А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Серебряный осел" (страница 3)

   – Забористое! – утерлась рукой. – Фалернское, что ли? Давненько его не пивала!
   – Тартесское! – ответила Орландина.
   – Да? Стр-ранно. Впрочем, тоже весьма и весьма недур-рственно.
   Заметив, что язык божества стал малость заплетаться, учтивая Орланда мигом сунула нимфе грушу. Та, не чинясь, приняла подношение и со смаком вгрызлась в желто-красный бок плода.
   Любопытная христианка с раскрытым ртом созерцала, как насыщается «языческая демоница».
   И вот что удивительно. За все это время Орланда ни разу не сотворила отгоняющую бесов молитву и даже не перекрестилась. Не потому ли, что амулет со странными письменами, висевший у нее на шее, был спокоен, не вещуя ничего опасного? Или оттого, что девушке была симпатична эта смешливая зеленоволосая красавица? А может, перевидав за последний месяц столько странного, начиная с Тартесса (если, конечно, не считать кратковременного столкновения с лешим еще в Сераписе), она уже просто перестала удивляться всему необычному!
   Кто знает? Разве что один Господь Вседержитель.
   – Хор-рош-шо-о! – сладко, аж косточки хрустнули, потянулась Меотида. – Ой, девки, до чего же хорошо жить! Сейчас бы сплясала…
   Внезапно ее взгляд натолкнулся на скукожившегося Стира, вяло помахивавшего хвостиком, и нимфа спохватилась:
   – Да! Поэт! Я придумала!
   Ослик-стихотворец с надеждой поднял голову и поставил уши торчком.
   – Тебе бы в Дельфы надо добраться, вот!
   И внезапно перешла на торжественно-певучий гекзаметр:

Там, у оракула светлого Феба испросишь совета.
Бог-покровитель поэтов поможет тебе непременно.
В водах Кастальских очистишься, воздух вдохнешь ты Парнасский.
Глядь, и спадет с плеч твоих ненавистная шкура, и уши,
Руки и ноги и прочие члены опять человечьими станут!

   – Ух! – закончив пророчества, утерла пот со лба Меотида. – И хлопотное же это дело – прорицать будущee. Умаялась вся! Давненько этим не занималась.
   – А поможет? – уныло усомнился Стир в действенности предлагаемого средства.
   – Ты не веришь всемогуществу сребролукого Аполлона?! – грозно нахохлилась нимфа.
   – Верю, верю! – отшатнулся от фурии серебристый ослик. – Но все же сомнения есть.
   – Ну не поможет Феб, другие найдутся, – махнула рукой зеленоволосая, жадно присматриваясь к вожделенной фляге. – У них там, в Дельфах, полно великих магов и чародеев. Как мухи вьются рядом с оракулом, ожидая выгодных клиентов.
   – Одним словом, – подвела итог Орландина, – нужно двигаться в Дельфы?!
   – Ага! – радостно подтвердила лесная боги ня. – Хуже все равно не будет, а так хоть надежда есть.
   «Ничего себе крюк», – подумала воительница. Это ж совсем в другую сторону от Сицилии и их предполагаемого маршрута. Не один месяц добираться придется. И денег сколько изведут. Их и без того кот наплакал. Положим, не так и мало, чтобы им помереть с голоду, но все же…
   Амазонка с сомнением посмотрела на Стира. Стоит ли этот незадачливый поэт того, чтобы они так о нем беспокоились, рисковали собственным благополучием?
   Перевела взгляд на Орланду. Ну с этой все понятно. Как всегда, распахнула во всю ширь глазищи, полные слез, и молитвенно сложила на груди руки, ожидая сестриного решения. Хорошо устроилась. Нет бы самой хоть раз сделать ответственный шаг.
   Ваал? Кусик снова залез на ослиную спину и что-то успокаивающе насвистывает в длинное волосатое ухо. Ишь, спелись, красавцы.
   Поймав на себе лукавый взгляд зеленоволосой богини, Орланда с вызовом посмотрела ей прямо в глаза.
   Меотида улыбалась во весь рот, легонько кивая амазонке головой.
   И что ей только от нее надобно? Тоже ждет решения? А ее это каким боком задевает?
   – Что ж… – Прознатчица сделала паузу, принимая окончательное решение. – В Дельфы так в Дельфы!
   – Иисусе Христе, Сыне Божий! – радостно закрестилась несостоявшаяся монашка и тут же осеклась, подумав, что не очень удобно поминать святое имя в присутствии нимфы.
   – Ур-ра! И-а! И-а! И-а! – взревел Стир.
   «Ку-и! Ку-и!» – запищал кусик, словно и он понял, о чем идет речь.
   А зеленоволосая продолжала кивать, все так же загадочно улыбаясь.

   Глава 3
   В УВЕЧНОМ ГОРОДЕ

   – Ну и что там у нас с наличностью? – поинтересовалась Орландина, когда сестра закончила подсчет имеющихся у них средств.
   Ланда вздохнула. Сумма, мягко говоря, не впечатляла.
   – Пятнадцать ауреусов, двадцать денариев, три сестерция, – четко отрапортовала девушка. – Ну и мелочь… Мало.
   – Ничего себе! – присвистнула амазонка. – Да мы настоящие богачи! Пятнадцать ауреусов! Почти шестнадцать. Шутка ли! Да мне за такие деньжищи в Сераписском вольном легионе год с хвостиком пахать надо было. Или полгода трубить на войне! А ты…
   Она обиженно отвернулась.
   Бывшая послушница не стала пререкаться. Сестра взвалила на нее обязанности финансиста и особенно не вникала, куда и на что идут деньги. А они таяли, утекая, словно вода сквозь пальцы. То за постой нужно было заплатить, то за проезд. Мостовой, въездной, выездной сборы. А продукты? В этой Италии везде такая дороговизна.
   Предстоящий визит в Рим грозил нанести ощутимую брешь их сбережениям.
   – Надо экономить, – в который раз напомнила христианка. – До Брундизия еще далеко. Да и кто знает, сколько с нас там возьмут за проезд до Ахайи. Уж точно не меньше, чем в Новом Карфагене. Опять же и до Дельф нужно будет добираться, и там платить за постой и за исцеление Стира…
   – Вот уж навязался на нашу голову! – перенесла свое раздражение амазонка на несчастного поэта. – Не будь тебя, мы сейчас уже точно бы до Мавретании добрались!
   Осел-стихотворец часто захлопал ресницами.
   – Ну я же не просил…
   – Заткнись, пожалуйста! – ткнула ему кулак в морду Орландина. – Что сделано, то сделано. Давайте лучше придумаем, как нам пополнить казну.
   – Можно попросить подаяния Христа ради… – заикнулась было несостоявшаяся монашенка, но сестра одарила ее таким кислым взглядом, что Орланда поспешила закрыть рот на замок.
   – Ну да, подадут, как же! Как увидят двух здоровых девок, да еще с нагруженным ослом, так сразу расчувствуются и слезу пустят! Придумай что-нибудь поумнее…

   Они находились на возвышении к северу от города.
   Рим лежал внизу среди холмов, весь в развалинах, будто после нашествия. Хотя последнее нашествие было тут несколько веков назад, а последний бунт – лет сто тому.
   Девушки стали спускаться, миновали целую цепочку надгробий и въехали на небольшую площадь. Там валялись кучи отбросов, несло зловонием. По левую руку тянулся холм, заросший одичавшим виноградником.
   Улицы, по которым они двигались, были узкие, со скверными мостовыми. Большая часть зданий была разрушена. Среди развороченных мраморных плит паслись тощие коровы и драные козы. Куда ни глянь, валялись кучи отбросов, от которых несло зловонием. Под ноги попадались неубранные трупы дохлых кошек и собак. В грязном городе холера была частой гостьей, и могильщики не оставались без работы.
   Тут и там можно было видеть, как кто-то воровски разбирал стены, похищая камень… А вот на волах провезли мраморную колонну.
   Между обитаемыми домами тянулись целые кварталы заброшенных жилищ, в трещинах стен зеленели ползучие растения. Огибая какой-то храм, они увидели, что внутри устроен загон для свиней. Запах смутил не только Орланду, но и ко многому привыкшую воительницу.
   Не менее ядреный дух тянулся из подземелья какого-то дворца (вернее сказать, бывшего дворца). Видать, не первое поколение окрестных жителей пользовались им как отхожим местом (как будто канализацию не для них копали!).
   Шум встречных повозок, дребезжавших на неровных каменьях, был так силен, что Орландина едва улавливала слова сестры. Та показывала ей древние гробницы, Марсово поле близ Тибра, где жили самые бедные обитатели града, – их домишки ютились между старинными дворцами, столь обветшалыми, что они, казалось, могли рухнуть в любую минуту.
   Стайки чумазых, одетых в отрепья детишек сновали по улочкам, пытаясь стянуть у зазевавшихся прохожих несколько монет или, если повезет, весь кошелек. Около грязных забегаловок околачивались полупьяные мужики со сломанными носами и подбитыми глазами, высматривавшие по сторонам с кем бы завести потасовку. Ночные горшки без предупреждения выплескивались на улицу или на неосторожного прохожего. Время от времени огромные крысы перебегали улочки и скрывались в грязных подворотнях.
   Орландина чувствовала смесь жалости и брезгливости.
   Рим, прародитель Империи, гражданкой которой она, как бы там ни было, всегда себя ощущала, оказался грудой загаженных развалин.
   Но вот они добрели до мест, где уже было что-то похожее на нормальную городскую жизнь.
   То был довольно большой, относительно чистый и упорядоченный базар, где имелись не только торговцы и мраморные прилавки для них, но и эдил с десятком стражников.
   Торговые ряды показались наемнице очень опрятными и привлекательными. Женщины покупали здесь овощи и цветы, сыр, мясо и рыбу.
   Впервые с тех пор, как они вошли в Вечный (нет, скорее уж увечный) город, ее настроение улучшилось.

   Гостиница стояла на самом перекрестке.
   Заведение было похуже достопамятного тартесского «Хозяина морей» (чтоб тот вертеп сожгли пьяные солдаты Аргантония!). В нем было три этажа. Комнаты хотя и небольшие и скудно обставленные, были чистыми, а с кухни доносился аппетитный запах.
   Номера сдавали шлюхам, астрологам, борцам и колесничим, ворам средней руки, торговцам, небогатым путешественникам.
   Впрочем, выбирать не приходилось. Это было первое более-менее нормальное жилье почти за два последних месяца.
   Вещи им помог подтащить ловкий малый лет шестнадцати, пожилая же привратница взяла на себя заботу об Асинусе.
   (После того как сестры узнали, что под ослиной шкурой скрывается бродячий певец и поэт Стир Максимус, ездить на нем верхом им показалось неудобным. По обоюдному согласию, длинноухий стал использоваться лишь для перевозки их нехитрого багажа.)
   Пока сестра устраивалась в номере, проголодавшаяся послушница спустилась в триклиний постоялого двора, где за чистыми столиками чинно сидели или возлежали на ложах постояльцы, вкушая яства.
   – Чего желаете? – осведомился у девушки подбежавший подавальщик. – Могу предложить восхитительный горячий хлеб, выпеченный с добавлением апельсинового сока. Начните с него, не прогадаете: это куда лучше, чем любое пирожное. Да, кстати, пирожные у нас тоже есть. А запить? Стаканчик горячего вина или подогретое пиво с пряностями? А вот, кстати, и превосходнейший мед. А этот сыр приготовлен по рецепту императорских сыроварен. – Он закатил глаза и аппетитно причмокнул губами. – А что скажете насчет этой прелестной колбасы? Укажу, что при ее приготовлении использовалось мясо теленка и молочного поросенка.
   – А можно зайца? – робко поинтересовалась Орланда.
   – Никаких зайцев! – отрезал подавальщик. – 3аяц – это плебейская еда! У нас такого не подают.
   – Ну тогда, пожалуйста, что-нибудь вот на эти деньги. – Она пододвинула в сторону официанта пару монет.
   Лицо его отразило среднюю степень брезгливости.
   – За такие деньги у нас ничего не продают. Разве только… Сходите на кухню, там угостят «крысиным хвостом».
   Услышав такое предложение, Орланда возмущенно вскочила, пытаясь вспомнить те слова, что иногда употребляла ее сестра, но, как назло, от волнения все забыла.
   – Что такое, сестренка? – спросила воительница, уставившись на возмущенное личико ворвавшейся в номер христианки.
   – Ну и цены у них! Он сказал, что за эти гроши мы можем получить только… Только крысиный хвост. Вот…
   Орланда виновато потупилась, запнувшись.
   – Ладно, будем, значитца, есть «крысиный хвост», что ж теперь делать? – философски произнесла амазонка и, увидев выражение лица сестры, поспешила объяснить ей, в чем дело. «Крысиным хвостом» именовалось кушанье, приготовляемое на постоялых дворах, ночлежках и вообще везде, где хозяева считают, что человек недалеко ушел от скотины.
   Говорят, изобретший его повар получил награду от кого-то из правителей. Тот был весьма рад столь дешевому способу накормить подданных. Разнообразные объедки, накопившиеся за несколько дней или же задешево скупленные у лавочников куски – от сырных корок до переваренных овощей и шкурки от сала, старательно перемешивались, мелко рубились, а затем варились, превращаясь в условно съедобное рагу. Свое название сие кушанье получило вовсе не по популярному танцу, а потому, что, случалось, в заведениях средней паршивости в нем, по словам бывалых людей, можно было запросто найти эту часть тела серого пакостного грызуна.
   Бывшая послушница тем не менее решительно отказалась от подобного блюда, и по обоюдному согласию было решено выделить еще пару монет на пропитание.
   Поужинав и забрав немного еды для сестры, Орланда вернулась в номер и обнаружила, что ее спутница заснула.
   Вздохнув, она тоже легла, но сон не шел, и девушка раскрыла окно, некоторое время любуясь открывавшимся с третьего этажа видом.
   Западный край неба еще горел последними красками заката, с крыш стекал горьковатый и сладкий дым – город ужинал, перед тем как отойти ко сну.
   Запахи рыбы и чечевицы, приправленной чесноком, щекотали ноздри.
   Возле фонтана усталыми голосами переговаривались женщины, наполняющие амфоры водой, где-то кричали играющие дети…
   Подобно горящим бабочкам, тут и там в сумерках затрепетали огоньки масляных светильников, красновато вспыхивали жерла жаровен, когда кто-то обмахивал уголья или вдувал в печь воздух через деревянную трубу.
   Так она и задремала, сморенная Морфеем.

   Наступило утро, солнце светило в окно сквозь оконный переплет и прозрачные роговые пластины.
   Позавтракав и проведав Стира, сестры выбрались из гостиницы и остановились как вкопанные.
   Прямо на площади давал представление бродячий цирк.
   Нарумяненный полуголый канатоходец балансировал над толпой, делая вид, будто вот-вот упадет (а может, и в самом деле с трудом удерживался).
   Зрители вопили от восторга, причем половина из них предвкушала, как бедолага вот-вот брякнется вниз. Крики ужаса сменялись восторженными аплодисментами.
   А между делом шустрый мальчишка бегал среди зрителей, протягивая кувшин, куда те бросали плату за представление. Народ не скупился.
   Потом под звуки египетской флейты из шатра появилась пышногрудая женщина в прозрачном покрывале. Она щелкала бичом, и тот обвивал ее тело, точно змея. У женщины были черные волосы и глубокие черные глаза.
   Застучали барабаны – сначала медленно, потом все быстрее, и помощники вывели двух белых лошадей.
   Снова свист бича – и лошади с громким ржанием опустились на колени. С неожиданной для ее комплекции легкостью женщина высоко подпрыгнула, встав широко расставленными стройными ногами на спины лошадей, и погнала их вскачь.
   Затем выскользнули акробаты и мимы.
   Акробаты проделывали просто фантастические трюки: изгибались, принимая немыслимые позы. Их кульбиты поражали воображение. Казалось, для них не существует земного притяжения. А когда все восемь взгромоздились один на другого, образовав гигантскую пирамиду, и стали при этом делать всякие непристойные жесты, публика пришла в неописуемый восторг.
   Акробатов сменили пожиратели огня, а затем жонглеры. Появившиеся после жонглеров менестрели играли на своих инструментах и пели песни.
   Наконец, на площадку вышел полуголый мулат, за поясом которого торчало с дюжину кинжалов. Его сопровождала тоненькая девушка, на которой не было ничего, кроме символической набедренной повязки и тяжелого ожерелья, прикрывавшего грудь (слишком массивного, чтобы быть настоящим).
   Два подручных установили сколоченный из досок щит, а затем как ни в чем не бывало принялись привязывать к нему девушку, не забывая как бы невзначай слегка сдвинуть ожерелье.
   Артист тем временем демонстрировал почтеннейшей публике свое владение кинжалами.
   Удивительно ловко он жонглировал одновременно шестью кинжалами: они летали, у него с такой скоростью, что были почти неразличимы, но каждый раз попадали рукояткой ему точно в ладонь. Казалось, они образовали сплошной сверкающий круг.
   Амазонка с сожалением подумала про себя, что до такого ей далеко. Правда тут же уточнила, что в настоящем бою все эти выкрутасы мало помогут.
   Циркач опять собрал кинжалы и начал теперь с силой кидать их в уже привязанную девушку.
   Казалось, каждый бросок будет последним и пригвоздит красавицу к щиту. Но с невероятной ловкостью она уворачивалась от смертоносной стали.
   Зрители вопили от восторга, не понимая, как она умудряется избежать рокового попадания. Кинжалы летели в нее один за другим, с неимоверной быстротой, а она ни разу не отступила за край щита.
   – Это невероятно! – выдохнула Орланда. – Этого не может быть. Наверно, здесь какой-нибудь фокус.
   – Нет, – покачала головой амазонка, – тут все чисто. Просто они мастера своего дела. Я бы тоже смогла так бросить. Может не так красиво, но не хуже.
   Номер закончился под восторженные крики публики, и жонглер опять собрал кинжалы.
   Аплодисменты стихли, когда зрители поняли, что выступление еще не закончено.
   Девушка встала спиной к щиту: ноги вместе, руки прижаты к телу.
   Жонглер оставил себе на этот раз только пять кинжалов: три в правой руке и два в левой.
   Он выдержал драматическую паузу, и все в ожидании затаили дыхание глазами толпу.
   Артист резко выбросил вперед обе руки одновременно, и в девушку полетели все пять кинжалов разом. В то же самое мгновение она раздвинула ноги и подняла руки на уровень плеч.
   Кинжалы, выпущенные левой рукой, вонзились в дерево по обе стороны от ее шеи, причем настолько близко, что едва не поцарапали кожу. Из трех других кинжалов два вонзились прямо под мышками; обтянутые кожей рукоятки касались боков девушки. Пятый кинжал вонзился между ногами, почти там, где они переходили в лоно.
   Жонглеры убежали, унеся на плечах щит с по-прежнему привязанной девицей.
   Мальчик вновь обежал толпу, и было видно, что его кувшин изрядно потяжелел.
   И тут к толпе вышел…
   Орланда едва не упала со скамьи – к толпе вышел не кто иной, как пан Будря!!!
   – Смотри! – толкнула она локтем сестру. – Это… это же…
   – Да, я узнала, – вполголоса бросила амазонка.
   Одет старый лех был смешно, хотя и пышно.
   Длиннополый кафтан без рукавов, широкие бархатные штаны, заправленные в красные сапоги с отворотами, атласный кушак, на котором висела длинная кривая сабля: на взгляд Орланды, большая и страшная, а по мнению Орландины, тяжелая и неудобная в бою.
   Интересно, что он будет делать? Фехтовать? Или еще какие-нибудь фокусы показывать?
   Но вместо этого их давний знакомец заговорил.
   – Вы думаете, цо перед вами какой-то никчемный старый толстяк?! – спросил он, обведя выкаченными
   – Если бы вы знали, кто я, то лопнули бы от зависти! Я знатней любого патриция, если хотите знать! – выкрикнул Будря. По толпе пробежал смешок.
   – Я – лех! – изрек он. – Да знаете ли вы вообще цо то есть: быть лехом?
   Смешок переходил в хохот.
   – Мы вольный народ! Мы дороже всего ценим свободу! – распинался Будря. – Мыслите, раз Артания нас когда-то завоевала, то владеет нами?! А вот дулю им! – Он изобразил пальцами правой руки странную фигуру. – Дулю с коровьим маслом! Про сто мы честный народ и соблюдаем присягу! – Зрите ли хохотали все громче. – Не верите?! Да если любой из вас одолжит мне хоть тысенчу ауреусов, то я верну ему долг день в день!
   Смех перешел в раскатистый хохот. Мысль одолжить бродяге из цирка тысячу золотых, видимо, казалась зрителям очень смешной.
   – А землями своими мы владеем со времен Перкунаса, когда еще ни про какую Артанию и слышно не было!
   Будря наливался кровью, продолжал разоряться на тему – какой замечательный народ лехи.
   А Орланда сидела и думала об одном. Если тут имеется телохранитель тартесского царя, то, может быть, и сам Кар где-то близко? Байке о том, что толстяк мог предать своего юного господина, она не поверила.
   После того как с неподдельной обидой на лице лех ушел в шатер, провожаемый насмешками, перед зрителями вместо давешнего мальчика появился с кувшином в руках сам владелец цирка. (Монеты тем не менее сыпались в кувшин довольно щедро.)
   – Почтеннейшая публика, – вскричал он, – досточтимые римские граждане! А сейчас я, Петроний Апулей, представлю вам жемчужину моего скромного заведения – деву-вещунью из Гибернии.
   И из шатра появилась тоненькая девчушка лет от силы пятнадцати, черноволосая, в длинной голубой хламиде.
   – Уважаемые! – изрекла она. – Если кто-то же лает узнать свое будущее или получить совет от высших сил…
Чтение онлайн



1 2 [3] 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация