А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Берегитесь округлостей" (страница 13)

   – Ну, меня водили в город.
   – На вас новый галстук, верно?
   – Да.
   – Кто за него заплатил?
   – Шериф.
   Барни Куинн с отвращением отвернулся.
   – Это все, – сказал он.
   – Вопросов больше нет, – кивнул Эрвин.
   Ормсби покинул место свидетеля.
   – Теперь, ваша честь, – сказал Куинн, – я возобновляю ходатайство о вычеркивании из протокола всех показаний Хелен Мэннинг, так как стало очевидным, что она ничего не могла сообщить по делу покойного. Я возобновляю ходатайство о вынесении окружному прокурору порицания за непрофессиональное поведение и об указании жюри не принимать во внимание все сказанное свидетельницей Хелен Мэннинг и все сказанное окружным прокурором в связи с ее показаниями.
   Судья Лотон наклонился вперед, тщательно взвешивая слова.
   – Ходатайство о вычеркивании показаний Хелен Мэннинг принято. Просьба к жюри не принимать во внимание показания этой свидетельницы, как если бы ее вообще не вызывали. Суд признает факт непрофессионального поведения окружного прокурора. Жюри указано не принимать во внимание никакие замечания обвинения и защиты, пока они не будут подкреплены доказательствами. Суд инструктирует присяжных полностью исключить из рассмотрения все заявления окружного прокурора в связи с показаниями свидетельницы Мэннинг относительно того, что он намерен связать смысл этих показаний с предъявляемым обвинением. А теперь, мистер обвинитель, вызывайте вашего следующего свидетеля.
   – Если позволит суд, – сказал Эрвин, – моим следующим свидетелем будет тот, кто установит связь показаний…
   – Эти показания вычеркнуты из протокола, – напомнил судья Лотон. – Вы сможете восстановить их в любое время, если сумеете доказать упомянутую связь. Суд полагает, что обвинителю следовало предъявить подобные доказательства, прежде чем вызывать свидетельницу Мэннинг. Суду кажется, что дальнейшие ссылки со стороны обвинения на показания, вычеркнутые из протокола, могут создать непонимание и предубеждение. А теперь продолжайте.
   – Хорошо, – кисло улыбнулся Эрвин. – Вызовите Стивена Бердсли.
   Высокий долговязый мужчина занял место свидетеля и принес присягу.
   – Чем вы занимаетесь, мистер Бердсли?
   – Я помощник шерифа этого округа.
   – Есть ли особая область осуществления закона, в которой вы специализировались?
   – Да, сэр.
   – Что это за область?
   – Баллистика. Идентификация огнестрельного оружия.
   – Не сообщите ли вы нам, какое образование вы получили по этому предмету?
   – Я обучался под руководством ведущих специалистов страны и практиковался в идентификации огнестрельного оружия более десяти лет.
   – Вы знакомы с городом Ситрес-Гроув, входящим в этот округ?
   – Знаком, сэр.
   – И с ранчо под названием «Козодой», принадлежавшим Карлу Карверу Эндикотту?
   – Да, сэр.
   – Вы видите упомянутое место на этой карте – вещественном доказательстве города номер один?
   – Да, сэр.
   – Обыскивали ли вы живую изгородь, отмеченную на упомянутом вещественном доказательстве?
   – Обыскивал, сэр.
   – Находили ли вы на прошлой неделе оружие в этой изгороди?
   – Да, сэр.
   – Это оружие при вас?
   – Да, сэр.
   – Предъявите его, пожалуйста.
   Свидетель предъявил покрытый ржавчиной револьвер.
   – Что это за оружие?
   – Револьвер «кольт» 38-го калибра.
   – Сколько патронов в этом револьвере?
   – В барабане пять патронов с пулями и одна пустая камера.
   – Вы смогли выстрелить проверочными пулями из этого оружия?
   – Мне было нелегко привести его в состояние, безопасное для стрельбы, но я удалил достаточно ржавчины, чтобы механизм функционировал. Я намеренно воздержался от удаления ржавчины, не препятствующей этой цели, чтобы продемонстрировать состояние, в котором оружие было найдено.
   – Тест позволил вам определить, из этого ли оружия была выпущена пуля, убившая Карла Карвера Эндикотта?
   – Ну, я отвечу так. Дуло очень заржавело, и оставляемые им следы на пуле не позволяют произвести идентификацию. Все, что я могу утверждать, что это «кольт» 38-го калибра, стреляющий пулями определенного типа, и что пуля, извлеченная из головы мистера Эндикотта, – того же самого калибра и типа.
   – Иными словами, с точки зрения баллистики, нет причин, по которым пуля, извлеченная из головы Карла Карвера Эндикотта, не могла быть выпущена из этого револьвера?
   – Совершенно верно. Роковой пулей могли выстрелить из этого оружия.
   – Вам удалось установить владельца револьвера?
   – Да, сэр.
   – Кто же он?
   – Протестую. Вопрос задан с целью получить доказательство, основанное на слухах, подталкивает свидетеля к выводу и вторгается в функцию жюри, – заявил Барни Куинн.
   Эрвин выглядел встревоженным.
   – Если пожелает суд, мы можем подойти к этому иным путем, но он будет дорогостоящей процедурой и потребует вызова свидетеля, которому придется добираться сюда самолетом.
   – Тем не менее, – указал судья Лотон, – это одна из конституционных гарантий, предоставляемых человеку, который обвинен в преступлении. Он имеет право требовать присутствия в зале суда всех свидетелей обвинения, дабы защита могла подвергнуть их перекрестному допросу. Как я понимаю, теперешний свидетель не знал бы лично, кому принадлежит оружие, если бы не провел расследование, убедившее его, что владельцем револьвера является определенное лицо.
   – Это так, ваша честь.
   – Протест принят, – сказал судья Лотон. – Как будто пришло время заканчивать заседание. Суд делает перерыв до завтрашнего утра. В это время подсудимый находится под стражей на попечении шерифа, а присяжные не должны обсуждать дело между собой и позволять кому-либо обсуждать его в их присутствии. Вы не должны выражать какое-либо мнение, пока дело не будет передано вам для вынесения решения. Суд удаляется на перерыв до десяти часов утра.
   Направляясь к выходу из зала суда, Куинн задержался возле меня.
   – Зайди ко мне в офис, – шепнул он.
   Я последовал за ним.
   – Зачем?
   – Обсудить показания.
   – К дьяволу показания! – сказал я. – Мне нужно заняться кое-чем другим. Держи телефон рядом, чтобы я мог связаться с тобой в любое время ночи. Постарайся выспаться – ночь будет нелегкой.
   Я подозвал Берту, и мы стали пробиваться сквозь толпу.
   – Что теперь? – осведомилась Берта.
   – Теперь, – ответил я, – мы отправимся к нашему баллистическому эксперту в Пасадену и выясним, что за штуковину мы откопали в саду.
   – Это тоже «кольт» 38-го калибра, – сказала Берта.
   – Возможно, орудие убийства. Это означает, что одного из нас вызовут свидетелем.
   – О боже! – простонала Берта.
   Мы проехали в Пасадену, где находился офис одного из лучших баллистических экспертов округа, и вручили ему наше оружие. Через полчаса он установил его номер, а еще через час мы получили ответ.
   Револьвер был куплен Хелен Мэннинг шесть лет назад.
   Я положил трубку и обернулся к Берте.
   – Это твоя епархия, Берта. Тебе придется заняться малышкой.
   – Какой?
   – Хелен Мэннинг.
   – Этой сучкой! – поморщилась Берта.
   – Ты сможешь ее расколоть?
   – Смогу, – пообещала Берта. – Я вытряхну ее потроха на пол ее же квартиры.
   – Поехали, – сказал я.

   Глава 20

   Я нажал кнопку звонка у двери квартиры Хелен Мэннинг.
   – Кто там? – осведомилась она нежным голоском.
   – Дональд Лэм, – ответил я.
   – Одну минуту, Дональд.
   Она немного помедлила, потом засмеялась и сказала:
   – Я только что из душа. Позвольте мне что-нибудь надеть.
   Мы с Бертой ждали около пяти минут, затем дверь открылась.
   Хелен нацепила на себя нечто полупрозрачное.
   – Простите мне мой вид, Дональд, – скромно заговорила она, – но я только из ванной и… Кто это?
   Берта въехала в комнату, словно танк, наступающий на переднюю линию вражеских укреплений.
   – Я Берта Кул, детектив, – представилась она. – Не будем тратить время и перейдем к делу. Садитесь там, где я могла бы смотреть на вас.
   Берта закрыла дверь, пнув ее ногой.
   – Чего это вам пришло в голову убивать Карла Эндикотта? – осведомилась она.
   Хелен отшатнулась. Ее рука скользнула к горлу, глаза расширились.
   – О чем вы говорите?
   – Вы отлично знаете о чем, – сказала Берта. – Вы приходили повидать Эндикотта в тот день, когда он был убит, и захватили с собой оружие, верно, дорогуша? Когда сегодня в зале суда вы так мило ворковали с окружным прокурором, вы не рассказали ему всего. Например, того, как вы купили револьвер, не так ли? Ну так я расскажу вам об этом. Вы купили «кольт» 38-го калибра в магазине спорттоваров в Санта-Ане за два дня до убийства Карла Эндикотта. Но после убийства он уже не был в вашем распоряжении. Не следовало ли сообщить об этом прокурору, тем более с такой романтической внешностью?
   – Почему вы… – запинаясь, произнесла Хелен. – Я не… я никогда…
   – Не морочьте мне голову! – прикрикнула на нее Берта. – Это вам не демонстрировать мужчинам ваши ножки! Вы разговариваете с женщиной, которой известны все трюки. И не разыгрывайте передо мной маленькую леди. Вы спали с Карлом Эндикоттом и не возражали против его женитьбы, пока оставались любовницей номер один, но когда он завел себе еще кое-кого и передвинул вас на второй номер, вы не выдержали.
   – Я… я… – Хелен Мэннинг начала всхлипывать.
   – Хнычьте сколько душе угодно, – сказала Берта. – Это даст вам возможность не смотреть мне в глаза, но больше ничем не поможет. Когда ваши слезы высохнут, вы увидите Берту Кул, а не Дональда Лэма. А теперь быстренько подсыхайте и колитесь, покуда я не взялась за вас по-настоящему.
   – Что… что вам нужно?
   – Что произошло в ту ночь, когда Эндикотт был убит?
   – Я… я не знаю.
   – Черта с два вы не знаете, – сказала Берта. – Вы сообщили миссис Эндикотт о том, что Карл отправил Джона Энсела в путешествие на Амазонку, откуда тот не должен был вернуться. Миссис Эндикотт все выложила мужу. Это подлило масла в огонь, и муж позвонил вам. Конечно, последнее всего лишь догадка, но вы были у Эндикотта в тот вечер, когда его убили. Вы находились там, когда пришел Джон Энсел. Вы и есть та женщина, которая была в спальне наверху. Вы убили Эндикотта и решили, что ваше оружие никогда не найдут. Ну так, к вашему сведению, дорогуша, мы нашли его, и эксперт по баллистике установит, что роковая пуля была выпущена из этого самого револьвера, купленного вами за два дня до убийства в спортивном магазине в Санта-Ане. Вы будете говорить или хотите, чтобы я вызвала сюда полицию и чтобы репортеры вытряхнули наружу все ваши тайны?
   Берта смотрела на Хелен сверху вниз. В ее решительности не было никаких сомнений.
   – Я не убивала его, миссис Кул, – взмолилась Хелен. – Честное слово!
   – Тогда кто?
   – Купер Хейл – единственный, кто мог это сделать.
   – Ну, вот вы и заговорили, – одобрила Берта. – Выкладывайте факты. Что именно произошло?
   – Я все рассказала его жене, а жена сообщила об этом ему. Он пришел в бешенство, позвонил мне и потребовал, чтобы я приехала к нему. Я испугалась и купила это оружие… Не знаю, что я собиралась сделать, но… Я очень любила Карла Эндикотта и отдала ему куда больше, чем он отдал мне. Я отдала ему мое сердце, лучшие годы моей жизни. Я…
   – Прекратите это нытье, – прервала Берта. – Мне нужны факты. У нас мало времени.
   – Когда я прибыла к нему домой, он сказал, что мистер Хейл придет с минуты на минуту, и отвел меня в спальню наверху. Со мной он был ласков – сказал, что жена оставила его, обнял меня и… его руки нащупали револьвер.
   – Что было потом?
   – Он засмеялся, забрал у меня револьвер и положил на туалетный столик. И тут позвонили в дверь. Это был Хейл. Карл сказал, чтобы я его подождала – что Хейл скоро уйдет и он вернется. Я была так взволнована и расстроена, что не знала, как поступить. В дверь снова позвонили. Это пришел Джон Энсел. Я думала, что он мертв, и испугалась, услышав его голос. Карл отвел Энсела наверх, извинился, вернулся в спальню и шепнул мне: «Тебе придется уйти, дорогая; ситуация стала слишком сложной. Возвращайся в город, а я позвоню тебе позже». Потом он поцеловал меня и добавил: «Спускайся потихоньку и исчезни».
   – Ну и что вы сделали?
   – Послушалась. Когда я добралась до тротуара, то услышала револьверный выстрел в спальне наверху. Я немного поколебалась, а потом пустилась бегом. Я бежала, пока не выдохлась окончательно, села на автобус и вернулась в город. В глубине души я знала, что произошло – знала… что он мертв.
   Берта посмотрела на меня.
   – Напишите все это, – сказал я Хелен.
   Мы подвели ее к столу и дали ей бумагу. Она написала то, что сообщила нам.
   – Теперь подпишитесь, – велел я.
   Хелен подчинилась.
   – Поставьте число!
   Она снова послушалась.
   Берта и я расписались как свидетели.
   – Вы сознавали, что отправляете невиновного в газовую камеру? – спросил я.
   – Я не знала, что мне делать, – ответила Хелен. – Пыталась остаться в стороне. Вы не понимаете, что все это означает для меня, Дональд. Вся моя карьера… у меня хорошая работа, мне платят приличное жалованье, как опытной секретарше. Малейший намек на скандал, и меня вышвырнут, а я уже… не так молода.
   – Что это вы болтаете? – сказала Берта. – Не говорите, что вы не молоды. Вам около тридцати пяти – для женщины это самый подходящий возраст, чтобы начинать жить. Вы ведь отлично знаете вкусы мужчин и умеете сводить их с ума. От вашего нытья меня тошнит. Только не заводите разговоры о «лучших годах жизни» и тому подобной чепухе. Это отпугивает мужчин почище черной оспы. Ешьте поменьше сладкого и найдите себе подходящего парня. Лучшие годы для вас только начинаются.
   – Знаю, – печально промолвила Хелен, – но почти все мои знакомые мужчины уже женаты.
   – Это не помеха, – без всякого сочувствия заметила Берта. Подойдя к стулу, она взяла висевший на его спинке пояс, посмотрела на него и швырнула в угол. – При вашей фигуре стыд и срам стискивать себя этими штуками. Откажитесь от нескольких калорий и используйте вашу попку на всю катушку. Пошли, Дональд.
   Мы оставили Хелен Мэннинг громко всхлипывающей.
   – Ну? – спросила Берта Кул.
   – Отправляйся домой и ложись спать, – сказал я ей. – Я должен отвезти эти показания Барни Куинну.
   – Будем надеяться, что это его приободрит, – вздохнула Берта.
   – Адвокату нелегко, когда клиент лжет ему, особенно если он планирует всю защиту на его показаниях.
   – Знаю, – сказала Берта. – Как я выглядела? Была достаточно крутой?
   – Вполне достаточно.
   – Это послужит ей уроком, – заметила Берта. – Девочке следовало вытянуть из этого сукиного сына побольше денег, чтобы ей не пришлось искать работу, когда он даст ей от ворот поворот.
   – Откуда она могла знать, что ей дадут от ворот поворот? – возразил я.
   – С таким парнем, как Карл Эндикотт, этого всегда можно ожидать. А теперь блондиночка думает, что в тридцать пять лет для нее все кончено. Вздор! Все только начинается! Ей нужно сбросить фунтов пять с задницы, и она готова к бегам. В тридцать пять только и начинаешь понимать что к чему. Ладно, Дональд, поезжай к Барни Куинну, а Берта пойдет домой и съест большой жирный кусок мяса. Слава богу, мне незачем беспокоиться о своей заднице. С мужчинами я покончила.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 [13] 14 15 16 17

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация