А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Боевая машина любви" (страница 49)

   6

   – Мы уезжаем, – выпалила Зверда, ввалившись в гостиную гнорра.
   – Когда? – Лараф сонно таращился на Зверду.
   – Сегодня. Сейчас. Я зашла с тобой попрощаться.
   Лицо Зверды было озабоченным и мятым. Чувствовалось, что настроение у нее – не из лучших.
   – А я?
   – А ты остаешься.
   Лараф посмотрел на Зверду умоляюще. Оставаться в Пиннарине одному было страшно.
   Как-то само собой разумелось, что во время его эрхагноррата Зверда все время будет находиться где-то рядом. Вовремя сообщать о неприятностях. Давать добрые советы. Рассказывать о каверзных опасностях и о том, с кем нужно подружиться и что сказать…
   И хоть Лараф боялся ее, пожалуй, больше, чем кого-либо в своей жизни, он также отдавал себе отчет в том, что эта женщина-медведица, эта ведьма с ледяной душой, эта шлюха с аристократической осанкой – его единственная верная союзница. Не считая книги, конечно.
   – Госпожа Зверда… Я прошу вас… Останьтесь. Здесь одни психи, все кругом какие-то придуренные. Не столица, а странноприимный дом. В Своде все через пень-колоду… Вчера говорили о каких-то бунтах в Урталаргисе… Слышали вон, ночью пар-арценца зарезали на мусорке, Альсима… Мне теперь надо какое-то расследование назначить…
   – Слышала-слышала, – кивнула Зверда. На мгновение она задумалась над тем, стоит ли посвящать Ларафа в то, что произошло вчера вечером на Пустыре Незабудок. И решила, что посвящать не стоит. – Вот и назначил бы расследование! Пошли человек пять за его домом следить, опроси, кто и где видел его в последний раз, награду назначь за ценные сведения, ну, все честь по чести! Ты же сам хотел этой власти, правильно?
   – Правильно. – Лараф потупил глаза. – Мне нравится эта власть. Я только пока не научился ее правильно направлять.
   – Научишься!
   – Научусь… Когда-нибудь. Если раньше не зарежут, как того Альсима. – Лараф, казалось, совсем пал духом.
   – Разве тебе не нравится быть гнорром?
   – Кое-что мне нравится. Но не все. Например, кабинет гнорра в Своде. Ну, мой кабинет… Просто ужасен!
   – Не могу взять в толк, что в нем ужасного?
   – В нем самом – ничего. Просто я боюсь высоты, – признался Лараф. – Как подумаешь, что там, за куполом – больше ста саженей…
   – Ничего, привыкнешь, – отмахнулась Зверда.
   Проблемы Ларафа ее волновали мало. Сегодня у нее было полно собственных. Первое место среди них занимал вопрос, как устроить так, чтобы ненароком не превратиться в медведицу, стоя на сходнях собственного корабля с видом на пиннаринский порт и кабинет гнорра.
   Энергия ее гэвенг-формы таяла прямо на глазах. Каждая минута времени была на счету.
   – Понимаете, мне кажется, эта власть, которая у меня… что она ненастоящая! – вдруг выпалил Лараф.
   – Что значит «ненастоящая»?
   – То и значит. Вот если бы она была настоящая, я бы вам сказал таким властным голосом: «Баронесса, я приказываю вам остаться!» И вы остались бы.
   Зверда не удержалась и расхохоталась так, что едва не перегнулась напополам.
   – Вот видите, – зло сказал Лараф. – Я не могу вам приказать. Я даже задержать вас в Пиннарине не могу.
   – Выбрось эту дурь из головы. – Зверда похлопала Ларафа по плечу. – Но, главное, даже не думай о том, чтобы пытаться задержать меня в Пиннарине или приказывать мне. Поскольку тогда мне придется оторвать тебе голову. Точно так же, как я ее оторвала Альсиму.
   Про Альсима Зверда все-таки ввернула. Для должной убедительности.
   Подействовало. «Эта дурь» мгновенно вылетела из головы Ларафа. Вместе со способностью соображать. Лараф замолчал и погрузился в гнетущую пучину эмоций.
   – Не грусти, мой сладкий. Когда будет нужно, я свяжусь с тобой. Это будет скоро. А пока готовь экспедицию на Фальм. Это твое главное дело. Если что – книга тебе поможет, – сказала Зверда примирительно.
   – А я?
   – Что «я»? – Несмотря на то, что прошло уже четыре дня, Зверда так и не смогла привыкнуть к Ларафу в теле гнорра. Для нее эта подмена, как ни крути, все-таки выглядела несусветной. «Пожалуй, если душу речной выдры пересадить в тело коршуна, и то будет выглядеть естественней», – признавала Зверда.
   – Как я смогу с вами связаться?
   – Точно так же, как ты связался со мной в первый раз.
   Лараф вспомнил свою первую Большую Работу и по его спине поползли мурашки. Тогда, помнится, медведица снесла ему голову. Он своими ушами слышал, как захрустел его сломанный хребет. Хороша связь… Уж лучше тогда связываться по почте!
   – Только, пожалуйста, оставь это средство на крайний случай. – Зверда сразу поняла, что так испугало Ларафа. – На самый крайний. Видишь ли, когда ты в первый раз позвал меня тогда, из Казенного Посада, меня едва не разрезало на ленточки. Это было неожиданно и ужасно не вовремя. Своими заклинаниями ты вытащил меня из ванной и заставил стать медведицей. Ты меня чуть не убил!
   – Но я не хотел!
   – Может, и не хотел. Но только твои семиконечные звезды были больше похожи на каракатиц. Большую Работу нужно выполнять тщательно, особенно в том, что касается начертания знаков. Ну-ка, нарисуй в воздухе семиконечную звезду.
   При помощи указательного пальца Лараф изобразил что-то, отдаленно напоминающее требуемое.
   – Я всегда говорила, ты безнадежный идиот, – тяжело вздохнула Зверда.
   Лараф бросил на баронессу затравленный взгляд.
   Теперь он был совершенно уверен: стань он хоть приемным сыном Тайа-Ароан, хоть царем бесконечного пространства, хоть Владыкой Диорха, как Эррихпа Древний, отношение к нему Зверды не изменится ни на ноготь! Он едва не заплакал от злости и обиды.
   – Ладно, не будь таким нежным. Показываю в последний раз, как нужно рисовать правильно. Запомни и делай так же.
   Одним росчерком руки Зверда начертила на пыльной столешнице под носом у Ларафа семиконечную звезду с идеально правильными, узкими лучами. «Такая же, как в книге!» – ахнул Лараф.
   Тогда Зверда взяла его руку в свою и проделала ту же процедуру рука в руке.
   – Понял?
   И тут Ларафа осенило. Он в два счета повторил движение. Его пыльная звезда на столе была только чуть-чуть хуже!
   – Хвала Шилолу! – Зверда закатила глаза. – Потренируешься тут без меня. И, кстати, скажи Ниэле, что из твоей страсти к ее вислым телесам вовсе не следует, что пыль в гостиной можно не вытирать! Кстати, на твоем месте я казнила бы кого-нибудь для острастки.
   – За что? – Лараф сглотнул воздух.
   – Например, за измену Князю и Истине. Или за потворство пораженческим настроениям. Начала бы с какого-нибудь недотепы из Свода.
   Лараф кивнул. Мол, за потворство так за потворство.
   Вдруг его взгляд упал на золотой медальон, усыпанный крупными сапфирами. Медальон украшал высокую грудь Зверды. От него веяло чем-то ужасно государственным. Побрякушка просто зачаровала Ларафа, что не укрылось от проницательной баронессы.
   – Хочешь знать, что это? – спросила она.
   Лараф кивнул.
   – Эту штуку мне подарила Сиятельная сегодня утром. Я теперь – Друг и Союзник Народа Варана. Шоше тоже такую дали. У нас таких две.
   С этими словами Зверда в последний раз улыбнулась Ларафу и быстро пошла к двери.
   – Госпожа Зверда! – крикнул ей вслед Лараф.
   Но Зверда не обернулась.

   Глава 26
   Волшебный театр

   Распитие эликсира «Струя любви», порча сценического реквизита, стрельба по актерам и бесплотное проникновение категорически запрещены. Театр охраняется котами-четырехглазами.
Из программки

   1

   Волшебный театр Ита находился в Мраморном Городе. Попасть туда можно было четырьмя способами: пешком, верхом, на пассажирской фуре и на подъемнике.
   В отличие от жизненно необходимых услуг вроде харчевания и ночлега, за остальное в Ите лупили изрядно со всех без исключения. В том числе и с гордых папаш вкупе с их геройствующими отпрысками. За внимание к своей скромной персоне со стороны всяких возчиков-перевозчиков, лодочников, носильщиков, лекарей и прочих надлежало платить.
   Таким образом, пешком было дешевле всего. Но восхождение от Канцелярии до Волшебного театра обещало занять не меньше пяти часов.
   Верхом вышло бы быстрее, но лошадей у них теперь не было, а купить их было не на что.
   Весьма соблазнительным вариантом представлялась пассажирская фура. Но оказалось, что по случаю празднеств в честь двухсотлетнего юбилея Сермельской плотины перекрыты для гужевого транспорта Приморская мостовая и на пол-лиги выше – улица Сорока Дорналок.
   На обеих главных улицах идут торжественные процессии, народные гулянья, раздают дешевую выпивку и бесплатный мордобой в подворотнях. А потому никаких фур в Мраморный Город не будет до второго вечернего часа.
   Оставался подъемник. Стоил он, разумеется, бешеных денег: двадцать полновесных монет с носа. Зато он довозил до самого верха всего лишь за час с небольшим. Один раз Эгин мог позволить себе и, главное, Есмару это удовольствие под благовидным предлогом спешки.
   Кроме того, подъемник сулил повышенную безопасность перемещений. Покуситься на их жизни в закрытой снизу и с боков тупорылой деревянной барке, ползущей на высоте в сто локтей, было практически невозможно.
   Когда их клеть, рассчитанная на двадцать человек, заполнилась до отказа и, покачнувшись, тронулась вверх, Эгин наклонился к уху Есмара и попросил: «Расскажи про Дрона».
   Но мальчик не ответил. Он умудрился заснуть сразу же, как только прикоснулся к обшитой бархатом спинке скамьи.
   «Небось так и не поспал этой ночью. С Дроном проболтал, о грядущих подводных подвигах и короне итского монарха».
   Эгин решил не будить Есмара.
   Перед ними сидела шумная компания расфуфыренных молодых девиц и юношей с короткими изящными кортиками. Двое из них – самая яркая девица и самый бледный, зато и самый огненноокий юноша – в унисон заиграли на каниойфаммах. Остальные принялись вполне музыкально подвывать. Поехали!
   Местная золотая молодежь была столь непохожа на ряженых убийц, столь жизнерадостна и учтива, что Эгин тоже позволил себе расслабиться.
   Несмотря на то, что каниойфаммы звенели вовсю, он сам не заметил, как задремал вслед за Есмаром.

   2

   – Здравствуйте, Эгин. На этот раз вы очень расторопны. Я здесь всего лишь второй день.
   – Это… Это вы, гнорр?
   – Я.
   Волшебный театр Ита был полон людьми. Они возлежали на диванах с высокими спинками, сидели в креслах, топтались в проходах между рядами.
   Некоторые жевали, другие – потягивали напитки из высоких конических кубков. Периодически сверху на цепочках опускались овальные блюда, наполненные маленькими пирожными и уставленные сосудами из дымчатого стекла.
   На сцене находились двое актеров в масках. На одном из них была длинная хламида, расшитая хвостатыми звездами. На другом – доспехи, лишенные каких-либо признаков государственной принадлежности.
   Оба актера молчали. Тот, что в хламиде, водил пером по бумаге, стоя за высоким бюро. Офицер в доспехах терпеливо ждал, заложив руки за спину. Он глядел в окно, за которым не было видно ничего, кроме ровной, неизменной голубизны.
   Зрителей, судя по всему, происходящее на сцене совершенно не интересовало. Многие в голос переговаривались между собой, на одном из диванов целовались, на другом – просто лежали в обнимку.
   Эгин видел все это через узкое высокое оконце. Он находился за стеной, противоположной сцене, в конце зала. «Странный какой-то театр… Актерам нет дела до зрителей, зрителям нет дела до актеров…»
   Где он находится – определить было непросто. Света, проникающего из зала, не хватало для того, чтобы осветить стены или потолок и тем самым поведать хотя бы о размерах помещения. И главное: внимание Эгина было полностью поглощено Лагхой.
   Как Лагха и обещал, он был похож на облачко мельчайших капель серебра, которые сверкали в темноте, освещая сами себя, но не более того. Облачко покоилось в воздухе, словно было нарисовано на невидимом объемном холсте. Именно статуарность и невозмутимость, то есть полное отсутствие возмущений облака-гнорра в потоках воздуха изумили Эгина больше всего.
   – Сколько можно молчать, Эгин?
   – Извините, гнорр. Я по-прежнему продолжаю удивляться чудесам.
   – Это вы еще настоящих чудес не видели. – Лагха хихикнул. Весьма нервно, как показалось Эгину.
   – А вы?
   – Эгин, это же шутка. Я вам обещал в Суэддете, что в Ите буду глуповат и шутлив? Так получайте! Кстати, вы уже ели вяленых мальков ската-водолета? Нет? Обязательно попробуйте и расскажите мне. Я вот никогда не пробовал. Говорят, они неимоверно вкусны.
   «Плох Лагха, совсем плох. Болтает без умолку, как умирающая от чахотки светская дама».
   – Хорошо, гнорр. Я попробую.
   – Сегодня у нас много времени. Ни вы, ни я не знаем, как меня спасти. Расскажите мне обо всем, что произошло с вами по пути в Ит. Я хочу послушать что-то интересное. Как вам, кстати, город?
   «И мысли у него скачут все сильнее…»
   Эгину стало очень грустно.
   Он был почему-то уверен, что к этому моменту либо он, либо гнорр уже будут знать, как подхватить семя души Лагхи над пастью Золотого Цветка и вложить его обратно в подходящее тело. Но, оказывается, спасительного рецепта не отыскал и Лагха.
   – Гиазир гнорр, до города я еще доберусь. Позвольте начать с начала.
   – А, да, конечно. Видите, какой я стал рассеянный? И в каждой капельке – по сто своих мыслей. Хороший каламбур. «Гнорр рассеивается все больше!» А?
   Эгин понял, что кислые шуточки Лагхи надо просто игнорировать. И вообще вести себя с ним как наставник со школяром.
   Стараясь говорить как можно отчетливее и отбрасывая прочь все несущественные детали, Эгин рассказал о дороге из Суэддеты в Ит, о встрече с Миласом Геттианиктом, о бое на заставе и о ночной переправе через озеро Сигелло.
   Потом, не снижая темпа, чтобы гнорр не успел увести разговор в сторону, Эгин поведал о завтраке в «Щучьей поживе», встрече с Дроном и гибели колдуна от отравленной иглы.
   И только когда дело дошло до встречи с чернокафтанниками и женщиной-магом, Эгин позволил себе перевести дух.
   – Послушайте, Эгин, так вам удалось понять, какие силы верховодят Итом и что тут у них вообще творится?
   – Я был уверен, что вы знаете это лучше моего, – удивился Эгин.
   – Скрывать уже незачем, – вздохнул гнорр, – да и никаких особых секретов я, пожалуй, не выдам. В Своде Равновесия существует одно неписаное правило, известное только пар-арценцам и очередному гнорру. Согласно этому правилу, Свод не должен ни при каких условиях, что бы ни случилось, посылать своих офицеров в Синий Алустрал, в Ают и в Ит. Сведения о перечисленных землях в Своде Равновесия принято получать из вторых рук. А из вторых рук обычно приходят только басни и небылицы.
   – Кто его ввел, это правило?
   – Инн окс Лагин, разумеется. Как почти всё, придуманное Двумя Лагинами, это правило лишено пояснений. Просто «нельзя».
   – Но его, разумеется, нарушали.
   – Да. Последний раз – накануне Тридцатидневной войны, – ответил Лагха, помолчав с полминуты. – Два офицера, у которых, конечно же, предварительно удалили Внутренние Секиры, были посланы в Ит. Офицеры исчезли без следа, а ровно через семь суток на Варан обрушилась Армада Тысячи Парусов.
   – Тридцатидневная война имеет вполне разумные, прозаические объяснения.
   – Конечно! О, конечно! Вот только не существует никаких разумных объяснений смещению Жерла Серебряной Чистоты. И появлению Жабы Тлаут в окрестностях старого жерла. Поэтому проверять мироздание на прочность с тех пор больше никто не решался. Кроме нас с вами, Эгин.
   – О Шилол… Вот об этом я не подумал. – Эгин непроизвольно схватился за левое предплечье, в котором еще два года назад была зашита его аррумская Внутренняя Секира.
   – А я подумал. Все время, пока болтался между Нелеотом и Суэддетой, только об этом и думал. И пришел к выводу, что мы оба не вполне обычные офицеры Свода. Я – Отраженный, вы – следующий Пестрым Путем. Может, судьба будет благосклонна и к нам, и к Варану?
   – Будем надеяться. А вам не приходило в голову, что пиннаринское землетрясение – это и есть своего рода аванс, выданный судьбою за то, что мы, варанские маги, отважились проникнуть в Ит?
   – Не приходило. Видимо, за отсутствием головы, – хохотнул Лагха. – Но оставим надежды и догадки будущему. Расскажите мне все-таки, как поживают местные колдуны и ведуны.
   – В Ите существуют несколько кланов, каждый из которых по-своему относится к Измененности Сигелло. Есть так называемые жемчужники, которые охотятся на чудовищ, живущих в озере. Добывают всевозможные клыки, шкуры, плавники, яды, эликсиры. Жемчуг, разумеется, тоже. У жемчужников огромные доходы. Кроме этого, у них есть несколько очень опытных колдунов, одного из которых мы с Миласом вчера убили. С моей точки зрения – по счастливой случайности.
   – Не скромничайте, Эгин. Вы хороший боец.
   – Благодарю вас, гнорр. Помимо жемчужников, за счет Сигелло живет еще клан спасателей-на-водах. Это небольшой боевой клан, который занимается истреблением озерных тварей. Спасатели делают это и на Сермельской плотине, и на городской набережной, когда надвигается Опарок. Вместе с туманом оживляются скаты-водолеты. И вот когда водолет подымается над озером… Сегодня при мне как раз одного завалили. Впечатляющее зрелище. На плотине, отделяющей озеро от Сермелы, занимаются тем же самым и в придачу следят за тем, чтобы твари не сожрали основание плотины. За это спасатели-на-водах получают деньги и из имперской казны, и от властей Суэддеты.
   – Создается впечатление, что здесь все заняты только ловлей и травлей озерных гадов. И что горожан устраивает здешняя вечная осень, туманы и магическая неразбериха.
   – Не совсем. По-настоящему это выгодно только жемчужникам, которые, кстати, давно уже поставлены вне закона. Среди жемчужников есть, наверное, приличные люди, но ядро клана составляют отпетые негодяи, извращенные собственной магией до крайнего предела. Так по крайней мере уверял Милас. А спасатели-на-водах – просто опытные бойцы, у которых, однако, нет болезненного пристрастия к магии. И наконец, кроме них в Ите есть тайный клан, цель которого – воскресить Итскую Деву, «распечатать» воды озера и покончить с вечными туманами. К этому клану принадлежит Милас, внук Эриагота Геттианикта.
   – Какой благородный, – хмыкнул Лагха. – А ему-то и его братьям по оружию какая от этого будет выгода?
   – Не знаю. Мне кажется, ими движет стремление искоренить все Изменения и Обращения. То же самое по своей сути стремление, что и у Двух Лагинов. Совершенно необъяснимое, кстати сказать.
   – Эгин, вам очень повезло, что я не оценил остроту вашего ума четыре года назад. Вы мыслите как злостный враг Князя и Истины.
   – В данном случае это комплимент, а не угроза, – непринужденно усмехнулся Эгин.
   – Конечно, комплимент! Кстати, как вы относитесь к идее «распечатать» Сигелло? Попробовать не хотите?
   – Вы снова шутите, мой гнорр.
   – Нет.
   Эгина качнуло вперед-назад, как тростинку на ветру. Это «нет» весило больше, чем все предыдущие слова гнорра.
   – Я, милостивый гиазир… Не знаю, что ответить. Во-первых, мой опыт протестует против правдивости той легенды об отряде жриц-девственниц, которую я вам пересказал…
   – Забудьте о своем опыте, – отрезал Лагха. – Легенда правдивая, даже чересчур.
   – Хорошо. Но тогда остается «во-вторых». Я знаю, что «распечатать» Сигелло может только Итская Дева. Но для того, чтобы она смогла это сделать, ей надлежит воплотиться. А для того, чтобы она получила возможность воплотиться, некий мальчик не старше пятнадцати лет должен достать ее кольчугу. Или по крайней мере тот предмет, который принято называть кольчугой. Считается, что кольчуга находится в одном из зданий в затопленной части города, под водой. Но ведь никто не знает, в каком именно! Сотни искусников пытались обнаружить кольчугу Итской Девы при помощи самых разных магий. Тысячи мальчиков наугад ныряли на итском плёсе. Они ничего не нашли. Кроме неизвестных болезней, ранней старости, смерти.
   – Да, да, да, – размеренно сказал гнорр. – Все верно. Но вы забываете, Эгин, что все маги, которые искали кольчугу, были живыми людьми. Воплощенными. Семена их душ представляли собой единое целое с их телами. И никто из них не был облаком, призраком, полуденным сном!
   – Вы хотите сказать…
   – Да. Я хочу сказать, что в своем теперешнем состоянии я могу проникать в такие места и видеть такие вещи, которые еще никогда никому не открывались. Правда, даже для меня это сопряжено с некоторыми… неудобствами.
   – Золотой Цветок?
   – Да. Неосмотрительное приближение к Золотому Цветку может окончательно погубить меня раньше срока. Или привести к тому, что даже вы, Эгин, перестанете видеть и слышать меня.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 [49] 50 51 52 53 54 55

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация