А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Убить легко" (страница 5)

   Глава 5
   Визит к мисс Уэйнфлит

   – Дайте мне еще подумать… – пробормотал мистер Уэйк. – Бедняжка миссис Рози, потом старый Велл и еще ребенок Элкинс и Гарри Картер – они, правда, не все мои прихожане. Миссис Рози и Картер – сектанты. А мартовские холода унесли старика Бена Стенбери, но ведь ему уже стукнуло девяносто два.
   – Еще в апреле умерла Эми Гиббс, – напомнила Бриджит.
   – Да, бедная девушка. Какая ужасная ошибка!
   Люк пристально посмотрел на Бриджит. Она быстро опустила глаза.
   «Тут что-то не так. С этой Эми что-то нечисто», – подумал Люк.
   Когда они вышли от викария, Люк спросил:
   – Кто такая эта Эми Гиббс?
   Прошло несколько минут, прежде чем Бриджит произнесла явно с трудом:
   – Эми была самая нерадивая горничная, какую я только знала.
   – Поэтому вы ее и уволили?
   – Нет. Но она могла подолгу где-то пропадать и часами кокетничать с молодыми людьми. Гордон большой моралист и придерживается старомодных взглядов. Грешить, по его мнению, не должно раньше одиннадцати вечера, после чего можно давать себе волю. Однажды он все это высказал девушке, а она в ответ надерзила ему.
   – Эми была хорошенькой? – спросил Люк.
   – Даже очень.
   – И она перепутала микстуру от кашля с ядовитой краской?
   – Да.
   – Какая глупость, – посетовал Люк.
   – Вы совершенно правы.
   – Она была глуповатой?
   – Вовсе нет. Очень даже сообразительной.
   Люк украдкой взглянул на Бриджит. И был озадачен. Она отвечала ровным, почти равнодушным тоном, но он чувствовал, что девушка что-то недоговаривает.
   Высокий мужчина снял шляпу и сердечно приветствовал Бриджит.
   Она остановилась и представила ему Люка:
   – Это мой кузен, мистер Фицвильям, который остановился у нас в поместье. Он приехал сюда писать книгу. А это мистер Эббот.
   Люк с интересом посмотрел на Эббота. Это был тот самый адвокат, в конторе которого не задержался Томми Пирс.
   Люк всегда испытывал предубеждение к адвокатскому сословию, основанное на том, что слишком многие политики выбивались из их братии. Кроме того, его всегда раздражала страсть к пустословию и крючкотворству. Однако мистер Эббот не вполне соответствовал этому типу – он никак не походил на тощего зануду с плотно поджатыми тонкими губами. Это был крупный, цветущий мужчина с открытыми, приветливыми манерами. К уголкам его глаз сбегались тонкие веселые морщинки. Но сами глаза были намного жестче, чем это могло показаться на первый взгляд.
   – Так вы пишете книгу? Роман?
   – Мистер Фицвильям собирает местный фольклор, – пояснила Бриджит.
   – Тогда вы выбрали самое удачное место, – одобрил адвокат. – Места здесь у нас необыкновенные.
   – Я уже в этом убедился, – сказал Люк. – Осмелюсь просить вас о помощи. Возможно, вы встречались с какими-либо любопытными случаями, связанными с местными суевериями? Или вам известны какие-то старинные обычаи?
   – К сожалению, я мало знаком со всем этим, хотя, возможно, и знаю кое-что.
   – Ходят ли здесь, к примеру, слухи о привидениях? – спросил Люк.
   – Тут я ничего не могу вам сказать.
   – Или о домах, населенных духами?
   – Нет… я не слышал ни о чем таком.
   – Существуют еще суеверия, связанные с детьми, – не унимался Люк. – Если, к примеру, какой-нибудь мальчик умирает насильственной смертью… то его дух бродит где-то поблизости. (Интересно, что подобное говорят только о мальчиках и никогда о девочках…)
   – Да-да, интересно, – кивнул адвокат. – Только я ни о чем подобном не слышал.
   Поскольку Люк только что все это выдумал, в словах адвоката не было ничего удивительного.
   – Здесь, кажется, жил мальчик… Томми. Он ведь одно время служил у вас в конторе? Не удивлюсь, если местные жители считают, будто его душа бродит где-то поблизости…
   Розовощекое лицо мистера Эббота мгновенно побагровело.
   – Томми Пирс? Прости грешную душу этого назойливого маленького негодяя.
   – Мне кажется, что именно духи смутьянов и бродят по земле. Добропорядочные граждане после смерти редко беспокоят этот мир.
   – Неужели кто-то видел дух Томми? Что за странная история?!
   – Трудно определить источник. Никто напрямик не говорит об этом. Слухи обычно витают в воздухе.
   – Да-да… пожалуй, что так.
   Люк поспешил сменить тему разговора:
   – Скорее всего, мне следует поинтересоваться этим у местного врача. Врачи многое слышат от своих пациентов, простого люда. О разных суевериях и колдовстве, любовных приворотах и прочей чепухе.
   – Тогда вы должны поговорить с доктором Томасом. Добрый малый, наш доктор, но вполне идущий в ногу со временем. Совсем не похож на бедного Хамблби.
   – Тот слыл реакционером, не так ли?
   – Еще каким, совершенно упертым бараном.
   – Вы, кажется, крупно повздорили с ним в связи с проектом новой системы водоснабжения, я права? – вмешалась Бриджит.
   Густой румянец снова залил лицо мистера Эббота.
   – Хамблби камнем стоял на пути прогресса, – резко сказал он. – Он выступал против нового проекта! Должен сказать, доктор не стеснялся в выражениях. Я и по сей день помню его слова. За подобные оскорбления можно было бы привлечь его к судебной ответственности.
   – Но вы же адвокат, а адвокаты не любят судиться, – заметила Бриджит. – Они слишком хорошо знают законы.
   Эббот разразился громким смехом. Его гнев погас столь же быстро, как и вспыхнул.
   – Прекрасно сказано, мисс Бриджит! И вы недалеки от истины. Да, мы, слуги Фемиды, слишком хорошо знаем законы, ха-ха-ха! Ну что ж, я должен идти. Загляните ко мне как-нибудь, если решите, что я смогу быть вам чем-то полезен, мистер… э…
   – Фицвильям, – напомнил ему Люк. – Благодарю вас, я воспользуюсь вашим предложением.
   Они прошли еще немного. Бриджит сказала:
   – Ваш метод, насколько я успела заметить, заключается в том, чтобы задать провокационный вопрос собеседнику и посмотреть, как он на него отреагирует.
   – Он не слишком-то хорош, вы это хотите сказать?
   – Именно так.
   Люк почувствовал некоторую неловкость, не зная, что ей ответить. Но прежде чем он нашелся, Бриджит сказала:
   – Если вас интересуют подробности, связанные с Эми Гиббс, то я знаю, к кому мне следует вас отвести.
   – И к кому же?
   – К мисс Уэйнфлит. Эми жила у нее после того, как покинула поместье «Эш». Она умерла в ее доме.
   – О… – Предложение Бриджит было как нельзя кстати. – Спасибо, буду вам очень признателен.
   – Ее дом неподалеку отсюда.
   Они прошли через городской парк. Кивнув в сторону большого, выстроенного в георгианском стиле дома, на который Люк обратил внимание накануне, Бриджит пояснила:
   – Это «Вич-Холл». Теперь здесь библиотека.
   К «Холлу» примыкал маленький домик, казавшийся почти кукольным. Ступени крыльца были выскоблены до белизны, дверной молоток начищен до блеска, а занавески на окнах выставляли напоказ свою крахмальную свежесть.
   Бриджит толкнула калитку, и они подошли к крыльцу.
   В следующий момент передняя дверь распахнулась. На пороге появилась пожилая женщина.
   По мнению Люка, она полностью соответствовала представлению о деревенской старой деве. Ее худая фигурка была облечена в аккуратный твидовый костюм и серую шелковую блузку с брошью из желтоватого топаза. На голове с достоинством восседала шляпка. У мисс Уэйнфлит было приятное лицо, а глаза за стеклами пенсне светились живым умом. Весь ее облик напомнил Люку тех проворных черных коз, которых он видел в Греции. Она взглянула на него с легким удивлением.
   – Доброе утро, мисс Уэйнфлит, – поздоровалась Бриджит. – Это мистер Фицвильям. – Люк поклонился. – Он пишет книгу о насильственных смертях, деревенских преданиях и вообще о разных ужасах.
   – О господи! – воскликнула мисс Уэйнфлит. – Как интересно!
   В ее глазах, обращенных на Люка, вспыхнуло любопытство. Она чем-то напомнила ему мисс Пинкертон.
   – Я подумала, – сказала Бриджит, и в ее словах снова зазвучала ирония, – что вы могли бы ему помочь. Он хотел послушать об Эми Гиббс.
   – О, – выдохнула мисс Уэйнфлит. – Об Эми? Ну да, об Эми Гиббс.
   В ее глазах появилось новое выражение, и Люк понял, что она пытается оценить его.
   Затем, словно приняв решение, мисс Уэйнфлит открыла дверь.
   – Входите, пожалуйста, – пригласила она. – Я могу отложить свои дела на потом. Нет-нет, – закивала она в ответ, видя протест Люка, – ничего спешного у меня нет. Собиралась всего лишь кое-что купить по хозяйству.
   В маленькой гостиной все сияло чистотой, приятно пахло лавандой. На каминной полке в жеманных позах красовались пастухи и пастушки из дрезденского фарфора. На стене висело несколько акварелей, две пастели и три вышитые шелком картины. Там же висели фотографии – видимо, племянников и племянниц. Вся мебель отличалась добротностью – чиппендейлский[6] стол, несколько маленьких столиков из светлого дерева и неказистый, неудобный диван времен королевы Виктории.
   Мисс Уэйнфлит предложила гостям кресла, потом, извинившись, сказала:
   – Я сама не курю, поэтому не держу сигарет, но вы, если хотите, курите, не стесняйтесь.
   Люк отказался, однако Бриджит тут же затянулась сигаретой. Мисс Уэйнфлит, сидевшая очень прямо в кресле с изогнутыми подлокотниками, некоторое время изучала своих гостей, потом опустила глаза, вроде бы оставшись довольной.
   – Так что вы хотите знать о бедняжке Эми? Это очень печальная история, которая повергла меня в ужасное состояние. Такая трагическая ошибка…
   – А не могло ли это быть… э… самоубийством? – осторожно спросил Люк.
   – Нет, я ни на секунду не поверю в это. Эми была не из таких.
   – А из каких? – напрямик спросил Люк. – Мне хотелось бы услышать ваше суждение о ней.
   – Честно говоря, служанкой она была никуда не годной. Но в наше время выбирать не приходится. Спасибо, что нашлась хоть такая. Она все делала наспех и постоянно стремилась уйти погулять. Конечно, она была так молода… теперь все девушки таковы. Они ни о чем не хотят задумываться.
   Люк изобразил на лице понимание, и мисс Уэйнфлит продолжила развивать тему:
   – Не могу сказать, что мне нравилось ее поведение – слишком дерзкая, хотя не следует говорить о ней теперь плохо, когда бедняжки нет в живых. Это не по-христиански… хотя я не считаю нужным скрывать правду.
   Люк кивнул. Он догадался, что мисс Уэйнфлит отличается от мисс Пинкертон логичностью суждений и глубиной ума.
   – Она обожала, когда ею восхищались, – продолжала мисс Уэйнфлит. – Бедняжка слишком много о себе возомнила. Мистер Эллсворти – он держит антикварную лавку, хоть и настоящий джентльмен – сделал с нее пару набросков акварелью. Это так вскружило Эми голову, что она разругалась с Джимми Харви, молодым человеком, с которым была помолвлена. Он работает механиком в гараже. Джимми очень ее любил.
   Мисс Уэйнфлит помолчала, потом продолжила:
   – Никогда не забуду той ужасной ночи. Эми неважно себя чувствовала – сильно простудилась (и немудрено, если носить эти дурацкие шелковые чулки и туфли на тонкой подошве). После обеда она сходила к доктору.
   – К Хамблби или Томасу? – быстро спросил Люк.
   – К доктору Томасу. Он дал ей бутылку микстуры от кашля, которую она принесла с собой. Что-то совсем безвредное, я так думаю. Она рано легла спать, и где-то, должно быть, в час ночи я услышала ужасные звуки, как если бы кто-то задыхался. Я поспешила наверх и попыталась открыть дверь в комнату Эми, но она оказалась запертой изнутри. Я стала звать Эми, но она не откликалась. Кухарка была со мной. Мы обе ужасно перепугались и выбежали на улицу. К счастью, Рид, наш констебль, как раз совершал ночной обход. Мы позвали его. Он забрался по водосточной трубе на крышу, а оттуда через открытое окно в комнату Эми. Затем отпер нам дверь. Бедняжка! Это было ужасно! Ничего сделать уже было нельзя, и она умерла в больнице через несколько часов.
   – Она выпила… краску для шляпок?
   – Да, в ней содержится щавелевая кислота, как говорят. Бутылка была примерно такого же размера, что и с микстурой, которую потом обнаружили на умывальнике. Бутылка с краской стояла около ее кровати. Она, вероятно, перепутала их в темноте. Такова была версия следствия.
   Мисс Уэйнфлит замолчала. Ее умные глаза внимательно смотрели на Люка, и ему показалось, будто в их глубине скрывается нечто значительное. У него появилось чувство, что она что-то недоговаривает. Вместе с тем он был почти уверен, что Уэйнфлит по какой-то причине хочет, чтобы он это понял.
   Потом последовало молчание – долгое и неловкое. Люк чувствовал себя актером, забывшим свою роль. В конце концов он несмело спросил:
   – Вы не допускаете мысли, что это самоубийство?
   – Решительно нет, – заявила мисс Уэйнфлит. – Если бы Эми задумала свести счеты с жизнью, она приняла бы что-нибудь более подходящее. Краска старая, она, вероятно, хранилась у нее не один год. Кроме того, как я вам уже говорила, Эми была не из таких.
   – Тогда что же произошло на самом деле, как вы считаете? – напрямую спросил Люк.
   – Полагаю, это просто несчастный случай. – Она поджала губы и глянула ему прямо в лицо.
   В тот момент, когда Люк мучительно пытался сообразить, что бы еще сказать, за дверью послышалось мяуканье.
   Мисс Уэйнфлит поднялась и открыла дверь, в которую осторожно вошел великолепный рыжий персидский кот. Он приостановился, неодобрительно посмотрел на гостя, потом запрыгнул на ручку кресла мисс Уэйнфлит.
   Она заговорила с ним воркующим голосом:
   – Откуда ты пришел, мой Пух? Где пропадал все утро?
   Это имя показалось Люку знакомым. Где-то он уже слышал о персидском коте по имени Пух.
   – Какой красавец. Он у вас давно? – спросил Люк.
   Мисс Уэйнфлит покачала головой:
   – О нет. Он принадлежал моей ближайшей приятельнице, мисс Пинкертон. После того как она погибла под этими ужасными колесами, я не могла допустить, чтобы Пух попал в чужие руки. Лавиния бы страшно огорчилась. Она просто боготворила его. Действительно красавец, не правда ли?
   Люк еще раз выразил свое восхищение котом.
   – Осторожней с его ушками, – предупредила мисс Уэйнфлит. – Последнее время они его сильно беспокоят.
   Люк ласково погладил кота. Тем временем Бриджит поднялась со стула.
   – Нам пора идти, – сказала она.
   Мисс Уэйнфлит пожала Люку руку.
   – Возможно, мы с вами скоро увидимся, – сказала она.
   – Я на это искренне надеюсь, – тепло отозвался Люк.
   Ему показалось, что мисс Уэйнфлит озадачена и слегка разочарована. Она бросила взгляд на Бриджит – быстрый, с каким-то намеком. Люк почувствовал, что между женщинами существует взаимопонимание, недоступное ему. Это нервировало Люка, и он пообещал себе как можно скорей добраться до сути.
   Мисс Уэйнфлит вышла проводить их.
   Люк задержался на минуту на верхней ступеньке, любуясь чопорной красотой местного парка и прудом с плавающими утками.
   – Изумительное, нетронутое место, – заметил он.
   Лицо мисс Уэйнфлит просветлело.
   – Да, вы правы, – оживилась она. – Парк точно такой, каким я помню его с детства. Знаете, мы жили в «Холле», но когда дом перешел моему брату, он не захотел в нем оставаться. По правде говоря, просто не смог содержать его, поэтому дом пошел с молотка. Подрядчик собирался приобрести его, чтобы, как он выразился, «усовершенствовать». К счастью, лорд Уитфилд вмешался в это дело и купил дом. Одним словом, он его спас, превратив в музей и библиотеку, – там и вправду все осталось практически нетронутым. Дважды в неделю я выполняю обязанности библиотекаря – безвозмездно, разумеется. Не могу выразить словами, какое это наслаждение находиться в родном доме, зная, что его не изуродовали вандалы. Дом и в самом деле прекрасен. Вы должны как-нибудь посетить наш маленький музей, мистер Фицвильям. У нас есть интересное собрание местных предметов быта.
   – С удовольствием принимаю ваше приглашение, мисс Уэйнфлит.
   – Лорд Уитфилд настоящий благодетель Вичвуда, – заявила мисс Уэйнфлит. – И меня очень огорчает, что некоторые здешние жители не благодарны ему.
   Она поджала губы. Люк не стал задавать больше вопросов, и они распрощались.
   За калиткой Бриджит сказала:
   – Вы хотите продолжить исследования или мы вернемся домой берегом реки? Это была бы прекрасная прогулка.
   Люк обрадовался. Ему больше не хотелось продолжать расспросы под чутким наблюдением Бриджит.
   – Конечно, давайте прогуляемся.
   Они пошли по Хай-стрит. На одном из последних домов красовалась вывеска, на которой позолоченными буквами было выведено: «Антиквариат». Люк заглянул сквозь витрину в прохладную темноту лавки.
   – Я вижу очень даже неплохое обливное керамическое блюдо, – заметил он. – Интересно, сколько за него просят?
   – Хотите, зайдем и справимся у хозяина? – предложила Бриджит.
   – Вы не против? Мне нравится рассматривать посуду в антикварных лавках. Иногда можно купить по дешевке что-нибудь стоящее.
   – Боюсь, здесь вам это не удастся, – сухо заметила Бриджит. – Должна вам заметить, что Эллсворти знает цену своим вещам.
   Дверь оказалась открытой. В прихожей стояло несколько столиков с фарфоровой и оловянной посудой. По обе стороны располагались комнаты, полные всякой всячины.
   Люк вошел в одну из них и взял керамическое блюдо. Тут из-за орехового стола времен королевы Анны, стоявшего в глубине комнаты, появилась высокая темная фигура.
   – А, дорогая мисс Конвей, рад вас видеть, – пропел хозяин лавки.
   – Доброе утро, мистер Эллсворти.
   Это был весьма изящный молодой человек, облаченный в красновато-коричневый костюм из грубой ткани. Его отличали продолговатое бледное лицо, женский маленький рот, длинные черные волосы и жеманная походка.
   Бриджит представила ему Люка. Хозяин мгновенно переключил на него свое внимание:
   – Это старинное английское блюдо из обливной керамики. Великолепное изделие, не правда ли? Я обожаю свои вещицы и, должен признаться, с большой неохотой расстаюсь с ними. Но я всегда мечтал жить в сельской местности и держать маленькую лавку. Вичвуд восхитительное место – здесь какая-то особая атмосфера.
   – Художественная натура, мистер Эллсворти, – негромко обронила Бриджит.
   Эллсворти повернулся к ней, всплеснув длинными белыми кистями рук.
   – О, только не это ужасное слово, мисс Конвей. Нет-нет, умоляю вас. Не говорите, что у меня есть художественный вкус – я этого не вынесу. Ну да, я и в самом деле не держу у себя домотканую материю и битые оловянные кружки. Но я всего лишь лавочник, вот и все.
   – Но ведь вы и в самом деле художник, разве не так? – спросил Люк. – Я слышал, вы пишете акварели, верно?
   – Кто вам это сказал?! – воскликнул мистер Эллсворти, всплеснув руками. – Эта деревня – само очарование, но здесь ничего нельзя держать в секрете! Вот поэтому мне тут безумно нравится. Не то что в больших городах, где все заняты исключительно собственной персоной и никому дела нет друг до друга! Болтовня и даже сплетни прелестны, если только воспринимать их правильным образом!
   Люк пропустил мимо ушей излияния мистера Эллсворти и вернулся к своему вопросу:
   – Мисс Уэйнфлит говорила нам, что вы сделали несколько набросков одной девушки – Эми Гиббс.
   – О, Эми! – воскликнул хозяин лавки. Он отступил немного назад и, взяв в руки пивную кружку, принялся внимательно ее разглядывать. – Разве? О да, припоминаю, я и в самом деле сделал пару набросков.
   Казалось, вопрос Люка выбил его из колеи.
   – Она была очень хорошенькой, – заметила Бриджит.
   – О, вы так считаете? – спросил он. – Мне всегда казалось, что она простушка. Если вас интересует керамика, – переключился Эллсворти на Люка, – то у меня есть парочка обливных керамических птичек – восхитительные вещицы.
   Люк, однако, не выказал особого интереса к птицам, а справился о цене блюда.
   Эллсворти назвал цифру.
   – Благодарю вас, – сказал Люк, – но я не думаю, что вправе лишать вас этой вещи.
   – Вы не поверите, но я всегда испытываю облегчение, – воскликнул Эллсворти, – когда вещь остается со мной! Глупо с моей стороны, вы не находите? Знаете, я уступлю вам блюдо меньше чем за гинею. Ведь оно вам понравилось, а это меняет дело. Кроме того, это все же лавка!
   – Нет, спасибо, – отказался Люк.
   Мистер Эллсворти проводил их к выходу и помахал на прощанье руками. Люк нашел их весьма неприятными, даже не бледными, а какими-то неестественно зеленоватыми.
   – Ну и противный же тип этот ваш мистер Эллсворти, замечу я вам, – сказал он Бриджит, когда они отошли от антикварной лавки.
   – Вульгарный ум и вульгарные манеры, – отозвалась Бриджит.
   – Зачем он на самом деле приехал в такое место, как Вичвуд? – спросил Люк.
   – Подозреваю, что он увлекается черной магией. Не то чтобы устраивает черную мессу, но нечто в этом роде. Репутация Вичвуда ему как нельзя кстати.
   – О господи! Но это именно тот парень, который мне нужен. Следует поговорить с ним на этот предмет.
Чтение онлайн



1 2 3 4 [5] 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация