А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Екатерина Великая" (страница 40)

   По странной прихоти природы, в этом столь изящном и любезном молодом человеке скрывалось непомерное честолюбие, наглость, цинизм и тяга к интригам, которые бурно вырвались наружу сразу же после его восхождения на вершину. Он очень быстро прибрал к рукам все средства влияния, стал навязывать свою волю в самых разных делах и беззастенчиво выпрашивать милостей для самого себя и родни. Его окружает хор льстецов. «Во все дни, – пишет Ланжерон, – начиная с восьми часов утра, его приемная полна министров, придворных, генералов, иностранцев, просителей, кандидатов на должности и ищущих милостей. Чаще всего им приходится ждать по четыре-пять часов, прежде чем быть принятыми… Наконец обе створки двери открывались, толпа бросалась вперед и видела перед собой фаворита, которого причесывали перед зеркалом. Обычно он сидел, положив ногу на стул или на угол туалетного столика. После раболепных поклонов придворные выстраивались перед ним в два или три ряда и стояли так, безмолвные и недвижимые, в облаке пудры». Язвительный Массон добавляет: «Старые генералы и высшие сановники империи не стесняясь обхаживали самых последних из его слуг. Развалясь в кресле в самом непристойном виде, ковыряя пальцем в носу и уставив туманный взгляд в потолок, этот молодой человек с холодным и пустым лицом едва удостаивал внимания тех, кто его окружал». У Платона Зубова была маленькая обезьянка, которая прыгала по мебели, цеплялась за люстру, опустошала банки с помадой, а иногда вскакивала на голову посетителя и дергала его за волосы. И что же? Считалось большой честью быть вот так отмеченным этим уродцем из семейства капуцинов. Никто не возмущался. А Екатерине такие выходки фаворита казались безобидными мальчишескими шалостями. С возрастом она потеряла способность здраво судить о любви. Она все видит в розовом свете. Ослепленная и опьяненная, Екатерина не устает расписывать свое счастье в письмах к Потемкину. Она утверждает, что у этого «ребенка», у этого «черноглазого» самая «невинная душа», что он «незлобив, предан, скромен, привязан и в высшей степени благодарен», что он стремится понравиться всем, что он очень усердно за ней ухаживает и даже предъявляет к ней, как к женщине, очень льстящие ее самолюбию требования: «Он плачет как ребенок, если его ко мне не пускают». Похоже, что внимание Платона к чувствам Екатерины доходит до того, что он старается понравиться далекому мужу своей любовницы. «Прощай, мой друг, – пишет она в другом письме Потемкину. – Обласкай нас, чтобы мы были совершенно счастливы». И еще: «Когда ему выпадает случай Вам написать, он делает это с явным рвением, а ласковость его характера делает и меня более ласковой».
   На самом деле если «черноглазый малыш» и писал Потемкину подобострастные послания, то только чтобы испросить себе патент кавалергарда, а брату, Валериану Зубову, – место при потемкинском штабе. Само собой разумеется, Екатерина подкрепляет эту двойную просьбу целым потоком похвал, долженствующих побудить князя еще больше любить Платона Зубова, «нашего дитятю». Потемкин не может отказать. Екатерина бурно его благодарит: «Дитя находит, что у вас больше ума и что вы забавнее и любезнее, чем все, кто нас окружает, но об этом храните тайну, потому что он не ведает, что я это знаю».
   Валериан Зубов прибывает в армию. Оттуда он пишет брату Платону полные недоброжелательности конфиденциальные донесения о нерадивости и ошибках главнокомандующего. Навстречу этим донесениям из Санкт-Петербурга Потемкину идут не менее секретные сообщения его друзей о фаворите. По их сведениям, Екатерина настолько попала под влияние «черноглазого», что подумывает о том, как бы сделать его министром. Ярость душит Потемкина. Впервые царица привязалась к мальчишке, которого не он для нее нашел. И вот теперь опасный новичок может приобрести необычайный вес при дворе и в правительстве. Глядя издалека на такое возвышение Платона Зубова, можно было подумать, что начался закат карьеры Светлейшего. Этого Потемкин допустить не мог. После падения Измаила армия встала на зимние квартиры, а он еще должен был остаться для мирных переговоров, в которые, кстати говоря, не верил. В ожидании, когда ему представится возможность бросить опостылевшие дела, Потемкин отправляет Валериана Зубова в Санкт-Петербург с приказом дословно передать императрице, что на фронте все идет хорошо, но что у главнокомандующего разболелся гнилой зуб и что он надеется вскорости прибыть в столицу, чтобы его выдернуть. Легко было догадаться по созвучию «зуб—Зубов», что Потемкин предупреждает царицу и рассчитывает на ее помощь, чтобы убрать неудобного соперника. Сделав вид, что она не поняла намека, Екатерина продолжает восхвалять в своих письмах необычайные добродетели Платона.
   И тогда доведенный до крайности Потемкин бросает своих офицеров и отправляется в путь. Его сопровождает огромная свита со множеством женщин. Получив известие о его отъезде, Екатерина на людях выражает радость, но в приватной обстановке проявляет некоторое беспокойство. Она велит освещать рядами костров дорогу на дальних подъездах к Петербургу. Так как день приезда неизвестен, огни пылают ночи напролет в течение целой недели. Каждый день гонец отправляется навстречу путешественнику и затем во весь опор мчит назад, везя императрице новости от Светлейшего. И вот, наконец, он прибыл – большой, тяжелый, смуглый от загара, одноглазый, постаревший и сияющий. На первый взгляд кажется, что он в прекрасном расположении духа, так что Екатерина даже смогла написать Гримму: «Вот уже четыре дня, как князь Потемкин прибыл сюда, красивый, любезный, остроумный и блестящий как никогда, в самом веселом настроении; вот что значит добрая и славная кампания, она приводит в доброе настроение», а также принцу де Линю: «Глядя на князя – маршала Потемкина, кажется, что победы, успехи украшают. Он прибыл к нам из армии прекрасным, как майский день, веселым, как певчая птичка, блестящим, как звезда, остроумным как никогда и уже больше не грызет ногти».
   Однако недолго длится эта «веселость певчей птички». С первых же минут Потемкин понимает, что не зря опасался растущего влияния Платона Зубова. Разряженный в пух и прах и осыпанный бриллиантами, новый фаворит своим надменным видом внушает почтение даже высшим сановникам. Все они трепещут от мысли, что, не понравившись Зубову, навлекут на себя гнев императрицы. Даже великий князь Павел молча сносит его самые нахальные высказывания. Однажды вечером на ужине у Ее величества цесаревич вслух одобряет замечание любовника матери по какому-то политическому вопросу. Тот тут же восклицает: «А что? Я сказал какую-нибудь глупость?» – и неловкое молчание воцарилось за столом. Никто не решается сбить спесь с молодого нахала. Екатерина смотрит на него влюбленными глазами. Потемкину невыносим сам вид этой старческой страсти. Разумеется, и у него есть любовница – его очень молодая и очень красивая племянница, Александра Энгельгардт, графиня Браницкая. Однако не теряет же он от этого голову! С дружеской настойчивостью он пытается привести Екатерину в чувство, говоря, что она увлеклась глупым, напыщенным и изворотливым хлыщом, что чем больше значения и веса она будет ему придавать, тем сильнее скомпрометирует себя, и что уж во всяком случае ей ни в коем случае не следует приобщать его к государственным делам. Однако все эти мудрые советы разбиваются о счастливую наивность влюбленной старухи. Покоренная Платоном Зубовым, Екатерина не желает видеть недостатков своего фаворита и отдается во власть мечты, хотя и не сердится на Потемкина за его упреки. Она объясняет их просто ревностью. Разве он может не страдать, видя, что уже перестал быть первым человеком при дворе Ее величества? Желая смягчить его боль, Екатерина окружает Потемкина знаками уважения и нежностью, но тот быстро понимает, что потерпел поражение. Платон Зубов оказался сильнее. В припадке яростной гордыни Светлейший решает ослепить отдаляющуюся от него государыню невиданным по размаху праздником.
   Варварское расточительство, отчаянное безумие, чисто славянское стремление превзойти самого себя, желание дойти до предела бессмысленности и бесполезности руководят Потемкиным при подготовке к великому дню. Несколько месяцев подряд сотни артистов, танцоров, музыкантов репетируют выступления во вновь построенном Таврическом дворце под наблюдением свирепого устроителя торжества. Как и во время путешествия в Крым, он вникает в каждую мелочь в оформлении и постановке спектакля. Он велит провести трубы с теплой водой внутри поддерживающих свод колонн, чтобы воздух в главном зале стал мягче. Пол покрыт газоном. Не только императрица и великие князья, но также и весь двор, весь дипломатический корпус, все представители провинциального дворянства приглашены во дворец 28 апреля 1791 года под предлогом празднования победы над турками.
   Прибыв в семь часов вечера в карете к Таврическому дворцу, Екатерина оказывается в центре шумной, кипящей толпы и даже пугается: не бунт ли это? Оказывается, это простой народ осаждает выставленные из милости вокруг княжеского дворца столы с едой и бочонками вина. Выйдя из кареты, императрица проходит между двумя длинными рядами слуг в серебристо-белых ливреях с поднятыми в руках шандалами. Свет тысяч свечей ослепил ее. Она знает, что Потемкин не любит жировых свечей и собрал весь воск в соседних губерниях, чтобы устроить достойную государыни иллюминацию. Звучит исполняемая тремястами музыкантами торжественная мелодия. Три тысячи гостей склонили головы в поклоне при ее приближении. Хозяин дома идет ей навстречу. Он одет в расшитый золотом камзол. Длинный плащ из черного бархата закреплен на плечах алмазными застежками. Перегруженная драгоценными камнями шляпа его так тяжела, что не держится на голове, и паж несет ее сзади. Императрица в наряде старинной русской боярыни. Диадема блистает над ее поблекшим лицом. Она прямо держит голову. Потемкин преклоняет колено, приветствует желанную гостью и под руку ведет ее в танцевальный зал. Сидя на троне, императрица смотрит представление. Великие князья Александр и Константин, четырнадцати и двенадцати лет, изящно танцуют перед ней в числе сорока восьми придворных юношей и девушек, одетых в «розовые и небесно-голубые» костюмы, усыпанные драгоценными камнями. Знаменитый Лепик заканчивает танец чрезвычайно ловкими па. Похлопав танцорам, все переходят в другой зал, где была устроена сцена, за которой стоит чучело слона, покрытое изумрудами и рубинами. Начинается новый балет, а за ним короткая комедия и шествие, оформленное с «азиатской пышностью», в котором участвуют одетые в национальные костюмы представители всех народов, покорившихся Екатерине Великой. В зимнем саду, куда перетекает затем толпа гостей, в центре круглого храма стоит статуя императрицы из паросского мрамора. Ода поэта Державина, прочитанная по этому случаю, прославляла в высоком стиле героиню празднества. За ее спиной журчат фонтаны, и сквозь толщу листьев экзотических растений поблескивают драгоценные камни. Стены следующего салона увешаны гобеленами из Бове, представляющими историю библейской Эсфири. Чуть дальше, на траве газона, установлен агатовый обелиск с вензелем царицы. За ужином, накрывавшимся в пять приемов по шестьсот приборов за каждый, придворные собираются вокруг государыни. Стоя за ней, Потемкин сам хочет ей прислуживать, но Екатерина не позволяет и усаживает рядом с собой. Так оба оказываются во главе стола, как два царственных супруга. Сидящий недалеко Платон Зубов, великолепный в своем небесно-голубом костюме, не пропускает ни одного движения этой пары. Он нимало не волнуется. Истинные чувства Екатерины ему известны. Знаки почтительного сердечного внимания, оказываемые князю Таврическому, не будут иметь последствий в будущем. Взгляды, изредка бросаемые ею на Светлейшего, ничего не обещают, в них только сочувственная грусть. Тосты следуют один за другим. Пьют за здоровье Ее величества и за хозяина дома, за великих князей и великих княгинь, за армию и флот. Вся посуда – из золота и серебра. Роскошный и обильный ужин состоит из самых тонких блюд европейской и азиатской кухни. Вскоре жара становится невыносимой из-за тепла, идущего от ста сорока тысяч фонариков и двадцати тысяч свечей, освещающих залы. Каждый из приглашенных получает королевский подарок. Потемкин мрачно наслаждается своим торжеством. В глазах ошарашенных, оглушенных музыкой и речами иностранных послов этот одетый в красное и увешанный наградами великан выглядит воплощением чисто русского духа – богатство его неизмеримо велико, а поступки столь непоследовательны, что граничат с безумием.
   В два часа ночи Екатерина встает из-за стола. Платон Зубов следует за ней как тень. Оркестр исполняет гимн, написанный в честь Ее величества. Она произносит несколько любезных слов, благодаря Потемкина за чудесный прием. Он преклоняет одно колено, целует протянутую ему руку – и разражается рыданиями. Она не открыла ему свои тайные мысли, но Потемкин понимает: он только что провел рядом с ней прощальный вечер.
   Гасят огни, гости разъезжаются, и Потемкин вдруг понимает бессмысленность своего существования. В Санкт-Петербурге все вызывает у него отвращение, однако он не решается вернуться на юг. Там командование военными операциями принял князь Репнин. Это храбрый и опытный воин. Он переправился через Дунай и с сорока тысячами солдат окружил и уничтожил под Мачином в три раза превосходящее числом войско великого визиря. Екатерина ликует, а снедаемый ревностью и завистью Потемкин жалеет, что отдал другому воинскую славу. Одержанные русскими победы заставили турок стать сдержаннее в требованиях. Кажется, что наступил наилучший момент для заключения почетного мира. Платон Зубов и его сторонники твердо решили вести переговоры. Этого было достаточно, чтобы Потемкин воспротивился. Все, что исходит от этого щеголя, раздражает и выводит его из себя. Князь Таврический за то, чтобы продолжать войну вплоть до полного разгрома Турции. Напрасно Екатерина говорит о плачевном состоянии государственной казны, об усталости армии, о внутренних трудностях – Потемкин настаивает на своем. Она не решается дать ему официальный приказ вернуться в Яссы и прекратить военные действия. Она опасается, как бы бунтующий князь не отказался ей повиноваться.
   Самое большое, на что она решается, – дать понять Потемкину, что, подписав мир после четырех лет кровавой войны, он сделает ей самый большой подарок за все время ее царствования.
   Внезапно Потемкин резко меняет поведение. Узнал ли он о переговорах, начатых Репниным с турецкими полномочными послами? Подумал ли, что ему удастся успешнее осуществить воинственные планы, будучи в Яссах, нежели в Санкт-Петербурге? Вдруг ни с того ни с сего он объявляет, что готов уехать. Встревоженная такой внезапной покладистостью, Екатерина лично следит за устройством кареты, которая должна унести Светлейшего в далекий путь. Он покидает ее с грустью, не питая никаких иллюзий, испытывая темные предчувствия, и по уши в долгах. Счет от одного только цветочника составляет 38 тысяч рублей.
   Плохая новость поджидает нашего путешественника в Харькове. Умер принц Александр Вюртембергский, служивший под его началом. На похоронах Потемкин был в состоянии, близком к беспамятству, и, собираясь подняться в карету, вдруг с ужасом заметил, что по ошибке хотел влезть на похоронные дроги. Будучи чрезвычайно суеверным, он увидел в этом зловещий знак. Его свита поражена отсутствующим, потерянным видом Светлейшего. Достанет ли у него сил успешно провести переговоры?
   Прибыв в Яссы в июле 1791 года, Потемкин узнает, что Репнин подписал предварительные условия мирного договора. В приступе ярости он осыпает генерала самыми грубыми упреками и рвет документ. Однако Репнин говорит ему, что действовал по секретному предписанию Ее величества. Уязвленный Потемкин понимает, что императрица действовала через его голову в этом деле, где их мнения разошлись. Перенести такое недоверие со стороны государыни он не может. Итак, переговоры продолжаются, но на иных условиях, а на Потемкина, вдобавок ко всему, наваливается слабость и сомнения. Заразная горячка разъедает его тело, измотанное всевозможными излишествами. После приступа активности он больше не участвует во встречах с турками. Его интерес к политике падает. Дела мира его более не тревожат. Превратившись в капризного больного, он отказывается выполнять предписание лечащих его врачей, Линмана и Массо, и слышать не хочет о каком-либо режиме. «Князь сам себя разрушал, – отмечает Ланжерон. – Я видел, как во время припадка лихорадки он с жадностью проглотил окорок, соленого гуся, трех или четырех цыплят, запивая все квасом, клюквенной водой, медовухой и всевозможными винами». В перерывах между едой он грызет сырую репу, до которой был большой охотник. Когда он чувствует повышение температуры, заставляет выливать себе на голову потоки одеколона и сам растирается губкой, смоченной ледяной водой. Его племянница и любовница Александра Энгельгардт, графиня Браницкая, следит за настроением поверженного колосса. Он не понимает, что с ним происходит. Письма царицы служат ему единственным утешением. Плача, он читает и перечитывает их. Сделав нечеловеческое усилие, Потемкин диктует ответ и дрожащей рукой подписывает. «Я очень слаб, – сообщает он Екатерине. – Прошу вас, выберите и пришлите мне китайский халат, он мне очень нужен». Когда курьер доставил китайский халат, ему, казалось, полегчало. Все, что исходит от Екатерины, идет ему на пользу.
   В начале октября 1791 года Потемкин внезапно покидает мирную конференцию и решает отправиться в Николаев, город, основанный им в устье Буга. Почему? Он и сам не знает. Прихоть больного человека. Здоровье и счастье там, где его нет. Он отправляется на их поиски и, перед тем как сесть в карету, пишет отчаянную записку императрице: «Матушка, милостивая государыня, не могу более терпеть мои муки. Единственное, что мне остается, так это покинуть сей город; я дал приказание отвезти меня в Николаев. Не знаю, что будет со мной. Твой вернейший и благодарнейший раб – Потемкин. Единственный для меня способ спастись – уехать».
   Племянница Александра едет вместе с ним. Светлейшего сопровождают врач и три секретаря. Дорога отвратительна, вся в рытвинах и ухабах. При каждом толчке больной стонет. Через несколько верст он просит остановить лошадей и положить его на траву: «Хватит. Дальше не поедем. Я умираю. Хочу умереть на земле». Его кладут под деревом на разостланном ковре. Вокруг хлопочет доктор, плачет племянница Александра. В середине дня Потемкин – хозяин бесчисленных поместий, владелец множества дворцов – испускает дух на обочине дороги, как бездомный путник. Стали искать монету, чтобы прикрыть, по русскому обычаю, его единственный глаз. Казак из охраны порылся в кармане и протянул медный пятак, им осторожно прикрыли веко покойного.
   12 октября 1791 года, через пять с половиной месяцев после праздника в Таврическом дворце, одетый в черное курьер привозит в Санкт-Петербург известие об этой кончине. Екатерина падает в обморок, ей пускают кровь.
   Она рыдает, запирается у себя, никого не хочет видеть. Не впускает к себе даже внучат. Двору предписано соблюдение самого строгого траура. Охваченная горем императрица с каждым днем все больше понимает, какую огромную потерю понесла она в лице того, кто был ей и любовником, и мужем, и другом, и советником, и доверенным, и министром, и военачальником. Даже будучи далеко друг от друга, они не переставали советоваться. Потемкин на треть увеличил размеры ее страны, освоил пустовавшие земли, поднял города, заставил рыть гавани для портов, строил корабли, выигрывал битвы, любил женщин, встречался с самыми великими монархами своего времени, он промотал неисчислимые богатства, проявляя во всех делах щедрость своей нежной и дикой, бешеной и мудрой души – и вот, в пятьдесят два года, этот человек исключительной силы, этот вулкан страстей превратился в безжизненное тело, зарытое где-то на краю света, в Херсоне. «Как заменить такого человека? – спрашивает Екатерина у секретаря Храповицкого. – Он меня не продавал, и его невозможно было купить. Ничего уже не будет по-прежнему. Кто мог подумать, что он уйдет раньше Чернышева и других стариков? Теперь-то уж эти улитки высунут свои головы! А ведь и я тоже уже старая!» Екатерина хватается за перо. Она растерянна, ей хочется излить душу. Быстро на стол кладут лист бумаги с золотым обрезом для писем. Как всегда, она обращается к непременному адресату, к ее дорогому, все понимающему Гримму:
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 [40] 41 42 43 44 45 46

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация