А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Убить легко" (страница 21)

   Глава 23
   Начать сначала

   – Но я ничего не понимаю, – произнес лорд Уитфилд. – Решительно не понимаю.
   Он делал все усилия, чтобы сохранять достоинство, однако под его напыщенностью явно просматривалось замешательство. Лорд с трудом мог воспринимать то, что ему говорили.
   – Однако это так, лорд Уитфилд, – терпеливо отвечал ему Баттл. – Начнем с того, что в ее семье были люди с психическими отклонениями. Мы только недавно об этом узнали. Такое довольно часто случается в старинных семьях, где нередки родственные браки. Можно сказать, у нее имелась к этому предрасположенность. И потом, она была леди с амбициями, а им не суждено было осуществиться. Сначала не удалась карьера, потом и личная жизнь. – Он прокашлялся. – Как я понимаю, вы ее бросили.
   – Мне не нравится слово «бросил», – чопорно заявил лорд Уитфилд.
   Суперинтендант поспешил исправиться:
   – Ну, скажем, расторгли помолвку?
   – Да.
   – Расскажите, Гордон, почему, – попросила Бриджит.
   Лорд Уитфилд густо покраснел:
   – Ну хорошо, если вы настаиваете… У Гонории была канарейка, которую она просто обожала. Она брала сахар прямо с ее губ. А однажды вместо этого взяла да и сильно клюнула. Гонория пришла в ярость, схватила канарейку и… свернула ей шею! После этого я больше не мог испытывать к ней прежних чувств. Я сказал, что мы оба ошиблись.
   Баттл понимающе кивнул:
   – С этого все и началось! Как она сказала мисс Конвей, все свои помыслы и незаурядные способности она обратила на одну-единственную цель.
   – Подстроить все так, чтобы меня объявили убийцей? – недоверчиво спросил лорд Уитфилд. – Не могу в это поверить.
   – Но это правда, Гордон, – вмешалась Бриджит. – Вы же сами удивлялись невероятности того, что все, кто перечил вам, неизбежно погибали.
   – Но для этого имелись причины.
   – Причиной была Гонория Уэйнфлит, – сказала Бриджит. – Поймите же, наконец, Гордон, что Томми Пирса вытолкнула из окна не рука Провидения и все остальные жертвы тоже погибли от рук Гонории.
   Лорд Уитфилд покачал головой.
   – Мне это кажется совершенно невероятным! – упорно повторил он.
   – Вы говорили, будто не далее как сегодня утром вам звонили по телефону? – спросил Баттл.
   – Да, около двенадцати. Якобы по поручению Бриджит. Меня просили срочно прийти в Шо-Вуд, потому что вы, Бриджит, хотите мне что-то сказать. К тому же пешком, а не на машине.
   Баттл кивнул:
   – Именно так. Это был бы финал. Мисс Конвей обнаружили бы с перерезанным горлом, а рядом с ней нож – ваш нож, с вашими же отпечатками пальцев! А вас самого наверняка кто-нибудь заметил бы поблизости в это время дня! И тогда вам из этого ни за что бы не выпутаться. Любой суд признал бы вас виновным.
   – Меня? – воскликнул лорд Уитфилд, пораженный. – Неужели кто-то мог бы поверить в то, что я совершил такое?
   – Я никогда бы не поверила, Гордон, – мягко сказала Бриджит. – Никогда.
   Лорд Уитфилд холодно посмотрел на нее и напыщенно произнес:
   – Учитывая мои заслуги перед страной и мое положение в обществе, я не поверю, чтобы кто-то хоть на минуту мог поверить столь чудовищным обвинениям!
   И он с гордым видом покинул комнату.
   – Он так никогда и не поймет, что и в самом деле подвергался опасности! – заметил Люк. – Расскажи нам, Бриджит, с чего ты начала подозревать мисс Уэйнфлит? – обратился он к девушке.
   – С того момента, как ты сказал, что убийца – Гордон, – пояснила Бриджит. – Я не могла в это поверить! Я знала его как свои пять пальцев! Знала, что он напыщенный, глуповатый и самодовольный, но, кроме того, была уверена, что он добр и до смешного мягкосердечен. Он не мог убить бы даже осу. Так что история про то, как он свернул шею канарейке, – чистая ложь! Он просто не в состоянии был это сделать. Я слышала, будто он бросил Гонорию Уэйнфлит. А ты сказал мне, что все было наоборот. Такое вполне возможно! Гордость могла бы не позволить Гордону сознаться в том, что его отвергли. Но только не история с канарейкой! Только не Гордон! Он даже не охотится, потому что при виде смерти – любой – ему становится дурно!
   Так что я точно знала: эта история – ложь. А если так, то мисс Уэйнфлит солгала. Причем это была весьма экстраординарная ложь! Тогда у меня возник вопрос: а не лжет ли она и в другом? Она женщина гордая – это сразу видно. Разрыв помолвки лордом Уитфилдом должен был больно ранить ее самолюбие. У нее могли возникнуть злобные и мстительные чувства к нему – особенно после того, как он вернулся в Вичвуд богатым и знатным. Да, подумала я, она могла бы упиваться местью, пытаясь выставить его преступником. И тогда меня осенила внезапная мысль: а что, если Уэйнфлит лжет во всем остальном? И я вдруг поняла, как такая умная женщина могла бы с легкостью одурачить мужчину! И я подумала: «Хоть это и кажется невероятным, но предположим, что это она убила всех этих людей и внушила Гордону мысль о небесном возмездии!» Ей ничего не стоило убедить его в этом. Как я уже говорила тебе, Гордон способен поверить во что угодно! Значит, она могла совершить все эти убийства. Очень даже могла! Ей ничего не стоило столкнуть с мостика пьяного Картера и выпихнуть парнишку из окна, а Эми Гиббс вообще умерла в ее доме. С мисс Хортон тоже все просто. Гонория Уэйнфлит не раз навещала ее, когда та была больна. А вот с доктором Хамблби ничего не выходило. Тогда я не знала про гноящиеся ушки Пуха и про то, что она перевязала руку доктора зараженным бинтом. С мисс Пинкертон – еще хуже, потому что я не могла представить себе мисс Уэйнфлит переодетой шофером за рулем «Роллс-Ройса».
   Но потом, внезапно, я поняла, что это как раз проще всего! Резкий толчок в спину – что легко сделать в толпе. Машина не остановилась, и тогда она назвала одной из свидетельниц номер «Роллс-Ройса» лорда Уитфилда.
   Разумеется, я лишь сумбурно представляла себе все это. Но если Гордон точно не убийца – а я знала наверняка, что это так, – то кто тогда? Ответ был очевиден. «Тот, кто ненавидит Гордона!» А кто его ненавидел? Гонория Уэйнфлит!
   Но потом я вспомнила, что мисс Пинкертон говорила об убийце-мужчине. Это разрушило всю мою теорию, потому что мисс Пинкертон не стали бы убивать, будь она не права… Поэтому я заставила тебя повторить слово в слово все, что говорила тебе мисс Пинкертон, и обнаружила: она ни разу не сказала слово «мужчина». Тут-то я и поняла, что напала на верный след! И тогда решила принять приглашение мисс Уэйнфлит, остановиться у нее и попытаться докопаться до истины.
   – Не сказав мне ни слова? – возмутился Люк.
   – Но, дорогой мой, ты был так уверен в своей правоте, а у меня имелись одни лишь домыслы! Впрочем, у меня и в мыслях не было, что я подвергаюсь опасности. Я думала, у меня еще достаточно времени… – Она поежилась. – О, Люк! Это было ужасно… Ее глаза… И этот жуткий, проникновенный, нечеловеческий смех…
   – Слава богу, что мне удалось подоспеть в последнюю минуту… – с легкой дрожью в голосе сказал Люк.
   Он повернулся к Баттлу:
   – Как она сейчас?
   – Дошла до последней стадии, – ответил суперинтендант. – С ними такое бывает. Не могут пережить того, что кто-то оказался умнее их.
   – Да, никудышный я полицейский, – сокрушенно сказал Люк. – Мне и в голову не приходило заподозрить Гонорию Уэйнфлит. Вы бы справились с этим гораздо лучше, Баттл.
   – Может, да, а может, и нет, сэр. Вспомните мои слова, что в преступлении не бывает ничего невероятного. Кажется, я тогда упоминал и старую деву.
   – А также архиепископа и школьницу! Я правильно понял, что вы рассматриваете всех этих людей как потенциальных преступников?
   Улыбка Баттла сменилась усмешкой.
   – Я лишь имел в виду, что преступником может быть кто угодно.
   – За исключением Гордона, – возразила Бриджит. – Пойдем, Люк, поищем его.
   Они отыскали лорда Уитфилда в его кабинете, озабоченно делающего какие-то пометки.
   – Гордон, – ласково произнесла Бриджит. – Теперь, когда вы все знаете, простите ли вы нас?
   Лорд Уитфилд милостиво посмотрел на нее:
   – Конечно, моя дорогая, конечно. Я был занятым человеком и пренебрегал вами. Правильно как-то заметил Киплинг: «Тот путешествует быстрее, кто путешествует один». И путь мой – в одиночестве. – Он расправил плечи. – На мне лежит большая ответственность. И я должен нести ее в одиночку. У меня не может быть спутников или помощников. Я должен пройти по жизни один – пока не рухну где-нибудь на обочине.
   – Дорогой Гордон! – воскликнула Бриджит. – Вы так великодушны!
   Лорд Уитфилд нахмурился:
   – Дело вовсе не в том, великодушен ли я. Давайте оставим все эти глупости. У меня полно дел.
   – Да, я знаю.
   – Я готовлю к печати серию статей о преступлениях, совершенных женщинами на протяжении всей истории Англии.
   Бриджит восхищенно посмотрела на него:
   – Гордон, по-моему, это замечательная мысль.
   Лорд Уитфилд выпятил грудь:
   – Так что, пожалуйста, оставьте меня. Мне не следует отвлекаться. Мне нужно проделать большую работу.
   Люк и Бриджит вышли из кабинета на цыпочках.
   – Но он действительно великодушен! – сказала Бриджит.
   – Мне кажется, что ты и в самом деле была неравнодушна к нему, Бриджит!
   – Знаешь, Люк, мне тоже так кажется.
   Люк выглянул в окно.
   – Буду счастлив уехать из Вичвуда. Не нравится мне это место. Как говорит мисс Хамблби, здесь слишком много зла. Этот гребень Эш так грозно нависает над городом.
   – Кстати, о гребне Эш. Что там с Эллсворти?
   Люк несколько сконфуженно засмеялся:
   – Ты имеешь в виду кровь на его руках?
   – Да.
   – Они принесли в жертву белого петуха!
   – Боже, как отвратительно!
   – Кажется, нашего мистера Эллсворти ждут неприятности. Баттл готовит ему небольшой сюрприз.
   – А бедный майор Хортон и не думал убивать свою жену; а мистер Эббот, полагаю, всего лишь получил компрометирующее его письмо от какой-то дамы; а доктор Томас – просто замечательный врач и скромный молодой человек.
   – Да он просто надменный осел!
   – Ты так говоришь только потому, что ревнуешь его к женитьбе на Рози Хамблби.
   – Слишком уж она хороша для него.
   – Я всегда подозревала, что она нравилась тебе больше, чем я!
   – Дорогая, что за глупости?
   – Прости.
   Она с минуту помолчала, потом спросила:
   – Люк, я тебе сейчас нравлюсь?
   Он шагнул было к ней, но она отстранилась от него.
   – Я спросила, «нравлюсь», а не «любишь».
   – А! Да… очень нравишься, Бриджит… и к тому же я люблю тебя.
   – И ты мне нравишься, Люк…
   Они улыбнулись друг другу – немного застенчиво, словно только что подружившиеся на празднике дети.
   – Нравиться, на мой взгляд, гораздо важнее, чем любить. Это надолго. А я хочу, чтобы то, что есть между нами, длилось очень долго. Я не хочу, чтобы мы просто любили друг друга и поженились, а потом надоели бы друг другу и захотели связать свою жизнь с кем-то другим.
   – Да, любовь моя, я понимаю. Ты хочешь настоящего. И я тоже. И то, что есть между нами, будет длиться вечно, потому что это и есть настоящее!
   – Правда, Люк?
   – Правда, милая. Вот почему я боялся любить тебя.
   – И я тоже боялась.
   – А сейчас?
   – Нет.
   – Мы были рядом со смертью долгое время. Но теперь – все позади! И теперь мы начинаем жить…
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 [21] 22

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация