А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Зимняя луна" (страница 22)

   – Лампочки могли перегореть или патроны заржаветь за это время.
   Сдвинув назад свою ковбойскую шляпу, Пол почесал бровь, нахмурился и сказал:
   – На Эда не похоже – позволять вещам настолько изнашиваться. Я ожидал, что он скорее поддерживает тут все в безумном порядке, по крайней мере в рабочем состоянии ради будущего владельца, которому это может понадобиться. Он такой был. Хороший человек Эд. Не слишком общительный, но хороший парень.
   – Ну что ж, – сказала Хитер, – мы сможем с этим разобраться через пару дней, когда устроимся в основном доме.
   Пол вышел из дома, захлопнул дверь и закрыл ее на замок.
   – Вам, должно быть, придется позвать электрика, чтобы он проверил проводку.
   Вместо того чтобы вернуться той дорогой, которой пришли сюда, они срезали угол и двинулись по склону двора к конюшне, которая находилась чуть выше, к югу от основного дома. Тоби побежал вперед, расставив руки, смешно рыча, как будто он – самолет.
   Хитер оглянулась на бунгало управляющего пару раз и на лес с двух сторон от него. Она чувствовала странное покалывание на затылке.
   – Холодновато для начала ноября, – заметил Джек.
   Поверенный рассмеялся:
   – Это же не южная Калифорния. На самом деле сегодня еще нежный денек. Ночью, может быть, температура упадет ниже нуля.
   – У вас здесь бывает много снега?
   – А в аду бывает много грешников?
   – А когда можно ожидать первый снег – до Рождества?
   – Задолго до Рождества, Джек. Если завтра случится буря, никто из наших не подумает, что это рано.
   – Вот зачем мы купили «Эксплорер», – сказала Хитер. – Четыре ведущих колеса. Он сможет возить нас всю зиму, да?
   – Большую часть зимы, – ответил Пол, стягивая за поля вниз шляпу, которую он раньше задрал, чтобы почесать лоб.
   Тоби достиг конюшни. Замелькали его маленькие ноги, и он скрылся за углом прежде, чем Хитер успела попросить его подождать.
   Пол сказал:
   – Ведь каждую зиму раз или два случаются снежные заносы, на день-три, и иногда покрывают все до половины высоты дома.
   – Заносы? До половины высоты дома? – удивился Джек, и его вопрос прозвучал немного по-детски. – Правда?
   – Одна из этих снежных бурь сходит со Скалистых гор и наносит слой снега в два-три фута за сутки. Ветра такие, что кожу сдирает. Окружные бригады не могут сразу расчистить дороги. У вас есть запасные цепи для «Эксплорера»?
   – Два комплекта, – сказал Джек.
   Хитер пошла скорее к конюшне, надеясь, что мужчины тоже убыстрят шаг вслед за ней, что они и сделали.
   Тоби все еще не было видно.
   – Что вам надо завести, – сообщил им Пол, – чем скорее, тем лучше, так это хороший снегоочиститель на бампер. Даже когда окружные бригады открывают дороги, у вас остается полмили частной дорожки.
   Если мальчик просто «летел» вокруг конюшни, расправив руки как крылья, то ему уже пора появиться.
   – Гараж Лекса Паркера, – продолжал Пол, – в городе. Там вашу машину оснастят арматурой и прикрепят снегоочиститель, гидравлический подъемник для него – отличное устройство, правда. Ставите его на зиму, снимаете весной, и вы готовы ко всему, что только есть для нас гадкого в запасе у матери-природы.
   Никаких признаков появления Тоби.
   Сердце Хитер снова заколотилось. Солнце окончательно решило садиться. Если Тоби… если он потерялся или… или что-то… им будет очень сложно отыскать его ночью. Она еле сдержалась, чтобы не рвануться вперед бегом.
   – Ну, последней зимой, – продолжал Пол мягко, не подозревая о ее смятении, – все было весьма умеренно, а это, знаете ли, возможно, как раз означает, что в этом году нас покроет с головой.
   Когда они дошли до конюшни и Хитер уже собралась кричать Тоби, он появился. Он больше не изображал самолет. Он помчался к ней по нескошенной траве, светясь от радости и улыбаясь:
   – Мам, здесь так здорово, ух, просто класс! Может быть, я заведу себе пони, а?
   – Может быть, – сказала Хитер, проглатывая комок, прежде чем ответить. – Не отбегай больше, как сейчас, ладно?
   – Почему?
   – Просто не убегай.
   – Хорошо, – сказал Тоби. Он был послушным мальчиком.
   Она бросила взгляд назад, на домик управляющего и чащу за ним. Усевшись на зубчатые пики гор, солнце, казалось, подрагивало, как желток сырого яйца, перед тем как растечься по зубчикам колющей вилки. Верхние башенки скал были серыми, черными и розовыми под пламенным светом конца дня. Мили сомкнутых деревьев выстроилась за каменным бунгало.
   Все было тихо и спокойно.
   Конюшня оказалась одноэтажной постройкой с шиферной крышей. В длинных боковых стенах не было отдельных дверок для каждого стойла, а только маленькие окошки высоко под карнизами. В конце были белые ворота, которые легко распахнулись, когда Пол толкнул створки, и свет включился от первого же щелчка.
   – Как видите, – сказал поверенный, приглашая их внутрь, – до последнего дюйма это ранчо джентльмена, а не ферма, с которой получают доход любым способом.
   Бетонный порог был на одном уровне с полом, земляным, утоптанным, светлым, как песок. По пять стойл с полудверками находились с каждой стороны от широкого центрального прохода. Стойла были гораздо просторнее, чем обычно в конюшнях. На двенадцатидюймовых деревянных столбиках между стойлами были укреплены фонари в бронзовых подсвечниках, которые отбрасывали янтарное сияние на пол и потолок, ведь высокие окна были слишком малы – каждое восемь на восемнадцать дюймов, – чтобы пропускать достаточно наружного света даже в самый солнечный полдень.
   – Стэн Квотермесс обогревал конюшню зимой и охлаждал летом, – сказал Пол Янгблад. Он указал на вентиляционные решетки под потолком. – Редко пахло как в стойле, он постоянно вентилировал воздух, нагнетая свежий. И все части кондиционера изолированы, при работе звук был настолько тихим, что лошади совсем не беспокоились, даже, наверное, и не слышали.
   Слева, за последним стойлом, находилась вешалка, где держались седла, уздечки и прочее снаряжение. Сейчас там было пусто, если не считать встроенной рядом в стену раковины в форме корыта.
   Справа, напротив вешалки, были высокие закрома для овса, яблок и других кормов. Теперь тоже пустые. На стене рядом с закромами были привешены несколько инструментов: вилы, две лопаты и грабли.
   – Пожарная сигнализация, – сказал Пол, указывая на устройство, укрепленное над большой дверью напротив той, через которую они вошли. – Подсоединена к электросети. Так что нельзя ошибиться из-за севших батарей. Звенело в самом доме, и Стэн не волновался, что может не услышать.
   – Он, похоже, очень любил лошадей, – заметил Джек.
   – О да, очень, и в Голливуде он зарабатывал больше, когда знал, что может с этими деньгами делать. После смерти Стэна Эд очень заботился о том, чтобы продать животных таким людям, которые будут с ними хорошо обращаться. Стэн был хорошим человеком. Правильным.
   – Я могу завести десять пони, – сказал Тоби.
   – Ну уж нет, – ответила Хитер. – Каким делом мы тут точно не будем заниматься, так это производством удобрений в промышленных масштабах.
   – Ну, я только имел в виду, что места хватит, – произнес мальчик.
   – Собака, десять пони, – подсчитал Джек. – Ты превращаешься в настоящего маленького фермера. Что дальше? Цыплята?
   – Корова, – хитро сказал Тоби, – я подумал над тем, что вы рассказывали о коровах… вы ведь сами начали!
   – Умник, – сказал Джек, шутливо пихая мальчика кулаком в бок.
   Успешно увернувшись, Тоби рассмеялся и заявил:
   – Каков отец, таков и сын. Мистер Янгблад, а вы знаете, мой отец сказал, что корова может проделывать те же трюки, что и собака, – кататься по земле, притворяться мертвой и так далее?
   – Ну, – задумчиво сказал поверенный и направился чуть впереди них к воротам, через которые они зашли. – Я знаю одного бычка, который может ходить на задних лапах.
   – Правда?
   – Даже больше. Он может решать математические задачки так же, как ты и я.
   Заявление было сделано с такой спокойной убедительностью, что мальчик остановился и уставился, широко распахнув глаза, на Янгблада.
   – Вы хотите сказать, что вы задаете ему вопрос, а он может отстучать ответ копытами?
   – Конечно, может и так. Или просто его скажет.
   – А?
   – Этот бычок, он умеет говорить.
   – Чепуха, – заявил Тоби, выходя за Джеком и Хитер наружу.
   – Честно. Он может говорить, танцевать, водить машину, и он ходит в церковь по воскресеньям, – заверил его Пол, выключая свет в конюшне. – Его зовут Бычок Лестер, и он хозяин «Обедов на Магистрали» в городе.
   – Так он человек!
   – Ну конечно, человек, – признался Пол, закрывая ворота. – Никогда бы не сказал, что он не человек.
   Поверенный подмигнул Хитер, и она вдруг поняла, что он успел ей ужасно понравиться за такое короткое время.
   – А вы ловкач, – сказал Тоби Полу. – Папа, он ловкач.
   – Пол – поверенный, сынок, – ответил Джек. – Ты всегда должен быть настороже с поверенными или останешься без пони или коров.
   Пол рассмеялся:
   – Слушай папу. Он у тебя мудрый. Очень мудрый.
   Только апельсиновая корка осталась от солнца, а через несколько секунд зазубренное лезвие горных пиков срезало и ее. Тени упали одна на другую. Угрюмые сумерки, все синее и похоронно-пурпурное, намекающее на неизбежный мрак ночи в этой безлюдной шири.
   Поглядев прямо вверх от конюшни, на холм у края западного бора, Пол сказал:
   – Кладбища в этом освещении не разглядеть. Но там и днем не на что смотреть.
   – Кладбище? – переспросил Джек, нахмурясь.
   – У вас здесь официально разрешенное частное кладбище, – ответил поверенный. – Двенадцать участков, хотя заняты только четыре.
   Посмотрев на холм, где она смутно видела только часть того, что могло быть низкой каменной стенкой и парой столбиков в сливово-темном свете, Хитер спросила:
   – А кто там похоронен?
   – Стэн Квотермесс, Эд Фернандес, Маргарита и Томми.
   – Томми, мой старый напарник, похоронен здесь? – спросил Джек.
   – Частное кладбище, – повторила Хитер. Она попыталась уверить себя, что задрожала только потому, что воздух на минуту похолодал. – Это немного мрачновато.
   – Не так необычно для здешних мест, – уверил ее Пол. – Их много на ранчо вокруг, у семей, которые живут тут уже несколько поколений. Это не только их дом, это их родина, единственное место, которое они любят. Иглз-Руст – просто нечто, где можно сходить в магазин. Когда приходит время для вечного покоя, они все хотят стать частью той земли, которая дала им жизнь.
   – У-у, – сказал Тоби. – А не страшно? Жить на кладбище?
   – Вовсе нет, – заверил его Пол. – Мои предки и родители захоронены на нашей земле, и ничего вызывающего дрожь в этом нет. Удобно. Дает чувство наследования, продолженности. Каролин и я собираемся тоже упокоиться здесь, хотя я не могу сказать, что наши дети этого хотят, они теперь учатся – в медицинском колледже и юридическом. У них новая жизнь, и делать им с ранчо в общем-то нечего.
   – Ах, черт, мы пропустили День Всех Святых, – сказал Тоби больше для себя, чем для них. Он уставился в сторону холма, поглощенный личной фантазией, которая, без сомнения, включала в себя смелую прогулку по кладбищу в вечер Дня Всех Святых.
   Постояли некоторое время в молчании.
   Сумерки были густые, тихие, спокойные.
   Вверху кладбище, казалось, стряхнуло с себя весь тающий свет и опустило ночь, как саван, покрывая себя мраком быстрее, чем любой другой уголок земли рядом.
   Хитер взглянула на Джека, опасаясь увидеть в его поведении какие-нибудь признаки беспокойства по поводу того, что останки Томми Фернандеса похоронены в такой близости. Томми убили у него на глазах за одиннадцать месяцев до того, как был застрелен Лютер Брайсон. В соседстве с могилой Томми Джек не мог не вспомнить, и, возможно, слишком живо, ужасные события, которые лучше отправить в самые глубокие закоулки памяти.
   Как будто уловив ее тревогу, Джек улыбнулся:
   – Приятно знать, что Томми нашел покой в таком красивом месте, как это.
   Когда они пошли обратно к дому, поверенный пригласил их поужинать и остаться у них с женой на ночь. «Во-первых, вы приехали сегодня слишком поздно, чтобы прибраться и сделать дом пригодным для жизни. Во-вторых, здесь нет никаких свежих продуктов, только то, что может быть в морозильнике. И, в-третьих, вам, наверное, неохота готовить еду после целого дня в дороге. Почему бы не расслабиться и начать новое дело с утра, когда отдохнете?»
   Хитер была благодарна за приглашение, но не только по причинам, которые перечислил Пол: ей по-прежнему было неприятно тягостно в доме и не нравилась его изолированность от всего мира. Она решила, что ее нервозность – не что иное, как первая реакция горожанки на слишком много открытого пространства, больше, чем она когда-либо видела. Скромная фобическая реакция. Временная агорафобия. Это пройдет. Ей просто нужно день или два – а может быть, и несколько часов – на то, чтобы привыкнуть к новому ландшафту и образу жизни. Вечер с Полом Янгбладом и его женой может стать хорошим лекарством.
   Установив обогрев повсюду в доме, даже в подвале, чтобы быть уверенными, что завтра утром в нем будет тепло, Макгарвеи заперли двери, сели в «Эксплорер» и поехали за «Бронко» Пола по сельской дороге. Он повернул на восток, к городу, и они сделали то же самое.
   Короткие сумерки отступили перед упавшей стеной ночи. Луна еще не взошла. Темнота со всех сторон была так густа, что, казалось, она никогда не исчезнет, даже с восходом солнца.
   Ранчо Янгблада именовалось по названию дерева, которое преобладало в его владениях. Маленькие прожекторы на краях въездного знака были направлены в середину, освещая зеленые буквы на белом фоне: «ЖЕЛТЫЕ СОСНЫ». А под этими двумя словами маленькими буквами: «Пол и Каролин Янгблад».
   Поместье поверенного было действующим ранчо и значительно большим, чем их. По обеим сторонам въездной дорожки, которая была даже длиннее, чем на ранчо Квотермесса, выстроились в ряд массивные здания безупречно окрашенных красных конюшен, видны были беговые дорожки, тренировочные площадки и огороженные пастбища. Постройки освещались перламутровым сиянием низковольтных ночных фонарей. Белые ограды разделяли поднимающиеся в гору луга: чуть фосфоресцирующие участки земли, уходящие в темноту, как черты загадочных иероглифов на стенах гробницы.
   Основной дом, перед которым затормозили, был большим, низким зданием из речного камня и окрашенного в темный цвет дерева. Он казался почти естественным продолжением земли.
   Пока Пол вел гостей к дому, он отвечал на вопрос Джека о хозяйстве в «Желтых соснах»:
   – У нас тут два главных предприятия. Выращиваем и тренируем беговых лошадей – они пользуются популярностью на скачках по всему Западу, от Нью-Мексико до канадской границы. Мы также растим и продаем некоторые виды породистых лошадей для шоу, которые никогда не выходят из моды, большей частью арабских скакунов. У нас одна из самых лучших ферм по производству арабских скакунов в округе, наши питомцы так совершенны и красивы, что могут надорвать ваше сердце или заставить вас вытащить кошелек, если вы обеспокоены разведением.
   – А коров нет? – спросил Тоби, когда они подошли к ступенькам, ведущим к длинной просторной веранде перед домом.
   – Извини, скаут, коров нет, – сказал поверенный. – На многих ранчо вокруг есть фермы, но не у нас. Зато есть ковбои. – Он указал на соцветие огоньков приблизительно в двухстах ярдах к западу от дома. – Восемнадцать ковбоев постоянно живут на ранчо со своими женами, если они у них есть. Собственный маленький город.
   – Ковбои… – повторил Тоби благоговейно, таким же тоном, каким рассуждал о кладбище и о перспективе завести пони. Монтана оказалась для него настолько же экзотичной, как другая планета из комиксов и фантастических фильмов, которые он любил. – Настоящие ковбои!
   Каролин Янгблад тепло встретила их у дверей и пригласила в дом. Будучи матерью детей Пола, она должна была быть его возраста, лет пятидесяти, но выглядела гораздо моложе. На ней были узкие джинсы и декоративно простроченная красно-белая рубашка-вестерн, подчеркивающие худую, гибкую фигуру сильной тридцатилетней женщины. Белоснежные волосы – коротко подстриженные в мальчишечьем стиле, не требующем особого ухода, – не ломались, что обычно бывает с седыми волосами, но были толстые, мягкие и пышные. Черты лица – гораздо менее резкие, чем у Пола, а кожа гладкая, как шелк.
   Хитер решила, что, если жизнь на ранчо в Монтане может сделать такое с женщинами, она должна преодолеть любое отвращение к раздражающе большим открытым пространствам, необъятности ночи и даже новому ощущению присутствия в дальнем углу своего двора четырех погребенных мертвецов.
* * *
   После ужина, когда Джек и Пол остались одни на несколько минут в кабинете, каждый со стаканом портвейна, и разглядывали множество фотографий в рамочках лошадей-призеров, которые почти полностью закрывали одну из сосновых стен с кружками-разводами бывших сучков, поверенный внезапно забросил тему разведения модных породистых лошадей и скакунов-чемпионов на ранчо Квотермесса:
   – Я уверен, что вы, ребята, будете здесь счастливы.
   – Я тоже так думаю.
   – Это отличное место для мальчишки, как Тоби.
   – Собака, пони – это похоже для него на сон.
   – Прекрасный край.
   – Здесь так мирно по сравнению с Лос-Анджелесом. Черт, да даже и сравнивать нельзя.
   Пол открыл рот, чтобы сказать что-то, но передумал и вместо этого принялся разглядывать фотографию лошади, с которой он начал свой триумфальный счет скакунов из «Желтых сосен». Когда поверенный снова заговорил, у Джека было чувство, что это совсем не то, о чем собирался Пол сообщить, когда открывал рот.
   – И хотя мы не такие уж близкие соседи, Джек, я надеюсь, что мы будем близки в другом смысле.
   – Я бы хотел этого.
   Поверенный снова колебался, потягивая портвейн из стакана, чтобы скрыть свою нерешительность.
   Пригубив свой, Джек спросил:
   – Что-то не так, Пол?
   – Нет, не то чтобы… просто… А почему ты спросил?
   – Я был долгое время полицейским. Я как будто шестым чувством чую, когда у людей есть что сказать.
   – Понятно. Ты, вероятно, станешь хорошим бизнесменом, если решишь, что это дело по тебе.
   – Так что такое?
   Вздохнув, Пол сел на край своего большого стола.
   – Даже не знаю, стоит ли упоминать. Ведь я не хочу, чтобы ты слишком много об этом думал; кажется, и повода-то особого нет.
   – Да?
   – Эд Фернандес действительно умер от разрыва сердца, как я тебе говорил. Обширный инфаркт повалил его так внезапно, как пуля в голову. Коронер не смог ничего другого найти, только сердце.
   – Коронер? Ты хочешь сказать, что делали вскрытие?
   – Да, конечно, – сказал Пол и глотнул портвейна.
   Джек был уверен, что в Монтане, как и в Калифорнии, вскрытие не делают каждый раз, когда кто-нибудь умирает, особенно если покойник – в возрасте Эда Фернандеса и вполне может окончить жизнь по естественным причинам. Старикам делают аутопсию только при особых обстоятельствах, в первую очередь когда видимое повреждение указывает на возможность смерти от чужих рук.
   – Но ты сказал, что коронер не смог ничего найти, кроме разрыва сердца, никаких ран.
   Уставившись на блестящую поверхность портвейна в стакане, поверенный произнес:
   – Тело Эда было найдено на пороге между кухней и задним крыльцом, он лежал на правом боку, так что дверь было нельзя закрыть. И держал обеими руками дробовик.
   – А, это достаточно подозрительно, чтобы дать санкцию на вскрытие. А может быть, он просто решил выйти поохотиться?
   – Был не охотничий сезон.
   – Ты хочешь сказать, что маленькое браконьерство – неслыханное дело в этих краях, особенно когда человек охотится не в сезон на своей собственной земле?
   Поверенный покачал головой:
   – Вовсе нет. Но Эд не был охотником. Никогда.
   – Ты уверен?
   – Да. Стэн Квотермесс был охотник, а Эд только унаследовал оружие. И другая странность – в том дробовике магазин был не просто полон. Он даже впихнул еще один заряд в промежуток. Никакой охотник, даже полоумный, не будет таскаться с заряженным ружьем. Он бродит и падает, он может себе в голову стрельнуть.
   – Да и в доме его держать заряженным тоже нет смысла.
   – Если только, – сказал Пол, – не было какой-то постоянной угрозы.
   – Ты имеешь в виду, какого-нибудь грабителя?
   – Может быть. Хотя в здешних краях это бывает реже, чем бифштекс под татарским соусом.
   – Никаких следов ограбления, обыска в доме?
   – Нет. Ничего похожего.
   – Кто нашел тело?
   – Тревис Поттер, ветеринар из Иглз-Руст. Что напоминает о еще одной странности. Десятого июня, больше чем за три недели до своей смерти, Эд привез мертвых енотов к Тревису и попросил их осмотреть.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 [22] 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация