А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Буря в Эдеме" (страница 12)

   7

   Все было кончено. Она прекрасно сознавала это. В тот самый момент, когда она выехала из подземного гаража, оставив его в темноте узкого прохода, она уже хорошо понимала, что ее любовь к Яну Дугласу была окончательно проигранной партией. Она проиграла ее так же, как проиграла теннисную партию в то памятное утро. Вообще говоря, их роман с самого начала был обречен на неудачу. Для нее это был самообман, правда, очень приятный и соблазнительный. Она обманывала себя, когда думала, что из этого что-нибудь получится. Она просто уступила его ласкам, позволив своему телу обмануть разум. А он? Он же не мог так легко обмануться? Он все прекрасно понимал. Он не мог не чувствовать, что его моральные устои подвергаются серьезному испытанию.
   Почему же она не оказала ему достойного сопротивления? Почему не отвергла его домогательства и не влепила ему пощечину? Почему не убрала его руку? Ведь она могла поцеловать руку священника и предупредить его о том, что он играет с огнем. Почему она этого не сделала? Почему отвечала на его поцелуи, на его ласки с такой легкостью и беззаботностью? Почему испытывала такое волнение, когда он целовал ее?
   Нет никаких сомнений в том, что он сейчас воспринимает ее как орудие дьявола, пытающегося любой ценой добиться его падения, подвергнуть испытаниям его веру, разрушить его карьеру священника и все те принципы, которые были для него священными.
   К концу следующей недели она окончательно убедила себя в том, что он всеми силами пытается забыть ее, выбросить из своего сердца. Он не знал много языков, но язык плотских искушений ему был достаточно хорошо известен. Здесь он не мог ошибиться. Она хотела его, стремилась к нему. Об этом весьма красноречиво говорили все части ее тела – руки и плечи, спина и бедра, грудь и шея. И язык ее тела был так понятен, что он не мог не услышать его требовательного призыва. Она не скрывала своих чувств к нему, как не скрывала того разочарования, которое пришло, когда он убрал свою руку с ее груди и отошел в сторону. А ее поцелуи? Это ли не самое яркое доказательство ее чувств?
   К концу третьей недели она немного успокоилась. Да и почему она должна была волноваться из-за того, что думает о ней какой-то провинциальный и ханжески настроенный священник из маленького городка Бруксайд в Коннектикуте? В конце концов это был всего лишь небольшой эксперимент, закончившийся неудачно. Разве она сама не использовала его в качестве любопытного объекта для наблюдения? Это внесло некоторое разнообразие в ее скучную жизнь. А сейчас все закончилось. Ну что ж, прекрасно. Прекрасно. Ей плевать на все эти детские штучки.
   Тем более что времени у нее практически не было. Кроме работы в галерее, она каждые три дня бывала в Нью-Йорке, где позировала Роберту Глэду. Шей очень высоко ценила его профессионализм и талант скульптора, хотя как человек он оставлял желать лучшего.
   Когда она приезжала в его студию, бородатый и всегда помятый Роберт Глэд почти без слов указывал ей на заднюю комнату, где она могла раздеться, и начинал работать. Прикрытая простыней, Шей терпеливо пересаживалась с места на место, когда он выбирал для нее позицию. После долгих прикидок она наконец замирала без движения и сидела так в течение нескольких часов. Предварительно он украшал ее полинезийскими атрибутами девственности. По окончании работы он не спеша собирал свои инструменты на рабочем столе и говорил свое обычное: «Благодарю вас». Шей снова шла в заднюю комнату, быстро одевалась и покидала студию.
   Ее вполне устраивало, что Глэд не обнаруживал склонности к пустой болтовне. Благодаря этому она могла во время позирования отвлечься от всего мира и позабыть все неприятности.
   Разумеется, большую часть этого времени она посвящала Яну и тем отношениям, которые сложились между ними. Она снова и снова обдумывала сложную ситуацию, пытаясь найти хоть какой-то выход. Но все ее попытки были тщетными. Она раз за разом приходила к одному и тому же выводу: ситуация безнадежна, выхода нет. Всегда было так, и всегда так будет. Она должна смириться с этой мыслью.
   Однако сделать это было нелегко. Одна только мысль о том, что она никогда больше не увидит Яна, приводила ее в отчаяние. Почему разрыв с ним оказался таким болезненным? Ведь она с самого начала знала, что их роман закончится неудачей, что их отношения будут временными. Но жизнь преподнесла ей совершенно неожиданный сюрприз – она поняла, что ее существование невыносимо без него. Почему же ее жизнь стала такой тоскливой без Яна? Она много раз задавала себе этот вопрос, но так и не находила ответа.
   Однажды вечером наступил еще один момент истины. Закончив сеанс в студии Роберта Глэда, Шей быстро оделась и спустилась вниз, пребывая, как и все последние дни, в подавленном настроении. Она толкнула входную дверь и вышла на улицу, почувствовав слабое дуновение осеннего ветерка, с трудом пробивавшегося через лес небоскребов. На другой стороне улицы она увидела Яна, который терпеливо расхаживал взад и вперед по тротуару. Шей спокойно пересекла улицу и остановилась недалеко от него. Какое-то время он не замечал ее, уставившись на носки своих туфель. Легкий ветерок теребил его волосы, делая их еще более привлекательными.
   Почувствовав на себе ее взгляд, Ян поднял голову и грустно улыбнулся. Она стояла перед ним, прижав к груди свою сумочку.
   – Ян? – спросила она тоном искреннего удивления и обернулась, как бы желая убедиться в том, что это не сон, что она действительно только что вышла из этого здания.
   – Привет.
   – Как ты узнал, что я здесь?
   – Интуиция подсказала мне, что ты здесь. Я отыскал адрес Роберта Глэда в телефонном справочнике. Я жду тебя уже больше часа. Нам нужно поговорить, Шей.
   Она обдумала его слова, гордо вскинула голову и торжественно продефилировала мимо него.
   – Ну что ж, наверное, ты можешь позволить себе такую роскошь, как свободное время, – произнесла она с легкой иронией. – А мне нужно успеть на поезд, идущий в Вудвилль. Я обещала Вандиверу, что вернусь и поработаю еще пару часов до закрытия магазина.
   – Шей, – сказал он и остановил ее, схватив за руку, – ты сердишься на меня из-за того, что я не звонил тебе?
   Сильный порыв ветра взъерошил ее пшеничные волосы, и они упали на ее лицо. Она поправила их рукой и посмотрела ему в глаза.
   – Не обольщайся на этот счет, – ответила она и попыталась вырваться из его рук, но он еще крепче прижал ее к себе.
   – После всего того, что произошло между нами в прошлый раз, я подумал, что будет лучше, если мы сделаем передышку и не будем какое-то время надоедать друг другу, – спокойно объяснил он.
   – Ты был абсолютно прав, – согласилась с ним Шей. – Но я бы хотела добавить к этому, что нам следует сделать передышку не на какое-то время, а навсегда. Так будет лучше для нас обоих.
   Она с огромным трудом буквально выдавила из себя эти слова, которые, казалось, застревали в горле. Как бы ей хотелось сейчас броситься к нему, прижаться к его прекрасному телу, почувствовать на своих губах приятный и возбуждающий привкус его губ! А его глаза? В этот серый, пасмурный вечер они были единственным ярко-голубым пятном, которое могло скрасить ее унылую жизнь и создать ощущение долгожданного счастья. Но они отвергли ее.
   – Я хорошо знаю, почему ты не звонил, – сказала она, опуская глаза. – Ты не хочешь рисковать своей безупречной репутацией, компрометировать себя связью с такой порочной женщиной, как я. Ты не можешь себе представить, какое облегчение я испытала, когда ты при нашем прощании не стал настаивать на встрече со мной. Прощай, Ян. Я очень спешу.
   Ей удалось вырвать свою руку и даже сделать несколько шагов, но он снова догнал ее и остановил. Она посмотрела в его глаза, которые были всего лишь в нескольких дюймах от ее собственных.
   – Я не звонил тебе только потому, что очень хотел тебя.
   Она безмолвно уставилась на него широко открытыми глазами и даже приоткрыла рот от удивления.
   – Неужели ты не понимаешь этого, Шей? Мне было безумно трудно остановить себя и не овладеть тобой тут же, у гаража.
   Шей снова попыталась выдернуть руку, но он очень крепко держал ее. Он не отпустит ее, подумала она, с каким-то удовольствием отметив про себя, что он тоже страдал и по тому же поводу.
   – Покорнейше благодарю тебя, преподобный отец, но я не хочу играть роль злой искусительницы в твоей жизни.
   Шей почувствовала, что ее глаза увлажнились. Из-за этого они стали еще более гневными и печальными. Она отвернулась, чтобы он не видел, какую душевную боль она испытывает. Она очень надеялась, что он не поймет истинной причины появившихся на ее глазах слез, а подумает, что во всем виноват усилившийся прохладный ветер.
   – Нет, нет, – запротестовал Ян, решительно качая головой и прижимая ее к себе. Ее уловка удалась – он расстегнул свою куртку и прикрыл ее голову от осеннего ветра. Его пальцы нежно гладили ее пшеничные волосы, а затем остановились и прижали ее голову к теплому свитеру. – Никто из нас не является воплощением зла, – философски изрек он. – Любовные отношения не могут быть источником зла. Нас тянет друг к другу в соответствии с высочайшими помыслами Божьими, и это не может быть нарушением его заповедей. Мы ведем себя так, как и должны вести себя здоровые молодые люди. – Он уткнулся лицом в ее волосы и полностью укрыл ее полами своей куртки. – Все дело в том, каким образом мы можем удовлетворить наши сексуальные потребности, возникшие за последние недели. Я просто не мог подвергнуть риску свое духовное призвание, добиваясь от тебя уступок в этом весьма деликатном деле. Я боялся, что такая любовь отвлечет мое внимание от обязанностей священника.
   Шей незаметно вытерла слезы и подняла голову, чтобы посмотреть ему в глаза.
   – Ну что ж, лучше быть женщиной, отвлекающей внимание, чем женщиной-искусительницей, коварным источником зла, – сказала она со слабой улыбкой.
   Ян наклонился к ней и нежно поцеловал в губы.
   – Я очень соскучился по тебе.
   – Серьезно? – спросила она, с трудом сдерживая себя, чтобы не приподняться на цыпочках и не прильнуть к его губам в ответном поцелуе.
   – Вполне, – без тени сомнений ответил он. – Я приехал сегодня, чтобы пригласить тебя на уик-энд в Бруксайд. Я хотел это сделать непосредственно, а не по телефону.
   Она посмотрела на него с неподдельным изумлением:
   – Ты что, с ума сошел?
   Ян только рассмеялся и еще крепче прижал к себе.
   – Пойдем. Я отвезу тебя до станции на такси, а по пути попытаюсь убедить в том, что нахожусь в здравом уме.
   Когда они поймали такси и уселись на заднее сиденье, Ян взял ее руку и положил себе на колени. Он долго смотрел на руку, видимо, собираясь с мыслями.
   – Приезжай на эти выходные ко мне в Бруксайд, – наконец произнес он. – Посмотришь, как я живу и где я живу. Тебе нужно сесть на пригородный поезд в субботу утром. Мы весь день проведем в городе, и я покажу тебе все его достопримечательности. А самое главное – я хочу, чтобы ты пошла со мной в церковь в воскресенье утром. Вечером я отвезу тебя на машине домой.
   Это предложение показалось ей очень заманчивым. Оно могло означать не только веселые выходные, но нечто большее. Она чувствовала, что недосказанная часть его приглашения значительно перевешивала то, что было сказано, и это немножко пугало ее. Она наклонилась вперед и посмотрела в окно, чтобы избежать его пытливого взгляда.
   – А где я остановлюсь?
   Он хитро улыбнулся:
   – Ты подумала, что я предложу тебе что-либо неприличное? Нет. Мне кажется, что мои прихожане относятся ко мне с большим уважением и наверняка не поймут меня, если узнают, что их пастор-холостяк пригласил к себе на ночь молодую и очень привлекательную женщину. Я зарезервирую для тебя номер в местной гостинице.
   Ее сознание в очередной раз стало ареной столкновения противоречивых чувств: с одной стороны, ей очень хотелось провести этот уик-энд рядом с ним, а с другой – ее преследовал страх, что ее не примет его общество. Какое мнение о ней сложится у прихожан его церкви? Скорее всего не очень хорошее. Она была почти уверена в этом.
   – Я не думаю, что это хорошая идея, Ян, – сказала она наконец. – Может быть, как-нибудь в другой раз?
   Он тяжело вздохнул:
   – Ты вынуждаешь меня сообщить тебе истинную причину, по которой я решил пригласить тебя.
   Его встревоженный голос заставил ее резко повернуться к нему, но она тут же облегченно вздохнула, увидев в его глазах веселые огоньки.
   – Я могу признаться, что у меня есть один скрытый мотив. Дело в том, что в субботу вечером в нашей церкви будет праздничный ужин, который завершится розыгрышем лотереи. Один из наших богатых прихожан предоставил нам норковую шубу, которая должна стать главным призом этой лотереи. Вот я и подумал, что ты, как опытная модель, сможешь продемонстрировать ее публике. Это заинтересует наших пуритански настроенных прихожан и заставит их с большим рвением отнестись к лотерее. В этом заключается главная причина, по которой я решил пригласить тебя в Бруксайд. Пожалуйста, покажи свое мастерство. Тебе же это ничего не стоит.
   Шей задумалась, а в уголках ее губ появилась легкая улыбка.
   – Не знаю, что и сказать. Что я за это получу?
   – Все вкусные вещи, которые будут на столе, – сказал он, подражая ее серьезному тону, – а также меня в придачу в качестве собеседника.
   – Что касается еды, то она меня мало интересует, но… – Она снова задумалась, соображая, что ему ответить. – Для какой цели вы собираете деньги на этом благотворительном вечере?
   – Для приюта, в котором будут коротать свое время престарелые модели, в особенности те из них, кто в молодости позировал обнаженной.
   Она набросилась на него с кулаками. Ян увернулся, весело смеясь, и с легкостью схватил ее руки, прежде чем она успела поколотить его. Она отчаянно сопротивлялась, но он все-таки прижал ее к сиденью, не давая возможности пошевелиться.
   – Я не сомневался, что эти слова вызовут у тебя бурную реакцию, – сказал он и добавил серьезно: – Вообще говоря, собранные деньги пойдут на сооружение молодежного центра.
   – Ты считаешь, что это надежное вложение средств?
   – Да, вполне. – Он посмотрел ей в глаза слегка затуманенным взглядом. – Пожалуйста, Шей. Что тебе стоит? Это будет очень важно для нас, если ты приедешь.
   Да, это действительно будет важно для них, подумала она, но только не для него лично. Сможет ли она приспособиться к его жизненному стилю? Сможет ли он смириться с ее свободным образом жизни и столь же свободным образом мыслей? В общем-то она была не против того эксперимента, который он предлагал. Она сама хотела найти ответы на все те вопросы, которые мучили ее последние недели. Существуют ли условия, на которых они могут поладить и найти общий язык?
   Пока она напряженно размышляла над своим ответом, такси остановилось и они вышли на перрон. Он не принуждал ее дать ответ немедленно, понимая, что ей требуется какое-то время, чтобы принять столь важное решение.
   – Родителям надо непременно сообщить о нашей встрече, – сказала она наконец, когда Ян купил ей билет и они остановились в самом безлюдном месте.
   – Я тоже подумал об этом, – согласился он. – А что тебя волнует?
   Она пожала плечами:
   – Я полагаю, рано или поздно они все равно все узнают.
   – Хорошо, – решительно заявил он. – В таком случае давай скажем им сами. Мне очень не хочется хитрить или врать им.
   – Конечно, – подтвердила она и уставилась невидящими глазами на его свитер, рассматривая замысловатый узор. Он стоял молча, ожидая ее ответа. Она напряженно раздумывала, не зная, что ему сказать. Все ее разумные доводы куда-то исчезли, а сердце недвусмысленно подсказывало ей, что она хочет поехать к нему. Она действительно хотела быть рядом с ним, и не только в предстоящий уик-энд. Весь ее гнев на него улетучился в тот самый момент, когда она увидела его напротив дома Глэда.
   Всю свою сознательную жизнь она ощущала себя одинокой и заброшенной, отстраненной от других людей. Но, как оказалось, то, что она испытывала раньше, было не полным одиночеством. Только сейчас, в последние несколько недель, она по-настоящему узнала, что такое полное одиночество и насколько оно невыносимо. Еще немного времени, и она была бы готова поверить, что они с Яном могут принадлежать друг другу.
   – Шей.
   Он прошептал ее имя так тихо, что она едва расслышала из-за болтовни проходивших мимо людей. Ян повернул ее к себе и поцеловал в губы, ощущая, что она потянулась к нему всем телом. Этот поцелуй пронизал их обоих, доставляя наслаждение каждой клетке.
   – Это уже принуждение, – сказала она, когда он оторвал свои губы от ее губ. Она хотела увидеть его глаза, но не смогла этого сделать, так крепко он прижал ее к себе.
   – Разве тебя можно принудить к чему-нибудь? – прошептал он ей на ухо дрожащим голосом. При этом его губы прикоснулись к ее уху, отчего по ее телу побежали мурашки.
   Шей отодвинулась от него и, запрокинув голову, посмотрела в его глаза.
   – У меня никогда не было норковой шубы, – сказала она. – Что обычно надевают под нее?

   В субботу рано утром Шей первым поездом отправилась в Бруксайд. Ян уже ждал ее на станции. Когда она вышла из вагона, он бросился к ней, крепко обнял и страстно поцеловал, совершенно не опасаясь, что его могли узнать жители этого маленького городка.
   Бруксайд действительно был маленьким и совершенно очаровательным городком. Этот городок, должно быть, типичный для штата Коннектикут, подумала она, основывая свой вывод на том впечатлении, которое сложилось у нее с первого взгляда. Городок раскинулся на сравнительно небольшом пространстве, а все его улочки сходились к центральной площади. Даже коммерческие здания поражали своей архитектурной изысканностью, не говоря уже о старых колониальных домах, которые, казалось, сошли со страниц исторических книг.
   Ян повез ее на своей машине по старинной улочке, обсаженной зелеными деревьями, и с гордостью показывал все достопримечательности своего прихода.
   – Это средняя школа, – говорил он. – Ее баскетбольная команда вот уже два года чемпион города, а ее центровой – мой прихожанин. А вот это магазин скобяных изделий мистера Гриффина, дьякона моей церкви. А церковь ты увидишь несколько позже.
   Он вырулил на посыпанную гравием дорожку, ведущую к старому двухэтажному зданию, выстроенному в колониальном стиле и обшитому белыми досками клинообразного сечения, с окнами, закрытыми зелеными ставнями. Перед домом раскинулась живописная лужайка, усыпанная опавшими листьями.
   – Добро пожаловать в дом приходского священника, – торжественно объявил Ян, выключая двигатель машины и наблюдая исподтишка за ее реакцией.
   – Ты хочешь сказать, что ты здесь живешь? – спросила она, не веря своим глазам. – О! Какой чудесный дом! – Шей догадывалась, что Ян живет в неплохом доме, но все-таки не ожидала увидеть столь грандиозного строения.
   Он довольно рассмеялся.
   – Не поддавайся первому впечатлению, – весело сказал он. – Этот дом принадлежит церкви с тех пор, когда меня еще и на свете не было. Крышу уже давно пора менять да и еще кое-где подремонтировать.
   Он обошел вокруг машины, открыл дверцу с ее стороны и помог ей выйти:
   – Пойдем в дом.
   Уже на пороге Шей почувствовала приятный запах старого жилья.
   – Миссис Хиггинз? – позвал Ян.
   На пороге дальней комнаты показалась пожилая женщина и поспешила к нему, вытирая руки о полотенце. Наверное, там находится кухня, подумала Шей.
   – Доброе утро, – приветливо сказала она, подойдя к ним. – Это та самая молодая леди? – спросила она без какого бы то ни было стеснения.
   – Это Шей Морисон, миссис Хиггинз, – сказал Ян, поворачиваясь к ней. – Шей, а это единственная женщина в моей холостяцкой жизни. – Ян подошел к женщине и дружески обнял ее за плечи, отчего та покраснела, как юная девушка. – Она отвергла мое предложение выйти за меня замуж, но тем не менее помогает мне по хозяйству, и я просто не могу обойтись без нее.
   – Доброе утро, миссис Хиггинз, – поздоровалась с ней Шей.
   – Доброе утро, мисс Морисон. Добро пожаловать в наш дом. Не верьте ни единому слову этого мальчишки. Он всегда подтрунивает надо мной. И к тому же он слишком красив для меня. – Она окинула Яна укоризненным взглядом, но ее лицо излучало искреннее дружелюбие. – Хотите выпить по чашечке кофе? Я испекла имбирные пряники.
   – Благодарю вас, с удовольствием, – ответил Ян. – Но Шей хочет сначала осмотреть дом.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 [12] 13 14 15 16 17 18

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация