А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Служебный роман" (страница 1)

   Эмиль Брагинский, Эльдар Рязанов
   Служебный роман

   Мечта каждого человека – жить рядом со своей работой. Изобретены трамваи, автобусы, троллейбусы и метрополитен, но все мечтают идти на службу пешком. Однако идти далеко и долго, и поэтому все едут. Причем едут в одно и то же время. Это великое ежедневное переселение народов называется «час пик» и длится, разумеется, несколько часов. Причем дважды в день…
   Нашу где-то грустную, а где-то смешную историю под названием «Служебный роман» мы начинаем именно в часы пик, причем в утренние часы, когда жители города всеми возможными видами транспорта – например, напрямую, или с пересадкой, или с несколькими пересадками, – добирались к месту работы.
   Бесконечные людские колонны вытекали из вестибюлей метро и растекались по улицам и переулкам. Разбившись на речки и ручейки, потоки служащих вливались в подъезды, в ворота, в парадные различных учреждений. С портфелями, папками, рулонами, сумками, книжками, газетами люди спешили, боясь опоздать, перегоняя и толкая друг друга. Молодые и старые, усталые и энергичные, веселые и печальные, озабоченные и беспечные, торопились они, чтобы приступить к своей ежедневной полезной или бесполезной деятельности.

Нас в набитых трамваях болтает.
Нас мотает одна маета.
Нас метро то и дело глотает,
выпуская из дымного рта.
В смутных улицах, в белом порханье,
люди, ходим мы рядом с людьми.
Перемешаны наши дыханья,
перепутаны наши следы.
Из карманов мы курево тянем,
популярные песни мычим.
Задевая друг друга локтями,
извиняемся или молчим.
Мы несем наши папки, пакеты,
но подумайте – это ведь мы
в небеса запускаем ракеты,
потрясая сердца и умы!
По Садовым, Лебяжьим и Трубным —
каждый вроде отдельным путем —
мы, не узнанные друг другом,
задевая друг друга, идем…[1]

   Для начала познакомьтесь, пожалуйста, с героями нашей истории.
   В черной казенной «Волге» на переднем сиденье, рядом с водителем, с каменным, непроницаемым лицом, восседала Калугина Людмила Прокофьевна.
   Автомобиль подъехал к многоэтажному зданию, построенному в начале века. На фронтоне дома множество табличек с названиями различных организаций.
   Вот дом – одно из главных действующих лиц. В нем множество учреждений – нужных, ненужных, полезных, бесполезных, бессмысленных и даже вредных…
   Вывеска: Калугина вышла из автомобиля и вошла в подъезд.
   …Наше статистическое учреждение, конечно, полезное. Если бы его не было, мы бы не знали, как хорошо мы работаем…
   Вестибюль. Калугина, не раздеваясь, прошествовала мимо гардероба, подошла к лифту и вплыла в кабину.
   Людмила Прокофьевна Калугина – начальник нашего статистического учреждения…
   Людмила Прокофьевна возраста неопределенного. Одета она строго и бесцветно, разговаривает сухо…
   Приходит на работу раньше всех и уходит позже всех, из чего понятно, что она не замужем. Людмила Прокофьевна, увы, некрасива, и сотрудники называют ее «наша мымра». Конечно, за глаза…
   Выйдя из лифта, Калугина пересекла огромную пустую залу, уставленную доброй сотней письменных столов, кивком поздоровалась с уборщицей, которая протирала мокрой тряпкой пол, пересекла приемную и проследовала в свой кабинет.
   Дверь в соседний кабинет, где размещался заместитель директора, была открыта. В кабинете орудовали маляры.

   Битком набитый автобус выплюнул из своих недр старшего статистика Анатолия Ефремовича Новосельцева и его двух сынишек. Старший, лет девяти, опрометью помчался в школу, а младшего отец выпустил на волю только у калитки детского сада. При этом на лице Новосельцева застыло глупо-счастливое выражение, столь свойственное родителям.
   Анатолий Ефремович Новосельцев скромен, застенчив и робок. Наверное, именно поэтому за семнадцать лет безупречной работы не смог вскарабкаться по служебной лестнице выше должности старшего статистика…

   Из типового пятиэтажного дома, расположенного около станции железной дороги, выскочила Ольга Петровна Рыжова и затрусила к пригородной электричке. Ольга Петровна бежала по платформе, и, прежде чем задвинулись входные двери, успела втиснуться в последний вагон. Лишь пола ее пальто застряла между резиновыми створками. Зажатая в тамбуре электрички служилым людом, Ольга Петровна боролась за обеспечение себе жизненного пространства.
   Ольга Петровна – женщина, обремененная семейными заботами: у мужа язва желудка, и нужно готовить диетические блюда. Сын занимается скверно, и приходится решать за него задачи…
   На себя времени не остается, но она не унывает, энергия бьет в ней ключом. По натуре она – оптимистка.

   Теперь познакомимся с секретаршей Верочкой.
   Вот Верочка выбежала из парадного большого дома, расположенного на оживленном проспекте. Оглянулась по сторонам, не видит ли кто, и быстро приклеила на фонарный столб…
   Объявление гласило:
   «Меняем двухкомнатную квартиру на две однокомнатные».
   Верочка прошла мимо мотоцикла, стоящего у ворот, вздохнула и встала на троллейбусной остановке.
   Это Верочка. Она любопытна, как все женщины, и женственна, как все секретарши…
   Из того же парадного выскочил Сева, здоровенный могучий парень. Подошел к тому же фонарному столбу и прилепил на него объявление. В этом объявлении другим почерком было написано то же самое:
   «Меняем двухкомнатную квартиру на две однокомнатные».
   Потом Сева надел на себя каску, мощным ударом ноги завел мотоцикл и выехал на проезжую часть. Около троллейбусной остановки, где стояла Верочка, он притормозил. Молодые люди отвернулись друг от друга, и Сева помчался на работу один.
   Сева – муж, точнее, бывший муж Верочки.
   Бывшие муж и жена работают в одном учреждении. Ничего не попишешь, сослуживцев, как и родственников, не выбирают…

   Под землей, в вагоне метро, сдавили еще одного представителя учета и статистики. Это Шура.
   Вообще-то Шура – бухгалтер, но это для нее не главное. Шура – вечный член месткома. Женщина симпатичная, но активная…
   Зал статистического учреждения постепенно заполнялся. Из лифтов выходили служащие, в основном женщины. Они занимали свои рабочие места, и тут же каждая из них доставала зеркальце и начинала, как говорится, наводить марафет. Среди них и Ольга Петровна, и Шура, и Верочка, и ее подруга Алена.
   И вот уже все сто сотрудниц одновременно смотрелись в зеркальца, причесывались, подмазывали губы, подводили глаза, пудрились…
   Тем временем к зданию, где разместилось наше учреждение, подкатили новехонькие светлые «Жигули», украшенные всякими заграничными цацками. Из машины вышел Юрий Григорьевич Самохвалов и неторопливо направился к подъезду.
   Юрий Григорьевич Самохвалов хорош собой, элегантен, моден, ботинки начищены, волосы причесаны волосок к волоску.
   …Собственно, с появления в статистическом учреждении Юрия Григорьевича Самохвалова и началась наша история.
   По залу статистического учреждения медленно шел Самохвалов, оглядываясь по сторонам. Женщины заканчивали процедуры по улучшению внешнего вида и лениво приступали к работе. Почти на каждом столе находилась настольная электровычислительная машина. Телефоны на столах не звонили, а мигали лампочками, чтобы звонки не мешали работать.
   По залу медленно проплывали люльки с папками. Эти люльки двигались по монорельсовой воздушной дороге; сотрудники брали нужные им папки и вкладывали в люльки бумаги, предназначенные для других сотрудников.
   В приемной Верочка нервно закурила, схватила телефонную трубку и набрала двузначный номер. В зале вычислительных машин, на столе Севы, в телефоне замигала лампочка. Сева снял трубку и сказал:
   – Алло!
   – Ты уходил последний, ты не забыл запереть дверь на нижний замок? – спросила Верочка.
   – Между прочим, – тихо ответил Сева, чтобы не слышали окружающие, – я тебе больше не должен давать отчет. Если помнишь, мы вчера с тобой развелись.
   – Я помню, – сказала в трубку Верочка, – ты держался очень грубо…
   В приемной появился Самохвалов.
   – Доброе утро, – поздоровался он. – Людмила Прокофьевна у себя?
   – Обождите! – приказала Верочка Самохвалову и продолжала выяснять отношения с бывшим мужем: – Кстати, ты сегодня жарил яичницу на моей сковородке и не вымыл ее за собой…
   Самохвалов достал из кармана нераспечатанную пачку американских сигарет и положил ее на стол.
   – Что за дрянь вы курите? Между прочим, меня зовут Юрий Григорьевич.
   – Сева, я тебе потом позвоню! – поспешно сказала Верочка, бросила трубку на рычаг и встала. – Это вы? – Вместо ответа Самохвалов улыбнулся. – Ой, а я подумала, что вы – посетитель! – простодушно призналась Верочка.
   Самохвалов, по-прежнему улыбаясь, вошел в кабинет Калугиной… Он остановился в дверях и сказал:
   – Доброе утро, Людмила Прокофьевна! Вот я и прибыл!

   В рабочем зале столы Ольги Петровны и Новосельцева располагались рядом.
   – Вовка опять ботинки порвал! – сказал Новосельцев, доставая из ящиков папки. – Где раздобыть двадцать рублей?
   К Новосельцеву и Рыжовой приблизилась Шура с ведомостью в руках.
   – Люди, с вас по пятьдесят копеек! – безапелляционно заявила она, зная, что отказа не будет, ибо требования месткома прежде всего.
   – За что? – спросил Новосельцев и полез за кошельком.
   – У Маши Селезневой прибавление семейства, – сообщила Шура.
   – А кто родился? – поинтересовалась Ольга Петровна.
   – Я еще не выясняла, – сказала Шура и пошутила: – Наверное, мальчик или девочка. Гоните по полтиннику! На подарок от коллектива!
   Новосельцев и Ольга Петровна покорно внесли деньги.
   – Распишитесь! – приказала Шура и, после того как члены профсоюза расписались, направилась к соседним столам. – Люди, с вас по пятьдесят копеек!
   – Где же добыть до получки двадцать рублей?.. – продолжал Новосельцев и мечтательно добавил: – Вот если бы меня назначили начальником отдела…
   – Я бы тебя назначила! – с энтузиазмом сказала Ольга Петровна. – Ты прекрасный работник, у тебя большой опыт. Пойди к нашей мымре и поговори. Скажи ей, что у тебя двое детей!
   Новосельцев подошел к стремянке и поднялся на несколько ступенек, чтобы достать с полки, расположенной у стены, нужную папку.
   – Она в принципе не знает, что на свете бывают дети. Она уверена, что люди появляются на свет согласно штатному расписанию, взрослыми, с должностью и окладом! – грустно сказал Новосельцев.
   – Лишние пятьдесят рублей в месяц на улице не валяются!
   – Не валяются! – согласился Новосельцев, достал папку и полез вниз. – Но дело не только в них. Мне надоело сидеть за этим столом. Я чувствую себя переростком. Я способен на большее.
   – Почему ты все это говоришь мне, а не ей? – спросила Ольга Петровна.
   – Потому что я не хочу унижаться. Я гордый. Где мне перехватить двадцать рублей?
   На столе у Севы снова замигал телефон. Сева снял трубку.
   Естественно, звонила Верочка.
   – Угадай, что я сейчас курю? Настоящий «Филипп Моррис» с двойным фильтром. Эту пачку кинул мне с барского плеча наш новый зам. Заводит дружбу с секретаршей. Сейчас он сидит у старухи…
   – Теперь мне совершенно безразлично, кто заводит с тобой дружбу! – парировал Сева.
   – Извини! – поджала губы Верочка. – Я позвонила тебе чисто автоматически. Больше это не повторится! – И Верочка бросила трубку.
   …А в кабинете Калугиной руководитель учреждения знакомилась со своим новым заместителем.
   – Разрешите вам вручить сувенир из Швейцарии. – И Самохвалов протянул Калугиной толстенькую авторучку. – В этой ручке восемь цветов. Очень удобна для резолюций: черным цветом – отказать, зеленый – цвет надежды, синий – товарищу такому-то, рассмотреть, красный – в бухгалтерию, оплатить…
   – Очень остроумно, спасибо! – сдержанно сказала Людмила Прокофьевна, взяла ручку и отложила в сторону. Затем нажала кнопку селектора: – Вера, вызовите Новосельцева!
   – Какой это Новосельцев? – с интересом спросил Юрий Григорьевич.
   – Никакой! Посредственный работник, вялый, безынициативный. К сожалению, у нас таких много! – убежденно сказала Калугина. – Раньше всего, Юрий Григорьевич…
   В приемной Верочка скомандовала в телефонную трубку:
   – Новосельцев, зайдите к Людмиле Прокофьевне!
   – Иду! – ответил в трубку Новосельцев и обернулся к Ольге Петровне. – Она сама меня вызывает!
   – Не упускай момента! Бери быка за рога! – начала наставлять товарища Ольга Петровна. – Ты должен выйти от нее начальником отдела…
   – О чем ты говоришь? – перебил ее Новосельцев. – Я для нее нуль, пустое место, как, впрочем, и все остальные.
   И Новосельцев отправился в «предбанник», как во многих учреждениях называют приемную перед кабинетом директора.
   В приемной Верочка, не обратив внимания на вошедшего Новосельцева, говорила по телефону:
   – Какие сапоги? На платформе я не возьму. Какой размер?
   – Здравствуйте, Верочка, – робко сказал Новосельцев.
   – Обождите, – сказала Верочка. – Французские или итальянские? На молнии или на шнурках?
   Новосельцев покорно присел на краешек стула…
   Знакомя Самохвалова с положением дел, Калугина расхаживала по кабинету:
   – Затем, Юрий Григорьевич, вы ознакомитесь с отделом химической промышленности. Это у нас образцовый отдел.
   – В Швейцарии я как раз интересовался статистикой по химической… – начал было рассказывать Самохвалов, но Калугина не дала договорить.
   – Очень хорошо. Затем проследите за установкой компьютеров в строительном секторе.
   Самохвалов сделал очередную попытку:
   – В Швейцарии компьютеры…
   Но Калугина не слушала собеседника.
   – Но с чем у нас скверно, это с отделом легкой промышленности. Начальника там нет. Петрунин ушел в министерство. Не могу подобрать подходящую кандидатуру!..
   В приемной Верочка положила телефонную трубку и нажала кнопку на селекторном аппарате.
   – Новосельцев пришел!
   – Пусть войдет! – распорядилась Калугина.
   – Входите! – сказала Верочка Новосельцеву.
   Тот набрался храбрости и отворил дверь в кабинет директора.
   – Добрый день, Людмила Прокофьевна! – сказал Новосельцев на пороге.
   Самохвалов резко вскочил со стула:
   – Толя?!
   – Юра?! – воскликнул Новосельцев, не ожидавший здесь увидеть своего институтского приятеля.
   Самохвалов подошел к Новосельцеву, обнял его:
   – Извините, Людмила Прокофьевна, не могу не обнять старого товарища.
   – Я рад тебя видеть, – искренне сказал Новосельцев. – Какими судьбами?
   Они хлопали друг друга по плечу, смеялись. Калугиной надоела эта сцена.
   – Это ваш отчет, товарищ Новосельцев? – сухо спросила она, показывая на папку.
   – Мой, – ответил Новосельцев упавшим голосом.
   – К делу надо относиться серьезно или не заниматься им совсем, – не глядя на Новосельцева, поучала Калугина. – Статистика – это наука! Она не терпит приблизительности. Вы не имеете права пользоваться непроверенными данными.
   – Я проверял…
   – Заметили ли вы, товарищ Новосельцев, – Калугина вернула ему отчет, – что у нас регулярно возникают перебои со снабжением теми или иными товарами?
   – Заметил, – вздохнул Новосельцев. – К сожалению, я вынужден бывать в магазинах!
   – Это потому, – строго продолжала Калугина, – что те или иные товары не запланировали такие ротозеи, как вы!
   – А как угадать, что именно у нас исчезнет? – тихо сказал Новосельцев.
   Но Калугина уже отвернулась к Самохвалову, настойчивым жестом приглашая его сесть.
   – Значит, так, Юрий Григорьевич, я прошу вас, как своего заместителя…
   При этих словах Новосельцев с изумлением воззрился на своего однокашника.
   – …Как своего заместителя, – продолжала Калугина, – обратить особое внимание на дисциплину. У нас приходят с опозданием, в служебное время носятся по магазинам. Недавно был безобразный случай – простите, но в дамском туалете висело объявление: «Продаю колготки. Позвонить по такому-то телефону…»
   Самохвалов улыбнулся. Калугина заметила, что Новосельцев еще не ушел.
   – Вам что-нибудь еще нужно?
   – Нет, ничего, – буркнул Новосельцев и направился к двери.
   – Толя, подожди меня в приемной, пожалуйста! – сказал ему вслед Самохвалов.
   На пороге приемной показалась Ольга Петровна и поманила Новосельцева в коридор.
   – Ну что, поздравить тебя? – спросила она шепотом.
   – Пока еще нет, – грустно отозвался Новосельцев.
   – А есть надежда?
   – Надежды уже нет.
   – Чем она мотивировала? – сердито спросила Ольга Петровна.
   Но Новосельцев решил переменить тему разговора:
   – Ты знаешь, кого к нам назначили заместителем мымры? Помнишь Юру?
   – Какого Юру?
   – Какого Юру? – передразнил ее Новосельцев. – Как будто у вас с ним ничего не было!
   Ольга Петровна захлебнулась от радости.
   – Кого? Юрку Самохвалова? Как он теперь выглядит?
   – Как огурчик!
   Из кабинета вышел Самохвалов, огляделся, увидел в коридоре Новосельцева и Ольгу Петровну.
   – Оля! – изумленно воскликнул Самохвалов, подходя к ней.
   – Юра! – с восторгом простонала Ольга Петровна. – Господи, какой ты красивый!
   – Оля, ты нисколько не изменилась! Мне так приятно тебя увидеть. Ребята! Где бы нам поговорить? Не могу вас пригласить в свой кабинет. Калугина велела его отремонтировать к приходу своего нового заместителя. – Самохвалов обаятельно засмеялся. – Каждый новый начальник всегда начинает с ремонта своего кабинета.
   – Не смущайся, мы целый день разговариваем на лестнице! – сообщил Новосельцев.
   – Оля, как ты живешь? – спросил Самохвалов, и все трое вышли на лестничную площадку.
   На лестнице было очень оживленно. Десятки сотрудников сновали вверх и вниз. Открытый лифт поднимал и спускал тружеников, озабоченных как деловыми, так и личными проблемами.
   – Живу хорошо. У меня отдельная квартира. Правда, за городом, но зато близко от станции. – Ольга Петровна расхвасталась вовсю. – Витьке уже четырнадцать. Он у меня спортсмен. Имеет первый юношеский разряд по прыжкам в длину. У мужа дела хорошие. Ему язву оперировал сам Покровский. Операция прошла удачно. А потом дали бесплатную путевку в Ессентуки, он там сейчас отдыхает. И вообще я от жизни не отстаю, не опускаюсь. Хожу в походы, в кино. Дома у нас всегда компании собираются. Ну а ты как?
   – Нормально, – скромно потупился Самохвалов. – Последние два года работал в Женеве.
   – Может, ограбить тебя по этому поводу на двадцать рублей? – задумчиво сказал Новосельцев. – Правда, это нарушает мои принципы. Я не беру в долг у вышестоящих.
   – Но я еще не вступил в должность, – подхватил интонацию Самохвалов, достал кошелек и дал Новосельцеву деньги.
   – Спасибо. В получку верну.
   – Это здорово, Юра, что тебя к нам назначили. Ты давай, помоги Толе! – сказала Ольга Петровна.
   – Оля, прекрати! – Новосельцев возмущенно дернул ее за рукав, но Ольгу было невозможно остановить.
   – Это вопиющая несправедливость. У нас освободилось место начальника отдела. Толя – лучшая кандидатура. Он умный, он все знает, у него на шее двое детей!
   – Оля, успокойся!
   – Дети большие уже? Кто у тебя жена? – заинтересованно спросил Самохвалов.
   – У него нет жены. Эта особа ушла и кинула ему двух детей!
   Новосельцев не смог стерпеть искажения фактов:
   – Неправда! Детей я не отдал сам!
   – Мне эта идея с назначением Толи определенно нравится! – задумался Самохвалов.
   – Так возьми и назначь его! Ты же теперь большой начальник, – немедленно предложила Ольга Петровна.
   – А что? Сейчас я попробую это сделать. Ждите меня здесь!
   – По-моему, ты торопишься. – Новосельцев сделал попытку остановить друга. – Мы столько не виделись, может, я изменился к худшему?
   – Ну, не настолько же ты плох, чтобы не смог руководить отделом! – И довольный своим ответом, Самохвалов ушел к Калугиной.
   Ольга Петровна восхищенно посмотрела ему вслед:
   – Он ни капельки не изменился!
   – Если он будет вести себя так, то долго не продержится! – тоном оракула возвестил Новосельцев.
   – Толя, скажи по-честному, я еще ничего? – неожиданно спросила Ольга Петровна.
   – Ты в полном порядке! – дружески ответил Новосельцев, не понимая, почему возник этот вопрос…
   Тем временем в кабинете Калугиной Самохвалов «брал быка за рога».
   – Людмила Прокофьевна, у меня возникла идея: назначить начальником отдела легкой промышленности Новосельцева!
   Калугина поморщилась.
   – То, что он составил плохой отчет, – это еще не показатель, – продолжал Самохвалов. – Просто человек засиделся на мелкой работе. Я его давно знаю. Он очень способный!
   – Понимаю ваше желание продвинуть по службе старого друга, но предпочла бы, чтоб мы выдвигали людей исключительно по их деловым качествам, – едко возразила Калугина. – Извините…
   Самохвалов, пряча усмешку, покинул кабинет и подошел к Новосельцеву и Ольге Петровне:
   – Пока не вышло, но такие вещи не получаются с первого захода. Немножко терпения, ребята, и все будет в ажуре!
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация