пришел на помощь Ян.
   – Мне это не кажется угрозой, инспектор. А вам? По правде говоря, я услышал, как миссис Кларк выкрикнула это слово в другом конце холла, что и привело меня к месту событий.
   – Я рассматриваю это как угрозу.
   – По моему мнению, инспектор, «почему» – это вопрос, а не угроза. Если такого рода вопрос не пугает вас.
   Не произнеся больше ни слова, Хоугтон повернулся на каблуках и вернулся в кресло рядом с Матильдой Ховард-Спенсер, выглядя отнюдь не удовлетворенным, как, впрочем, и Ян. Джесси чувствовала, как его бьет дрожь.
   – Я убью этого сукиного сына до того, как завершится суд.
   Выражение лица Мартина заставило их обоих замолчать. Это было ужасно.
   – Нет, черт возьми, ты будешь сидеть здесь и сохранять спокойствие. Прямо сейчас. Ясно? Джессика, к тебе это тоже относится. А теперь улыбнись. Вот так-то лучше. Возьми ее за руку, Ян. Нам нужно, чтобы присяжные думали, что у нас – горе. А у нас его нет. Пока. Помните об этом.
   С этими словами он с важным видом подошел к своему столу, на его лице не было ни малейшего намека на озабоченность. Мартин улыбнулся обвинителю, заполнив зал атмосферой благожелательности. Джесси и Яну это представление удалось не так хорошо, хотя они очень старались. Им предстояло пережить свидетельские показания Маргарет Бертон. Но что примечательно, после той дьявольской улыбки это оказалось значительно легче, чем они предполагали.
   Бертон, выпрямившись на свидетельском месте, пересказала уже известную историю. В белом платье она выглядела непорочной и напоминала даму из высшего света. Наигранная скромность бросалась в глаза. Ее ноги, похоже, срослись до того, как она вошла в зал суда. Джессика заметила, что волосы у нее приобрели каштановый оттенок. Если на ней и был макияж, то совсем немного. Всякий намек на грудь Бертон тщательно замаскировала. Все было учтено.
   – Мисс Бертон, не могли бы вы рассказать нам, что произошло?
   Помощник окружного прокурора надела потрясающе унылое черное платье, контрастировавшее с белым платьем жертвы, что создавало впечатление сцены из дешевого кинофильма. Последовавший монолог прозвучал знакомо. В самом конце обвинитель спросила:
   – Что-нибудь подобное с вами случалось раньше?
   Бертон повесила голову и едва слышно прошептала:
   – Нет. – Звук ее голоса походил на шелест падающего на землю листа, и Джесси почувствовала, как ее ногти впиваются в ладони. Первый раз в жизни в ней разгорелась такая неистовая ненависть. Ей хотелось убить эту женщину.
   – Что вы чувствовали после того, как он оставил вас в этом дешевом отеле?
   – Я была близка к самоубийству. Думала об этом. Вот почему прошло столько времени, прежде чем я вызвала полицию.
   Какое представление! Не хватало настоящей овации и грома ободрительных выкриков, чтобы по достоинству ее оценить. Джесси знала, что наигранной скромностью Маргарет Бертон склоняла присяжных на свою сторону.
   Что после этого мог сделать Мартин? Перекрестный допрос будет напоминать катание на роликовых коньках по минному полю.
   Более часа Матильда Ховард-Спенсер задавала вопросы Бертон. Настала очередь Мартина. Джессика чувствовала, как у нее внутри все сжимается. Ей хотелось уцепиться за Яна. Она не могла больше выдержать. Но должна. Что он чувствовал, сидя, отрезанный от всего мира. Обвиняемый. Насильник. Джессика вздрогнула.
   – Мисс Бертон, почему сегодня утром вы улыбнулись мистеру Кларку? – Первый вопрос Мартина поверг всех в изумление. Присяжные заседатели впали в шок, пока Хоугтон, затаив недовольство, шептал что-то обвинителю.
   – Улыбнулась?.. Я… почему… Нет… Я не улыбалась ему! – Она покраснела и взъярилась, от прежней девственницы не осталось и следа.
   – Тогда что вы сделали?
   – Я… ничего, черт возьми… Я… Я хочу сказать… Я не знаю, что я сделала. – Опять предстала беспомощная девственница, неспособная понять свою выгоду. – Я была так потрясена, увидев его там, а его жена обозвала меня.
   – Правда? Как она вас назвала?
   Мартин выглядел очень удивленным, и Джесси было любопытно, на самом ли деле. По нему трудно было судить, с каждым днем она убеждалась в этом все больше и больше.
   – Продолжайте, мисс Бертон, не будьте застенчивой. Скажите нам, как она вас назвала. Но помните, что вы под присягой.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 [16] 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация