А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Бермудский артефакт" (страница 2)

   – Вы хотите, чтобы я помог вам найти вашу жену?
   – Нет, благодарю.
   – Отчего же нет? Ведь вас это тревожит? Почему русскому не помочь русскому в чужом городе? – И он посмотрел на Макарова еще более внимательно.
   Тот ответил так, как подсказывало ему его дикое состояние:
   – Пошел ты на!.. – развернулся и крикнул в сторону холма, на котором дважды видел мерцание оптики, – он был уверен, что это оптика, но поговорить с собой об этом он решил потом: – Катрин!
   Обернувшись и убедившись, что Левша расслабился, Макаров пробормотал, не особенно надеясь на удачу:
   – Но сигарету-то у тебя стрельнуть можно?
   – Не вопрос. – И тот протянул ему пачку «Мальборо».
   Наблюдая за тем, как Левша спускается с холма и заходит в продолжающий буйствовать лес, Макаров дрожащей рукой вынул из кармана зажигалку. Совместить огонек с кончиком сигареты ему посчастливилось только с четвертой попытки.
   – Я схожу с ума? – произнес он, поглядывая по сторонам. – Или уже сошел и ночи в этих краях для каждого наступают индивидуально? Второе ближе к истине. – Докурив, он бросил окурок и втер его ногой в траву. Ему хотелось еще добавить что-то об увиденном только что, но тогда ответ на вопрос, сошел ли он с ума, можно было опустить. И без того было ясно, что сошел. – Дорого бы дал, чтобы понять, о чем они говорили…
   Наугад выбрав направление, он двинулся в путь. Решив не думать пока о Левше и убийстве, но еще чувствуя на плече неприятное ощущение от хватки Левши, он наугад выбрал направление и отправился в путь…
   В который уже раз – наугад…
* * *
   Ночь наступала так, как ей и положено – не торопясь, но упрямо. Во второй раз за этот день, кажется. Черт знает что происходит, думал Левша, склоняясь к тому, что по голове его ударили крепко. А иначе может ли быть такое, чтобы трезвый человек, без признаков шизофрении, в течение восьми последних часов своими глазами видел, как сгущаются сумерки. Правда, ночь первая длилась не более четверти часа. А потом снова наступило утро. Или день – кто разберет…
   Кусая губы, Левша сидел меж двух деревьев и время от времени, уже наплевав на смущение, поднимался во весь рост, когда переставал чувствовать руки. Веревки, которыми они были разведены в разные стороны, удерживали его на виду у всех. Совершенно нагой, испытывая голод, он наблюдал за тем, как несколько мужчин, бродя по колено в воде, пытаются загнать в тупик меж обросших водорослями камней рыбу.
   «Интересно, как они будут ее есть, сырой, что ли?»
   Это была не самая главная мысль в его голове. Наступала ночь. То есть еще час, и берег будет освещаться только лунным светом. В общем, наступало не самое приятное время.
   – Эй, – позвал он девушку с зелеными глазами. Ту, что предложила воды. Дождавшись, когда она приблизится, он процедил: – Милая, я хочу поговорить. Как умерли ваши друзья?
   – Тебе ли не знать?
   Нет, уверенности и злобы в голосе ее он не чувствовал. Скорее, обреченность и страх.
   – Нам нужно поговорить, потому что в противном случае до утра доживут немногие из нас.
   – Из нас? – саркастически уточнила она.
   – Вот именно. – Левша почувствовал раздражение от этого спокойного голоса. – Вы здесь уже третьи сутки, подруга, так неужели вы еще не сообразили, что население этого острова сокращается только в темное время суток? Напрягите мозги! Я, как и вы, видел тех, кто сгорает от желания вас сожрать. Но скажите, как сильно я похож на них?
   – Те тоже были без одежды и заросшие.
   К месту разговора – двум пальмам – стали подтягиваться остальные, среди них был и Артур.
   – Не слушай его, – велел он зеленоглазой. – Эти твари хитры и опасны.
   – Кретин!
   Артур подошел и без особой злобы врезал Левше под дых. Задохнувшись, тот опустился на землю. Не расточая слова понапрасну, остальные – их было около десятка – наблюдали за происходящим без комментариев.
   – Я так понимаю, что моя причастность к «Кассандре» есть единственное условие доверия ко мне… – Стиснув зубы и глядя в глаза Артуру, он упрямо поднялся на ноги.
   – Ничего похожего, – усмехнулся, потирая руку, Артур. – На той же «Кассандре» были ублюдки, оставившие нас здесь.
   – Логично, – согласился Левша. – Но я все-таки попробую доказать, что пассажир…
   Ничего, кроме шума накатывающих на песок волн, он не слышал. Да еще ветер изредка врывался в уши. Да за спинами стоящих перед ним кто-то переводил на английский все, что слышал. Голос был мужской.
   – Ладно, – прохрипел Левша, – поскольку здесь я один напоминаю человека, то моей голове и работать. В любом случае знайте – над островом встали облака. Луны сегодня не будет. А это значит, что каждый из вас может уже сейчас готовиться к смерти. Но пока солнце еще не скрылось, я предложу вам развлечение. Игра называется «покажи на дурака пальцем»… – Прокашлявшись, Левша пошевелил пальцами рук и сказал: – На «Кассандре» две палубы. Верхняя – для пассажиров первого класса. Нижняя – для пассажиров второго. Есть здесь кто-то с верхней?
   Он обвел людей взглядом. Задавленные авторитетом Артура и страхом – двух суток хватило, чтобы они равновелико старательно подчинялись и тому, и другому, – мужчины и женщины хранили молчание.
   Левша опустил голову. Он уже давно назвал бы место, где была его сумка, документы и другое содержимое, но этим он мог только усугубить свое положение. Нет зацепки, за которую могло бы доверие этих людей зацепиться. Чтобы развести простака, нужна лазейка, то же необходимо и для доказательства истины. Странно, что одно и то же условие пригодно для достижения столь разных целей…
   В этот момент, осознав мысль до конца, он вдруг сообразил, что доказать не сможет. То же, что видели и слышали во время путешествия эти люди, видел и слышал любой член экипажа. То есть, по мнению Артура, враг.
   – Вы усложняете мне задачу…
   Усмехнувшись, Артур встал перед ним и скрестил на груди руки.
   – Если ты не расскажешь, что вы со своими дружками придумали для нас, этой ночью все для тебя будет плохо.
   «Мне бы только освободить руку, – подумал Левша. – Одну руку. Любую».
   – Ты идиот, – сыграв желваками, процедил он. – И папа твой был идиотом. И мама идиотка.
   С лица Артура сошла улыбка. Шагнув, он развел руки и повернулся боком к Левше…
   Левша сработал молниеносно. Никто не успел заметить удара. Согнувшись, почти переломившись пополам, Артур застонал и шагнул назад. На помощь ему бросились двое. Левша выбрал того, что был поскромнее в габаритах, и ударил его в колено. И, уже руками завалив его на песок, крепко обхватил его шею ногами.
   – Стоять!.. если хотите, чтобы он остался жить…
   Ошеломленная публика замерла на месте. И лишь Артур, пытаясь выпрямиться, сначала присел на песок, а потом завалился на бок. Боль была такой, что он ни секунды не находился в покое.
   Плененный пассажир «Кассандры» задыхался. Скрещенные на его груди ноги Левши не позволяли двигаться, а упершиеся в горло колени мешали дышать.
   – Вы из тех, кто не верит людям на слово, – тоже задыхаясь, но от притока адреналина, выкрикнул Левша. – Правильно делаете, но не тот случай! Я, видите ли, гордец!.. И не могу позволить стае извращенцев издеваться над собой вечно! Терять мне нечего, а поэтому, если не отвяжете веревки от пальм, этот чудик сейчас отдаст богу душу! Ну?..
   Он обвел взглядом присутствующих.
   – Одно не понравившееся мне движение – и ему крышка!..
   Побагровевший, с надувшимися на лбу венами, Артур проговорил:
   – Отпустите его…
   Трое или четверо бросились к пальмам. А Левша, усевшись поудобнее, перехватил ногами голову пленника так, чтобы тот вовсе не имел желания освободиться – черт знает, что может прийти человеку в голову, когда тот на краю могилы…
   Отвязанная от пальмы веревка упала на песок, и Левша впервые за долгое время получил возможность прикоснуться к своему телу. Расчесав бок, куда его недавно укусило какое-то насекомое, он вцепился в узлы на запястье зубами. Он не сводил глаз с окруживших его людей. На песок упала вторая веревка, но срывать ее с руки Левша не спешил. Перекинув ее через шею своей жертвы, он натянул на себя и разжал ноги. Вскочил и прижал полузадушенного мужчину к себе.
   – Сейчас я уйду, – предупредил он, наклоняясь и поднимая с песка отшлифованный прибоем камень. Размером в два кулака, он удобно лег в его ладонь. – Уходить я буду не спеша, как подобает уважающему себя человеку. Если кто-то из вас пойдет за мной, я разобью ему голову. Я внятно объясняю?
   – Внятно, – ответил Артур и ядовито улыбнулся. – Найду ведь…
   – Сначала отдохни, – и Левша тоже улыбнулся. – Ты сейчас не годишься для поисков и погонь… Мы уходим…
   Он шел по берегу, не углубляясь в лес. Ему хотелось видеть всех. Двести метров, триста… Когда береговая линия острова скрыла от него стоянку людей, он скинул веревку с шеи мужчины.
   – Иди к своим, приятель. И скажи им, что если через полчаса они не разведут костер, они умрут. Эти твари боятся огня. Ты понял?
   Человек не верил ни в свое освобождение, ни словам голого островитянина. Человек видел, как двое похожих на этого ловкача разорвали в клочья и растащили в стороны его спутников… А потом жрали, хрипя и давясь, и не стесняясь присутствия будущих своих жертв… Они тоже похожи на людей, только не говорили…
   – Ты слышишь, что я сказал?
   Развернувшись, мужчина сначала зашагал, а потом перешел на трусцу. Когда ему стало ясно, что подвох исключен, он припустил во весь дух.
   Левша посмотрел на горизонт. У него оставалось не больше пяти минут. Кожа перестала чувствовать тепло солнца, на огненный диск можно было смотреть без опаски обжечь взгляд. Он почти утонул в океане, оставив над водой лишь маленький оранжевый холм…
   Левша был без сознания, когда его волокли к месту стоянки от тех камней. Но еще несколько часов назад он оценил берег и убедился в том, что с восточной части принести его не могли – крутые валуны мешали доступу на восток. Открытой была лишь западная часть берега – именно там и опускалось солнце, унося с собой свет, тепло и надежду…
   Левша мчался по песку, чувствуя легкое головокружение. Он не ел больше суток, был бит, и сейчас все это вместе не способствовало легкости передвижения.
   Но когда он увидел знакомые камни, сердце его забилось от радости.
   Смеясь, он вытаскивал из расщелины между ними свою одежду и сумку…
   – Сходил в баньку… – бормотал он, надевая трусы и брюки.
   Упав перед сумкой на колени, он вжикнул «молнией» и сунул туда рубашку. С досадой посмотрел на лес и, глотая стекающий ему в рот по губе пот, выхватил из сумки автомат и проверил магазины. Четыре штуки, тяжелые. Они заставили его успокоиться.
   До заката солнца оставались одна или две минуты.
   Он разорвал рубашку так, чтобы разделить ее на две приблизительно равные части. Он работал и почти каждые десять секунд поднимал глаза, упирая взгляд в темнеющий лес. Когда первый факел вспыхнул и в нос ему ударил неприятный запах паленого хлопка, Левша отправился в обратный путь.
   Он бежал и думал, насколько быстро он бежит. Ему хотелось бежать туда быстрее, чем он бежал оттуда. Казалось ему, что это шанс быть хоть частью прощенным за прошлое. Когда догорел первый факел, он перешел на шаг и прижал к нему, догорающему, второй.
   Он бежал, окруженный кругом света. На остров опустилась ночь, когда он увидел людей. Сбившись в стадо и прижавшись друг к другу, вооруженные палками, они стояли лицом к лесу и от баранов отличались только тем, что некоторые из них готовы были сопротивляться.
   Видимо, было кому…
   Кустарник, обрамляющий кромку джунглей, шевелился.
   Левшу заметили не сразу. Лишь когда сбитое от рваного бега дыхание его послышалось на пригорке, Артур и несколько мужчин развернулись к нему, играя палками.
   – Разожгите костер!.. – крикнул Левша, держа автомат в опущенной руке и протягивая факел в сторону людей. Глаза его смотрели на Артура, на скулах двигались желваки. – Разожгите костер, иначе вам конец…
   Поставив предохранитель для стрельбы одиночными выстрелами, он обошел толпу и встал между ними и лесом.
   В брюках, с атлетическим торсом и длинными светлыми волосами, он выглядел впечатляюще. Повернув голову, он поймал застывший зеленоглазый взгляд и подмигнул. Взгляд тот ожил…
   Факел догорал. Две женщины суетливо бегали по песку, метались под пальмами – на том месте, где весь день провел Левша, и собирали сучья, сухие пальмовые листья – все, что могло гореть.
   – Отойдите в сторону, дайте свету разойтись до леса! – приказал он. – Пусть свет тронет их…
   Из джунглей появился человек. Человек ли?.. За ним – второй. И потом – третий. Пассажиры «Кассандры» двинулись назад…
   Наклоняясь вперед и передвигаясь уже знакомой Левше манерой – иноходью, трое тварей спешили сократить разделяющее их и людей расстояние в пятьдесят метров.
   Кто-то из женщин за спиной Левши тихо и быстро заплакал. Второй голос, тоже женский, зашептал молитву на английском языке. Следом – грязные ругательства, тоже на английском, и казалось Левше, что куда приятней слышать эти обреченные женские всхлипы, чем громкое, истеричное мужское ругательство.
   Подняв автомат, он от бедра, не целясь, выстрелил. Пять или шесть метров разделяло их. Пуля угодила твари в лоб, голову запрокинуло, и черная, блестящая в свете разгорающегося костра кровь взлетела и растворилась во тьме. Тварь согнула ноги и рухнула на спину. Не успела песчаная пыль после ее падения осесть, как Левша нажал на спуск во второй раз. И тут же выстрелил в третий. Двое, бессвязно крича и рыча, прекратили свой бег. Одна тварь упала и в агонии засучила ногами. Она рыла песок так быстро и мощно, что сползала в создаваемую ею же самой яму. Вторая тварь, хватая здоровой рукой раздробленную кисть второй, скалилась и обнажала коричневые, неровные зубы… Под истеричный крик за своей спиной Левша двинулся на тварь и, когда до этого кисло пахнущего существа оставалось не больше двух метров, поднял автомат на вытянутую руку.
   Раздался четвертый выстрел.
   И потом – пятый. Что-то внутри Левши соскочило с задвижки, и он испытал непреодолимое желание опустить ствол и разрезать умирающую тварь очередью…
   – Нам нужно много веток, – хрипло проговорил он, разворачиваясь к лесу спиной. Он не боялся это сделать. Свет расстилался под его ногами и почти добрался до опушки леса. – Костер должен гореть всю ночь.
   Щелкнул предохранитель. Автомат повис на его плече.
   Он шел мимо ошеломленных пассажиров третьего катера «Кассандры» к тому месту, где мог отдохнуть. Привалившись спиной к одной из пальм, он закрыл глаза. И не открыл их, когда услышал шаги.
   – Ты пришел сказать, что поумнел?
   Артур встал перед ним, расставив ноги, и тряхнул головой.
   – Откуда у тебя автомат?
   – А почему у тебя нет автомата? – Левша приоткрыл глаза и сплюнул в сторону. – А если по делу, то мы переночуем здесь, а утром, как только рассветет, тронемся в путь.
   – Я скажу, что нужно будет делать, когда рассветет, – проговорил сквозь зубы Артур.
   – Ты можешь делать, когда рассветет, все, что захочется, хоть песни петь, но я заберу людей и поведу к своим. А сейчас отойди, ты мне загораживаешь тепло костра…
* * *
   Взойдя на холм, Макаров остановился. Он поднимался так уже четыре раза. И каждый раз ему казалось, что, поднявшись, он увидит что-то, что составит смысл его похода. Но, поднимаясь, он убеждался в том, что перед ним очередной, блистающий изумрудной травой холм. Из головы у него не выходила случившаяся три часа назад история, он испытывал легкий шок, и это ощущение притупляла усталость. Он шел и не мог не думать ни о чем другом, кроме как о своей проблеме. Она пришла неожиданно, и были тому, верно, причины. Сначала кома, потом несколько суток без сна, постоянные переживания за Питера, голод, жажда, усталость… Когда-то он должен был сломаться. Но Макарову сейчас почему-то казалось, что с ним на фоне всего перечисленного могло случиться что угодно – хоть смерть, – но только не помешательство. Когда человек трогается умом, думалось ему, он видит что-то неясное, не требующее ответа, что-то, что объяснимо как дурь. Как ирреальное восприятие действительности. Например, очень бы удивился сейчас Макаров, когда бы поднялся на холм и увидел с его высоты уютное летнее кафе со скучающим хозяином внутри. Или небоскреб. Вот это было бы форменное сумасшествие. Просто мозги сдвинулись – и видишь то, чего нет. А хочешь потрогать рукой – оно удаляется. И в этом случае Макаров был бы спокоен. Он бы знал, что перегрелся, и предпринял все усилия, чтобы прийти в себя. Почитал бы мысленно «гарики» Губермана, воды попил, искупался. На худой конец просто бы полежал. Но что делать, если ты стоишь рядом с двумя людьми, один из которых убивает другого, а ни тот, ни другой тебя не видят? Не из принципа, а просто не видят. И это тоже можно было списать на переутомление – и не такое бывало. Однажды Макарову на подлодке почудилось, что он дома, на диване, – но лоб до сих пор болит от тычка пистолета – вот в чем дело. Так что лучше уж небоскреб или кафе было увидеть, чем Левшу в костюме, пахнущего дорогим парфюмом…
   С этими мыслями Макаров и взошел на холм.
   И от того, что увидел в долине, настроение его окончательно испортилось.
   Рассмотрев расстилающийся перед ним пейзаж во всех подробностях, он повернулся к нему спиной, сел на траву и, рванув ее обеими руками, бросил зеленые клочки между ног.
   – Атомный авианосец класса «Нимиц»… – бормотали его губы. – Водоизмещение – семьдесят пять тысяч тонн, длина – триста тридцать три метра… Шестнадцать тысяч квадратных метров суверенной территории США в любой точке планеты… Десять штук, считая этот и спущенный на воду в прошлом году «Джордж Буш». В общем, лучше бы было кафе.
   Он сидел на холме, и ему не хотелось разворачиваться. Он знал, что повернется, и авианосца не будет. Зато это будет уже второй раз за три часа, когда у него срывает крышу.
   Но идти все-таки было нужно, и он поднялся.
   Авианосец стоял посреди долины как вкопанный. И даже в этом сомнений не было – он действительно выглядел вкопанным. Ибо Макаров не мог найти и одной причины, которая обосновала бы заход атомного авианосца с океана на сушу.
   – Стоит, сука…
   Сокрушенно прошептав это, он сделал первый шаг с холма.
   – Но тогда пусть мне кто-нибудь объяснит, кто и как его поднял и сюда поставил.
   С этим он сделал шаг второй…
   Сил у него уже не было. Он смотрел на авианосец, рассчитывая расстояние до него. Километр. Не меньше. Половина морской мили… или – пять кабельтовых…
Чтение онлайн



1 [2] 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация