А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Привычка убивать" (страница 15)

   – Ага! – вспомнил Март, плюхаясь в кресло и отщелкивая на клавишах пароль входа в локальную сеть Школы. Есть перспективная работенка. Кандидат в «иксы» – вот что ему нужно. Светлый и чистый, красивый со всех сторон и в то же время внешне ничем не примечательный – как и подобает настоящему «иксу». Нужно составить на него закрытую характеристику – для себя, и окончательно определиться, брать парня в отряд или не стоит. Вроде бы все в норме: два месяца тщательного наблюдения, куча разнообразных тестов и пока что – ни одного прокола. Есть чему порадоваться. Срок обучения в Школе пять месяцев – два выпуска в год. Число курсантов колеблется от 180 до 240 – в зависимости от набора. Конкурсные условия очень жесткие, отбирают только самых лучших, без изъяна – вот и получается порой, что к началу занятий в Школе из полутора тысяч кандидатов остаются едва ли две сотни… Статистика отбора в группу «Х» еще более неутешительная, особенно за последние три года. В 1997-м, например, с обоих выпусков никто не прошел – Март забраковал всех в самом начале…
   Немногочисленный отряд «Х», созданный в результате тщательной селекции за все годы существования «Абордажа», являлся предметом особой гордости Марта. Это было его детище, его вторая жизнь и тайный источник подлинного могущества. Представьте себе, уважаемый читатель, что у вас есть безраздельно преданное вам и не подчиненное более никому вооруженное подразделение, готовое в любой момент выполнить любой ваш приказ. Да, прошу заметить – именно подразделение, а не крикливая ватага понтовитых пальцовщиков с цепурами златыми толщиной в палец, левыми «мазаными» стволами да на краденых тачках. Как бы вы себя чувствовали в таком случае? Полагаю, вам было бы как минимум приятно, что у вас имеется в активе такой вот веский аргумент, который можно использовать в прениях с кем угодно.
   Март тоже был человеком из плоти и крови, причем склонным к сантиментам – несмотря на феноменальные бойцовские качества и незаурядный ум. Директор любил «Х» – он создал его с нуля, родил, что называется, в тяжких потугах. Сам продумал и воплотил в жизнь структуру и режим функционирования, позволяющие в уникальности своей выпутаться порой из весьма щекотливых ситуаций, коих на памяти Марта было немало. Сам придумал и отшлифовал программу профессиональной подготовки – в начале знакомства мы как раз застали его с тремя «иксами» за выполнением одного из многочисленных упражнений этой программы. Сам, без чьей-либо помощи воздвиг многоступенчатую систему отбора, исключающую практически на 100 процентов возможность провала. Результат налицо: каждый «икс» – это многократно проверенный и надежный специалист ратного дела сам по себе, а все они вместе, соответствующим образом разбитые на боевые группы по три-пять человек, могут выполнять какую угодно локальную задачу военно-прикладного характера в любом населенном пункте России, который Директор определит как плацдарм для проведения очередной акции.
   В общем, это была маленькая армия с железной дисциплиной и своим собственным специфическим уставом, она неплохо трудилась и зарабатывала весьма приличные деньги – ее главнокомандующий с полным на то основанием мог гордиться своим детищем.
   В жизнеспособности и долговечности «Х» Март ни капельки не сомневался. Взяв за основу русскую поговорку «сказка ложь, да в ней намек…», он в свое время перелопатил кучу книг, в которых отечественные писатели красиво разрисовывали фантастические подвиги разнообразных спецподразделений. Подразделения эти, состоящие сплошь из профессионалов высочайшего класса, каким-то чудесным образом выпадали из поля зрения большущих начальников и политиков и до того были законспирированы, что в итоге не подчинялись вообще никому.
   «…Уже несколько лет никто из властей предержащих и не подозревал о существовании отряда „Апокалипсис“. Кабинет пребывал в неведении. Старый президент унес страшную тайну в могилу, а нового, памятуя о недолговечности верховной власти, никто не счел нужным посвятить в этот государственный секрет номер один. И тем не менее отряд добросовестно выполнял возложенные на него задачи, верша правосудие в самых невероятных условиях, побеждая там, где не могла справиться почти полностью разложившаяся армия…»
   Вот в таком примерно ключе. Март томно ухмылялся и качал головой, перелистывая страницы, весьма правдоподобно повествующие о мельчайших технических деталях функционирования таких вот эксклюзивно независимых и страшно засекреченных государственных образований, которые в гробу видали всех вместе взятых силовых министров и президента вкупе и самоотверженно трудились во благо какой-то там очистительной идеи.
   – Послать, что ли, этому стрекулисту прейскурант экипировки, которой он нагрузил своих спецов? – размышлял вслух Март. – И поинтересоваться: откуда они берут такие деньжищи на свои акции? Кто оплачивает убытки хозяевам разнесенных в клочки офисов? И вообще – кто этот «Апокалипсис» кормит да зарплату дает?
   Да, это было высокохудожественное вранье. Март – сам выходец из соответствующих кругов – прекрасно знал, что любое спецподразделение, состоящее на балансе государства, сковано по рукам и ногам бесконечным сонмом инструкций и параграфов, каждый рубль, отведенный на его содержание, требует строжайшей вертикальной отчетности перед целым рядом должностных лиц. И вообще, сам факт существования такого подразделения обязывает персон из верхнего круга к жесточайшему коллегиальному контролю за его деятельностью, дабы исключить возможность использования данного вооруженного формирования кем-либо из допущенных к управлению в своих, узкокорыстных интересах…
   «Х» был сугубо автономен и признавал лишь единоличное лидерство Директора. Каждый боец отряда, в обычной жизни трудившийся в «Абордаже» инструктором, преподавателем либо управленцем, за свою «левую» работу получал деньги лично из рук Марта. Оборудование и экипировку для проведения акций Директор тоже приобретал сам, используя налаженные за годы функционирования «Х» связи, исключающие любую утечку информации. Вертикаль отсутствовала – Март отчитывался только сам перед собой. Таким образом, «Х» был полностью административно и финансово независим и не нуждался ни в чьих благодеяниях – вот генеральное условие, позволявшее отряду успешно функционировать несколько лет в режиме глубочайшей конспирации.
   С другой стороны, в мире все относительно – полной независимости как таковой вообще не существует. Самый супернезависимый индивид вынужден перемещаться по земле – попробуйте лишить его земной тверди и посмотрите, что он тогда будет делать со своей пресловутой независимостью. Так и «Х» – целиком и полностью зависел от Марта. Директор являлся единственным связующим звеном между внешним миром – посредниками и заказчиками – и профессионалами ратного труда, в обычной жизни занятыми вполне законопослушной деятельностью. Если с Мартом что-нибудь случится, могучий организм «Х» мгновенно самоуничтожится: бойцы по-прежнему будут работать преподавателями и инструкторами, а посредники, нащупавшие очередные предложения от больших людей, желающих решить свои проблемы нестандартным способом, просто зависнут в воздухе. Выпало звено, цепь оборвалась, мощная мина безвозвратно канула в непроглядную бездну морской пучины. Поди, поныряй…
   Март набрал дополнительный пароль, раскрыл свою личную папку и вывел на экран монитора первую страницу личного дела курсанта. Параллельно открыл окно текстового редактора, быстро набил шапку закрытой характеристики. В общем-то, можно было бы не делать эту лишнюю работу: читать сию писанину, кроме него, никто не будет. Но в кадровых вопросах Директор был пунктуален и отступлений от правил не признавал. Эта характеристика будет нужна ему только в самом крайнем случае – при нештатной ситуации. Когда вчерашний коллега – не дай бог! – вдруг станет врагом и придется просчитывать и прогнозировать каждый следующий его шаг, ведущий к провалу либо физическому уничтожению всего отряда. Психоаналитика ведь не подключишь к такому деликатному делу – все приходится самому…
   Емельяненко Василий Николаевич, русский, 1968 года рождения. С фотоснимка на Марта смотрели с легким прищуром все понимающие умные глаза. Глянул Директор в эти глаза, и сразу полегчало. Рано. Рано впал в сомнения. Школу не взорвали, работает полным ходом. «Х» жив, здоров, исправно функционирует. За последние полгода потерь нет – достижение! (Постучал по столу суеверно – как бы не сглазить.) Более того, ожидается пополнение. Вот он, со всех сторон готовый «Х», хотя сам, естественно, об этом пока не подозревает. Но это нюансы, от таких предложений люди волчьей породы не отказываются. А и захочешь – не дадут отказаться, обратно хода нет.
   Вася. Будешь ты у нас Умником. Март тут же, не откладывая в долгий ящик, заполнил графу «Позывной».
   Автобиографические данные Умника во многом были схожи с пунктами анкет уже действующих «иксов», что было вполне закономерным явлением – всех их отбирал один и тот же человек, руководствовавшийся целым рядом выведенных им самим постулатов.
   Средняя школа – аттестат хороший. Армия: спецназ ВДВ, год службы в Афганистане, ранение. Воинская специальность – снайпер. Институт физкультуры имени Лесгафта – синий диплом, средний балл – 4,2. Медалисты нежелательны: как показывает печальная практика, это либо потенциальные маньяки, либо дети знатных родителей. По окончании института преподавать не пожелал, работал в одном из подмосковных заповедников егерем. В начале 1995-го через военкомат по месту проживания завербовался контрактником в Чечню и целый год зарабатывал войной деньги.
   Вот из-за этого пункта в анкете Умника чуть было не забраковали при поступлении в «Абордаж». По настойчивой рекомендации психиатров, в графе «Участие в боевых действиях» у каждого курсанта должен стоять жирный прочерк. Секьюрити не боевик. Его главная задача – умереть, защищая босса. А если человек некоторое время был на войне и остался жив, у него вырабатывается мощный поведенческий механизм, суть которого вкратце сводится к следующему: любой ценой сохрани свою жизнь и убей врага. Механизм оный сломать практически невозможно, и для телохранителя он крайне вреден: если вы обратили внимание, в нем нет места какому-то там боссу – постороннему человеку, которого за деньги нужно защищать, рискуя жизнью.
   Умник остался лишь потому, что приглянулся Марту. Директор, руководствуясь каким-то шестым чувством, сразу определил, что этот монументально спокойный кряжистый мужичок перспективен…
   Желая укрепить свое мнение, Март открыл директорию «видео» и еще раз просмотрел дежурные клипы, запечатлевшие поведение кандидата в различных ситуациях.
   Морально-психологическая подготовка. Кафедра судебно-медицинской экспертизы. По договору с институтом курсанты «Абордажа» в обязательном порядке по нескольку часов проводят на кафедре в качестве ассистентов патологоанатомов. В секционном зале стараниями коллег Марта накануне установлена скрытая камера. Сейчас там находятся четверо: два курсанта, преподаватель – «Х» (негласный куратор кандидата) и престарелый, высушенный, как прошлогодний урюк, патологоанатом. Работа закончена, курсанты в перчатках и загаженных передниках моют стол – автомойка преднамеренно отключена. «Х» наливает прозектору и себе водочки – они примостились на кушетке в углу, достает из сумки бутерброды с сочной ветчиной. Предлагает курсантам присоединиться – давайте, мол, перекусим, потом закончите. Это, разумеется, позерство, понятное каждому студенту-медику, проучившемуся хотя бы полгода в институте. Но курсанты не студенты и, уж конечно, не медики, а практика в качестве ассистентов происходит в самом начале курса обучения. Партнер Умника храбро топает к искусителю, стягивает перчатки, ловко опрокидывает стопарик и тащит в рот бутерброд с ветчиной. Откусил, пожевал, оглянулся зачем-то на стол… и, схватившись за рот, стремительно выбегает прочь. Умник лучисто улыбается и продолжает уборку. От вторичного предложения «Х» он отказывается. Спасибо, говорит, но я хорошо завтракал – сыт. «Х» настаивает. Что, не мужик? Слабо, да? Да нет – конечно же, мужик. И вовсе не слабо. Просто аппетита нет – в таком месте откуда аппетит? Спасибо, не буду. Так – а если тебе за отказ двойку поставят по МПП? Ну, тогда съем, разумеется. Двойку не хочу. Да и ветчина на вид неплохая…
   Комментарий к видеофрагменту – писано рукой куратора: «Спустя два часа на обеде с аппетитом съел все, что давали, на первом послеобеденном часе занятий дремал. Иващенко (партнер, рискнувший употребить бутерброд в секционном зале) в течение трех дней ничего не ел, был бледен, имел повышенную потливость…»
   Март внес в характеристику несколько строк: выдержан, уравновешен, имеет свое мнение, не стремится в угоду начальнику делать малоприятные вещи, но ради результата готов поступиться первоначально вынесенным решением…
   Следующая папка: «Тир». Семь видеоклипов, семь таблиц показаний датчиков. Шесть фрагментов – стрельба в движении на скорость по меняющейся мишенной обстановке. Два магазина патронов, время ограничено, нужно поразить как можно больше целей, перемещаясь на короткое расстояние между пятью рубежами. Кандидат функционирует как часы. Никаких эмоциональных всплесков, однако же безразличия тоже не наблюдается – имеет место здоровый контролируемый азарт. Во всех шести случаях результат стабильный, взлетов и падений нет. Показания датчиков – давление, пульс, потоотделение – примерно одинаковы. Умник работает как ремесленник, хорошо настраиваясь на стрельбу. Седьмой фрагмент: стрельба по человеку, одетому в бронежилет шестого класса защиты – специально для кандидата. Такой жилет хорошо держит пулю из автомата, и Умник прекрасно об этом знает. В одном из отделений тира находится вправленная в бетонную стену пятнадцатиметровая труба диаметром 400 мм – на одном конце стрелок, на другом – манекен в жилете. Умник о существовании манекена не знает, он видит, как один из ассистентов натягивает жилет и отправляется за стенку. Это ненормативное упражнение, преподаватель объясняет, что нужно проверить надежность бронежилета и смягчающие свойства нового демпфера.
   – Это небезопасно, – компетентно сообщает Умник. – На выходе пуля может срикошетить и попасть в незащищенную часть тела.
   – Стреляй точнее, чтобы не рикошетило, – невозмутимо парирует преподаватель и командует: – Огонь!
   На другом конце трубы появляется «брюхо» бронежилета – контур фигуры не виден из-за малого диаметра отверстия. Умник, не раздумывая, методично выпускает восемь пуль, всаживая их точно в центр «брюха» и без трепета наблюдая, как «ассистент» дергается от выстрелов. По окончании упражнения ассистент притаскивает из-за стены расстрелянный бронежилет. Кевлар восьмикратно изодран, толстая титановая пластина сохранила округлые шлепки пистолетных пуль.
   – Как ты? – заботливо интересуется Умник, поглядывая на живот ассистента.
   – Нормально, – беспечно бросает «Х» и только тут спохватывается – а вот и ляпсус! Независимо от класса защиты и толщины демпфера, каждое попадание в жилет – это солидный удар, сотрясающий весь организм. А восемь ударов подряд – это примерно так же, как если бы рассерженный боксер-тяжеловес полраунда месил вас в клинче по корпусу.
   – У меня пресс – как железо, – поправляется ассистент. – Могу удар штык-ножом держать, не то что это…
   Умник с подозрением смотрит на преподавателя и ассистента: все достоинства и недостатки средств защиты парень осваивал не в классе, а на двух войнах, сейчас он понимает, что старшие товарищи в чем-то его надули.
   – Манекен, – спустя несколько секунд без эмоций делает вывод кандидат. – Сто пудов – манекен…
   Показания датчиков при стрельбе по «живой мишени» отличаются от предыдущих: небольшой скачок давления, слегка учащенный пульс, повышенное потоотделение. Кандидат делает различие между мишенью и человеком, несмотря на то что психологический барьер, возникающий при стрельбе по живой цели, перешагнул с небывалой для среднестатистического индивида легкостью. В остальном работал точно так же, как и на тренировках, – качество и темп стрельбы от физиологического скачка совершенно не пострадали. Это хорошо. Умник – прирожденный рабочий войны, надежный и предсказуемый. Именно такие люди интересуют Марта в первую очередь. Суперменов, не проявляющих при резком изменении ситуации нормальных человеческих реакций, Директор не жалует. Один из лучших бойцов «Х», который с удивительным безразличием относился к внезапным обстановочным рывкам (датчики показывали одинаковый результат как при поглощении десерта за обедом, так и при неожиданно возникавшей необходимости уничтожить «врага»), принес Директору немало хлопот. Он оказался маньяком и при выполнении ординарной акции укокошил целую кучу совершенно посторонних людей. Для ликвидации этого супермена пришлось задействовать весь отряд и потратить на его «выводку» четверо суток…
   Март кликнул последний видеофрагмент. Работа с «клиентом». Четверо курсантов – в том числе и Умник – «стажируются» в охране частного лица. Курсантам объявлено, что работа «левая» и будет зачтена им как практика. Якобы предприниматель не так давно имел неосторожность уволить всех своих охранников за нерадивость. А теперь опасается, что на его персону могут посягнуть какие-то обиженные типы, которых он когда-то в рабочем порядке выгнал за пьянство. Ничего страшного нет – типы законопослушные граждане, оружия не имеют, а пригрозили просто со злости. Но предприниматель – приятель Директора, обратился с просьбой на несколько дней выделить пару-тройку телохранителей на всякий случай. Вот и практикуйте на здоровье.
   Приятель настоящий – Март попросил его подыграть, оплатив расходы по содержанию курсантов. Особняк в пригороде, многолюдный офис и две шикарные машины – не бутафория, многие приятели Директора весьма обеспеченные люди. Оружие практикантам тоже выдано настоящее: табельные «ПМ», временные разрешения на ношение без труда выправлены в УВД – у Директора все везде «подвязано». На этом настоящее заканчивается и начинается бутафория. Приятель Директора всю жизнь обходился без охраны: у него хорошая «крыша», непыльная работенка, исключающая пристальный интерес людей, имеющих обыкновение решать свои проблемы огнестрельно-взрывными методами, а содержать секьюрити при отсутствии настоятельной надобности – весьма дорогое удовольствие. Патроны тоже специальные: в них ровно столько пороха, чтобы пуля смогла покинуть канал ствола и плюхнуться на пол в пяти метрах.
   Однако стажеры-секьюрити об этом не догадываются и добросовестно отрабатывают «зачет»: повсеместно сопровождают предпринимателя, крутят головами в ожидании злобных мстителей и так далее. Практика длится трое суток – чтобы дать возможность курсантам по-настоящему вжиться в образ. В процессе бутафорской деятельности съемки не ведутся – они производятся лишь на последнем этапе, когда происходит своеобразный экзамен на умение действовать в экстремальной ситуации.
   «Клиент» едет на дачу к родственникам. Две машины останавливаются возле усадьбы, водители остаются на месте, предприниматель вместе с охраной выходит и направляется к воротам. В этот момент из соснового бора выскакивают трое в масках, вооруженные автоматами, и принимаются от бедра палить в наших славных парней. Двое курсантов сноровисто валят «клиента» на землю и падают на него животами. Достать оружие не пытаются – то ли умные, понимают, что пистолеты ничто против автоматов на дистанции, превышающей двадцать метров, то ли просто забыли, что эти пистолеты у них есть. Третий застыл на месте с открытым ртом – у него элементарный шок от неожиданности. Умник с ходу – как шел, не делая лишних движений – щучкой ныряет за стоящий у ворот хозяйский «Фольксваген», молниеносно изготавливается и открывает беглый огонь по нападающим. Укрыт хорошо, рука не дрожит, целится, как в тире, будь у него настоящие патроны, наверняка бы попал…
   Март просмотрел фрагмент и покачал головой. Двое – те, что прикрыли своими телами «клиента», получают зачет. Третьего придется отчислить – «телохран» не имеет права так себя вести. А секьюрити из Умника – никудышный. На клиента наплевать – сразу, как обострилась обстановка, нашел для себя самое безопасное место и принялся работать на убой. Трижды правы психиатры, которые настаивают, чтобы в графе «Участие в боевых действиях» у кандидатов в курсанты стоял жирный прочерк. Единожды вбитый в голову поведенческий комплекс воина уже не вытравить. Так что, как ни крути, придется тебя, парень, пожаловать в «иксы» – ни на что другое ты не годен…
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 [15] 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация