А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Помутнение" (страница 7)

   Глава 5

   Бобу Арктору надо было на некоторое время покинуть дом, чтобы там установили подслушивающую и подсматривающую аппаратуру.
   Обычно за домом следят до тех пор, пока из него не уходят все проживающие и можно предположить их длительное отсутствие. Порой агенты вынуждены ждать неделями. В конце концов, если ничего не получается, жильцов удаляют под каким-нибудь благовидным предлогом, например, в связи с травлей тараканов.
   Но в данном случае подозреваемый Роберт Арктор очень кстати уехал сам, прихватив с собой обоих жильцов, чтобы взять напрокат цефалохромоскоп, пока Баррис не починит сломанный. Соседи видели, как все трое с серьезным и целеустремленным видом уселись в машину Арктора. Позже из подходящего места – телефона-автомата на бензоколонке – Фред доложил, изменив голос с помощью электроники костюма-болтуньи, что до конца дня в доме определенно никого не будет. По его словам, он подслушал, как жильцы втроем обсуждали предстоящую поездку в Сан-Диего, где у одного типа был дешевый краденый цефаскоп. Всего пятьдесят баксов – за такую цену имело смысл смотаться.
   Кроме того, это предоставляло властям удобную возможность пошарить по закоулкам более тщательно, чем обычно удавалось тайным агентам. Нужно было отодвинуть шкафы и проверить, не приклеено ли чего сзади. Нужно было развинтить торшеры и посмотреть, не посыплются ли оттуда сотни таблеток. Нужно было заглянуть в туалетный бачок – нет ли пакетиков, пристроенных так, чтобы легко смываться водой. Нужно было проверить холодильник, не лежат ли там замороженные наркотики в упаковках от жареной картошки и фасоли. А тем временем полицейские техники установят хитрые голографические видеокамеры и проверят, как они работают. Аудиоаппаратуру также поставят, но с ней было легче. Расположить все это незаметно в нужных местах чертовски трудно, и техникам хорошо платили – если они давали промашку и камеру потом находили жильцы, эти жильцы сразу просекали, что находятся под колпаком, и сворачивали свою деятельность. А иногда просто снимали следящую систему и с потрохами ее продавали. Доказывать факт воровства в суде весьма непросто, полиция в таких случаях может лишь придраться к какому-нибудь пустяку. Толкачи же, напротив, реагировали в подобной ситуации куда более резко. Арктор припомнил, как один посредник, желая убрать цыпочку, запрятал в ручку ее утюга два пакетика героина, а потом сделал анонимный звонок в отдел «МЫ СООБЩАЕМ». Получилось так, что девушка сама нашла героин и продала его. Полиция, естественно, ничего не обнаружила и по записи голоса арестовала толкача за дезинформацию. Освободившись под залог, толкач ночью заявился к цыпочке и избил ее до полусмерти. На вопрос, почему он выбил ей глаз и сломал обе руки и парочку ребер, пойманный толкач ответил, что она продала принадлежавшие ему два пакетика высокопробного героина и не взяла его в долю.
   Арктор высадил Лакмена и Барриса – искать парня с цефаскопом; таким образом, они не могли внезапно вернуться домой и застукать техников, а Арктору представлялась возможность повидать одну знакомую, которую он не встречал больше месяца. Он вообще редко посещал этот район. Цыпочка вроде держалась – ничего, кроме «смеси» пару раз в день и улицы, чтобы заработать на дозу. Она жила с толкачом. Обычно Дан Манчестер днем дома не сидел. Он тоже употреблял наркотики, но что конкретно, Арктор не знал. Скорее всего разные. Так или иначе, тип был свирепый и жестокий, непредсказуемый и опасный. Чудо, что местная полиция не привлекала его за нарушение общественного порядка. Может, откупался. А скорее всего им было просто наплевать: в районе трущоб жили одни старики да нищета. Полиция наведывалась в эти кварталы лишь в случае тяжких преступлений.
   Арктор остановил машину у пропахшего мочой подъезда и поднялся к двери «Г». Перед дверью валялась полная банка «Драно», и он машинально ее поднял, подумав при этом: «Сколько детей с ней играли?..» И на миг вспомнил своих собственных детей…
   Арктор заколотил банкой в дверь.
   Щелкнул замок. Дверь приоткрылась, и из-за цепочки выглянула девушка, Кимберли Хокинс.
   – Да?
   – Здорово. Это я, Боб.
   – Что это у тебя?
   – Банка «Драно».
   Вялым движением она сняла цепочку; голос ее тоже был вялым. Под глазом красовался синяк, разбитая губа опухла. Арктор заметил, что окна маленькой грязной квартиры разбиты; осколки стекла валялись на полу вместе с перевернутыми пепельницами и бутылками из-под кока-колы.
   – Ты одна? – спросил он.
   – Да. Мы поцапались, и Дан ушел.
   Девушка – наполовину мексиканка, маленькая, некрасивая, с болезненно бледным лицом кокаинистки – безжизненно смотрела вниз, подслеповато щурясь. Арктор заметил, что голос у нее хриплый. Может, причина в наркотиках, а может, в простуде – из-за разбитых окон в комнате было холодно.
   – Он тебя отделал.
   Арктор поставил банку «Драно» на полку с несколькими замусоленными порнографическими журналами.
   – Еще хорошо, что у него не было ножа. Он теперь носит охотничий нож на поясе, в ножнах. – Кимберли опустилась на стул с торчащими из него пружинами. – Чего тебе, Боб? Мне совсем погано, правда.
   – Хочешь, чтобы он вернулся?
   Она пожала плечами.
   Арктор подошел к окну и выглянул на улицу. Дан Манчестер, безусловно, объявится рано или поздно. Девушка была источником денег, а Дан знал, что ей понадобится доза, как только кончится запас.
   – Надолго тебе хватит?
   – Еще на день.
   – Не можешь достать в другом месте?
   – Могу, но не так дешево.
   – Что у тебя с горлом?
   – Простуда. Ветер задувает.
   – Ты бы сходила…
   – Если я пойду к врачу, он поймет, что я нюхаю. Я не могу.
   – Ему наплевать.
   – Нет.
   Она прислушалась.
   – По-моему, машина Дана. Красный «Форд-Торино-79»?
   Арктор кинул взгляд на захламленную стоянку. Туда въезжал побитый «торино», выпуская из обеих выхлопных труб клубы черного дыма.
   – Да.
   Кимберли заперла дверь на два дополнительных замка.
   – Он, наверное, с ножом.
   – У тебя есть телефон?
   – Нет.
   – Нужно поставить.
   Она снова пожала плечами.
   – Он убьет тебя, – сказал Арктор.
   – Не убьет, здесь ты.
   – А когда я уйду?
   Кимберли села и снова пожала плечами.
   Через минуту они услышали шаги, а затем раздался стук в дверь. В ответ Кимберли закричала, что не одна.
   – Ну ладно! – высоким голосом завопил Дан. – Я проколю тебе шины!
   Он помчался вниз. Арктор и девушка увидели из разбитого окна, как Дан Манчестер – тощий, коротко остриженный, похожий на голубого, – размахивая ножом, подбежал к машине, при этом продолжая орать так, что слышно было по всей округе.
   – Я порежу твои шины, твои сучьи шины! А потом зарежу тебя, сука!
   Он нагнулся и проколол сперва одну, а потом вторую шину старенького «доджа».
   Кимберли внезапно очнулась, прыгнула к двери и стала рвать замки.
   – Я должна остановить его! Машина не застрахована!
   Арктор схватил ее за руки. Револьвер он, разумеется, не носил, а у Дана был нож.
   – Шины не главное…
   – Мои шины!– Исступленно крича, девушка пыталась вырваться.
   – Он только и хочет, чтоб ты вышла, – урезонивающе сказал Арктор.
   – Вниз, – задыхаясь, проговорила Кимберли. – У соседей есть телефон. Позвоним в полицию. Пусти меня! – Она с неожиданной силой вырвалась и сумела открыть дверь. – Я позвоню в полицию! Мои шины! Одна из них совсем новая!
   – Я с тобой.
   Арктор попытался ухватить ее за плечо, но она уже сбегала по лестнице и колотила в дверь.
   – Пожалуйста, впустите! Мне надо позвонить в полицию! Пожалуйста, дайте позвонить!
   Арктор тоже подошел к двери и постучал.
   – Нам надо воспользоваться телефоном. Дело срочное.
   Дверь открыл старик в сером свитере, галстуке и выглаженных форменных брюках.
   – Спасибо, – сказал Арктор.
   Кимберли протиснулась внутрь, подбежала к телефону и набрала номер. Все молчали; раздавался только голос девушки. Сбиваясь и путаясь, она тараторила что-то о ссоре из-за пары ботинок ценой в семь долларов.
   – Он говорит, что это его ботинки, потому что я подарила их ему на Рождество, но они мои, потому что деньги платила я. А он стал отбирать их, и я порезала подошвы открывалкой, и тогда… – Она замолчала, потом, кивая: – Да, хорошо, спасибо, буду ждать…
   Старик смотрел на Арктора. Из соседней комнаты с немым ужасом выглядывала пожилая женщина в ситцевом платье.
   – Вам, наверное, нелегко, – обратился к ним Арктор.
   – Ни минуты покоя, – пожаловался старик. – Каждую ночь скандалы… Он все время грозит убить ее.
   – Нам надо было вернуться в Денвер, – сказала женщина. – Говорила тебе, надо вернуться в Денвер.
   – Ужасные драки, – продолжал старик. Он не сводил глаз с Арктора, взывая о помощи или, может быть, о понимании. – Шум, грохот… круглые сутки, без передышки, а потом, что еще хуже, знаете, каждый раз…
   – Да, скажи ему, – подбодрила пожилая женщина.
   – Что еще хуже, – с достоинством проговорил старик, – каждый раз, когда мы выходим… ну, в магазин или отправить письмо, мы наступаем… знаете, что оставляют собаки…
   – Кал! – с негодованием закончила женщина.

   Наконец прибыла машина местной полиции. Арктор дал свидетельские показания, скрыв, что сам служит в полиции. Сержант записал его слова и пытался расспросить Кимберли как потерпевшую, но в ее лепетании не было ни капли смысла: она продолжала твердить о паре ботинок, о том, как она хотела их забрать и что они значат для нее. Полицейский, строча в блокноте, кидал на Арктора холодные взгляды, значения которых Арктор не понял, явно недружелюбные. Наконец сержант посоветовал Кимберли звонить, если хулиган вернется и будет поднимать шум.
   – Вы отметили порезанные шины? – спросил Арктор, когда полицейский собрался уходить. – Вы осмотрели ее машину на стоянке? Порезы сделаны недавно – из шин еще выходит воздух.
   Полицейский снова смерил его странным взглядом и, не говоря ни слова, удалился.
   – Тебе не стоит здесь оставаться, – сказал Арктор девушке. – Он должен был посоветовать тебе это и спросить, можешь ли ты куда-нибудь перебраться.
   Кимберли опустилась на ветхую кушетку в загаженной гостиной, и глаза ее сразу потускнели. Она пожала плечами.
   – Я отвезу тебя, – предложил Арктор. – У тебя есть подруга, у которой…
   – Убирайся к черту! – вдруг взорвалась Кимберли. Она вопила совсем как Дан Манчестер, только более хрипло. – Убирайся к черту, Боб Арктор! Пошел вон! Вон, черт побери! Ты уйдешь или нет?!
   Ее голос перешел на пронзительный визг и сорвался.
   Он вышел и медленно спустился по лестнице, тяжело шагая по ступенькам. Что-то звякнуло и покатилось вслед за ним – банка «Драно». Сзади хлопнула дверь, защелкали замки. Тщетная предосторожность, подумал Арктор. Все тщетно. Полицейский советует звонить, если хулиган вернется. А как она позвонит, не выходя из квартиры? Или выйдет – и Дан Манчестер тут же пырнет ее ножом, словно шину. И – кстати, о жалобе стариков снизу – она сперва шагнет, а потом замертво свалится в собачье дерьмо… Арктора разобрал истерический смех: у этих стариков странные приоритеты. Не только свихнувшийся наркоман у них над головой каждую ночь избивает и грозит убить и, очевидно, скоро убьет молодую девушку – наркоманку и проститутку, которая, безусловно, больна гриппом и, наверное, кое-чем похуже, но еще к тому же…
   – Собачье дерьмо… – усмехнулся он, уже сидя в машине с Лакменом и Баррисом. – Собачье дерьмо.
   Смешная штука, если вдуматься. Забавное собачье дерьмо.
   – Обгони ты этот грузовик, – нетерпеливо сказал Лакмен. – Еле плетется, сволочь.
   Арктор выехал на левую полосу и набрал скорость. Но потом, когда он убрал ногу с газа, педаль неожиданно провалилась, мотор яростно взревел, и машина рванулась вперед.
   – Потише! – одновременно воскликнули Лакмен и Баррис.
   Машина разогналась до ста миль в час; впереди замаячил огромный фургон. И сидящий рядом Лакмен, и сидящий сзади Баррис инстинктивно выставили вперед руки. Арктор вывернул руль и проскочил фургон прямо перед носом у встречного «корвета». Лакмен и Баррис уже кричали. «Корвет» отчаянно загудел; завизжали тормоза. Лакмен потянулся и выключил зажигание; Арктор тем временем сообразил поставить нейтральную передачу и все жал на тормоз, уходя вправо. Наконец машина с мертвым двигателем вкатила на аварийную полосу и потихоньку остановилась.
   «Корвет», уже издалека, негодующе просигналил. Проезжающий мимо гигантский самосвал присоединился к нему, издав оглушающий рев.
   – Какого черта? – пробормотал Баррис.
   – Наверное, сломалась возвратная пружина.
   Арктор дрожащей рукой махнул вниз, и все уставились на педаль газа, беспомощно вжавшуюся в пол. Так же молча они вылезли из машины и подняли капот. Оттуда пошел белый дым, из радиатора выбрызгивала кипящая вода.
   Лакмен нагнулся над раскаленным мотором.
   – Это не пружина. Это линия от педали к карбюратору. Глядите. Сломан рычаг. Так что педаль газа не вернулась, когда ты убрал ногу.
   – На карбюраторе должен быть ограничитель, – ухмыляясь, сказал Баррис. – Таким образом, если…
   – Почему сломался рычаг? – перебил Арктор. – Разве запорное кольцо не держит муфту на месте? – Его рука ощупала стержень. – Как же он мог так отвалиться?
   Баррис продолжал, будто ничего не слыша:
   – Если линия по какой-то причине нарушается, двигатель должен сбросить обороты до холостых. А вместо этого обороты поднялись до предела. – Он наклонился, чтобы лучше видеть. – Этот винт вывернут. Винт холостого хода.
   – Каким образом? – ошарашенно спросил Лакмен. – Случайно?
   Вместо ответа Баррис достал из кармана перочинный нож, открыл маленькое лезвие и начал медленно закручивать регулятор, считая при этом вслух. Винт сделал двадцать оборотов.
   – Чтобы ослабить запорное кольцо и снять муфту, крепящую рычаг акселератора, нужен специальный инструмент. Даже пара инструментов. Пожалуй, понадобится не менее получаса, чтобы снова все закрепить. Но у меня в ящике есть все, что надо.
   – Твой ящик с инструментами дома, – напомнил Лакмен.
   – Верно, – кивнул Баррис. – Значит, нам придется идти на ближайшую бензоколонку и либо попросить у них инструменты, либо вызвать сюда ремонтную машину. На мой взгляд, лучше вызвать. Надо хорошенько все проверить, прежде чем снова садиться за руль.
   – Послушай, – произнес Лакмен, – это произошло случайно, или кто-то нарочно подстроил? Как с цефаскопом?
   Баррис погрузился в раздумье, продолжая улыбаться своей скорбно-лукавой улыбкой.
   – Не могу сказать однозначно. Как правило, повреждение автомобиля, злостное, имеющее целью вызвать аварию… – Он обратил на Арктора зеленые шторки очков. – Мы едва не накрылись. Иди этот «корвет» чуть быстрее – и всем нам крышка. Тебе следовало сразу выключить зажигание.
   – Я поставил на нейтралку, – ответил Арктор. – Когда сообразил. В первую секунду я не мог опомниться.
   Если бы это была тормозная педаль, подумал он, я бы сориентировался быстрее. А так… уж очень все необычно.
   – Кто-то нарочно это сделал! – громогласно объявил Лакмен. Он закружился на месте, яростно потрясая кулаками. – ПРОКЛЯТИЕ! Мы чуть не разбились! Черт побери, нас чуть не угробили!
   Баррис, стоя на краю дороги, вплотную к проносящимся машинам, достал маленькую коробочку с таблетками смерти, взял несколько сам, угостил Лакмена, затем протянул ее Арктору.
   – Может, это нас и доканывает, – раздраженно бросил Арктор. – Мутит мозги.
   – Травка не может испортить карбюратор, – заявил Баррис, не убирая коробку. – Закинься по меньшей мере тремя, они слабенькие, хотя и чистые.
   – Убери эту гадость, – устало произнес Арктор. В голове звенели громкие голоса, сливавшиеся в непонятную жуткую какофонию, – казалось, мир сошел с ума. Все вокруг – проносящиеся мимо машины, двое приятелей, его собственный автомобиль с поднятым капотом, вонь от выхлопных газов, яркий полуденный свет, – все приобрело прогорклый привкус, словно мир протух. Словно мир разлагался и смердел. Арктор почувствовал резкую тошноту, закрыл глаза и содрогнулся.
   – Ты что-то унюхал? – спросил Лакмен. – Улика? Какой-то запах от двигателя…
   – Собачье дерьмо… – пробормотал Арктор. Этот запах определенно исходил от мотора. Он нагнулся, принюхался, почувствовал его сильно и безошибочно. Чушь какая, дикость… – Правда, пахнет собачьим дерьмом? – спросил он Барриса и Лакмена.
   – Нет, – сказал Лакмен, не сводя с него глаз. И обратился к Баррису: – В твоих таблетках был галлюциноген?
   Баррис, улыбаясь, покачал головой.
   Арктор нагнулся над горячим двигателем. Он отдавал себе отчет, что на самом деле никакого запаха нет. И все же его чувствовал. А потом увидел размазанную по всему мотору, особенно у головок цилиндров, мерзкую бурую массу. Масло, подумал он, выплеснувшееся масло. Должно быть, прокладки прохудились.
   Пальцы прикоснулись к вязкой липкой массе и отдернулись. Он вляпался в собачье дерьмо. Весь блок цилиндров, все провода покрывал слой собачьего дерьма. Переместив взгляд наверх, Арктор заметил дерьмо на звукопоглощающем материале капота. Его захлестнула тошнотворная вонь. Он сомкнул глаза и задрожал.
   – Эй! – окликнул Лакмен, опустив ему на плечо руку. – У тебя что, глюк пошел?
   – Билеты бесплатно, – поддакнул Баррис и заржал.
   – Ну-ка присядь, – сказал Лакмен, отвел Арктора к сиденью водителя и бережно усадил. – Да ты прямо вырубаешься… Успокойся, никто не убит, и теперь мы начеку. – Он захлопнул дверцу. – Все нормально, понимаешь?
   В окошко заглянул Баррис.
   – Хочешь собачью какашку, Боб? Пожевать…
   Ошеломленный Арктор широко раскрыл глаза и замер, глядя на него. Но мертвые зеленостеклянные шторки очков ничего не выдавали. Он в самом деле это сказал, мучился Арктор, или я спятил?
   – Что, Джим? – спросил он.
   Баррис начал смеяться. И смеялся, и смеялся.
   – Оставь его в покое, – велел Лакмен, стукнув Барриса по спине. – Заткнись, Баррис!
   Арктор обратился к Лакмену:
   – Что он только что сказал? Дословно, что он мне сказал, черт побери?
   – Понятия не имею, – ответил Лакмен. – Я не могу разобрать и половины из того, что он говорит.
   Баррис все еще улыбался, но уже молча.
   – Ты, проклятый Баррис, – процедил Арктор. – Я знаю, что это твоих рук дело – цефаскоп и теперь машина. Ты это сделал, ты, чертов ублюдок, псих поганый!
   Арктор едва слышал собственный голос, однако чем громче он орал на ухмылявшегося Барриса, тем сильнее становилась кошмарная вонь. Он замолчал и понурился у руля, отчаянно борясь с тошнотой. Слава богу, что рядом Лакмен. Иначе был бы мне конец. От руки сумасшедшего выродка, этого паршивого козла, живущего со мной под одной крышей.
   – Успокойся, Боб, – сквозь волны тошноты донесся голос Лакмена.
   – Я знаю, что это он, – сказал Арктор.
   – Но зачем, черт побери?! Он бы и сам угробился. Зачем?
   Запах ухмыляющегося Барриса захлестнул Боба Арктора, и его вырвало прямо на приборную доску. Тысячи тоненьких голосов звенели, вспыхивали, светились, странные, трепещущие, непонятные… Но по крайней мере он мог что-то видеть, и вонь начала уходить. Он задрожал и полез за носовым платком.
   – Что там было в твоих таблетках? – подозрительно спросил Лакмен у Барриса.
   – Послушай, я и сам закинулся, – ухмыльнулся Баррис. – И ты. Так что дело не в травке. Да и слишком быстро. При чем здесь таблетки – желудок не в состоянии усвоить…
   – Ты меня отравил! – яростно прошипел Арктор. В голове и перед глазами стало проясняться, сохранился лишь страх. Страх – естественная реакция. Страх перед тем, что могло произойти, перед тем, что это означало. Страх, страх, кошмарный страх перед улыбающимся Баррисом, и его проклятыми таблетками, и его объяснениями, и его странными словечками, и его привычками, его зловещими появлениями и уходами. Перед анонимным доносом в полицию на Роберта Арктора через самодельный голосовой фильтр… Наверняка он, Баррис.
   Подонок охотится за мной, подумал Арктор.
   – Никогда не видел, чтобы кто-нибудь вырубался так быстро, – покачал головой Баррис. – Хотя вообще-то…
   – Как ты, Боб? – спросил Лакмен. – Это мы сейчас почистим, ничего. Садись лучше назад.
   Арктор вышел из машины, нетвердо держась на ногах.
   Лакмен повернулся к Баррису.
   – Ты точно ничего ему не подсунул?
   Баррис с негодованием воздел руки.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 [7] 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация