А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Война мага. Том 3: Эндшпиль" (страница 25)

   – Тогда вам не составит труда его повторить, – пожал плечами Фесс.
   – Мы ходим по кругу, – недовольно поморщился архипрелат. – Мы сможем его повторить. Но не сразу. А потребно – именно сейчас.
   – Но там, в Скавелле, присутствовали особые условия! – Фесс решил стоять до конца.
   – Верно, – неожиданно легко согласился аркинский предстоятель. – Особые условия действительно присутствовали. – Он наклонился вперёд, пристально глядя на Фесса. – И в твоих интересах, сударь мой Неясыть, создать такие же условия вновь.
   – Невозможно!
   – Очень даже возможно. Что произошло во время сражения при Скавелле? Были сотворены особо мощные заклинания, послужившие словно бы трамплином для твоего собственного. Вынуди Клешни на такие заклятья, некромант. Тебе это не составит труда.
   – Но… как же я сделаю это, если Курия требует от меня покинуть город?
   – Клешням достанутся пустые кварталы, – нетерпеливо бросил понтифик. – Простолюдины в большинстве своём сбежали ещё вчера, до первого штурма.
   – А катакомбы под кафедральным собором вы тоже отдадите Клешням, Ваше святейшество?
   – Нет, это положительно невыносимо – говорить с человеком, считающим тебя полным идиотом, – со вздохом сообщил архипрелат поспешно закивавшей свите. – Разумеется, входы в катакомбы будут завалены и перекрыты, мне достаточно лишь одного мгновения, и Клешням придётся повозиться. А тем временем мы… вернее, ты, Неясыть, вынудишь их ввязаться в магическую дуэль, заставишь раскрыться, с тем чтобы использовать их собственные заклинания. Они не продвинутся дальше западного обвода крепостных стен, уверяю тебя. И обратно в море они не уйдут тоже. – Он захихикал и потёр руки.
   – Ваше святейшество так уверены, что я всё сделаю…
   – Конечно, Неясыть. Мы слишком давно держали тебя на крючке. Ты раб своего Слова. Честь для тебя значит куда больше, чем для любого обитателя Эвиала. В том месте, откуда ты явился, все такие?
   – Куда лучше, – мрачно ответил некромант.
   – В таком случае удивительно, что у вас ещё кто-то жив, при такой-то наивности… Короче, хватит терять время, – распорядился понтифик. – Берись за дело, Неясыть. Я думаю, что сутки у нас, самое меньшее, имеются. Клешни смогут пополнить свой флот не раньше чем к следующему вечеру. Тогда и стоит ожидать приступа.
   – Прошу Ваше святейшество дать мне в помощь также и отступника Этлау.
   – Гм… слишком уж ты многого требуешь, некромант, – поморщился понтифик. – Ну да ладно. Вчера у вас действительно неплохо получилось – с отзеркаливанием его чар от твоего заклинания. Так и быть, дозволяю.
* * *
   – Спасибо, что вытащил меня из темницы. – Этлау сидел в кресле напротив некроманта, старательно массируя запястья – кандалы оставили на них широкие красноватые кольца.
   – Не стоит благодарности, преподобный. Ещё чаю? – Фесс вежливо протянул разжалованному инквизитору горячий серебряный чайник.
   – Еще раз спасибо. Что случилось, Неясыть? Ещё недавно ты готов был стереть меня с лица земли…
   – Не обольщайся, Этлау. Может, нам ещё и придётся сойтись в бою. Потому что ни ты, ни я ничего не забыли. Но сейчас у нас действительно общий враг, прости мне эти высокие слова.
   Инквизитор хмыкнул, поднося к губам чашку с дымящимся отваром. Несчастный отец Суэльтен, приставленный таки к некроманту, сидел белый от ужаса.
   – Не дрожи так, высокоучёный, – повернулся к нему Этлау. – Я виновен в… в том, что мне вменяется, не больше, чем заболевший человек виновен в своей болезни.
   – Но заболевший виновен, если презрел указания карантинной стражи и полез в охваченный чумой город, – вдруг возразил монах. – Виновен также, если, заболев и зная об этом, всё равно отправляется туда, где пока нету мора, неся с собой заразу!
   – Сразу видно опытного софиста…
   – Оставим этот спор, – поднял руку Фесс. – Я действительно дал слово и намерен его исполнить. Отец Суэльтен, не вы ли…
   – Да, именно я, недостойный, следил за магическими отражениями битвы под Скавеллом, – подтвердил монах.
   – Тогда вы представляете, хотя бы в общих чертах, что нам предстоит сделать. – Фесс придвинул поближе большую грифельную доску. – Итак, надо преодолеть три барьера. Простым заклинанием, основанным на природной магии Эвиала, это сделать невозможно – те, кто ставил преграды, знали своё дело. Поэтому и мне под Скавеллом пришлось идти столь сложным путём. Отсюда следует, что отражающее заклятье должно иметь, по крайней мере, следующее…
   …Они углубились в сугубо теоретическую дискуссию, чёрную поверхность стремительно покрывали руны и наброски магических фигур, сложные схемы сложения магических векторов и так далее и тому подобное. Время летело незаметно, отец Суэльтен мало-помалу совершенно забыл о страхе, в пылу спора даже поименовав Фесса «невеждой».
   Этлау не оставался в стороне, дав несколько весьма дельных советов.
   – И не забудьте послать кого-нибудь за кошками. Желательно – котята, желательно – чёрные, но в крайнем случае сойдут и обычные, полосатые, – напомнил некромант.
   Отец Суэльтен побледнел и судорожно сглотнул.
   – Что поделать, ваше преподобие, чрезвычайные обстоятельства требуют чрезвычайных мер. Да вы ж должны помнить Скавелл!
   – Я бдил, да, я помню приток силы, но я не знал, как именно получен был к ней доступ, – слабо запротестовал монах. – Какой ужас… кошки… котята… беспомощные, маленькие, пушистые…
   – Вы что, брат, действительно любите кошек? – удивился Этлау.
   – Я тебе не брат, отступник, – привычно огрызнулся Суэльтен, но уже безо всякого задора. – Да, люблю, и очень! Это лучшие спутники из братьев наших меньших, когда-либо бывшие у человека, и недаром Спаситель…
   – Помню, помню, – поморщился разжалованный инквизитор. – «А свершивший зло против кошки или кота да ответит передо Мной». Интересно, почему у Него не нашлось ничего доброго о собаках… впрочем, неважно. Очень советую вам, дорогой брат, всерьёз озаботиться выполнением просьбы нашего уважаемого некроманта. Кошачий гримуар в его исполнении – вещь более чем внушительная. Не исключено, что от этого будет зависеть жизнь Его святейшества понтифика. Так что… – Этлау выразительно приподнял одну бровь.
   Отца Суэльтена била крупная дрожь.
   – И отдайте распоряжения немедленно, – внушительно проговорил бывший отец-экзекутор. – Пока у нас есть ещё время. Прикажите всем послушникам и послушницам, кому дозволено иметь при себе котов или кошек, передать их в ваши руки. Котят учитывайте особо, их – в отдельный садок… Ну, не стану вас учить, брат, вы и сами прекрасно справитесь, – с издёвкой закончил одноглазый соратник Фесса.
   На монаха было жалко смотреть, но отнекиваться и отказываться он не решился.
   – Сменим тему, государи мои, – деловито проговорил Этлау. – Значит, сударь некромант, переход по данному вектору вы трактуете как результирующую действия следующих компонентов заклинания…
   …Мало-помалу сгустился вечер, и спор грозил затянуться далеко за полночь, когда в окнах мелькнул хорошо знакомый по совсем недавней битве огненный отблеск. Немного погодя колокола на башнях Аркина ударили тревогу.
   Флот Империи Клешней не стал ждать подкреплений – а может, они подоспели быстрее, чем рассчитывал понтифик. Чёрно-зелёные галеры вновь устремились на штурм, как и в прошлый раз, посылая на город тучу катапультных ядер, начинённых жидким огнём.

   Глава шестая

   «Скоро нам станет некуда отступать», – мрачно подумал Император, глядя на открывшийся его взорам Мельин. Некогда великолепную столицу по-прежнему покрывала паутина строительных лесов; пока правитель отсутствовал, изменилось немногое, что и неудивительно – при таких-то делах и вестях с запада!
   – Кер-Тинор, отправьте гонца к Сежес.
   Капитан Вольных молча кивнул.
   – Круг Капитанов прислал весть, – вдруг проговорил он, уже сделав было шаг. – Всех, в ком есть наша кровь, зовут вернуться.
   Император выразительно поднял бровь. Ему служили Вольные, принявшие имперское подданство, кому навсегда была отрезана дорога в их родные края.
   – Круг Капитанов решил, что вторжение тварей из Разлома есть исполнение древнего пророчества о якобы неизбежном конце человеческой расы, «когда мерзость её переполнит пределы небесного терпения», да простятся мне эти слова, повелитель. Круг заключил, что бестии пройдут через все занятые людьми земли до самого восходного океана, где их существование и пресечётся. После чего всем старым расам – гномам, эльфам, Дану, Вольным, оркам и прочим – только и останется, что вновь занять свои старые владения.
   Император не стал спрашивать, каким образом Круг Капитанов сумел подать весть, – Кер-Тинор всё равно не ответит. Есть вещи, которые Вольный не раскроет, несмотря ни на какие пытки.
   – И многие из моих Вольных решили… последовать этому призыву? – как можно спокойнее осведомился правитель Мельина.
   Кер-Тинор позволил себе скупую улыбку.
   – Ни один, мой Император. Мы помним, что такое слово, долг и честь. Мы связали нашу честь с Империей, вместе с Мельином падёт и она.
   – Благодарю, капитан. – Император протянул Вольному руку.
   Тот осторожно пожал её, склоняя голову.
   – С позволения моего Императора, проследую для выполнения его поручения.
   Правитель Мельина кивнул.
   – Что скажешь, Тайде?
   Сидевшая в седле Сеамни только развела руками.
   – Козлоногие не пошли на запад. Вся их масса повалила на восток, против нас. Что это может значить?..
   – Что Вольные не шибко хороши на вкус, – сумрачно пошутил Император.
   – Если бы… – не улыбнулась Сеамни. – Скорее всего только мы, Империя, им и угрожаем. Только мы можем дать им отпор. И козлоногие об этом прекрасно осведомлены. Дело за малым – осталось только найти… – Она осеклась и замолчала.
   Конный авангард остановился, пропуская легионную пехоту. Когорта за когортой, стальная река текла обратно, к столице, текла без славы, хотя и без позора. Бой закончился ничем. Поток козлоногих не остановился, не повернул вспять. Нерг не оказал обещанной помощи, Древние Силы не выступили на защиту своей земли, не встали рядом с защитниками Империи; правитель Мельина остался один на один с небывалым, тысячекратно сильнейшим врагом – и безо всякого резерва времени.
   – Что нам остаётся, мой Император? – негромко выговорил проконсул Клавдий. И сам же ответил: – Отступать дальше. Оставить им Мельин. Едва ли им для чего-то понадобится мёртвый камень. Запасы необходимо вывезти…
   – Скоро будет уже нечего вывозить, – мрачно заметил правитель. – Весна миновала. Западная часть Империи опустошена. Хлеб посеяли только в центре и на востоке. Если мы потеряем и эти земли, зимой нас ждёт повальный голод. Если только не удастся купить зерно на юге и каким-то образом переправить его через море, мимо пиратских эскадр…
   – Ничего этого мы сделать не успеем, если козлоногие станут покрывать по четыре-пять лиг в день, – сдвинул брови проконсул.
   Сеамни молчала, опустив голову и погрузившись в размышления, похоже, сейчас вообще ничего не слышала.
   – Сам знаю. – Зубы Императора скрипнули. – Ни одного решения. Ни одного ответа. Тупики. Магия бессильна… или недостаточно сильна. Бароны засели на севере, остатки Радуги – с ними… и не желают ничего слушать или же просто не верят.
   – Они должны понять, – с неколебимой уверенностью сказал Клавдий. – Я хорошо знаю Браггу. Он, конечно, упрям, как целое стадо ослов, тщеславен и властолюбив, но при этом далеко не глупец и не трус.
   – Упрямство как раз и есть неразлучный спутник глупости, – заметил Император, салютуя очередному легионному значку. Марширующие воины ответили дружными приветственными возгласами.
   – Девятый Железный, – вздохнул Клавдий. – Отличные рубаки, но и они…
   – Но и они не смогут остановить тварей Разлома, понимаю, – процедил Император. – Если бы ты знал, Клавдий, если б ты знал… сейчас я отдал бы всё, пошёл бы на союз с кем угодно, только чтобы…
   – Радуга, – вдруг произнесла Сеамни. – Нам нужна вся её мощь. А ещё – магия крови.
   Клавдий втянул голову в плечи, словно ожидая внезапного удара.
   – Госпожа, – выговорил он совершенно несвойственным ему умоляющим тоном. – Какая «магия крови»? О чём вы? Это же… это же… невозможно, невероятно!
   – Нерг потребовал от нас именно этого права, – хладнокровно произнесла Дану. – В хаосе нынешнего времени, когда они могли сами взять всё, что угодно, я вижу их просьбе только одно объяснение – всебесцветные сами ужасно боялись.
   – Чего? Чего они могли бояться?! – не выдержал проконсул. Император слушал молча, не вмешиваясь.
   – Боялись восстания тех, кого они собирались тащить на алтари и жертвенники. – Сеамни не колебалась. – Им нужно было направить их ужас и ненависть на тебя, мой повелитель, – при людях Дану никогда не называла Императора Гвином. – И, быть может, дело тут не только в восстании… – Она вновь погрузилась в раздумья.
   Клавдий вздохнул.
   – Союз с баронами – это, конечно, правильно. Вот только как их уговорить, если даже твари Разлома их ни в чём не убедили?
   – Что может потребовать Брагга, я примерно представляю, – невесело усмехнулся Император. – Восстановить звание коннетабля, возродить Коронный Совет…
   – И выдать замуж за Императора Мельина свою дочь, – докончила Сеамни, улыбаясь. – Вполне здравые условия, если подумать. На месте повелителя я бы не колебалась.
   – Что у тебя за шутки, Тайде… – поморщился правитель.
   – Я не шучу, – совершенно серьёзно возразила Дану. – Если для союза с Браггой достаточно будет этого, надо соглашаться. С тем чтобы использовать всю силу Радуги.
   – Мир с Браггой не означает мира с Радугой, – возразил Клавдий. – Маги претерпели от нас совершенно несравнимый ущерб. Их требования могут оказаться…
   – Маги запуганы, – жёстко бросила Сеамни. – Они хорошо запомнили ту кровавую трёпку. Без баронов и их дружин они – ничто. На открытый бой с легионами они больше не осмелятся. Если Брагга подпишет мир – никуда не денется и Радуга.
   – Похвальная уверенность, – не сдавался проконсул. – Но чья-то уверенность ещё не означает непременно такого же исхода, и потому…
   – Повелитель, чародейка Сежес. – Кер-Тинор ловко, как умеют только Вольные, развернул коня. Позади, сидя по-женски, боком на спокойном мерине, рысила волшебница, бледная как смерть, с наскоро закрученными волосами.
   – Мой император. – Она поклонилась. Куда ниже, чем в те времена, когда правитель Мельина только-только вступил на трон.
   – Что нергианец?
   Сежес чуть потупилась, словно чего-то стыдясь.
   – Он не человек, повелитель.
   – Я это уже слышал, чародейка. Какие-нибудь доказательства? Пожалуйста, только кроме его «нечувствительности к боли». Об этом я уже слыхал.
   – Я пробила его барьер. – Сежес нервно облизнула губы. – Это немало мне стоило, но я взяла его за жабры. А потом… мой Император, он даже не орал, как все люди. Я этот вой ни с чем не могу сравнить. Однако он по-прежнему не ответил ни на один вопрос. Я пошла дальше. Стала вскрывать его – живьём. И вот тут-то и увидела… – Она побледнела и отвернулась. Казалось, её вот-вот вырвет.
   – Что же именно? Не тяни, Сежес, у нас и без того давно вышло всё время! Резать, значит, могла, а рассказать – затошнило?!
   – Прошу прощения, мой Император, но… действительно замутило, – призналась чародейка. – Я увидела два сердца. Два желудка. Кишечник, в котором, простите, кишки извиваются, как змеи, раскрывают пасти и норовят цапнуть меня за палец. И всё это сизо-лилово-фиолетовое, как и его кровь. Я резала – а он продолжал жить, дышать и осыпать меня проклятиями. Убивать тварь я не стала – на то не было повеления моего Императора. Но одно могу сказать теперь точно – он не человек. Не эльф, не Дану, не орк, не тролль, не кобольд – не из известных нам рас и народов. Это нечто совершенно новое. Небывалое. Неведомое. И оно все эти годы жило рядом с нами, а мы, Радуга, ничего даже не заподозрили!
   – Понятно, – оборвал чародейку Император. – Что ж, достойно Нерга, очень достойно. В принципе трудно было бы и ожидать чего-то другого. Как ты думаешь, Сежес, может эта тварь оказаться просто искусственно выведенным монстром, подобно тем, что вылуплялись в зверинцах Радуги?
   – Конечно, этот ответ напрашивается, – кивнула Сежес. – Но Радуга, если можно так выразиться, подгоняла подобное к подобному. Мы делали всяких бестий, и летающих, и ныряющих, и ползающих, но у них у всех наличествовала красная кровь. И, разумеется, по одному сердцу. Мы оставались в рамках заданного Природой и потому…
   – Ты можешь поручиться, что Нерг не продвинулся дальше? Всё-таки он мало походил на остальные Ордена Семицветья.
   – Это нечеловеческая логика. – Сежес покачала головой. – Я имею в виду – те, кто сотворил этого «посла», рассуждали не так, как мы, люди, или, к примеру, гномы.
   – Не пойму, мой Император, какое это отношение имеет к тварям Разлома, – вмешался Клавдий. – Я и так всегда знал, что выродки они там все, в этом Нерге. Ну, достопочтенная Сежес доставила нам наглядное доказательство. Только как это нам поможет остановить нашествие?
   – Сама ломаю голову, – буркнула чародейка. – И ничего, кроме магии крови, на ум не приходит.
   – Сговорились вы все, что ли?! – нахмурился Император. – Только и слышишь, мол, «магия крови, магия крови»! Кто будет отбирать людей для жертвенников, ты, Сежес? Иди, выбирай! Только не забудь их об этом предупредить.
   Волшебница совсем понурилась.
   – Мой Император, – проговорила она еле слышно. – Я… я вывернула наизнанку свою память, я мучила всех, кто пошёл со мной. Я искала решение. И – не смогла. Это не поединок, когда противника можно ткнуть в сочленение доспеха тонкой шпагой, решив дело одним уколом. Тут надо бить пудовой кувалдой, рассчитывая, что нагрудник не выдержит и проломится, потому что у врага – ни щелей, ни даже самих сочленений.
   – Я согласна с почтенной Сежес, – ровным голосом сказала Сеамни. – Магия крови – наш единственный шанс. Но следует также и примириться с Радугой. Я предложила повелителю взять в жёны дочь барона Брагги.
   – Предлож… что?! – Чародейка чуть не поперхнулась, уставившись на Дану широко раскрывшимися глазами.
   – Предложила заключить мир с мятежниками ценой династического брака, – холодно повторила Сеамни. – Конечно, Брагга потребует себе и титул коннетабля, и пост главы Коронного Совета… но это уже несущественно.
   Сежес пристально вгляделась в лицо Сеамни. Та не дрогнула.
   – Я должна попросить у тебя прощения, дочь Дану, – каким-то жестяным, дребезжащим голосом проговорила чародейка. – Ты… удивила меня. Прости. Прости за то, что я… скверно о тебе думала.
   – Ничего, – безмятежно кивнула Сеамни. – Все мы совершаем подобные ошибки. Я тоже не исключение. Ты тоже прости меня, Сежес. Я… я тоже думала о тебе недостойно.
   Наступило неловкое молчание.
   – Всё это, конечно, очень трогательно, – прокашлялся Клавдий. – Но козлоногие напирают, и нам надо вывезти из Мельина все ценности, объявить жителям, чтобы уходили, поставить в строй легионов всех здоровых мужчин…
   – Да, да, – заторопилась Сежес. – Мои мальчики собирают травы, не жалея сил, но запасы пополняются не так быстро, как хотелось бы. Ещё одну битву мы выдержим, мой Император, но не больше.
   – Отступать дальше – бессмысленно, – холодно произнёс Император, словно и не слышал последних слов чародейки. – Пора из дичи превращаться в охотника.
   Клавдий досадливо крякнул.
   – Мой Император, легионы готовы сражаться, это так. Но как можно победить эту массу? Всё равно что рубить мечами море или ветер!
   – Море или ветер мы рубить не собираемся, – промолвил Император. – А вот может ли многомудрая Сежес поведать мне, для чего на противоположной стороне Разлома появились эти пирамиды? Случайно это или нет? Каково может быть их предназначение? И что случится, если, к примеру, ударить по этим зиккуратам? Не по извергаемым Разломом тварям – а по пирамидам? Которые, позволю себе напомнить, появились прежде, чем началось вторжение.
   Сежес только горестно вздохнула.
   – Пирамиды, конечно… они внушают страх, они полны силой, всё так. Но больше мы ничего о них не знаем. Да и прорываться к ним сейчас…
   – Прорываться не стоит, – отрывисто бросил Император. – Разлом тянется только по суше. В море его нет. Следовательно, его вполне можно обогнуть на корабле.
   – Можно, не спорю, – кивнула чародейка. – Но хватит ли у нас на это времени? И что мы станем делать, если окажется, что пирамиды, скажем, для нас недоступны?
   – Оставаясь здесь, мы всё равно ничего не сможем сделать, – резко бросил Император. – Только отступать до самого берега. И дать там последний бой, поистине последний.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 [25] 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация