А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Райская машина" (страница 15)

   2

   …В ворота ломится потерянного рая,
   где грезятся ему и розги, и рабы.
Алексей Жемчужников
   За психическое здоровье своего часового Панин взялся всерьёз. Во время очередного визита его сопровождали не нужные люди и не технари, а ребята в белых халатах. Они долго мучили Мерлина, облепляли тело датчиками, даже фотографировали со всех сторон. Только что голову в томограф не совали, потому что очень уж тяжёл и громоздок этот агрегат.
   А зубная врачиха Полина была вообще блеск!
   – Это бонус тебе за хорошее поведение, – пояснил Лось. – И не строй из себя мальчонку. Положено! Природа требует! Если надо – я тебе хоть целый стриптиз-клуб привезу! Просто от Полины двойная польза выходит… А госпожа Румянцева про тебя и слышать не желает. Сами виноваты: гордые не по разуму!
   И Мерлин подчинился требованиям природы. Тем более что страшная бормашина детства отошла в прошлое… И Полина с ласковыми полными руками ничем не напоминала Таню…
   Зато встреча с другим членом консилиума была менее приятной.
   – Лучший психоаналитик в крае! – хвастался Лось.
   Лучший психоаналитик был молодой, тщедушный, и одно веко у него дёргалось – «врачу, исцелися сам!». У Мерлина создалось впечатление, что учение Фрейда парнишка постигал под одеялом при свете карманного фонарика. Врач стеснялся задавать вопросы и неудержимо краснел, выслушивая ответы. Во фрейдизм Роман Ильич не верил и полагал, что лучшим психоаналитиком на Руси является вагонный попутчик с бутылкой или же умный и добрый поп.
   – Всё детство ему пересказал! – жаловался потом Лосю Мерлин. – Будто контрразведчик какой, а не врач! Душу вымотал! И записывал, записывал на свою машинку…
   – Ну хочешь, я на обратном пути его выкину из вертолёта? – спросил Панин.
   – Шуточки у тебя, Сохатый, – опасливо сказал Мерлин.
   – Кстати о детстве, – сказал Лось. – Он рекомендовал тебе писать мемуары. Так ты пиши! Всё равно бездельничаешь! Я лично проверять буду!
   – Зачем тебе мои воспоминания, Лось? – спросил Роман Ильич. – «Житие мое» тебе и так известно…
   – «Какое житие, пёс смердящий?» – весело подхватил Панин. – Я, к примеру, не знаю вообще, чем ты занимался, пока я кровь проливал и с небес падал – целый кусок жизни! Хочешь, я тебе за мемуары буду дополнительно платить? Хоть заработаешь…
   – Сто годов – сто рублёв, богатеем стану, – сказал Мерлин. – Как, не трогают нашу фирму?
   – Щиплют, – зло сказал Панин. – Как пираньи. Ты один нам поддержка и опора…
   – С какой стати я?
   – Громоотвод ты наш! Ванкуверский затворник! Я, Колдун, такую игру затеял, что… Ну да вот закончу – и вернёшься в Крайск на белой лошади…
   – Возвращаются на белом коне, – сказал Роман Ильич. – А белая лошадь есть символ кошмара…
   – Так кошмар и творится, – сказал Панин. – Хорошо тебе ничего не знать и не ведать.
   – А в чём игра-то? – спросил Мерлин.
   – Ну-у… – Лось махнул ручищей. – Чтобы ты понял, придётся тебе целую политинформацию прочитать…
   – Не надо! – поспешно сказал Роман Ильич. – А за Полину спасибо…
   – Оставить? Она из тебя человека сделает…
   Мерлин покачал головой:
   – Не надо. Она весёлая, добрая… Но не хочу я, Сохатый, ни к чему и ни к кому привязываться. Я женщинам только беду приношу…
   – Это так, – согласился Панин.

   Глава 15

   1

   …Пока джип выезжал из ограды, я успел передумать. Библиотека-то центральная в воскресенье должна работать! Расписание у неё при всех властях не менялось…
   – Простите, – обратился я к водителю. – Не могли бы вы меня через центр города провезти?
   Он поглядел на меня, оторвал руку от баранки и за макушку стащил с головы шерстяную маску. Лицо у него было молодое, бледное и небритое.
   – А хоть куда, – объявил он. – Теперь хоть в Гонолулу.
   – Хозяину потом скажете, что пассажир пожелал…
   – Хрен я ему чего скажу и хрен туда вернусь, – решительно сказал водитель. – Хрен ему, хрен, хрен, хрен!
   – И не боитесь? Вроде бы серьёзный товарищ… – усомнился я.
   – Он отвалит не сегодня-завтра, а они делёжку начнут, – сказал водитель. – Нечего мне там делать. Выдернул нас из Москвы, живодёр. Больших дел ему захотелось…
   – Он чем в Москве занимался? – закинул я удочку.
   – Мусор его тема! – рявкнул водитель. – Ядовитые отходы! Химия, радиация… Но в Мытищах-то не Узел, а так – эвакопункт. Щёлочка. А тут – масштаб! Вот и гонят отходы по железке – всё равно дешевле выходит…
   – Куда гонят? – опешил я.
   – Да на Химэй, – зло сказал водитель. – На Простор на ваш стёганый…
   – И что там с ним делают?
   – Это уж вам видней. Говорит, на стибриум меняют. Кто его видел, этот стибриум? Одни разговоры…
   Новое дело… И людей, выходит, туда, и мусор туда… Интересное местечко!
   – Уговорил ты его – ну и правильно сделал, – продолжал водитель. – Всю душу вынул, гнида… Хоть какая-то с вас польза, с Достигаев…
   – А сами-то вы верите в Химэй? – не подумав, спросил я.
   – А вот это уж – моё дело! – закричал он и дал по тормозам. – Под нигилизм подводишь, чекистская морда? На мобилу пишешь?
   – Да нет, что вы… – сказал я. – Просто… Так у вас всё изменилось!
   – Вылезай, – сказал он. – Вот тебе самый центр. Любуйся на свой Химэй, а с меня хватит!
   – Да и хрен с тобой, – попрощался я и вылез из джипа.
   Он не обманул – я очутился на центральной площади, которая раньше носила имя Ленина, а теперь уж и не знаю кого – то ли Свободы, то ли Равенства, то ли вообще Братства…
   – Ну, здорово, что ли, Лукич, – сказал я, обращаясь к памятнику. – Давненько не виделись…
   Задрал голову и ахнул.
   Вместо привычного серого вождя на высоченном постаменте был укреплён огромный экран. Чтобы рассмотреть его как следует, мне пришлось отступить на несколько шагов.
   На экране, заслоняя угольно-чёрное небо, летел среди звёзд, вращаясь, гигантский серо-коричневый булыжник. Двигался он неумолимо, сопровождаемый низкими пульсирующими звуками. В правом углу на табло сменяли друг друга цифры, причём бессистемно: только что число было трёхзначным, но в следующую секунду оно удвоилось, потом сократилось до цифры «пять» – и вот уже сорок миллиардов с копейками…
   Потом вспыхнули буквы:
...
БРИАРЕЙ НЕ ЖДЁТОН ПРИБЛИЖАЕТСЯНЕ СТОИТ ЗАДЕРЖИВАТЬСЯ
   Ага, пресловутый астероид… Ну, я бы понимал, если цифры обозначали или расстояние, или количество дней до предполагаемого столкновения. Но там же какой-то генератор случайных чисел! Или этот ихний Бриарей движется не по рассчитанной орбите, а шарашится по Космосу, как заблагорассудится? Странный какой-то астероид… И странная агитация…
   Только сейчас я заметил, что понемногу вращается на своём пьедестале и сам экран. Летящий булыжник выглядел на редкость неприятно. Весь в каких-то лишаях. То ли обойти установку, то ли… Ладно, я не Бриарей, я дождусь… Астероид врезался наконец в земной шар, и побежали навстречу друг другу огненная волна и океанский вал…
   …На другой стороне огромной панели чернела всё та же космическая бездна. В ней висел блестящий полый цилиндр, наполненный мягким бледно-жёлтым светом. Когда цилиндр повернулся торцом, стало понятно, что источник этого света находится внутри – сияющий шарик. Цилиндр продолжал поворачиваться, и в светлом тумане начала проясняться его внутренняя поверхность – голубая и зелёная. Зазвучала хрустальная мелодия. Возникли очертания континентов и океанов, бесконечные извивы рек и горных цепей; поверхность приближалась, и уже можно было различить изумрудные пятна лесов и золотые прямоугольники полей. На мгновение во весь экран поднялся целый город, но был он не скопищем кварталов и не сборищем башен – небольшие дома вольготно располагались тут и там, и в этой вольготности чувствовалась некая тонкая гармония. Потом возник другой город, враставший в джунгли, – храмы с ребристыми куполами, лианы, оплетающие колонны, какие-то существа, рыскающие по крышам… Рассмотреть их как следует я не успел – передо мной уже была степь, и по сочной высокой траве невероятно длинными прыжками неслась бесконечная стая тонконогих рогатых животных, и такие же тонкие, высоченные люди преследовали их, но не убивали – ловили за рога и отпускали, чтобы снова состязаться в беге. Степь сменилась сугробами – но чувствовалось, что это не царство смертельного холода, не Белое Безмолвие, а просто заповедник зимы для желающих: такие же высокие люди в лёгких одеждах кружились под наряженной прямо на корню ёлкой и перекидывались снежками…
   …По берегу моря бежала пара молодых богов баскетбольного роста. Они держали друг друга за руки и хохотали, как на рекламе зубной пасты. Да ведь это и была реклама, потому что во весь экран загорелась надпись:
...
ХИМЭЙ ЖДЁТУСПЕЮТ ВСЕВСЕ ТАМ БУДЕМ
   В доказательство последнего пункта небеса Эдема снова свернулись в свиток, а из свитка выкатился маленький земной шарик – сначала один, потом другой, и вот уже великое множество глобусов заполнило экран. Действительно, в Большой Трубе места хватит всем… Вариант Сферы Дайсона или Мир-Кольцо… Простенько и наглядно…
   Я стряхнул наваждение. А-ба-жаю! Нечего тут меня за Советскую власть агитировать. За антисоветскую тоже. Вот пойду в библиотеку и сам во всём разберусь… Развели космогонию…
   Но вот убрать с постамента надпись «Ленин 1970» то ли поленились, то ли не посмели… А то ли решили – пускай вождю лучшим памятником будет невесть откуда взявшийся Химэй.
   И корзинки с цветами – и скукожившимися, и свежими – стояли у подножия постамента, как в былые годы, когда пионер Мерлин в белой рубашечке с красным галстуком декламировал тут вирши местного гения:

…Развалил берёзу на поленья
Он одним движением руки!
Мужики спросили: «Кто ты?»
«Ленин!»
И остолбенели мужики!

   Оставалось только перейти дорогу и подняться под сенью имперских колонн по мраморным ступеням до дверей, ведущих к неисчерпаемому источнику знаний. Надеюсь, что Достигшему выдадут необходимую литературу и без читательского билета. И в читальный зал пустят. На худой конец, я же всех там помню по имени-отчеству, в том числе и гардеробщиц с вахтёршами – удивительно долголетняя публика… Сколько замечательных часов я провёл тут в юности, когда родительская библиотека оказалась на сто рядов перечитанной, а районная детская и вовсе перестала меня устраивать… Взять подшивки «Известий», но с какого именно года? Откуда есть пошла Химэйская земля? Или проще сперва залезть в тематический каталог?
   Но гадать мне пришлось недолго, потому что дверь оказалась заперта. Обычное дело – дверей штук шесть, а открыта только одна. Значит, не угадал… И опять не угадал… И опять… Неужели поменялось расписание?
   Но не было на стене никакого расписания. Исчезли даже две симметрично разнесённые таблички, гласящие, что здесь помещается Краевая фундаментальная ордена Трудового Красного Знамени библиотека им. Доры Кривой. Зато на двери имелась красная кнопка, а под ней приклеена была бумажка с корявой надписью «Жать сдесь».
   Я и нажал – от отчаяния.
   Внутри здания, казалось, заскрипели огромные заржавленные шестерни разводного моста. Потом в одной из массивных дверных створок распахнулось окошечко – сроду его раньше тут не было. В окошечке еле поместилась опухшая физиономия – и даже где-то рыло. Рыло это никак не сопрягалось не только что с фундаментальной библиотекой, но и с отдельно взятым букварём. Фатально не везёт мне нынче на собеседников. Один попался интеллигентный человек, и тот растлитель с удавкой…
   – Ну хрюли надо? – просипело Рыло. – О, извиняюсь. Счастлив день и всё такое… Я в курсе, что Достигаям положено, только бармена всё равно нету… Так за углом рюмочная есть, там свежий хаш замутили, я уже проверил – оттянуло…
   – Я, собственно, в библиотеку… – зачем-то сказал я, хотя всё уже было понятно.
   – Ты что – больной? Библиотека тут ещё при царе была! Книжки все в подвале. Хрюли книжки?
   – А что здесь теперь? – полюбопытствовал я.
   – А вон что! – Рыло показало глазами куда-то вверх.
   Там между колоннами была укреплена капитальная вывеска. Чтобы рассмотреть её, мне снова пришлось отступить назад и вниз.
   Трёхмерная вывеска изображала знаменитую кустодиевскую купчиху, держащую чайное блюдце, – только обнажённую по пояс. Остальное заслоняла скатерть. Буквы стилизованного под устав шрифта гласили:
...
Ночной клубСОФЬЯ ВЛАСЬЕВНАС 23.00 до упора
   С букв частично свисали немалые груди купчихи. Вокруг сосков искрились звёздочки и вращались кисточки. Ну да, ну да. Всё смешалось в сумасшедшем доме Болконских… Всё, что могло…
   Говорил же молчальник Илларион, что я непременно сюда приду!
   – Так это у вас Алёша Чумовой работает? – поспешно спросил я.
   – Ну, – отвечало Рыло и даже просветлело. – Только он уже проспался после именин и отвалил. Вечером придёшь. Вместо меня на фейсконтроле будет Акжигитов – скажешь, что я велел пропустить, а то чурка не догоняет, что Достигаям положено, как випам…
   – Непременно приду, – горячо пообещал я и спустился на тротуар. Фейсконтроль… А-ба-жаю! По дресс-коду встречают, по ай-кью провожают…
   Проспект Мира в такой погожий выходной обычно был малолюдным, но сейчас народу на нём толкалось, как на вокзале. Причём международном. Некоторые даже с вещами – рюкзаки, спортивные сумки, чемоданы на колёсиках. Европейцы, азиаты, африканцы – правда, не такие экзоты, как мой Киджана. Зато в пёстрых одеждах. Шли и по тротуарам, и по проезжей части – автомобили здесь не ходили, словно в дни народных гуляний. Хотя почему «словно»? Минетжеры и гости города гуляли вовсю. Орали динамики – каждый своё. Вон там бегают в мешках, там дерутся подушками на бревне, а там гоняют мяч в ластах. Что за праздник нынче, мама? День рождения Чумы…
   И ни одного знакомого лица! А когда-то пройти было невозможно! Молодой Лось каждую вторую лапал, с каждым третьим договаривался, у каждого четвёртого просил в долг, каждому пятому долг отдавал, каждого шестого гвоздил по башке кулаком… Весело было!
   Весело, впрочем, было и сейчас – но без меня. Я к этому городу уже не имел никакого отношения. Безымянный бродяга с янтарным знаком избранности…
   Многие с восхищением глядели на мой чвель, некоторые даже пытались заговорить, но я пресекал эти попытки юродивым мычанием – мы, Достигшие, не обязаны со всяким-яким…
   А потом и вовсе заправил наперсный знак под штормовку – вынуть всегда успею… Если, конечно, не сразу получу по голове.
   По обе стороны проспекта сменяли друг друга бутики и салоны, салоны и бутики. Переодеться в конце концов придётся, но не отдавать же три цены за то, что можно приобрести у китайцев… Хотя маловато стало китайцев… Или перестал я отличать их от японцев?
   На мгновение меня заинтересовала вывеска «Нанотовары для настоящих мужчин», но крошечный магазин был закрыт по техническим причинам, только два бесполых и лысых манекена в витринке пытались рассмотреть что-то невидимое на серебряном подносике. Ну да, ну да. Время Оно – и Время Нано…
   У газетного киоска я ненадолго задержался. Ненадолго – потому что ни одной серьёзной газеты там не продавали. Титьки, попки, прочий бодибилдинг. Тем, кто всё ещё умеет читать, предназначались аршинные заголовки: «Внук Ланы Бирюковой живёт со своими няньками?», «Витю Колуна в детстве изнасиловали арабские наёмники?», «Влад Малинкин снимается у Рязанова в роли Стаса Калинкина», «Певица Василий Иванович: нелинейный секс-вокал – моё ремесло!», «Стиви Уандер в Ижевске: я не вижу ваши руки!» и тому подобные. Ничего для меня. Ах да, есть маленько – «Эротический Химэй: паладины звёздного инцеста»… Нет, это уж для махровых интеллектуалов.
   Я плюнул и пошагал далее. Внезапно захотелось жрать. Интересно, будут ли меня бесплатно кормить в ресторане? Наверное, будут, но без всякого удовольствия… И я всё ещё не выяснил, какой нынче курс евро: вдруг на эту пачку даже мороженого не купишь?
   Перейдя на другую сторону улицы, я с облегчением обнаружил, что Дом книги по-прежнему торгует печатной продукцией, а не стриптизом навынос.
   Конечно, здесь всё переменилось – в новое время господа мерчандайзеры тупо и неустанно переставляли книги, группируя их то по тематике, то по сериям, то по формату, то по издательствам, то по цвету обложки – надо же показать свою работу. Вместо милейшей Людмилы Августовны, знавшей наизусть всю французскую поэзию, над продавцами царила деваха в алой турецкой феске и кожаном садо-мазо. Ей стоило бы попробовать себя в борьбе сумо.
   – Чем я могу вам помочь? – неласково осведомилась она.
   А-ба-жаю наш ненавязчивый сервис! Я, как и любой рождённый в СССР, воспринимаю такое обращение однозначно: «Хрюли тебе надо? Ходют тут всякие…»
   – Да нет, милая, – вздохнул я. – Ты мне уже ничем не поможешь. Как и я тебе…
   Она хмыкнула и отошла – но наверняка стала за мной приглядывать. Да. Мы, всякие, ходим именно тут, потому что это последнее наше прибежище…
   Время в книжных лавках летит незаметно. Только вроде зашёл на минутку – ан, глядишь, уже всюду опоздал.
   В этом магазине, когда-то претендовавшем на академичность, книги были расставлены не пойми как – я, во всяком случае, не смог увидеть никакой системы и тупо читал названия, имевшие отношение к Химэю: «Знай и люби обычаи своего клана», «Секс по-химэйски без культурного шока», «Биг Тьюб – тренинг по петтингу», «Химэйское Таро», «Покинувшие Простор», «Что мы оставляем на Земле», «100 ответов извергу-нигилисту»… Самое паршивое, что почти все эти тома и брошюрки были в полиэтиленовой упаковке, лишая нас, «всяких», последней бесплатной радости – подержать, полистать, вдохнуть запах типографской краски… И цены нигде не были указаны…
   Ага! Вот! В особой стеклянной витрине – толстенный фолиант «Энциклопедия Химэя». Переплёт, кажется, из натуральной кожи, в него врезан эмалевый медальон со знакомым портретом Бодаэрмон-Тирзы, или как его там…
   – Мне вот эту, пожалуйста, – обратился я к садо-мазо-сумоистке – она, ясное дело, бдительно ошивалась поблизости.
   Деваха поглядела на меня, как матушка-императрица на еврея:
   – Мужчина, вы больной?
   – Не жалуюсь, – ответил я дерзко и в то же время игриво, словно бы воспринимая её как женщину – вдруг да станет повежливей?
   – Это же муляж! – сказала она. – Страницы пустые.
   – Тогда… зачем?
   – Для заказов, – сказала она. – Только у вас лично никаких денег не хватит, плюс пересылка, плюс налог на роскошь…
   Сперва я хотел извлечь из-за пазухи янтарный оберег, да не решился. Вдруг девушка скажет: «Ну и хрюли?» Поэтому добыл из кармана свой обандероленный гонорар.
   Она поглядела на пачку с уважением.
   – Ну, как наберём заявок на партию, так и закажем…
   – И сколько ждать?
   – От месяца до года.
   – Это до-олго, – сказал я.
   – Ну и хрюли? – всё-таки сказала девушка. – У вас же не завтра лайн подойдёт. Ещё раз спрашиваю, мужчина. Чем. Я. Могу. Вам. Помочь?!!
   – Да нет, что вы… – пробормотал я. И никакие деньги не могли придать мне уверенности. – Я ещё поищу… Что-нибудь…
   – Ищи… те! – велела она, словно служебной собаке.
   Я покорно поплёлся вдоль стеллажей. О! Знакомые имена! «Кровавый кластер фрактала». Что же это вы, Олег Иванович? «Код Лаврентия: сладострастие на кремлёвской брусчатке». Как вам не стыдно, Виталий Павлович? Я-то вас держал за серьёзного историка… «Убийство требует жертв», «Молитвы матушки Приапеи против импотенции», «Голландский vs Моржового»… «Марфа Собакина и Папесса Иоанна – одно и то же лицо?» Живёт школа Фоменко и побеждает… Уже, кажется, победила. Они что – все с ума посходили? Ошибся Брэдбери: чтобы уничтожать книги, никакого керосина не надо…
   Пыльные ряды классиков печально смотрели на меня с верхних полок, сочувствовали, но помочь ничем не могли.
   Но я ни разу ещё не уходил из книжного магазина с пустыми руками!
   …Когда Панин принудил меня обзавестись компьютером, никак не мог я найти руководство по себе, по гуманитарным своим мозгам – ну не вмещал сию премудрость! Сисадмина почитал за чин в малайской армии, а браузер вообще представлялся мне нацистским военным преступником. Даже серия «Для чайников» пониманию не давалась! Потом, наконец, обнаружил среди уценённых изданий тоненький томик «Секреты компьютера для юных леди». Если уж на этот раз не пойму – пора удавиться и не жить. Купил, озираясь и жалко бормоча что-то про день рождения у соседей. И сдвинулся-таки с мёртвой точки! Правда, тормознулся всё же на главе «Почему воспитанные девочки не ходят на порносайты»…
   Среди «Кровавых фракталов» и «Спецназов кардинала Ришелье» бросилась мне в глаза красочная обложка. «О царевиче Сайяпале, Великом Плавании и Долгой Разлуке. Книжка про Химэй для самых маленьких».
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 [15] 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация