А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Берегитесь округлостей" (страница 1)

   Эрл Стенли Гарднер
   Берегитесь округлостей!

   Предисловие

   В течение нескольких лет мои книги о Перри Мейсоне включали предисловия, описывающие интересных личностей в области судебной медицины. Книги посвящались людям, о которых говорилось в предисловиях.
   Однако в книгах о Берте Кул и Дональде Лэме, которые я пишу теперь (под псевдонимом А.А. Фэйр), мне хочется удалиться с поля судебной медицины и поведать читателям кое-что любопытное о людях, непосредственно осуществляющих правосудие.
   Эта область включает проведение законов в жизнь, расследование преступлений и пенологию[1].
   Лишь немногие сознают, до какой степени наши исправительные учреждения являются, по существу, фабриками преступлений. Профессиональным пенологам известны необходимые реформы, но они не решаются говорить о них из-за общественной апатии в одних случаях и враждебности – в других.
   Мой друг Артур Бернард – начальник тюрьмы штата Невада в Карсон-Сити.
   Это маленькая тюрьма – настолько маленькая, что Арт Бернард лично знает всех ее заключенных.
   Бернард начал свою карьеру в пенологии несколько лет назад как государственный назначенец. Он заинтересовался своей работой и попытками поисков источников преступлений.
   Странно, что лишь немногие преступники знают, почему они ступили на путь нарушения закона. Как и все прочие, они зачастую склонны винить в своих бедах других.
   Некоторые заключенные тюрьмы Карсон-Сити не желают даже здороваться с начальником тюрьмы. Другие – жестокие и безнадежно испорченные убийцы. Третьи – ловкие мошенники, которые охотно расскажут любому исследователю все, что он хочет услышать, в надежде извлечь хоть какую-нибудь выгоду для себя.
   Тем не менее большое количество заключенных хотят отбыть свой срок и начать жить честно. Смогут ли они это сделать – другой вопрос. Некоторые – да, а очень многие – нет. Общество создает тяжелые препятствия человеку, только что вышедшему из тюрьмы.
   Арт Бернард ведет большую работу с заключенными, стараясь помочь им, пытаясь выяснить, каким образом они стали нарушителями закона.
   В его кабинете есть магнитофон, и когда кто-то из заключенных хочет откровенно поговорить с начальником, Арт Бернард беседует с ним, записывая разговор на пленку, потом прослушивает запись, делая собственные комментарии и предложения, после чего отсылает пленку доктору Лемойну Снайдеру, исследователю в области судебной медицины, и мне. Я делаю дубликаты записей, и таким образом мы постепенно создаем библиотеку. Медленно, но верно мы находим ключи к некоторым импульсам, мотивам и слабостям, побуждающим людей пренебрегать законом.
   Это интересная и, по-моему, очень важная работа.
   За свою жизнь Арт Бернард побывал шахтером, боксером-профессионалом, скотоводом и объездчиком лошадей, инспектором шахт. Он в значительной степени самоучка, зато отлично знает человеческую натуру.
   Будучи предельно скромным, Арт Бернард обычно преуменьшает роль великолепного образования, которое он получил в суровой школе жизни. Но так как Арт действует в области практики, а не теории и большую часть своих знаний приобрел тяжким физическим трудом, он видит мало пользы в теории как таковой. Он не станет заниматься тем, что, по его мнению, не сработает, но благодаря своей биографии заставляет «срабатывать» все, к чему бы он ни обращался.
   Арт Бернард говорил мне, что некоторые из величайших трагедий тюремной жизни происходят потому, что преступник, судимый впервые, получает минимальный срок в один год.
   Многие из этих впервые осужденных – молодые люди, которые могли бы быть вашими или моими сыновьями. Они нарушили закон и приговорены к тюремному заключению. Некоторые из них, возможно, совершали правонарушения, будучи несовершеннолетними; многие держатся вызывающе. Однако практически все не имеют понятия о тюремной жизни.
   Чаще всего юнцы, впервые попадающие в тюрьму, пытаются выглядеть крутыми парнями. Но это главным образом поза, придающая им уверенность.
   Когда двери тюрьмы захлопываются за таким человеком, когда он впервые осознает весь ужас жизни в заключении, когда он оказывается среди мужчин, лишенных женщин, но не сексуальных потребностей, когда он сталкивается с тесными камерами, строгой дисциплиной и ограничениями, налагаемыми вооруженными надзирателями, его охватывает чувство страха и отвращения.
   Арт Бернард утверждает – и многие вдумчивые пенологи с ним согласны, – что если бы было возможно освобождать этих молодых парней после того, как они пробудут в заключении достаточно долго, чтобы ощутить все прелести тюремного существования и осознать всю его сущность, то они никогда в жизни больше не совершали бы ни одного преступления.
   К несчастью, год – самый минимальный срок. Молодой человек способен быстро адаптироваться, и после первых недель, когда ощущение ужаса начинает ослабевать, он, по словам Арта Бернарда, «адаптируется к тюремной жизни».
   Таким образом, ему наносится двойной удар – точнее говоря, обществу, которое отправило его в тюрьму и превратило подобные учреждения в фабрику по производству преступников.
   Существует настоятельная необходимость реформы нашей пенитенциарной системы, особенно в отношении впервые осужденных, а также слабовольных личностей, ставших на преступный путь в силу привычки следовать линии наименьшего сопротивления.
   Здесь не место для подробных комментариев по этому поводу, но я хочу привлечь внимание к работе моего друга Арта Бернарда, пытливо изучающего людей, о которых общество должно иметь куда больше информации.
   Поэтому я посвящаю эту книгу моему другу Артуру И. Бернарду, начальнику тюрьмы штата Невада в Карсон-Сити.
...
Эрл Стенли Гарднер

   Глава 1

   Берта Кул вовсю демонстрировала любезные манеры гиппопотама в период ухаживания.
   – Дональд, – проворковала она, – я хочу, чтобы ты познакомился с мистером Энселом – мистером Джоном Диттмаром Энселом. Это мой партнер Дональд Лэм, мистер Энсел.
   Джон Диттмар Энсел – высоченный тип с черными глазами поэта, тонким прямым носом, чувственным ртом, обилием вьющихся черных волос, длинными руками и весьма скромно одетый – неподвижно сидел на стуле. Когда он поднялся, чтобы поздороваться со мной, его глаза оказались дюймов на шесть-семь выше моих. Я определил его рост примерно в шесть футов и два или три дюйма. Голос у него был негромкий и спокойный, а рукопожатие походило на робкий жест человека, старательно избегающего физического насилия.
   Трудно было представить себе больший контраст, чем между Бертой Кул и Джоном Диттмаром Энселом.
   Берта сидела за письменным столом; бриллианты на ее пальцах поблескивали при каждом движении рук в проникающем сквозь окно дневном свете.
   – Джон Диттмар Энсел – писатель, Дональд, – объяснила она. – Возможно, ты читал кое-что из его вещиц – я хотела сказать, произведений.
   Последовала напряженная пауза. Я кивнул, и Берта просияла.
   – Я мало занимаюсь беллетристикой, – извиняющимся тоном сказал Энсел. – В основном пишу технические статьи под псевдонимом Диттмар.
   – У него проблема, – продолжала Берта. – Кто-то рекомендовал ему нас. Он спросил меня, так как увидел табличку с надписью «Б. Кул» и решил, что я мужчина. – Она улыбнулась посетителю. – Мистер Энсел повел себя как истинный джентльмен и начал извиняться, но я сразу распознала симптомы. Я объяснила ему, что мой партнер – мужчина и что я хочу его с тобой познакомить. Если мы можем оказать услугу мистеру Энселу, Дональд, то мы это сделаем, а если нет – никто не будет в обиде.
   Губы Берты кривились в любезной улыбке. Ей явно было нелегко контролировать выражение маленьких алчных глаз, холодно поблескивающих, как бриллианты на ее пальцах.
   Энсел с сомнением переводил взгляд с Берты на меня.
   Большая Берта – женщина весом в сто шестьдесят пять фунтов, возраста где-то в конце пятого или в начале шестого десятка, крутая, суровая и грубая, как моток колючей проволоки, – улыбалась и мурлыкала с преувеличенной доброжелательностью, явно казавшейся Энселу фальшивой. Он потихоньку переменил позицию, встав между Бертой и дверью.
   Энсел неуверенно смотрел на меня, очевидно пытаясь найти способ выразить свои мысли, не оскорбляя при этом моих чувств.
   Берта быстро затараторила, спеша объясниться, прежде чем Энсел выйдет из кабинета.
   – Мой партнер, Дональд Лэм, еще молод и не обладает внешностью, которую можно ожидать от частного детектива. Зато мозгов у него в избытке, и потому что он выглядит так… так… – Не найдя нужных слов, Берта внезапно решила, что игра не стоит усилий быть приторно-вежливой. Отбросив свое воркование, она перешла к сути дела. – Черт возьми! – фыркнула Берта. – Дональд выглядит таким безобидным, что может пробраться куда угодно и раздобыть все нужные сведения, и никто не заподозрит в нем частного детектива. Можете не сомневаться – он башковитый ублюдок. Короче говоря, нужны мы вам или нет? Если нет, то так и скажите и выметайтесь отсюда, потому что у нас дел по горло. А если да, то садитесь и поговорим начистоту. Смотреть тошно, как вы переминаетесь с ноги на ногу, словно парень перед дверью ванной в меблированных комнатах.
   Это сработало. Чувственный рот Энсела изогнулся в улыбке. Он вернулся к столу и сел.
   – Думаю, вы мне нужны, – сказал он.
   – Отлично, – кивнула Берта, – но это будет стоить вам деньжат.
   – Сколько именно?
   – Изложите вашу проблему, и тогда мы вам скажем.
   – Писатели не обременены избытком денег, миссис Кул, – заметил Энсел.
   Это ему не помогло.
   – Детективы тоже, – отозвалась Берта.
   Взгляд Энсела задумчиво устремился на ее бриллианты.
   – Кроме хороших, – поспешно уточнила Берта. – Ну, выкладывайте.
   – Я хочу, чтобы вы разыскали кое-кого.
   – Кого?
   – Забыл фамилию. Его зовут Карл.
   – Вы что, дурака валяете? – осведомилась Берта.
   – Нет.
   Берта взглянула на меня.
   – Почему вы хотите его разыскать? – спросил я.
   Энсел провел длинными пальцами по темным вьющимся волосам, потом посмотрел на меня и улыбнулся.
   – Он подал мне идею превосходного сюжета.
   – Когда? – продолжал расспрашивать я.
   – Шесть лет назад.
   – Где?
   – В Париже.
   – И зачем он вам нужен?
   – Чтобы выяснить, могу ли я получить эксклюзивные права на использование этой истории.
   – Речь идет о вымысле или о факте?
   – О факте, но я хочу превратить его в сюжет. Из этого может получиться великолепный роман.
   – Допустим, вы повстречали Карла в Париже, – сказал я. – Но в Париже Карлов пруд пруди. Что вам еще о нем известно?
   – Конечно, тогда я знал его фамилию, но она ускользнула у меня из памяти. Он приехал из этих краев – из местечка под названием Ситрес-Гроув на окраине Санта-Аны. Карл был довольно состоятельным человеком и приехал в Париж на медовый месяц. Его жену звали Элизабет – он называл ее Бетти. Приятная девушка.
   – О чем была его история?
   – Ну, о женитьбе… Я… В ней говорилось о мужчине, убедившем любимую девушку, которая его не любила, что ее настоящий возлюбленный… – Он не договорил. – Не хочу разглашать такой прекрасный сюжет.
   – Ладно, – кивнул я. – Нам нужно найти человека по имени Карл из Ситрес-Гроув, который отправился в Париж на медовый месяц шесть лет назад и сообщил вам прекрасный сюжет, который вы не хотите разглашать. Как он выглядел?
   – Высокий, крепкий, широкоплечий – из тех, которые добиваются того, чего хотят.
   – Какого он был возраста?
   – Примерно моего.
   – А сколько вам лет?
   – Сейчас тридцать два.
   – Как он получил свое состояние?
   – Не знаю.
   – Ну а чем он зарабатывал на жизнь?
   – Думаю, жил за счет капиталовложений.
   – И насколько он был богат?
   – Не знаю. Он казался хорошо обеспеченным.
   – Это весьма приблизительное описание.
   – Лучшее, которое я могу дать.
   – Он блондин или брюнет?
   – Рыжий.
   – Глаза?
   – Голубые.
   – Рост?
   – Шесть футов.
   – Вес?
   – Солидный. Около двухсот двадцати фунтов. Но он не толстый – скорее плотный, если вы понимаете, что я имею в виду.
   – Его беспокоил вес?
   – Думаю, да, но он не сидел на диете – ел, что хотел. Он вообще получал все, что хотел.
   – Вы не знаете, в каком отеле он останавливался?
   – Нет.
   – А он прибыл в Париж морем или по воздуху?
   – Думаю, морем, но я не уверен.
   – В каком месяце?
   – Кажется, в июле – точно не помню.
   – Ну и что вы хотите от нас?
   – Просто разыщите его. Узнайте его фамилию. Вот и все.
   – Хорошо, – сказал я. – Мы этим займемся.
   – Сколько это будет стоить?
   – Пятьдесят долларов.
   Стул Берты негодующе заскрипел, когда она наклонилась вперед. Берта открыла рот, собираясь заговорить, но передумала. Я видел, как сверкнули ее глаза, захлопали ресницы и лицо медленно начало краснеть.
   – Где мы можем вас найти? – спросил я Энсела.
   – Сколько это займет времени? – в свою очередь осведомился он.
   – Возможно, не больше дня.
   – Вы не сможете меня найти. Я приду сюда завтра в это же время. – Энсел протянул руку, и я ощутил легкое пожатие его длинных пальцев. Потом он кивнул Берте и вышел.
   Берта едва смогла дождаться, пока захлопнется дверь.
   – Из всех безвольных, сентиментальных ублюдков… – начала она.
   – Ты о нем? – осведомился я.
   – О тебе! – рявкнула Берта.
   – Чем я провинился?
   – Ты не потребовал предварительного гонорара, хотя бы в счет предстоящих расходов! – завопила Берта. – Не взял адреса! Паршивые полсотни за то, чтобы найти парня по имени Карл, который был в Париже шесть лет назад! Ты назначил гонорар в пятьдесят баксов и ни цента больше за то, что может стоить нам тысячу!
   – Успокойся, Берта, – сказал я. – Этот парень – писатель. Денег он зашибает немного. Кто-то подал ему идею сюжета шесть лет назад в Париже. Это была подлинная история, но он собирается сделать из нее роман. Поэтому он хочет разыскать того типа и, вполне естественно, обратился в детективное агентство. Обычная рутина.
   Берта тряхнула головой, как будто до нее дошло полное значение моих слов.
   – Чтоб меня поджарили, как устрицу! – воскликнула она.
   – Вот именно, – кивнул я.
   – Я не думала об этом с такой точки зрения.
   – Ну так подумай теперь, – посоветовал я.
   – Какого же рожна ему нужно на самом деле? – осведомилась Берта.
   – Возможно, мы выясним это завтра. Не исключено, что он пишет статью о детективных агентствах, разоблачая трюки, с помощью которых они вытягивают из клиентов чрезмерные гонорары за простую работу. Знаешь, как иногда газеты посылают парня с абсолютно исправным радио в разные мастерские проверить, сколько с него сдерут за якобы сложный ремонт.
   – Чтоб меня замариновали, как свеклу! – воскликнула Берта.
   Я вышел.
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация