А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Дом без выхода" (страница 1)

   Олег Рой
   Дом без выхода

   Сидни Шелдон говорил о технике сочинительства:
   «Я пытаюсь писать так, чтобы читатель не мог закрыть мои книги...» Подобное можно сказать о писательском кредо Олега Роя. Увлекательнейшие истории, неожиданные сюжетные повороты, яркие образы сильных, незаурядных личностей стали причиной обращения кинематографа к творчеству писателя.
   По его романам снимаются фильмы в России, Америке. Характеры персонажей автора раскрыты с удивительной глубиной и психологической точностью. Олег Рой пишет о вечном – о КАПРИЗАХ СУДЬБЫ, которая сегодня может лишить человека всего, что дорого в жизни, а завтра невзначай вернуть радость бытия. Но его герои, оказавшись на распутье, находят шанс, который дает им провидение, и становятся счастливыми. Перелистывая последнюю страницу захватывающего повествования, испытываешь жалость, что книга закончилась.
А. Маринина
   ...Однажды открыв дверь незнакомцу и пустив его в дом, подумай...

   Часть I

   В последнее время уже один только вид Старухи выводил Виолетту из себя. Стоило той только показаться на глаза, как Виолетту буквально начинало трясти от ее присутствия.
   – Бог мой, ну что ты вечно тут шляешься! Ни днем, ни ночью от тебя покоя нет! Не видишь, что ли, – я только пришла, устала, у меня неприятности! Дай хоть минутку отдохнуть!
   Но Старуха, точно не слыша ее слов, невозмутимо прошествовала через всю комнату, уселась в кресло напротив и заерзала, устраиваясь поудобнее. Всем своим видом она точно давала понять, что обосновалась надолго и удаляться не собирается.
   Виолетта сердито ткнула недокуренную сигарету в пепельницу. К этим пепельницам – громоздким, тяжелым, из цельного хрусталя – она всю жизнь питала какое-то необъяснимое пристрастие. В добрые старые времена, когда была такая возможность, накупила, наверное, с дюжину, если не больше, окружила себя ими на работе – тогда она еще работала! – расставила по несколько штук в каждой комнате в квартире и на даче. И сколько бы Анна, дочь, ни упрекала ее в безвкусице и старомодности, сколько ни пыталась бы заменить этих, по ее выражению, «допотопных монстров» на что-то более изящное и современное, Виолетта упорно оставалась верна массивному резному хрусталю. Тяжелые прозрачные пепельницы были для нее не просто деталью обстановки, но словно чем-то священным, частью какого-то особенного таинственного ритуала, именуемого курением. Как и дорогое английское «Собрание». Еще недавно Виолетта курила только их и не признавала никаких других сигарет.
   Едва войдя в квартиру, она повесила в прихожей плащ, с облегчением сбросила туфли на высоченных шпильках, прошла в одних колготках в комнату, опустилась в кресло и, скрестив длинные и все еще очень красивые ноги, с наслаждением закурила. На разноцветное «Собрание» денег уже давно не было, приходилось обходиться более дешевой отечественной «Явой». Но пепельницы, старые верные друзья, все еще оставались с ней.
   – Ну и как дела? Как съездила на собеседование? – ехидно поинтересовалась Старуха.
   Виолетта промолчала, только потянулась за новой сигаретой. Что толку отвечать, если собеседник заранее знает все, что ты скажешь. Да и не было у нее сейчас никакого желания обсуждать очередную, уже неизвестно какую по счету неудачу. Сегодня ей вновь отказали в приеме на работу – и, разумеется, все по той же причине. Девчонка, которая с ней беседовала, даже не потрудилась соблюсти приличия или придумать другой предлог. В других местах хоть из вежливости задавали какие-то вопросы, просили рассказать о себе и, пряча глаза, прощались традиционным: «Мы вам позвоним!» А эта только заглянула в паспорт, так сразу же и заявила: «Вы нам не подходите. У нас молодой коллектив, вы будете выбиваться из общей массы и чувствовать себя неуютно». Много она понимает, сопля малолетняя! Был бы на ее месте нормальный взрослый человек, Виолетта сумела бы завязать разговор, попыталась бы убедить, что возраст совсем не помеха, у нее, Виолетты, еще много сил, да и опыта работы с людьми ей не занимать. Но этим молодым да ранним, которые теперь взяли на себя право вершить чужие судьбы, объяснять что-либо бесполезно. По их мнению, уже сразу после сорока начинается старость. А старые женщины должны сидеть дома, нянчить внуков и вязать носки, а не устраиваться на работу.
   Старуха злорадно улыбалась, заглядывая в лицо, словно читала по нему, как по книге. Чтобы не встречаться с ней глазами, Виолетта отвернулась и принялась осматривать знакомую до мелочей комнату. Самая большая и любимая, она служила одновременно и столовой, и гостиной. Когда-то все это было отремонтировано и обставлено по последней моде, с не слишком явным, но тщательно продуманным шиком. Теперь уже то там, то здесь виднелись первые признаки запустения, пока еще не явные, но уже заметные внимательному взгляду, точно желтые листья в августе, навевающие грустные и совсем не летние мысли о неизбежности дождей и холодов. Обои с неброским классическим рисунком выцвели на открытых местах, с потолка в углу осыпалась известка, на одном из кресел протерся гобелен, а громадная чешская люстра, бывшая когда-то пределом мечтаний каждого советского человека, растеряла несколько подвесок, да и вообще теперь, когда настал двадцать первый век и появилось с чем сравнить, смотрелась довольно нелепо... Виолетта вздохнула. Ей мучительно хотелось отремонтировать квартиру, придав ей стильный и современный вид, хотелось поездить по дорогим магазинам, накупить новой мебели, навороченной техники и всех этих упоительных безделушек, которых в последнее время продается видимо-невидимо. Еще совсем недавно она могла не отказывать себе ни в чем, покупала все, что понравится. Но тогда вещей было до обидного мало, выбор был настолько ограничен... А теперь, когда от разнообразия разбегаются глаза, у нее нет денег даже на нормальные сигареты.
   Проклятая Старуха никак не хотела оставить ее в покое. Она чему-то посмеивалась дребезжащим смехом, от чего голова ее мелко тряслась, а лицо, и так-то неприятное, становилось абсолютно безобразным.
   – Что, несладко тебе приходится? – вкрадчиво поинтересовалась она. – То-то же, не все коту масленица, придет и великий пост!
   – Да замолчи ты, и без тебя тошно!
   Рука Виолетты дрогнула, горящий кусочек пепла упал с сигареты на юбку и чуть не прожег дыру в последнем приличном костюме – этого еще только не хватало! К счастью, она вовремя успела его стряхнуть.
   – А раньше-то, раньше-то, помнишь? – продолжала измываться Старуха. – Машина, квартира, дача, наряды из «Березки» да из заграницы, фрукты дефицитные прямо с овощебазы. А теперь этот сыр «Виола», твой любимый, что ты вечно по блату доставала, из-под прилавка, во всех магазинах лежит – бери не хочу. А ты не покупаешь, денег жалеешь. Вот, на колготки бережешь!
   – И берегу. Что мне еще остается? – Виолетта чувствовала, что против своей воли опять втягивается в этот неприятный разговор, повторявшийся у них чуть не каждый день.
   – Да уж теперь ничего! – не унималась старая ведьма. – То ли дело, пока Эдя был жив. Сидела ты у брата на шее и в ус не дула, а он, бедняжка, надрывался – и тебя кормил, и дочь твою, и своих две семьи. Вот и заездили вы мальчика, царствие ему небесное.
   – Ну, знаешь! – Виолетта в сердцах затушила окурок. – В том, что эти стервы, жены его, брата до инфаркта довели, я уж никак не виновата. И потом, ни у кого я на шее не сидела! Сама работала всю жизнь. А то, что Эдя мне иногда денег немножко давал – так в этом ничего особенного не было! В конце концов, он мне всем обязан был! Без меня разве бы он смог чего-нибудь добиться? Опять же, я ему сестра родная, не чужой человек! И к тому же я одна дочь растила! Если хочешь знать, он просто обязан был мне помогать!
   Виолетта никак не могла понять, почему она вновь и вновь должна оправдываться перед Старухой. Господи, ну за что же ей это наказание? Почему эта дрянь не хочет оставить ее в покое? А та продолжала нападать:
   – За квартиру третий месяц не плачено, а ты опять сегодня новую пудру купила! Сколько можно прихорашиваться-то?
   – Ну и купила! – огрызнулась Виолетта. – Должна же я выглядеть как человек!
   – Ишь ты – выглядеть! – захохотала Старуха. – Неужели все еще надеешься мужика себе найти?
   – А хоть бы и так!
   – Ну-ну! Мечтай! Только не выйдет у тебя ничего!
   – Ну, это мы еще посмотрим!
   – А! Ну посмотри-посмотри! – зашипела Старуха. – На меня посмотри. Скоро, ох скоро такой же станешь... Старость-то не за горами...
   Вот этого Виолетта вынести уже не могла. Она соскочила с кресла и заорала в полный голос так, что на чешской люстре испуганно зазвенели оставшиеся подвески: «Гадина! Да пошла ты знаешь куда!» И, не дожидаясь ответа, бросилась вон из столовой, промчалась по холлу, с шумом захлопнула за собой дверь спальни и, тяжело дыша, остановилась перед зеркалом.
   Старинное, еще прабабушкино зеркало в резной раме Виолетта любила не меньше, а может быть, даже больше, чем хрустальные пепельницы. Другие – чужие – зеркала бывали к ней и жестоки, и несправедливы, и беспощадны. Точно коварный папарацци, притаившийся за углом, чтобы подстеречь звезду в самый неподходящий момент, чужое зеркало могло застать врасплох и показать ее не в лучшей форме, некрасивой или, страшно подумать, постаревшей. Но это зеркало никогда не обманывало. Даже усталая, невыспавшаяся или больная, Виолетта всегда была в нем необыкновенно, почти мистически хороша. Вот и сейчас зеркало услужливо отразило стройную женщину в элегантном сиреневом костюме из тонкой шерсти. Несмотря на побледневшее лицо и беспорядок в прическе, эта женщина была еще очень привлекательна и выглядела на сорок с небольшим, ну, от силы на сорок пять. Если бы не паспорт, никто из этих ведающих приемом на работу мальчишек и девчонок никогда бы и не подумал, что Виолетте предстоит на будущий год разменять седьмой десяток.
   Долго стояла она перед зеркалом, поворачиваясь так и эдак, придирчиво рассматривая себя с разных сторон, и отошла, только когда совершенно успокоилась и вроде даже почувствовала какое-то умиротворение. Нет, все-таки напрасно эта ведьма пугает ее предстоящей старостью, напрасно сомневается в ее привлекательности для мужчин. Виолетта точно знает – ей еще рано ставить на себе крест!
* * *
   В половине восьмого вечера автоматические ворота закрылись за последней машиной, увозившей остатки мусора и упаковки от мебели и техники. Это означало окончательное завершение строительства. Новый дом, в который было вложено столько сил и труда, ее гордость, лучшее, что она, Тина Кириллова, сделала в этой жизни, был наконец готов.
   За последние пятнадцать лет, целиком и полностью отданных любимой профессии, она вместе с мужем проектировала и руководила строительством или переделкой нескольких десятков особняков, дачных коттеджей, квартир и офисных помещений. Но та работа, что была закончена сегодня, принципиально отличалась от всего сделанного раньше. Этот дом был задуман и создан для себя. Никаких вздорных клиентов с их абсурдными и противоречивыми требованиями. Не нужно было никому угождать и потакать дурацким капризам. Они сами заказали себе будущее жилье, сами его спроектировали, сами направляли и контролировали каждый шаг строительства. А внутреннюю отделку и интерьер Стас полностью отдал на откуп жене.
   Конечно, не обошлось без конфликтов. Каждый из супругов был специалистом в своем деле, каждый был по-своему упрям и настойчиво доказывал свою правоту – дух профессионального соперничества не покидал Кирилловых никогда. Даже работая над чужими заказами, они постоянно спорили и ссорились, а уж когда речь зашла о собственном семейном гнезде... Кипели поистине шекспировские страсти, сыпались взаимные обвинения и оскорбления, Стас хлопал дверью, Тина запиралась в спальне... Какое счастье, что все это уже позади.
   И дом получился на славу. Тут было все, о чем только можно было мечтать. На трех этажах продуманно расположились отдельные рабочие кабинеты для Тины и Стаса, спальня окнами в сад, просторные детские для сына Сашуры и дочки Кати, столовая, где легко могли разместиться человек двадцать гостей, кухня площадью в тридцать квадратных метров, две гостиные – западная и восточная, три ванные, зимний сад, тренажерный зал и сауна с маленьким бассейном.
   Осторожно ступая по свежевымытым полам, Тина еще и еще раз обходила свое творение, наслаждаясь последней тишиной. Через несколько минут ее детище наполнится шумом, топотом, воплями детей, голосами взрослых, грохотом сдвигаемой мебели. Переезд был назначен на сегодня, и теперь вся семья и прислуга ждали только ее команды, чтобы перебраться в новое жилище. Но Тина не спешила отдать распоряжение. Момент вселения, появления в доме людей всегда был для нее мучительно неприятен.
   Архитектор не только по профессии, но и по душевному призванию, Тина относилась к своей работе с тем благоговением, с каким, наверное, древние зодчие возводили храмы Зевса или Афины. В том, как появлялись на свет дома, она ощущала что-то мистическое. Вот из ничего, из пустоты, из воздуха возникает идея, обдумывается, обкатывается, рассматривается с разных сторон, потом воплощается на бумаге, превращаясь в эскиз. Пока еще это не дом, но уже его душа, зародыш, крошечный эмбрион, который может вырасти и развиться в живое существо. Затем следует долгая и кропотливая работа над проектом – данные, чертежи, расчеты... Потом строительство, постепенное движение от закладки фундамента и возведения стен к кровле и отделке. Идея воплощается на глазах, становится осязаемой, реальной, а душа дома, раньше витавшая где-то в эмпиреях, получает материальную оболочку. И пока дом создается, она живет собственной непонятной жизнью, ощутить которую дано лишь немногим посвященным. Но люди, которым не терпится вселиться в дом, и знать ничего не хотят о его душе. Они торопятся набить его инородными вещами, заполнить своей суетой, начинить чуждой ему энергетикой – и тем самым навсегда убить собственный мир дома, его живую душу. И каждый раз, когда Тина сдавала работу заказчику, она чувствовала себя Авраамом, приносящим своего сына в жертву.
   Тина пересекла просторный холл второго этажа и вышла на лестничную площадку. Поправила чуть завернувшийся лист декоративной пальмы, присела на уютный низкий диванчик и с удовольствием погладила замшевую обивку. Сквозь высокие лестничные окна был хорошо виден «старый дом». Несмотря на погожий апрельский вечер, у него был грустный вид, он словно чувствовал, что жильцы его покидают. Собственно, старым этот маленький и уютный двухэтажный коттедж был назван совершенно несправедливо – ему не было и восьми лет от роду. Тогда Тине с мужем удалось относительно недорого купить здесь, на Рублево-Успенском шоссе, участок вместе с недостроенным домом, и они быстро, на скорую руку, поспешили его доделать – ютиться вчетвером с маленькой Катей и Тининой мамой в крошечной «двушке» на Преображенке им было уже абсолютно невыносимо. Но спустя несколько лет убили их соседа, по слухам – криминального авторитета. Тогда-то и родилась идея нового, этого дома. После долгих переговоров наследники мафиози уступили Кирилловым его участок. Супруги быстро снесли забор и все, что наворотил их сосед, и принялись за строительство дома своей мечты. И вот наконец-то ее воплощение закончено. Отныне они будут жить здесь, а бывший – «старый» коттедж станет флигелем для гостей и прислуги.
   Хлопнула входная дверь, послышались энергичные шаги вверх по лестнице. Сидя на площадке, Тина наблюдала, как перед ней постепенно появляется, словно вырастая над ступеньками, фигура Стаса – модно остриженные темные волосы, смеющиеся синие глаза, знаменитая улыбка, перед которой не могла устоять ни одна женщина, широкие плечи, стройный, как у спортсмена, торс, длинные ноги... Он был удивительно хорош собой, и у Тины до сих пор радостно замирало сердце от мысли, что этот мужчина – ее муж и принадлежит только ей, ей одной.
   – А-а, вот ты где! – весело произнес он. – И что же ты тут делаешь, хотел бы я знать?
   – Да вот, брожу, осматриваю все... – неопределенно отвечала Тина.
   – Ну, ясно! «Мороз-воевода дозором обходит владенья свои!» – рассмеялся Стас.
   – Что-то не так? – настороженно поинтересовалась она.
   – Да нет же, все великолепно, ведь я уже сто раз это тебе говорил! Просто Сашура там уже весь извелся. Понимаете ли, не терпится парню перебраться в свою новую комнату. Галина Ивановна уже не знает, как его утихомирить. Может, запустим их всех сюда?
   – Сейчас! – Тина подошла к Стасу, положила руки ему на плечи и заглянула в лицо. Маленькая и худенькая, как подросток, она была головы на полторы ниже своего мужа. – Тебе правда нравится?
   – Очень! – Стас обнял жену. – Вот и сбылась твоя мечта. Теперь бы вот в этот новый дом – да и настоящую хозяйку!
   – На что это ты намекаешь? – поинтересовалась Тина, отодвигаясь.
   – Как на что? Дом у нас замечательный, жить в таком – одно удовольствие. А если бы ты еще стала проводить тут больше времени, поддерживала бы все в порядке... Ведь Галине Ивановне будет трудно справляться тут одной!
   – А она и не одна, – помрачнела Тина. И надо же было Стасу вновь затеять этот неприятный разговор именно сейчас, когда у нее на душе было так хорошо, так благостно... – Кухарку мы уже наняли. А три раза в неделю будут приходить убираться. Две женщины из Жуковки, я тебе говорила...
   – Ну хорошо, а дети? – не сдавался Стас. – Сашуре на будущий год в школу, надо бы с ним позаниматься, подготовить. Сама знаешь, у него шило в одном месте, двух минут спокойно усидеть не может. Все буквы знает, а читать не заставишь... Да и Катюшке, думаешь, интересно все время с ним возиться? Ей четырнадцать лет, хочется с друзьями погулять, своими делами заняться – а тут присматривай день и ночь за младшим братом! Да и самой ей мать сейчас во как нужна! У нее как раз самый переходный возраст начинается – мальчики-фигальчики, первая любовь, мечты, свидания... А тебе с ней и поговорить-то лишний раз некогда! Думаешь, чего она у нас такая колючая? Из вредности? Да ей просто внимания не хватает!
   Тина пожала плечами:
   – Детям надо нанять хорошую гувернантку, только и всего.
   При одном только упоминании этого слова Стас тихо застонал:
   – Легко сказать – нанять хорошую гувернантку! Где ее взять-то? Скоро уже два года, как ищем, а результат нулевой! Только попадется какая-нибудь приличная – ты ее тут же увольняешь!
   – Я ее увольняю? Ты хочешь сказать, что это ты ее увольняешь!
   – Лично я ни разу не уволил ни одной нормальной няни!
   – Да-а? А Нину Петровну?
   – Какую еще Нину Петровну?
   – Ну, Нину Петровну! Высокая такая, с проседью. Она еще устроилась к нам сразу после Восьмого марта.
   – А, эта швабра?! Точно, она у меня вылетела, обгоняя собственный визг. А что ты хочешь – Катька сама видела, как эта дрянь ударила Сашуру! По-твоему, я должен терпеть в доме человека, который бьет моих детей? А вот последнюю гувернантку, Поленьку, выгнала, если помнишь, именно ты. А она, кстати, была классная. И языками с ребятами занималась, и спортом...
   – ...и глазки тебе классно строила! «Поленька»! Юбка едва задницу прикрывает, размалевана вечно, будто с панели!.. А ты и повелся!
   Поняв, что разговор принимает нежелательный оборот, Стас попытался успокоить жену:
   – Ну вот я и говорю – гувернантку найти трудно! Давай, пока мы ее ищем, ты немного побудешь дома. Отдохнешь, придешь в себя – все-таки у тебя столько сил ушло на это строительство...
   – Стас. – Тина отошла к окну и смотрела вниз на начинающий зеленеть сад. – Я никак не могу понять, что у тебя за идея фикс? Я профессиональный архитектор, работаю не первый год, считаюсь хорошим специалистом и люблю свое дело. Почему тебе так хочется заживо похоронить меня дома?
   – Солнышко, ну что ты такое говоришь? – возмутился Стас. – Ты посмотри на свою подругу, на Марьянку. Разве она похожа на заживо похороненную? Жизнерадостная, цветущая, ухоженная. И все успевает, и дома у них все блестит, и на обед вечно такая вкуснятина, что пальчики оближешь, – сама, между прочим, готовит, без всяких кухарок! И это несмотря на все то, что она пережила.
   – А ты не замечаешь, какой пустышкой она стала с тех пор, как бросила работу? С ней же поговорить стало не о чем – в голове одни тряпки, рецепты салатов да витаминные маски! А теперь еще от нечего делать в мистику ударилась! Откровение на нее, понимаете ли, снизошло! Блаватская доморощенная! Экстрасенс-домохозяйка!
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация