А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Заповедник" (страница 21)

   – Дай сюда нож, – исподлобья глядя на Делакорнова, сказал Кияшов.
   – Он мне тоже нужен, – ответил Антон.
   – Что, бунт на корабле? – ощерился старпом.
   – Считайте как хотите. Нож я оставлю себе. Попробуйте отберите, если сможете.
   Кияшов сплюнул:
   – В то время как мы боремся с инопланетной нечистью, ренегаты пользуются плодами нашего труда. Видал, Кирилл Янушевич?
   – Господи, да прекратите вы ругаться между собой! – крикнула Инна. – Подумайте лучше, как заставить его сделать то, что он собирался, и спасти нас!
   Делакорнов нахмурился. По залу пробегали красные огни – отражение сполохов за иллюминаторами. Ситуация казалась почти безвыходной.
   – Пусть Антон будет главным! – сказала Инна. – Он человечнее вас всех. И будет заботиться обо всех, а не только о себе!
   – Знаю я таких заботливых! – фыркнул старпом. – Раньше их вешали на реях. Да и потом, он же наркоман. Ты, Инна, что, вообще ничего не соображаешь?
   Яловега обнажил в усмешке зубы. Ситуация его явно забавляла.
   – Не стоит конфликтовать, друзья, – заметил Химель. – Мы все сейчас в одной лодке. К чему нам ее раскачивать?
   – Это не мы, а кое-кто ее раскачивает, – уточнил Яловега и снова принялся выкручивать аурелианину руку.
   Тот, не в силах терпеть мучения, жалобно попросил:
   – Я не буду сопротивляться. Отпустите меня. Сейчас важно одно. Нам надо отсоединить модуль от станции и посадить его на планету. Причем в том месте, которое контролируется нашими силами.
   – Ага, – хмыкнул Кияшов. – Чтобы вы нас всех перебили. Не выйдет. Будешь сажать там, где мы скажем.
   – До сих пор вы не могли пожаловаться на обращение, – попытался воззвать к разуму землян инопланетянин.
   – А теперь у нас другие планы. Отсоединяй модуль. И задавай режим посадки, – приказал Кияшов. – И имей в виду – мы настороже. Шаг влево-вправо – и мы тебя заживо закопаем. Чтобы без фокусов! Теперь я командую, и только я!
   – Я заинтересован остаться в живых не меньше вашего, – пробормотал аурелианин. – Как же вы не понимаете, если мы сядем слишком далеко от нашей территории, у нас не будет ни малейшего шанса выжить!
   Яловега наконец отпустил его, и Джакат заскулил, поглаживая выкрученную руку.
   – Делай, как я приказал! – рыкнул старпом. – Уже садились, и, как видишь, живые…
   – Я протестую, Евграф Кондратьевич, – вмешался Химель, – что за странные вещи вы говорите? Мы уцелели только чудом. И посмотрите, сколько нас осталось.
   – Чудом, чудом… – проворчал Кияшов… – И снова спасемся, если потребуется. А ну пошел! – Он ткнул Джаката кулаком в плечо так, что тот едва не упал.
   В сопровождении Кияшова и Яловеги аурелианин направился к терминалу главного компьютера, а Антон присел рядом с телом Байрама. Рядом стояли Инна и Сумароков. Химель по-прежнему держал руку мертвого косморазведчика.
   – Надо спрятать его куда-нибудь, – сказал Антон. – Может, у них здесь есть холодильники. Потом похороним, когда приземлимся.
   – Если до земли дотянем, – вздохнул Михаил Соломонович. – Эта планета определенно собирается нас сожрать!
   Сумароков всхлипнул, нагнулся к телу разведчика.
   – Можно я часы его возьму? На память? – спросил он. – Всегда мечтал о «Кремлевских»… Да и пригодиться они еще могут. А? – Он с надеждой посмотрел на Антона, как будто он был здесь главным и мог решать, брать Коле часы убитого разведчика или оставить их мертвецу.
   – Делай что хочешь, – буркнул Делакорнов, поднимаясь. – Михаил Соломонович, пойдемте осмотрим помещение. Может, холодильник какой-нибудь найдем.
   – Хорошо, – вздохнул доктор. – Что же с нами происходит такое? Мы словно прокляты кем-то! Ай-ай-ай. – Он помассировал грудную клетку. – Кажется, мне нужен покой. В моем возрасте вся эта беготня может пагубно сказаться на здоровье. Если вернусь на Землю, сразу подам в отставку. Да нет, что там – на первой же станции подам. И домой – рейсовым космолетом.
   Инна посмотрела на Химеля с жалостью. Ей захотелось сказать ему что-то ободряющее, хоть как-то обнадежить. Она дотронулась до руки доктора и проговорила:
   – Все будет в порядке!
   От этого прикосновения Михаил Соломонович подпрыгнул:
   – А, о… Ну и напугали же вы меня, Инночка.
   – Простите, не хотела… – девушка отвернулась.
   Оставив тело Байрама, Делакорнов и Химель прошли по коридору следом за Яловегой, Кияшовым и пленным инопланетянином. Джакат колдовал над бортовым компьютером. Определенных успехов ему уже удалось добиться, модуль отделился от основного ядра станции и теперь плыл в космосе сам по себе. Сила тяжести еще заметней упала. Видимо, модуль имел свой небольшой вспомогательный генератор тяготения, но работал он куда менее эффективно, нежели основной.
   Антон распахнул один из шкафов. Он весь был набит хирургическими инструментами. Такой шкафчик ему уже доводилось видеть в другом крыле станции. На специальных крепежах болталось несколько ножей, наподобие того, который он сунул себе за пояс. Во втором шкафу стояли на полках мутные банки – реактивы или лекарственные препараты.
   – А вот и холодильник! – сообщил Сумароков. Он и Инна предпочли оставить тело убитого и присоединиться к исследованиям модуля. На запястье Коли светились часы разведчика. – На нем надпись есть. Вот тут, сбоку.
   – Действительно, надо читать информацию на этих маленьких табличках, – кивнул Антон, обнаружив такую же табличку с надписью «Анестетики» на своем шкафу. – Мы ведь и читать научились в этой телепатической машине… Что ж, посмотрим, поместится ли здесь Байрам.
   Сумароков распахнул дверцу холодильника и вскрикнул.
   – Что там? – подслеповато сощурился Химель.
   – А… – промямлил Коля и попятился назад.
   – Замороженные тела, – объявил Делакорнов, приблизившись. Пространство шкафа оказалось на удивление обширным – должно быть, он был вмонтирован в стену и занимал часть примыкающего помещения. – Множество замороженных тел. И их фрагменты…
   Химель подошел к холодильнику.
   – Тела после вскрытия. И кажется… – Он поправил очки, внимательно разглядывая трупы, – это ретлианцы. Именно такие существа демонстрировали нам, как пользоваться телепортатором.
   – Пауки? – переспросил Сумароков. – То-то я смотрю, они какие-то странные. Хотя я прежде трупов замороженных не видел. А лапки вдоль тельца свисают…
   – Столько врагов, да еще и порезанных на части… Тянет на военное преступление, – заметил Делакорнов.
   – Порезали их не просто так, я полагаю. – Доктора Химеля передернуло. – Не из пустой жестокости, во всяком случае. Видимо, в этой лаборатории проводили эксперименты. Скорее всего, они проверяли на военнопленных воздействие вирусов и микроорганизмов. Потом брали трупы и проводили вскрытия.
   – А может, и не трупы, – дрожащим голосом заметил Сумароков.
   – Может, и не трупы, – отозвался Химель. – Знакомое дело…
   – Что значит «знакомое»? – спросила Инна.
   – Так, – ответил Михаил Соломонович, о чем-то задумался и отошел подальше от холодильника.
   Тела в шкафу лежали плотно, как мороженые бараньи туши в холодильнике на борту круизного лайнера, пассажиры которого питаются настоящим мясом, а не соевыми концентратами. Некоторые ретлианцы были одеты в нечто похожее на комбинезоны, другие полностью обнажены. На покрытых щетиной конечностях поблескивал иней.
   Антон захлопнул белую дверцу, выдохнул и огляделся кругом. У противоположной стены находилось еще несколько холодильников.
   – Полагаете, нам стоит и их осмотреть? – спросил Химель, перехватив его взгляд.
   – Да, – коротко ответил Антон.
   – А ну, – Кияшов, наблюдавший за исследованиями товарищей со стороны, отошел от пленного инопланетянина и приказал Сумарокову: – Открывай следующий, Николай!
   – Почему я?!
   – Открывай! – заорал старпом. – Не зли меня, Сумароков! Я терпеливый-то терпеливый, но всему есть предел! Вот запихну тебя самого в холодильник, чтобы не вонял тут. А то мне что-то подсказывает, что ты обмочился! Причем неоднократно!
   Коля всхлипнул от обиды и распахнул дверцу холодильника. Тот оказался заполнен телами ретлианцев только наполовину.
   – Сюда и положим Байрама, – объявил Кияшов.
   – С пауками… Как-то нехорошо, – прошептала Инна.
   – Ему теперь все равно, девочка, – тихо сказал Михаил Соломонович. – А у нас должен быть чистый воздух. Скоро начнется процесс разложения…
   – Вот именно, – выдавил Яловега, – нам лишняя вонь не нужна.
   – Заткнись! – потребовал Антон.
   – А что, – осклабился механик, – не нравится? После смерти все воняют. Не так, что ли?
   – Вот сдохнешь скоро и завоняешь! – Кияшов ударил Яловегу кулаком по спине, отчего тот закашлялся.
   – Я не могу на это смотреть! Не могу! – закричал Сумароков и, всхлипывая, отвернулся к иллюминатору. Его плечи вздрагивали в такт рыданиям.
   – Слюнтяй! – презрительно обронил Кияшов. – Пошли, Делакорнов, возьмем Байрама, сунем его в холод.
   После того как разведчика принесли из смежного помещения и погрузили в холодильник, всем стало намного спокойнее. Его смерть словно отошла на второй план. В последнее время произошло столько ужасных событий, что чувства людей порядком притупились. Если бесконечно испытывать ужас, то рано или поздно он перестает быть ужасом и начинает казаться обыкновенным состоянием души.
   – Что теперь? – Кияшов положил тяжелую ладонь на плечо Джаката.
   Инопланетянин затравленно обернулся.
   – Теперь, – сказал он, – я попробую посадить модуль на поверхность. Вообще-то обычно этого не делают, но функция перемещения между планетами в одной звездной системе и возможность экстренной посадки в него заложена…
   – Кто это?! – вскрикнул Химель, из профессионального любопытства решивший заглянуть в последний холодильник.
   Антон подошел поближе и увидел, что, помимо двух ретлианцев, там лежит два трупа весьма странных существ. Один мертвец большеглазый, с продолговатым туловищем, другой – маленький, приземистый, с вывернутой шеей и огромным ртом от уха до уха. Оба тела имели на себе следы вскрытия.
   – Что это такое? – сдерживая позывы рвоты, спросила Инна.
   – Полагаю, это представители еще двух цивилизаций, неизвестных землянам, – заметил Химель.
   – Но как попали они в холодильник?
   – Вот это он нам сейчас и расскажет! – прорычал Кияшов, хватая Джаката за предплечье. – И заодно сообщит, какую участь они приготовили нам. Что, хотели узнать, как наши мозги устроены, а потом покопаться в наших внутренностях? Для того сюда и перевезли нас? А ну отвечай! – Он тряхнул аурелианина с такой силой, что голова у того мотнулась из стороны в сторону.
   – Вовсе нет, – скороговоркой заговорил Джакат, – все не так, как вы думаете. Как только мы приземлимся, вам все объяснят. Все-все расскажут без утайки. Эти трупы попали к нам случайно. Мы действительно исследовали их – но уже после того, как несчастные были убиты злобными ретлианцами!
   – Чего-о? – протянул Яловега. – Я смотрю, ты что-то темнишь, хвостатый. Тебе же сказали! Сесть там, где ваших нет. Или тебе объяснить по-другому?
   – Я просто пытаюсь спасти ваши жизни. Поверьте, на этой планете, если только мы приземлимся вдалеке от наших баз, вам не выжить. Никак нельзя так поступать. Никак нельзя!
   – Я лучше знаю, можно или нельзя, – сказал Кияшов, – а ну-ка меняй траекторию снижения. Или я ее сейчас сам поменяю. – Старпом занес руки над клавиатурой и нахмурился, став в одно мгновение похожим на пианиста, который собирается сыграть трагический реквием.
   – Хорошо, хорошо! Как скажете! – в ужасе закричал Джакат и быстро заколотил по клавишам. – Вы что-то говорили о психологии… – пробормотал он. – Теперь мне известна ваша психология. Вы – сумасшедшие. Вашей расе не место в цивилизованном космосе.
   – Это потому что мы – русские, – похлопал инопланетянина по спине Кияшов. – Мы еще и не на такие подвиги способны…
   – Но ты не боись, – засмеялся Яловега, – с нами хорошо!
   – Почему… почему с вами хорошо? – скосил на него темный глаз Джакат. В его взгляде явственно читался ужас.
   – С нами весело, – пояснил механик и захохотал.
   – Безумцы, – заявил напоследок аурелианин, нажал кнопку с изображением растопыренной пятерни и опустил голову, пребывая, судя по скорбной позе, в абсолютном отчаянии. – Нам конец! – промычал он.
   – Возможно, нам следовало прислушаться к… – начал Химель, но Кияшов перебил его:
   – Молчите, Михаил Соломонович, здесь командую я! Если я решил садиться подальше от базы хвостатых, то от своего замысла уже не отступлю.
   – Ты уверен, что ничего не напутал? – с подозрением спросил аурелианина Яловега, поглядывая в иллюминатор. – Как-то слишком круто мы в атмосферу входим…
   – Все в порядке, – ответил Джакат.
   – Ну-ну. – Яловега приложил инопланетянина кулаком по спине. – Это тебе, чтобы знал, как с нами шутки шутить!
   – Вы – просто глупые дикари! – заверещал Джакат. – Не понимаю, как на такой стадии психологического развития вы умудрились выбраться в цивилизованный космос. Вы даже хуже ретлианцев! Те, по крайней мере, разумны.
   – Вот я тебе сейчас пару зубов выбью, – погрозил кулаком Яловега, – тогда посмотрим, кто тут разумный. Понял?
   – Данное утверждение лишено логики…
   – Ну все, он меня достал! – Механик занес над аурелианином кулак, но Кияшов остановил его жестом:
   – Погоди, Кирилл Янушевич, он нам пока нужен.
   – Уберите его от пульта! – неожиданно закричал Сумароков. – Уберите сейчас же! – Он рванулся к модульной панели управления…
   – Охолони, Коля! – Кияшов схватил пилота за руку. – Вы как с ума все посходили! Я один тут нормальный остался.
   – Он специально аппарат забурил! – продолжал верещать Сумароков. – Вы что, не видите, он хочет, чтобы мы все сгорели! Мы входим в атмосферу практически вертикально!
   Кияшов обернулся к иллюминатору. С посадкой и вправду что-то было неладно. Планета выросла в размерах и теперь закрывала половину обзора. Аппарат стремительно падал.
   Не то чтобы Антон был специалистом пилотирования космических кораблей, но садились они сейчас как-то совсем странно. В этой ситуации он скорее доверился бы мнению Сумарокова, второго пилота корабля «Семаргл», а не хирургу со станции аурелиан.
   – Что ты предлагаешь? – спросил Антон.
   – Я попытаюсь разобраться с управлением, – проскулил Сумароков. – Только уберите его от пульта.
   – На чужом космическом корабле с управлением? Ты? – Кияшов фыркнул. – Парень, тебе нужно меньше смотреть стерео. Я лично прослежу за этим, если мы отсюда выберемся.
   – Все, что он сделал, – это отключил автопилот! – Коля указал на Джаката дрожащим пальцем. – Поглядите, он ведь даже не прикасается к сенсорам управления! Вот это наверняка сенсоры управления.
   Антон вспомнил слова доктора Химеля: «И когда я услышал их объяснения, все кусочки мозаики встали на свои места. Тогда на меня словно нашло просветление». Сейчас с ним самим происходило нечто подобное. Аурелианин вел себя странно. И все вокруг было странным. Все не так, как должно быть. Но почему он так ведет себя? Почему? Озарение снизошло на него разом. Джакат хочет уничтожить следы преступления своих сородичей. Сжечь корабль с трупами. Вместе со свидетелями преступления. Он даже сказал вслух: нам конец! Добавив при этом, что люди тупые, ограниченные создания. Он просто издевался над ними! И огорчался оттого, что ему, цивилизованному существу, придется погибнуть вместе с этими дикарями во имя великой цели.
   – Сумароков прав! – крикнул Делакорнов. – Он хочет уничтожить модуль!
   Аурелианин взвился вверх, как пружина. Он ударил по какой-то невидимой кнопке и выхватил из потайной ниши рядом с пультом управления портативный излучатель. Все произошло настолько быстро, что никто не успел ему помешать.
   – Ой ты, е-мое! – Яловега рухнул на пол и закрыл голову руками.
   Но Джакат вовсе не собирался мстить ему за побои и унижения – вместо этого он выстрелил в Сумарокова.
   Хирург – не десантник-спецназовец. Точность и реакция Джаката оставляли желать лучшего. Коля в последний момент увидел направленное на него дуло и рухнул на пол. Луч врезался в потолок, оставив на пластиковом покрытии темный след.
   Аурелианин, пребывая в почти невменяемом состоянии, перевел излучатель на Инну, которая стояла к Сумарокову ближе всех. Затем на Кияшова. Тот сглотнул и поднял руки. Инопланетянин направил излучатель на ползущего по полу Яловегу. Лицо его перекосилось от ненависти, он выстрелил… Но в этот момент модуль тряхнуло, закрутило и импульс ушел в пол, оплавив металлическое покрытие рядом с механиком.
   Яловега взвился, хлопая себя по коленям. Приземлился на раскаленный пол и отпрыгнул в сторону. Затем начал ожесточенно притопывать, словно танцевал какой-то диковинный танец. Подошвы его ботинок дымились…
   Новый удар потряс обшивку, аурелианина швырнуло и ударило о консоль панели управления. Он попытался подняться, но в этот момент Кияшов опустил ему на голову тяжелую трубу – то ли ножку операционного стола, то ли деталь какого-то механизма.
   – Камикадзе он отважный, понимаешь ли? – отшвыривая безвольное тело Джаката от пульта, прокомментировал старпом. – Где тут система управления? Знал, в кого стрелять, гад! В пилота целил!
   Коля ползал по полу и скулил от ужаса. То, что он только что избежал гибели, окончательно расстроило его слабую нервную систему.
   – Николай, поднимайся! – потребовал Кияшов. – Будешь модуль сажать.
   Сумароков метнулся в сторону, сжался возле стены, словно испуганный зверек, и только мычал что-то нечленораздельное.
   – Николай! Николай! Смотри мне в глаза! – Михаил Соломонович присел возле него на корточки и констатировал, не сумев добиться результата: – У него нервный срыв. Взывать к нему сейчас бесполезно.
   – Давайте я попробую! – предложил Делакорнов.
   – Когда надо кого-то угробить, он тут как тут! – возмутился Яловега.
   – Боюсь, слишком поздно. – Кияшов с досадой пнул инопланетянина, распростертого на полу. – Мы вошли в зону турбулентности!
   – Счет идет на секунды! – крикнул Антон, оттолкнул Кияшова и нажал на кнопку растопыренной пятерней, размышляя в этот момент, не огреет ли его, часом, Евграф Кондратьевич еще теплой от крови аурелианина трубой. К счастью, все обошлось. Сенсор на панели управления погас. Натужно взвыли двигатели. За иллюминаторами бушевало пламя, но модуль начал выравниваться.
   Кияшов подобрал портативный излучатель и сунул его за ремень.
   – Сядем, как думаешь? – спросил он Делакорнова, как будто Антон мог что-то гарантировать в подобной ситуации.
   – Мягкой посадки ждать не приходится, – ответил Антон. – Двигатели работают. Но куда и как мы приземлимся – под большим вопросом.
   – Надо куда-то забраться, – тихо сказал Химель. – Пристегнуться. Что в этом модуле выглядит самым прочным, способным выдержать удар?
   – Холодильники, – прошептала Инна. – Они, наверное, крепкие…
   – И груз внутри не слишком жесткий, – сглотнул Яловега, – особенно если его слегка разморозить, для мягкости…
   – Я не хочу сидеть среди трупов, – промычал Сумароков.
   – А, очухался. – Кияшов посмотрел на него с презрением. – Без тебя уже справились. Бесполезный член команды! Тебе, может, в холодильнике места и не найдется.
   – Найдется, найдется, – запричитал Коля. – Пожалуйста, не бросайте меня.
   – Зачем вы так? – Михаил Соломонович ободряюще улыбнулся пилоту. – Не волнуйся, Николай, все будет в порядке. Найдется и тебе место в холодильнике.
   – Не хочу, не хочу к трупам, – запричитал Коля еще громче. – Пожалуйста, не суйте меня к трупам.
   – Выхода у нас нет, – заявил Антон. – К тому же температура растет. Думаю, до соприкосновения с поверхностью осталось не больше десяти минут.
   – Так чего мы медлим?! – взревел Яловега. – Я туда, где Байрам. Там посвободнее было.
   – Выкидывайте тела! – крикнул Делакорнов.
   Модуль трясло и швыряло. Ко всему прочему, температура поднялась уже градусов до пятидесяти. Краска на стенах пузырилась. Иллюминаторы из сверхпрочного стекла пошли трещинами.
   – Если произойдет разгерметизация – нам конец! – крикнул Кияшов. – Даже в холодильнике. Кровь выкипит – и все. Тут еще слишком высоко!
   – Все, я полез! – Антон схватил Инну за руку и потащил за собой.
   Химель и Яловега принялись разгребать трупы, выбрасывая их наружу. Кияшов, ругаясь, как пьяный боцман, помогал им. Лицо у него, несмотря на жару, сделалось очень бледным. Делакорнов впихнул девушку в почти доверху забитый холодильник, где они обнаружили тела «чужих» инопланетян. Втиснулся следом. Захлопнул за собой дверцу и запоздало сообразил, что открывается она снаружи.
   Внутри было очень холодно – особенно после пятидесятиградусной жары салона горящего в атмосфере модуля. Инна кривилась от омерзения, притиснутая к холодным трупам. Антону тоже было не по себе, но он попробовал утешить девушку:
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 [21] 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация