А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Боевые искусства Шаолиня" (страница 3)

   Ряд монахов нередко желал покинуть монастырь, что в чаньских обителях не возбранялось. Даже те, кто провел под руководством опытных шаолиньских наставников несколько лет, не могли надеяться на передачу истинной шаолиньской традиции боевых искусств. Полный курс требовал около двадцати лет обучения, которое обычно начиналось с детства. Фуюй, считая, что слишком много монахов, возвращаясь в «мир», рассказывают о себе как об истинных «шаолиньских героях», не стесняясь приукрасить свои подвиги, собрал монахов высшего посвящения на совет. Как преодолеть эти искажения, как восстановить элитарность шаолиньского усэна? И вот, после долгих обсуждений, было решено ввести специальный экзамен. Вопреки многим легендам, этим экзаменом стал отнюдь не пугающий уже одним своим названием «коридор смерти», якобы оборудованный в подземелье монастыря, с бронзовыми бойцами-манекенами, но особый комплекс, представляющий собой квинтэссенцию шаолиньской техники. Этот комплекс, весьма большой и чрезвычайно сложный, был предназначен для отработки поединка в самых различных условиях – начиная от узкого пространства типа монашеской кельи вплоть до открытого поля.
   Многие составные части этого комплекса, а особенно его боевая «расшифровка», держались в секрете от начинающих и от пришлых монахов. От покоев, где на высоком троне восседал настоятель, до монастырских ворот было устроено 13 «застав» – особых преград, каждая из которых охранялась опытными монахами-бойцами. Тот, кто желал покинуть монастырь, должен был помериться силами со стражами и дойти до центральных ворот – Горных врат. Если ему не удавалось сделать это или же он получал тяжелую травму (такое случалось нередко), испытание прекращалось, а монах оставался в монастыре, и к тому же он должен был понести наказание в соответствии с буддийскими уставами.
   Комплекс, созданный лучшими наставниками Шаолиня, вобрал в себя всю наиболее эффективную технику, в том числе такие закрытые разделы как воздействие на болевые точки, сложную систему залома суставов и освобождения от захватов. Он получил название «Семейный шаолиньский кулак» (шаолинь каньцзяцюань) и состоял из тринадцати самостоятельных отрезков – по числу застав, которые приходилось преодолевать монаху. В каждом таком отрезке делался упор на определенную часть шаолиньской техники, например, на удары ладонями, подсечки, работу на земле, прыжки, удары ногами, заломы, броски.
   Комплекс базировался на многочисленных подсечках, разворотах, прыжках, причем иногда наносилось до четырех последовательных ударов ногами в прыжке. Все это позволяло вести бой с несколькими противниками одновременно. Все же атак ногами было значительно меньше, чем ударов руками и бросков, что отражало общую структуру шаолиньской техники того времени. Удары ногами наносились преимущественно невысоко – в пах, в колено, в живот, так как мастерство защиты выросло до такого уровня, что попасть прекрасно тренированному монаху в голову ногой было маловероятно.
   Каждому приему в комплексе соответствовал свой короткий речитатив, позволявший воспринимать прием не только технически, но и ассоциативно, например, как образ животного или природной стихии – урагана, дождя, снегопада, горной лавины. Столь не легкий, но рациональный экзамен постепенно поднял уровень шаолиньских бойцов, действительно сделав шаолиньцюань элитарным стилем ушу. Именно с эпохи Фуюя становится ясно, что шаолиньцюань уже существует действительно как единая стилевая система. Хотя он все время трансформируется, в него приходят новые комплексы, он обогащается более глубокими принципами, но внутри шаолиньской школы начинает наблюдаться продуктивная передача ушу как символического воплощения учения о единстве физического и духовного начал в человеке.
   Проблема монастырских испытаний всегда волновала шаолиньских наставников. Первым ввел экзамены для усэнов Фуюй в XIII веке. Чуть позже в монастыре появляется комплексный метод тренировки, разделенный на 36 этапов, называемый «36 залов». После каждого такого этапа ученик должен был сдавать экзамен. Курировал каждый этап особый наставник ушу, который после курса обучения передавал монаха другому инструктору. В первых залах изучались стойки и передвижения, во вторых – простейшие удары руками, в третьих – ногами, на более высоких этапах обучения монах совершенствовался в работе с различными видами оружия. Система экзаменов по типу «13 застав» Фуюя значительно усложнилась, а при настоятеле Чжишане (XVII век) был создан «коридор архатов». Он представлял собой несколько модернизированную систему Фуюя, которая заключалась в том, что в длинном коридоре на монаха последовательно нападали несколько человек (обычно 18, по числу архатов), причем каждый нападавший имел свою задачу. Например, один испытывал способности ученика прикрывать голову от удара, второй – уходить от удара мечом, третий – защищаться от удара снизу и так далее.
   Каждый из экзаменаторов мог символизировать определенного архата, причем среди них был сам Бодхидхарма. Именно из этого испытания выросла легенда о «зале архатов» с бронзовыми бойцами. Согласно этой легенде, сдающему экзамен противостояли статуи-манекены 18-ти архатов, вырезанные из дерева, и свободно двигавшие любой конечностью при помощи сложной механики. В устных преданиях говорится, что статуи были выполнены из бронзы.
   Одна из хроник монастыря, относящаяся к последней четверти XIX века, дает подробное описание функций каждого из таких воинов-архатов.
   Первым на пути монаха был архат Мокэцзяэ, сидевший с опущенными глазами в позе медитации. В тот момент, когда испытуемый наступал на доску пола перед архатом, Мокэцзяэ наносил удар железным кулаком наотмашь на уровне живота. Сблокировать такой удар простой подставкой предплечья было небезопасно, так как железный кулак без труда мог сломать руку. Был лишь один вариант защиты: быстро рвануться вперед, перепрыгнуть через сидящего архата и нанести ему удар ногой в спину.
   Второй архат, Ананда, сидел, молитвенно сложив руки перед грудью. Но лишь первая фигура архата падала на пол, он вскакивал и наносил удар сверху ребром ладони в голову. Отступать назад было нельзя: Ананда тут же бил деревянной ногой в сердце. И здесь существовал оптимальный вариант защиты: двумя руками сблокировать его рубящий удар и нанести мощный удар в живот манекена, завалив его назад, либо нанести удар кулаком наотмашь в верхнюю часть манекена.
   Третий архат, Муцзелянь, стоял, опершись одной ногой на спину лежащего льва. Как только два первых архата оказывались поверженными, он наносил удар ногой с боку в ногу монаха. Обратим внимание, что две предыдущих атаки наносились поочередно в верхнюю и среднюю секцию, а третья атака шла на нижнем уровне, таким образом, монах проверялся на способность защищать всю поверхность тела. Если боец, уходя от атаки, поднимал ногу, он тут же получал удар по другой. Оптимальный вариант – нанести удар в архата ногой в прыжке и подсечь или подсечь ему ту ногу, которой он наносит удар, и свалить его тем самым на землю.
   Четвертый архат, Шэлифо, держал в руке огромный чаньский посох, а его левая ладонь находилась у груди. Шэлифо медленно наносил удар посохом сбоку. Как только монах хватал посох, архат тут же подтягивал его к себе, одновременно толкая монаха в грудь левой рукой и опрокидывая его. Умелые монахи, захватив посох правой рукой, толкали его к левому плечу архата, перекрывая тому пространство для атаки левой рукой, и одновременно наносили ему удар сбоку в правую ногу своей левой ногой.
   Пятый архат, Аналюй, сначала наносил удар чашей для подаяний – патрой, которую держал в правой руке, а затем бил левым кулаком и правой ногой одновременно. Монаху было необходимо провести контратаку раньше, нежели архат ударит ногой или рукой.
   Шестой архат, Бипути, встречал монаха, стоя с четками в руке. Он делал небольшой шаг назад и наносил колющий удар ладонью в живот, а если боец отбивал атаку, он тотчас набрасывал четки ему на голову и душил.
   Седьмой архат, Фулона, держал в левой руке железную чашу, а его правая ладонь располагалась у груди. Сначала он наносил рубящий удар ладонью правой руки, а затем бил чашей сверху по голове. Восьмой архат, Цзяданьянь, делал нижнюю круговую подсечку, опершись двумя руками о пол. Необходимо было перепрыгнуть через его ногу и нанести удар в прыжке в спину манекена.
   Девятый монах, Фулоли, стоял в «стойке-луке» (гунбу) – одна нога согнута в колене, вторая полностью выпрямлена. Как только к нему приближался испытуемый, он начинал наносить прямые удары обоими кулаками «словно, идет град».
   Десятый архат, Баолодо, сидел, держа в руке свиток с буддийской сутрой. Как только к нему приближался монах, он вскакивал и наносил удар в прыжке.
   Одиннадцатым архатом был сам Бодхидхарма, который по традиции сидел лицом к стене, положив руки на колени. Затем манекен разворачивался и наносил последовательно восемьнадцать ударов руками, ногами и коленями.
   Двенадцатый архат, Цункэ, бил монаха тяжелым деревянным билом от монастырского бронзового колокола.
   Тринадцатый архат, Сэншань, держал в руке каменную подставку с лежащими на ней свитками сутр и наносил удары куском камня, чередуя с хлещущими ударами четками по лицу.
   Четырнадцатый архат, Даоси, избивал монаха тяжелым посохом.
   Пятнадцатый архат, Таожэньнэн, стоял, опустив голову, символизируя полный покой, но стоило монаху подойти к нему, как он неожиданно наносил удар пальцами в глаза.
   Шестнадцатый архат, Лолуншуй, держал в левой руке патру и пускал ею солнечный зайчик в глаза испытуемому, одновременно нанося удар правым кулаком наотмашь в лицо.
   У семнадцатого архата, Фуху, в руках был большой кувшин. Быстрым движением он надевал кувшин на голову монаха и наносил три сильных удара по ногам.
   Последний, восемнадцатый архат, Наганьлюй, держал алебарду полулунной формы (юэячань) – традиционное оружие чаньских монахов. Сначала он наносил удар рукой, а когда монах отклонялся от атаки, манекен передвигался вперед, нанося удары навершием алебарды в форме полумесяца в шею.
   Веками складывался арсенал шаолиньских стилей. Он был столь же разнообразен, сколь и непостоянен в различные эпохи и у разных наставников. Некоторые методики мастера передавали либо лишь одному-двум ученикам, либо вообще уносили с собой, не найдя достойного приемника. Основу технического арсенала Шаолиня, помимо нескольких сот комплексов и тактики ведения поединков, составляли многочисленные базовые и подготовительные упражнения. Эти упражнения использовались как для разминки, так и в качестве способов закалки тела, усиления удара. Они подразделялись на большие группы.
   Первую группу составляли «мягкие» упражнения, способствующие проработке основных групп мышц и связок, растяжке, успокоению сознания, овладению методами правильного дыхания. Вторая группа – «жесткие» упражнения – укрепляли тело, вырабатывали крепость мышц, или, как говорили сами усэны, «тренировали внешнее начало». Считалось, что «мягкие» и внутренние методы – более сложные, чем внешние и «жесткие». Например, искусством разбивания твердых предметов – камней, черепицы, костей животных – монах мог овладеть за два-три года, а вот на ряд разделов внутреннего искусства отводилось до десяти лет.
   Новичков часто смущало то, что чисто формально, внешне, «внутренний» удар наносится также как и любой сильный удар кулаком. В данном случае вся истинная работа скрыта от глаз, и мощь удара зависит в основном от психического настроя и присутствия волевого импульса в самом акте удара. Здесь уже начинался психологический аспект тренировки, которому и уделялось наибольшее количество времени. Жесткие методы были сравнительно просты и в объяснении, и в применении, хотя и требовали немало времени для отработки. Например, для такого необычного приема шаолиньской школы, как мощный толчок спиной, необходимо было в течение двух лет ежедневно наносить особым образом удары в каменную стену. Для сильного удара ребром ладони, который позволял усэнам раскалывать даже камни, использовалась методика «Ладонь богини Гуанъинь» – многократные удары в брусочек ясеня, а затем и в камень по полтора-два часа в день в течение года. Для укрепления предплечий, которыми ставились не только блоки, но и наносились удары, использовалась весьма утомительная, но эффективная методика «Парный замок»: боец бил предплечьями друг о друга до появления легкой боли каждый день в течение трех лет, параллельно втирая в руки укрепляющие бальзамы, состав которых держался в секрете. Немало внимания уделялось и физической подготовке, для чего использовались традиционные китайские гантели, называемые «каменные замки» (шисо), так как по форме они напоминали древние медные замки на воротах. Их начальный вес был около десяти килограммов, постепенно он увеличивался до 35—40 кг на одну руку.
   Постепенно все эти методики были сведены в единую систему, известную под названием «72 искусства Шаолиня», то есть 72 классических тренировочных упражнения, создание которых приписывается Цзюэюаню, хотя фактически они сформировались лишь в XVIII веке. 26 из них относились к мягкому разделу и способствовали «внутреннему укреплению», остальные были объединены в жесткий раздел и развивали внешний, силовой аспект. Мягкие упражнения способствовали развитию зрения и тонкости слуха («Упражнения архатов»), развивали способность лазить по абсолютно гладкой стене («Тигр, путешествующий по стене»), учили передвигаться по замысловатой траектории по вбитым в землю столбикам без потери равновесия («Столбы сливового цветка»).
   Особые упражнения для «размягчения костей» в короткий срок развивали блестящую гибкость и растяжку. Упражнение «Сила орлиных когтей» вырабатывало удивительную цепкость захвата пальцами, необходимую в шаолиньском искусстве заломов и болевых захватов (циньна): бойцы носили на вытянутых руках кувшины, наполненные водой, захватив их пальцами за горлышко, причем вес кувшина доходил до 20 кг. Еще одно упражнение – «Ладонь яркого света» – способствовало выработке резкого выброса внутреннего усилия на расстояние: боец ставил перед собой зажженную свечу и с дистанции 1-1,5 м учился гасить ее потоком ветра от удара.
   Некоторые мастера умели гасить ее на расстоянии восьми шагов. В мягкий раздел тренировки также входили ряд медицинских и дыхательных упражнений, методики массажа, составления и использования бальзамов из многочисленных компонентов – мяты, эвкалипта, гвоздики, березовой и сосновой коры, сосновых иголок, вытяжки из лепестков пионов и роз, свиной крови и многого другого. Отрабатывая упражнения из жесткого раздела «72-х искусств», шаолиньские бойцы тренировались на мешках с песком и галькой, развешивая их в самом замысловатом порядке, причем удары наносились не только руками и ногами, но и головой, пальцами, плечами и даже ягодицами. Укрепляя собственное тело и делая его нечувствительным к ударам, монахи, предварительно втерев в корпус особые бальзамы, наносили сами себе удары тяжелыми палками или каменными молоточками.
   Наставники учили, что сердце должно быть чистым, взгляд ясным, руки быстрыми, центр тяжести опущен вниз, стойки устойчивы. Считается, что если сердце не чисто, то дух приходит в хаос; если взгляд не ясен, то волевой импульс рассеивается; когда удары руками не стремительны, то резко падает эффективность защиты. Если центр тяжести не опущен, то передвижения окажутся далекими от совершенства; если стойки не устойчивы, то любое передвижение будет приводить к потере правильной позиции. Все эти недостатки в шаолиньской традиции именовались «пятью болезнями» (убин), и их следовало преодолевать на самом раннем этапе подготовки. Особое внимание уделялось стойкам, причем этот вид тренировки занимал главное место в течение первых пяти лет подготовки усэнов. Передвижения должны быть не только абсолютно устойчивыми, но и очень легкими, подобно подкрадывающейся кошке.
   В Шаолиньском монастыре существовал особый тест для монахов: на полу раскладывалась полоса тончайшей рисовой бумаги, и боец должен был выполнить на ней комплекс, не порвав бумагу. Другой тест требовал перебраться через реку по плавающим бревнам таким образом, чтобы ни капли воды не попало на ноги. Это умение достигалось поистине удивительной методикой, направленной на достижение особой гибкости тела – цзиньгун («легкое искусство»), когда боец по своему желанию мог менять вес тела. В монастыре «легкое искусство» начинало преподаваться с первых недель занятий, но первых успехов в нем можно было достичь лишь через шесть-семь лет. К XVII—XVIII векам складывается сравнительно стабильный процесс обучения: первоначально все монахи тренировались вместе, затем наиболее достойных передавали лучшим инструкторам в индивидуальное обучение.
   Именно в процессе индивидуального обучения передавались секреты шаолиньского «внутреннего искусства». Самым знаменитым учителем начала XX века становится усэн Чжэньцзюнь (1865—1935), прославившийся своей мудростью, умением воспитывать учеников, буддийской кротостью в сочетании с великолепным боевым мастерством. В шесть лет родители отдали его в один из буддийских монастырей, так как семья полностью разорилась и не могла прокормить детей. В 1879 году он приходит в Шаолиньсы, где способного юношу берет к себе в ученики сам настоятель Шуцин, объясняет ему комплексы хунцюань, тунбицюань, баоцюань, синъиба, искусство боя с полулунной алебардой, медными молотками, парными крюками, девятизвенной цепью и многими другими видами оружия. Ему, одному из немногих, были открыты все секреты шаолиньского «внутреннего искусства».
   Рассказывали, что Чжэньцзюнь мог даже взлететь на высокий утес. Его прямой последователь, будущий настоятель Шаолиня Дэчань вспоминал об одной истории, которая произошла за месяц до кончины Чжэньцзюня. Перед центральным павильоном монастыря могучий старец демонстрировал упражнения с шэньбянь – веревкой с утяжелителем на конце. Чжэньцзюнь вращал веревку с такой скоростью, что стоявшие вокруг монахи стали громко аплодировать. Внезапно он, сделав гигантский прыжок, очутился у трона настоятеля монастыря, возвышавшегося на несколько метров над площадкой. Среди изумленных монахов прошел шепот: «Чудесное мастерство». К этому же времени относится деятельность другого удивительного монаха Сугуана (1891—1917), ставшего самым молодым за всю историю Шаолиня старшим наставником по боевым искусствам. В 16 лет он пришел в монастырь и обучался у Чжэньцзюна. Через два года Сугуан уже блестяще знал более сорока комплексов шаолиньцюань, среди них такие сложнейшие таолу, как синъиба («Овладение формой и волей»), мэйхуацюань, а также владел 18-ю видами оружия. Трагический случай оборвал его жизнь – он умер от воспаления легких в 26 лет. Несмотря на столь малое время, отпущенное ему судьбой, он воспитал немало учеников и среди них – будущего настоятеля Шаолиня Дэчаня.
   Страшные события потрясли монастырь в 1928 году. Шаолиньский монастырь оказался в центре междоусобных войн местных милитаристов, и солдаты одной из армий подожгли монастырь. Пожар бушевал более сорока дней, все усилия монахов оказались тщетны, и монастырь сгорел дотла. Самая страшная потеря заключалась в том, что была уничтожена часть бесценных шаолиньских трактатов, многие схемы и рисунки, в том числе такие знаменитые работы, как «Записки о шаолиньцюань», «Истинные записи о методах шаолиньцюань», «Записи об усэнах Шаолиня», «Потаенный сборник медицинского знания Шаолиньсы», – всего более десяти многотомных произведений, которые считались канонами шаолиньского искусства. Огонь уничтожил доски с вырезанными на них «Хрониками Шаолиньсы», создание которых относится к VI веку – бесценный источник по ранней истории монастыря.
   В период восстановления Шаолиня его настоятелем становится Дэчань (1907—1982). С девяти лет он был монахом этого монастыря, обучался у самого Чжэньцзюня и прославился своими познаниями в традиционной медицине.
   После ухода Дэчаня настоятелем монастыря назначают Хайдэна (Светильник в Море). Будучи нашим современником, Хайдэн оставался фигурой загадочной, почти мистической, хотя о нем печатали статьи, и был даже снят большой документальный фильм. Утверждалось, что этот человек овладел полными методиками «Алмазного пальца», и когда ему было далеко за 70, он мог стоять на двух пальцах одной руки. Легким нажатием пальцев он валил с ног даже могучих шаолиньских бойцов и останавливал соперников взглядом. При этом Хайдэн был невысок ростом, субтилен, выделялся аскетизмом даже среди буддистов. Спал же он исключительно сидя, скрестив ноги.
Чтение онлайн



1 2 [3] 4 5 6 7 8 9 10 11

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация