А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Яблоко Монте-Кристо" (страница 5)

   Глава 5

   – Какого черта ты подписался на эту идиотскую затею! – сердито воскликнула Нора, когда я, проводив Зою и вернувшуюся с лекарством Лялю до лифта, вновь вошел в кабинет.
   – Сам не пойму, – ответил я чистую правду.
   – Бред, – кипятилась Нора.
   – Ерунда, – попытался я успокоить хозяйку, – это совсем даже не трудно. Сегодня вечером, около полуночи, Зоя впустит меня тайком в свою квартиру. Время выбрано не случайно: Ляля обычно в двадцать три сорок пять, посмотрев свою любимую передачу, идет принимать ванну. Пока невестка моется, свекровь проведет меня в комнату и посадит в шкаф. Моя задача – выйти из гардероба в тот момент, когда женщины станут пить на ночь отвар ромашки, это у них стандартный ритуал перед сном.
   Я произнесу заготовленный спич, Ляля, очевидно, впадет в истерику, зарыдает, но рядом будет Зоя, которая позаботится о невестке, не даст ей кинуться ко мне и в конце концов, уже после того, как я благополучно ускользну за дверь, скажет:
   – Я тоже видела Игоря и слышала, как он велел тебе себя вести.
   По мнению психотерапевта, такое происшествие непременно вправит мозги Ляле, вдова придет в себя и поймет, что место мертвого в могиле, нельзя умирать вместе с покойным, даже если любишь его больше собственной жизни.
   – Ох, не нравится мне эта затея, – с сомнением покачала головой Нора, – а если Ляля потеряет сознание и не услышит твою речь?
   Я призадумался.
   – Ну, подобное маловероятно, вдова ведь не первый раз увидит «мужа», в виде призрака вряд ли я испугаю ее.
   – Думаешь, Ляля окончательная дура и не узнает в тебе детектива?
   – Зоя предложила мне надеть бейсболку Игоря с большим, закрывающим лицо козырьком. В гостиной будет полумрак, верхний свет погасят, только на столе останется гореть лампа, – терпеливо пояснил я. – Фигура «мужа» очутится в тени.
   – Голос! Уж, наверное, Ляля помнит тембр Игоря.
   – Я буду изъясняться шепотом, чуть растягивая гласные. Зоя сообщила мне, что Игорь в минуты нежности называл жену «кабанчик». Если я обращусь к Ляле со словами: «Дорогой кабанчик, спокойно выслушай и выполни мой приказ», – вдова подумает, что перед ней муж! Ну кто еще в курсе интимной клички? Она никому не известна!
   – Откуда Зоя знает про кабанчика? – продолжала допрос Нора.
   – Понятия не имею, – развел я руками, – этого она мне не объяснила. Думаю, если люди живут вместе, то рано или поздно между ними не остается тайн и секретов, в какой-то момент расслабляешься, и домашние узнают все.
   – Может, оно и так, – нехотя кивнула Нора. – Ваня, не езди к Вяземским!
   – Никак не могу нарушить данное слово, – мягко ответил я, – уже дал его.
   – Ты хозяин своего слова, – ухмыльнулась Нора, – сначала дал, потом взял обратно, обычное дело.
   – Простите, – осторожно ответил я, – понимаю, что как секретарь я обязан подчиняться приказам хозяйки, но в данном конкретном случае речь идет о полуночи, действие развернется в мое свободное время, впрочем, можете вычесть из моей зарплаты за этот день.
   Нора присвистнула:
   – Экий ты, Ваня, гордец! Никто тобой не помыкает, просто я даю совет. Извини, у меня стойкое ощущение: добром эта история не закончится, случится беда.
   Я постарался сохранить на лице выражение почтительности. Мой приятель Макс постоянно повторяет:
   – Выслушай, что советует женщина, и поступи наоборот. Только не спорь, не произноси: «Дура, ты ничего не понимаешь», просто кивни и делай, что считаешь нужным. Ввяжешься в спор – потеряешь кучу нервных клеток.
   – Верно люди говорят, – усмехнулась Нора, – своего ума в чужую башку не вложить. Ты, Ваня, в принципе прав. В свободное от работы время служащий имеет право вести себя как угодно. Успеха тебе в нелегком деле изображения привидения. Только лично я никогда бы не ввязалась в подобную историю. Ступай, Ваня, мне надо заняться счетами.
   Я кивнул и пошел в свою спальню. Вроде Нора не советует мне помогать Зое из благих намерений, только моя хозяйка сейчас кривит душой: ей просто не по вкусу, что старшая Вяземская попросила участвовать в спектакле меня, проигнорировав Элеонору. Нора вляпывалась в куда более опасные ситуации, ей постоянно необходим выброс адреналина, хозяйка неразумна и бесшабашна. И сегодня она надулась, словно пятилетняя девочка, сообразившая, что братика позвали в гости без сестрички.

   В указанное время я очутился возле стальной двери, украшенной декоративной накладкой из красного дерева. Вяземские жили на последнем, пятом, этаже старого московского дома. Наверное, раньше, в советские годы, тут были сплошняком коммунальные квартиры, но сейчас на каждой лестничной клетке была одна шикарная дверь, а ступеньки застланы красной ковровой дорожкой.
   Консьержки в подъезде не нашлось, письменный стол и стул возле почтовых ящиков оказались пусты. Впрочем, Зоя, когда мы с ней разрабатывали во время телефонного разговора план, предупредила меня:
   – Охраны не будет, войдете в парадное беспрепятственно.
   Я не стал удивляться и уточнять, куда же подеваются секьюрити, мне хватило заявления о свободном входе. И вот я уже маюсь у стены.
   Послышался тихий скрип, высунулась Зоя.
   – Не опоздали! – шепотом констатировала она.

   – Ясное дело, нет, – так же тихо отозвался я.
   – Входите.
   – Да, да.
   – Извините, я в халате.
   – Конечно, вы же дома, – закивал я.
   – Тсс, – прижала палец к губам Зоя, – сюда, налево, теперь прямо.
   Через пару секунд меня втолкнули в просторное помещение, тесно заставленное мебелью, в комнате царил полумрак, люстра не горела, лишь на круглом обеденном столе мерцала лампа под абажуром нежно-розового цвета, она отбрасывала круг света на чайник, чашки и серебряную сахарницу. В углу у окна стоял незажженный торшер.
   – Вон туда, – ткнула пальцем Зоя в сторону огромного дубового гардероба. – Держите бейсболку. Текст помните?
   – Да, – ответил я.
   – Главное, упирайте на необходимость вести полноценную жизнь.
   – Хорошо.
   – Выйти замуж, родить ребенка.
   – Ладно.
   – Пусть прекратит каждый день ездить на кладбище.
   – Понял.
   – Незачем рыдать с утра до ночи.
   – Ясно.
   – Мама, – послышалось из коридора, – я халат забыла, сделай одолжение, принеси, он в спальне на кровати лежит.
   – Ну, чего замерли? – прошипела Зоя. – Ляля сейчас выйдет, живо полезайте! Иду, дорогая, не стой голая, посиди пока в ванной.
   Последняя фраза явно относилась не ко мне, я глубоко вздохнул и нырнул в нутро пахнущего лавандой шкафа, предусмотрительно не закрыв до конца дубовую дверцу.
   В узкую щель было хорошо видно стол.
   – Может, выпить черного чая? – устало спросила Ляля, усаживаясь на стул.
   – Нет-нет, – возразил голос Зои, – у тебя будет бессонница.
   – Все равно до утра не сомкну глаз, – парировала Ляля и распахнула халат.
   – Немедленно прикройся, – резко велела свекровь.
   – Почему? – удивилась Ляля. – Мне жарко! Сниму-ка я вообще эту махру, посижу в трусиках.
   – Нет!!! – почти заорала Зоя.
   – Чего ты так разволновалась?
   – Еще простудишься!
   – У нас тепло.
   – Запахнись. Неприлично обнажаться в гостиной.
   Ляля засмеялась:
   – Да мы с тобой друг друга никогда не стеснялись, что сегодня-то произошло?
   – Ну, – замялась Зоя, – мы не одни!
   – А кто еще здесь? – подскочила невестка и моментально прикрыла обнаженную грудь не слишком безупречной формы.
   Зоя, поняв, что сморозила глупость, начала выкручиваться.
   – Ну… э… Игорь… мне кажется, он тут… присутствует… да… именно так.
   Ляля грустно усмехнулась:
   – Ну, мне нечего смущаться мужа.
   – Он рядом, – торжественно возвестила Зоя. – Игорек, думаю, не ошибаюсь, ты ведь в шкафу? Отвечай!
   – Мама, – укоризненно покачала головой Ляля, – похоже, ты решила надо мной…
   Тут я сообразил, что пора начинать спектакль, и, распахнув дверцу, прогудел низким шепотом:
   – Здравствуйте.
   – Ой, – взвизгнула Ляля, – это кто?
   – Я, Игорь.
   – Кто?
   – Я.
   – Ты?
   – Да.
   – Где?
   – Тут, – я старался изо всех сил придать сцене правдивость, – выхожу наружу, чтобы сказать…
   – В шкафу? – обморочным голосом прервала меня Ляля. – В шкафу??? Но там тебя не может быть!
   В голосе вдовы зазвучало невероятное удивление, потом она вдруг взвизгнула:
   – Мама! Смотри, он тут!
   – Где? – свистящим шепотом поинтересовалась Зоя.
   К сожалению, я не видел матери Игоря, лишь слышал ее голос, в котором плескался самый настоящий ужас. Я очень удивился и подумал, что Зоя не зря увлекается театром, в даме явно зарыт талант гениальной актрисы. Ведь она отлично знала, что в шкафу сижу абсолютно материальный, вполне живой я, и сумела изобразить откровенный страх. Не всякая лицедейка способна тоном передать переживания, чаще всего актрисы корчат гримасы, закатывают глаза, заламывают руки… У меня сложилось полное ощущение, что в реальной жизни, не на сцене, а, так сказать, в быту, кривляки ни разу не испытывали сильных чувств, никаких, ни любви, ни ревности, ни горя, ни отчаяния, вот поэтому-то и рвут картинно волосы, полагая, что именно так следует поступать в стрессовой ситуации. Но на самом деле ужас сковывает человека по рукам и ногам, на драматические жесты и патетические высказывания сил у вас не хватит. Из всех средств общения с себе подобными останется лишь голос, который изменится до неузнаваемости, и Зоя сейчас великолепно поняла это, право слово, в ней пропала Сара Бернар.
   – Игорь… – протянула мать.
   Я открыл дверцу и вышел наружу. Увы, я не обладаю нужными способностями трагика, хорошо хоть могу реально оценить свои возможности, и поэтому не начал сейчас вздымать руки вверх и выть замогильным басом. Нет, я просто раскрыл рот, кашлянул и выдавил из себя:
   – Милая Лялечка!
   – Мама! – взвизгнула вдова и повернулась в мою сторону. – Мама! Это он!
   Я вздрогнул, ей-богу, не ожидал, что женщина столь испугается, Зоя уверяла меня, что невестка вроде как привыкла «встречаться» с Игорем и не станет впадать в ступор, просто выслушает напутствие мужа и беспрекословно выполнит его, но сейчас ситуация начинает развиваться совсем не так, как предполагалось! Ляля, похоже, испугана до крайности. Впрочем, и Зоя по непонятной причине испытывает оторопь.
   Мать Игоря уставилась на меня, разинув рот. Учитывая то, что пару минут назад она лично привела в гостиную «привидение» и, вручив ему кепку, велела лезть в шкаф, такое потрясение дамы выглядело более чем странно. Хотя я уже убедился в актерских способностях хозяйки, наверное, сейчас она старается ради невестки.
   – Это ты, – еле выдавила из себя Зоя, глядя на мою фигуру, – ты?
   – Ну да, – ответил я.
   – Кто? – не успокаивалась Зоя. – Назовись!
   Я сначала растерялся, мы же договаривались вести себя иначе, но потом подумал, что Зоя по непонятной причине внесла в сценарий «пьесы» изменение, решил подыграть ей и, понизив голос до максимума, прогудел:
   – Игорь! Я пришел к Ляле, хочу сказать: кабанчик…
   – Нет, – вдруг заорала вдова, – нет! Сгинь! Уйди! Рассыпься! О-о-о! Нет, нет! Он же там! Там! Там! Мама, скажи, что около шкафа пусто. Ма-а-ама-а!
   Крик Лялечки, звенящий, словно натянутая струна, взметнулся вверх, в потолок, и закончился обрывками всхлипов. Зоя подняла тонкую белую руку, ткнула ею в сторону занавешенного тяжелыми портьерами окна и выдохнула:
   – Игорек!

   Я прищурился, вгляделся в полумрак гостиной и совершенно по-бабьи взвизгнул. На фоне портьер маячила высокая фигура, окруженная нежно-голубым свечением, так в плохих кинофильмах изображают оживших мертвецов: черное тело и каемка колеблющихся лучей, якобы аура. Неожиданно в голове промелькнула фраза, которую ехидная Нора частенько повторяет, наткнувшись на какую-нибудь передачу, посвященную паранормальным явлениям: «Требуйте долива кармы после отстоя чакры».
   – А-а, – коротко выдохнула Зоя и рухнула на пол.
   Ляля, зажмурившись, медленно осела около вдовы, я, перестав корчить из себя призрак, ринулся к вдове и схватил ее за плечи:
   – Лялечка! Не бойся! Открой глаза!

   Несчастная женщина, не поднимая век, еле слышно протянула:
   – Игоряша… я не виновата… я… я… не… не…
   Тонкие горячие пальчики Ляли легли на мои руки, и в ту же секунду она завизжала:
   – Вы не Игорь!
   Черные ресницы взметнулись вверх, огромные бездонные глаза глянули на меня.
   – Конечно, нет! – нервно воскликнул я. – Перед вами Иван Павлович Подушкин, секретарь Норы, владелицы частного детективного агентства «Ниро». Извините, право слово, вышло неловко, сейчас все объясню.
   – Вы не Игорь, – пролепетала Ляля.
   – Ваша свекровь, – начал было я, но тут вдова со скоростью ошпаренной кошки вскочила на ноги, бросилась к окну, раздвинула занавески и кинулась к лежащей Зое.
   – Мама, – затрясла она женщину, – мама! Очнись! Ма-ама-а! О-о-о! Она молчит!!! И не дышит!
   Вот тут мне стало по-настоящему страшно. Я пошел к стене, нащупал выключатель, нажал на клавишу, вспыхнула люстра, чей свет после мягкого полумрака показался невыносимо резким. У меня защипало глаза, пришлось на пару секунд зажмурить их. Когда же я снова обрел способность лицезреть окружающий мир, ситуация не изменилась.
   На ковре, странно скрючившись, с неестественно вывернутой шеей, лежала Зоя, около нее стояла на коленях заливавшаяся слезами Ляля.
   Одного взгляда, брошенного на мать Игоря, хватило мне, чтобы понять: женщина мертва.
   Я понял, что ей уже ничем не помочь.
   На ватных ногах я подобрался к Ляле и тихо сказал:
   – Вам лучше уйти к себе.
   – Да? – совершенно по-детски отозвалась Ляля. – Вы полагаете? Разве можно оставить маму? Смотрите, она заснула. Давайте перенесем Зою в спальню.
   Я потряс головой. «Спокойно, Иван Павлович, ты мужчина, значит, не имеешь никакого права впадать в панику и голосить, словно торговка рыбой на базарной площади. Сейчас нужно взять себя в руки и попытаться справиться с ситуацией. Давай, дружочек, вдохни, выдохни и попробуй оторвать от трупа Лялю».
   – Зоя, очевидно, гипертоник, – воскликнул я, поднимая Лялю.
   – Ну да, – кивнула та, – у нее случаются скачки давления, вчера, например, двести на сто двадцать намерили, пришлось «Скорую» вызывать.
   – Вот и сейчас, – зачастил я, – Зое стало нехорошо, вновь криз случился. Ее не следует трогать, а вам необходимо лечь и вызвать врача.
   – Мне доктор ни к чему! – с жаром воскликнула Ляля. – Маме нужно помочь в первую очередь!
   – Конечно, конечно, – закивал я. – Ну-ка, скажите, где находится ваша спальня?
   – Там, – слабо дернула головой Лялечка, – последняя дверь, извините, мне надо в туалет, меня тошнит, и очень кружится голова, а вы срочно позвоните врачу, телефон на кухне.
Чтение онлайн



1 2 3 4 [5] 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация