А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Цена слова" (страница 26)

   «Не рычи на меня!» – хотел ответить эльф, но не смог. Все его сознание напрочь заволокло жуткое предчувствие. Уголки губ из ровной линии чуть опустились. В синих глазах плескалось беспокойство. Никогда еще никто из них не видел такого выражения на этом лице.
   – Опаздываем. Как же мы опаздываем…
   Со всех сторон посыпались вопросы. Все попутчики Светлого ощущали что-то давящее, неизбежное, очень тяжелое чувство, каждый мучился опасениями и догадками. Всем было не по себе. Но только Калли сумел высказать это вслух. Обычно невозмутимый и молчаливый, он сейчас казался комком нервов, обнаженной болью, тревогой. Наверное, в некоторых ситуациях эльфы чувствовали сильнее, острее, больнее.
   Златко прервал беспорядочные вопросы взмахом руки. Подчинился даже Ло. На нем тоже лица не было.
   – Калли, поясни. Это предчувствие или просто твои опасения? – Как же Бэррину не хотелось слышать ответ на этот вопрос! Он отлично знал, что он не будет таким, каким ему хочется.
   – Я просто знаю, – еле смог произнести Светлый. – Я будто вижу, как бесценные песчинки времени утекают сквозь пальцы… не по одной, а много-много за единый миг. И еще мне кажется, что это ее время, нашей Ивы, время ее жизни… И его осталось так мало. И уже… скоро не останется совсем.
   – Да что ты такое несешь?! – заорали одновременно Грым, Дэй и Ло.
   Синекрылый побледнел.
   – Замолчи!!! – кричали остальные.
   Кто-то зарычал:
   – Накаркаешь!
   Кто-то процедил сквозь зубы, что такого не будет, что он этого не допустит. Кто-то рявкнул, что всех порвет… Прозвучало что-то еще. Но никогда еще друзьям не было так страшно. Больно и тоскливо. Хуже всего становилось от сознания того, что Калли вряд ли ошибается и что сделать пока можно только одно – пришпорить коней.
   Что они и сделали. А бесценные песчинки времени действительно утекали.

   – Ты уверен, что эта девка там? – Белая Кошка нервничала. Это было ощутимо в каждом ее движении, взгляде или слове. Даже обычные реплики каким-то непостижимым образом приобретали оттенок ругани.
   Сероволосый пожал плечами:
   – Ты же Кошка, ты должна знать, какова погрешность данных разведки.
   – Я уверен, – произнес маг. – Она там.
   – Точно? – Маргарета развернулась к нему всем телом.
   – Абсолютно, – кивнул он. Взгляд был совершенно спокойным.
   – Тогда… сейчас?
   – Чего тянуть?
   – Наше отсутствие могут заметить, – произнес дымчатоволосый. – В случае нашего успеха это неважно, но если что пойдет не так, лучше иметь запасной план, поэтому предлагаю действовать побыстрее.
   – Я не ощущаю в этой девчонке никакой силы, – задумчиво пробормотала белая.
   – Я тебе говорил. Очевидно, эта сила спит или как-то спрятана. Но у нас все должно получиться. Может, она просыпается только рядом с Кошкой. В любом случае уже поздно менять планы.
   – И то верно. Не рискующий не побеждает.
   – Верно, – кивнул маг.
   – Только держись подальше. – Маргарета кинула на чародея подозрительный взгляд. – Не думаю, что потребуется твоя помощь, но присутствие, близкое присутствие человека может что-то сбить, и так боги знают сколько времени на разработку этого заклинания потратили. До сих пор непонятно, почему сила выбрала такого носителя. Может, в ней есть часть оборотнической крови?
   – Она дочь духа Природы, может, это служит аналогом вашей крови?
   Кошка покачала головой:
   – Может, и так. Но это, право, очень смешно.
   – Все мы дети Природы. В той или иной степени.
   – Именно эта степень меня и удивляет. Ладно, сколько можно это обсуждать. Телепортируемся. Удача с нами.
   Несколько оборотней и один человеческий чародей исчезли из палатки одной знатной Кошки.
   И в тот же миг сигнальные трубы заиграли общее построение и готовность к бою.

   – Они начали действовать, моя госпожа…
   – Хорошо, – кивнула Катерина и посмотрела на мужчину. – Мой дорогой, – промурлыкала Кошка на ушко своему начальнику тайной разведки. В лагере, за стенами ее большой и просторной палатки, стоял гул. Пели трубы, и множество оборотней, людей и прочих существ поднимались и двигались, чтобы занять давно уже оговоренные и выученные позиции. Скоро бой, так и звучало в воздухе, бой, бой, бой… И Катерина отлично знала, что существа Анкела на другой стороне равнины-прохода тоже выстраивают боевые порядки. Скоро-скоро все и случится. – Ты же не дашь мне повода… сомневаться в твоей верности.
   Тот выдержал ее взгляд совершенно невозмутимо.
   – Ты же знаешь мою верность.
   – Знаю, – прошелестел ее голос. – Но даже верностью можно манипулировать. И это делают с тобой, мой серый котик.
   – Пытаются, – не стал он отпираться.
   Она внимательно смотрела в его дымчатые глаза. Когда-то он стоял на эшафоте напротив нее.
   – Я думаю, я знаю, кто сейчас не присоединится к боевым порядкам.
   – Думаю, что да.
   – Александр… – ее рука легла на его щеку, – это же твоя семья…
   – Пусть мою госпожу это не беспокоит.
   – Сними уже эту гоблинскую маску подчинения! – рявкнула она, сама от себя не ожидая такой реакции.
   Строгие линии лица Кота чуть дернулись. Он схватил ее руку. Ярость наполнила его глаза. Катерина уже видела такой взгляд. Но в другой жизни. И своей, и его.
   – Иди туда, – он указал ей куда-то явно за палатку, – там твое войско. И ты им нужна. И осуществляй свой гоблинский план, а я позабочусь об остальном.
   Кошка рассмеялась. Дернулась вперед, крепко поцеловала его в губы и отстранилась.
   – Думаю, там найдется кому позаботиться.
   И выскользнула из палатки.
   «Ива… уже скоро…»

   «Ты сам виноват, Манхэм. Ты сделал все, чтобы я осел, остепенился, остановился наконец. Но как я обнаружил, для оседлой жизни нужно куда больше средств, чем для той, что ведет странствующий маг. А способов их добыть остается значительно меньше. Когда ты уже осел, почему-то не хочется прозябать в относительном благополучии, душа требует гораздо большего. Не думаю, что ты так наивен, чтобы не понимать, что достаточно большие деньги, причем сразу и за хорошие дела, не перепадают. Или ты предполагал, что вместе с должностью я априори соглашаюсь на такую жертву, как жизнь аскета? Увы, в таком случае нужными качествами я не обладаю. Но механизм уже запущен, я не хочу возвращаться к прежнему. И не желаю прозябать. Да и в этой авантюре я завяз по самые уши, времени и сил на нее потрачено куда больше, чем можно потерять. Жаль, конечно, Иву, но что поделаешь, зато я получу то, что желаю. Одна жертва того стоит. Думаю, ты меня поймешь, Манхэм. Не простишь, если узнаешь, но поймешь… хотя вряд ли нам когда-либо придется объясниться…»

   Трубы надрывались. Их звонкий, почти задорный звук пробуждал в душах и крови сотен оборотней какую-то бесшабашную отвагу, кураж. И когда их Глава появилась перед ними – летящим шагом, с горящими глазами, гибкая и всесильная, от нее так и веяло силой и предвкушением, какое бывает у зверя перед охотой, – в этот момент они все готовы были отдать за нее жизнь. И свою, и чужую. Готовы были тут же сорваться в бой, рвать и крушить. Тут были только опытные бойцы, молодняк не повели… В этой их ярости и веселье заключалась сила оборотней. Их захватил бесшабашный задор, что исходил от их всесильной госпожи. Она улыбалась, а ее подданным хотелось принести ей победу, вырвав ее у врага, чтобы увидеть ободрение и гордость в ее глазах.
   Только прикажи… И она приказала.
   – Порвите их! – …И рык, и мурлыканье, и смех, и та сила, против которой нельзя идти. – Принесите мне победу.
   Их главнокомандующий махнул рукой, и трубы запели вновь. Лавина оборотней и иже с ними сорвалась с места.

   Навстречу им выступали ровные ряды совсем иных по сути существ – вейорков. Они, как и следует из названия, были похожи на орков. Во всем, кроме глаз без зрачков и шипастого гребня, начинающегося у самого лба, проходящего через всю голову, шею, на спину. Он не нес почти никакой нагрузки, но это было побочное действие заклинания, что использовалось при их создании. Сильные. Гибкие. Устойчивые ко многим типам магии, они были отличными бойцами. И даже оборотни, врезавшиеся в них через считаные секунды, почувствовали это на себе.
   В руках у вейорков были парные мечи, которыми те взмахивали быстро и умело. Им немного не хватало выучки, зато со скоростью проблем не было. Но перевертыши – это самые неудобные противники. Лучше иных они могут использовать все слабости, все уязвимые места врага. Их маги плели именно те заклинания, против которых вейорки были бессильны, которые делали их уязвимей. Сами бойцы проявляли чудеса ловкости и умения, уходя от ударов парных мечей. Да и просто они были умнее. Никакой искусственный разум, даже если когда-то он был человеческим, не сможет перехитрить тот, что подарила Природа. Если она не поскупилась, конечно. Кошек же она явно любила. И щедро отсыпала им весьма полезных качеств. Не только бойцы, но и тактики они были отличные. Отдельные вейорки и целые группы постоянно оказывались в хитрых ловушках, попадаясь на провокациях: это и кажущаяся слабость, и разрывы в обороне, и множество других уловок.
   Анкел это видел. Отлично видел. Но у него был еще один козырь в рукаве. Заклинание уже достраивалось. Его маги стояли тут же, готовые, если что, перехватить ниточки колдовства.
   На поле боя гибло множество искусственно созданных существ, и могущественнейший чародей чувствовал каждую смерть. Она не отдавалась болью в его сердце, но досадой в разуме. Он методично отсчитывал потери и морщился. Это нисколько не мешало ему плести заклинание. Анкел знал, что именно оно поможет снизить рост этого числа.
   И наконец… Тонко задрожал воздух, заставляя всех чародеев на поле боя ощущать мороз где-то в глотке и в ушах. Конечный аккорд заклинания был похож на удар в бубен при полной тишине – слишком резко и громко он прозвучал.
   И в тот же миг кожа вейорков будто затвердела. Теперь, чтобы их поразить, требовались двойные, а то и тройные усилия. Помимо этого увеличилась их сила. Умнее они не стали, но это и так были не тупые зомби, так что усиление их физических данных вполне могло стать для Кошек решающим фактором.
   И тогда в дело вступила Катерина.
   Надо сказать, что до этого каждый из ее подданных видел свою Главу, ощущал в своем сердце – она была истинной, поэтому ее сила отзывалась именно там. Они видели ее, признавали ее, готовы были идти за ней и подчиняться ее приказам. Но никто из Котов не додумался, не счел нужным проверить ее ауру. Кроме некоторых. Но они были достаточно умны, чтобы не делиться своими догадками с кем-либо, кроме самой Катерины.
   Да и не имело это особого значения. Ведь главное то, что она была тут, это ощущалось сильнее, чем любая другая аура. Но только Кошками. А вот Анкел этого не чувствовал. Его с самого начала слегка беспокоило то, что он не ощущает свою противницу, но это было легко объяснимо элементарными мерами безопасности. Зачем так подставляться? Он же тоже закрылся, дабы не провоцировать никого. Правда, после заклинания, усилившего вейорков, чародей выдал свое месторасположение.
   И тут… Анкел ее почувствовал. Так ясно и четко…
   Только Катерина дралась не там, где ее войско, и даже не стояла за их спинами, как положено владыкам и военачальникам. Она была… вообще не здесь. Не на поле боя или около него.
   Если быть совсем точным, Глава Кошек находилась в Артуминской долине. Анкел нахмурился. Он не мог ошибиться. Еще с того момента – в прошлой битве, когда она оказалась слишком близко к нему, когда он убил и выбросил ее в другой мир, маг запомнил ее ауру. Ее силу. Такая может быть только у Главы Кошек, ни у кого иного. Это аксиома. Непреложный факт.
   Но она пришла со стороны долины… Таэцкой долины, которая во много раз увеличивает силы любого человека, обтачивает его, как мастер, создающий статую. Когда из груды камня проявляется совершенное существо, когда отброшено все лишнее, у каждого свое, но остается только то, что не мешает, а помогает достичь успеха – в жизни, в делах. Долина, казалось, собирает все, что есть в душе, подправляя (иногда деликатно, иногда нет), выстраивая необходимые качества в идеальном порядке. Все зависит от времени пребывания в этом месте. Но Катерина уже была там, а значит, ей совсем немного надо.
   Что же она задумала? Почему она там, а не на поле боя, чтобы помогать своим войскам? И почему одна? Нет, не одна, с ней очень сильные воины и маги. Охрана, не иначе.
   И тут Анкел понял. Вот почему ему казалось таким нехарактерным желание Кошки воевать, не имея значительного перевеса в силах. Катерина не побоялась пробраться мимо всех его патрулей в Таэцкую долину. И, очевидно, оная дала ей то, что может перебить его магию, а возможно, даже перехватить нити управления вейорками. Или как-то усилить Кошек. Точно. Скорее всего, именно их. Ведь долина увеличивает силу, когда лишнее уже отобрано, а что отнимать у Катерины, которая там уже была. Да и связь создателя со своими существами всегда будет сильнее чего бы то ни было.
   Глаза мага сузились. Скоро она переместится сюда, и Кошки станут резко сильнее. Они даже сейчас не сдают позиций, хотя им значительно труднее, чем в начале боя. Анкел всмотрелся в творящееся перед ним безумство битвы. Осталось только хмуриться. Оборотни – очень неудобные противники, их маги не сдаются, воины ловки и сильны. Конечно, и его бойцы не уступают, даже наоборот, но резкое увеличение сил позволит Кошкам опрокинуть вейорков.
   Чародей на миг прикрыл глаза. Надо перехватить эту стерву раньше, чем она доберется до своих людей.
   – Держите заклинание, – приказал он, вызвав несколько тревожных взглядов. Но маги вокруг него стояли опытные, тут же поймали невидимые нити магии, не стали задавать вопросов, доверяя ему всецело. Все-таки Таэцкая долина многое давало тому, под чьей властью находилась. Иногда даже самое ценное – возможность не сомневаться в тех, кто прошел через нее и сейчас стоит рядом с тобой. Не сомневаться, ибо их преданность была действительной. Объективной.
   Он вышел из условного круга своих помощников, и рядом тотчас оказались охранники и самые близкие советники-маги. Анкел очень коротко обрисовал ситуацию и, отойдя на некоторое расстояние, начал творить телепорт.
   У чародея появился хороший шанс прекратить войну одним махом, вновь выкинуть Кошку из этого мира.

   Ива снова почувствовала жжение. Она находилась в долине, куда ее девушка-страх и направила. Тут была небольшая деревенька, однако сейчас она стояла совершенно пустая. «Можно помародерствовать», – мысленно пошутила травница, разглядывая затворенные ставни и двери с множеством замков на них. Потом она подумала, что общение с троллем явно не прошло даром, сказалось даже на чувстве юмора. «Скоро начну говорить о величии предков, часами подбирать одежду по сочетанию цветов и огрызаться направо-налево». Шутки становились все более нервными.
   И опять ей начало казаться, что за ней кто-то наблюдает. В этой неабсолютной тишине редкие звуки – скрип, шорохи, ветер, перекличка птиц – казались на редкость подозрительными. Почему-то вдруг стало страшно находиться в одиночестве. Да, рядом был Лоренцо, но все вокруг будто стало каким-то враждебным. Именно ей.
   Ива как раз выехала из деревни, чтобы посмотреть, что же там дальше, когда почувствовала это жжение. Уже знакомым жестом она подцепила цепочку с кулоном в виде кошки и вытащила наружу. Поверх одежды металл не обжигал. Зато стало видно, как два рубиновых глаза подвески наливаются красным огнем.
   Ива невольно толкнула пальцем кулон, он тут же завибрировал. В один момент она почувствовала, что где-то недалеко – но и не близко – собралось огромное количество существ, причем часть из них – Кошки. Там было много, очень много магии. Разной, но в основном боевой. Там… дерутся, побеждают и умирают… Там столько чувств, сил. Все это бурлит, полыхает… Травнице почему-то представилось море в грозу. И стало как-то больно, и страшно, и сладостно. Нечто знакомое, очень знакомое прокатилось по телу, захватывая ее в свой плен. Обычно оно приходило только в снах – ощущение, будто бы ты – это уже не ты, а кто-то другой. Кошка. Глава клана. Катерина.
   Ее сила побежала по венам, ее мысли поселились в голове, ее чувства заполонили душу. Отвага, насмешливость, дикость. И ум.
   Знахарка зачем-то сжала кулон ладонью, не обращая внимания на резкую боль. Сила ударила прямо в голову, отдалась где-то внутри черепа. Чародейка прикусила губу, пытаясь справиться с головокружением. Тело дрожало… и все вокруг пришло в движение.
   Ива не сразу поняла, что это мощная магия так искажает зрительное восприятие. Ее было слишком много вокруг. «Телепорты», – вдруг сообразила она. И тут же в ее голове кто-то усмехнулся: «А вот теперь посмотрим на вас, мои дорогие».
   В следующий миг какая-то сила стащила девушку с седла и швырнула на землю, прямо перед мордой Лоренцо. Тот взбрыкнул, чувствуя, что что-то происходит, но не понес в этот раз. Тогда его ударили в бок так, что он метнулся куда-то в сторону и уже не мешал тем, кто пришел за его хозяйкой.
   Знахарка же вопреки ожиданию не упала на дорогу. Да, кто-то вышвырнул ее из седла и бросил на землю, но с почти немыслимой для нее ловкостью она извернулась и приземлилась на ноги. Тут же обернулась, чтобы увидеть сероволосого мужчину с дымчатыми завораживающими глазами. Он же смотрел на нее почти с ужасом. С лица светловолосой миловидной травницы из Восточных Лесов на него смотрели полыхающие – в самом наибуквальном смысле – красным светом глаза. Такими фонариками они могли быть только у Главы клана. Или той, которая носила ее силу.
   Мужчина, больше не раздумывая, прыгнул вперед, ловко уворачиваясь от брошенного в него заклинания. Одновременно несколько его помощников четкими пассами разнесли «щиты» девушки. Меч она не успела вынуть, как и второй раз атаковать колдовством. Дымчатый Кот схватил травницу за руки и заломил их за спину, а соучастники мгновенно набросили на девушку магические сети.
   Знахарка вырывалась как бешеная, она чувствовала в себе небывалую силу и умудрилась как минимум пнуть всех, кто сунулся к ней достаточно близко. Руки скоро оказались скованными, однако магия оставалась. Без пассов творить заклинания было куда труднее, но нет ничего невозможного. Ива начала плести их, однако быстро почувствовала, что колдовство ей заблокировали. Она не могла понять, как это произошло. Вернее, что тут постарались неожиданные враги, она не сомневалась, однако механизм был ей непонятен. Магия в ней явно была, никуда не делась, но почему-то в заклинания не сплеталась. Прибавился еще и туман в голове, как когда слишком сильно спать хочется или как после бокала вина натощак. Но пока он хоть и мешал, но не настолько, чтобы вызвать панику. Гораздо хуже были магические сети, странная блокировка колдовских сил и враги вокруг.
   Их было много. Минимум человек восемь. Тот сероволосый мужчина, что напал первым, какие-то еще парни и одна женщина. В белом. С такими же волосами. Кошка.
   Внутри полыхнуло – она как будто узнала незнакомку. Нет, не она – кто-то другой.
   «Что они делают?! Что им нужно?!» – отчаянно подумала знахарка. Вопрос в чем-то адресовался и той, кто ее глазами сейчас смотрела на происходящее. Однако ответа не последовало. А люди тем временем медлить не собирались. Ива оказалась сидящей и обездвиженной в центре круга со сложным многоугольником внутри. Оборотни – травница чувствовала, что это именно перевертыши, – быстро что-то чертили около его граней. Сила буквально вибрировала вокруг. «Что они делают?!» Паника нарастала внутри девушки. Чужая отвага ее покинула, но даже минимальных знаний, которые у нее были, хватило, чтобы понять: этот ритуал без жертвы не обойдется. А кто ею станет, гадать не приходится.
   Она все еще не могла в это поверить, когда к ней подошла беловолосая. Ива подняла на нее испуганные глаза. Они все еще отсвечивали красным, но уже еле-еле. Женщина смотрела на нее сверху вниз. И травница вдруг поняла, почему Кошек боятся и ими восхищаются. В оборотне перед ней было слишком много силы, эмоций, чувственности, холода ума и горячности тела. В Катерине тогда, когда они путешествовали вместе, это еще не проснулось, а во снах не так проявлялось. Здесь же… слишком явственно.
   – Никогда бы не подумала, что столь несуразное существо может носить силу Главы клана. – Яд так и лился с чувственно-презрительных губ. Женщина наклонилась, будто для того, чтобы рассмотреть добычу получше. Ее рука потянулась к кулону. Иве ужасно захотелось зарычать и попытаться отодвинуться, повернуться, чтобы укрыть его от этого посягательства, однако даже немного сдвинуться она не могла. Но по глазам противницы поняла, что та увидела это ее желание. Ей было смешно. Однако как только она коснулась подвески, веселье мигом прекратилось – металл ожег бледные пальцы. Женщина отдернула руку и затрясла ею, шипя ругательства сквозь зубы. Подняла ногу в маленьком сапожке, чтобы пнуть сидящую перед ней и явно получившую удовольствие от только что произошедшего девчонку, однако что-то в Ивиных глазах ее остановило. Вместо нападения оборотень вновь наклонилась и, глядя в самые зрачки травницы, процедила:
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 [26] 27 28 29

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация