А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Ликвидаторы" (страница 21)

   Спать. Только спать. Никакого душа. Никакой еды. Спать…
   Позади лязгнула тяжелая переборка, отсекая Илану, но Воронин уже не услышал. И как скутер стартовал вверх, к транспортному кораблю – тоже. Сон. Сон. Сон. Пусть впереди дорога до звездолета, а дальше на нем – до Ламура… Сон…

   Потом, пройдя первичную деактивацию бронекожи, бактерицидную стерилизацию всего оружия и снаряжения, горячий душ и «порошковую» обработку, они сидели втроем возле медицинского отсека. Ждали, когда выйдет врач и скажет что-нибудь о здоровье Быкана.
   Врач вышел. Стянул прозрачную пластиковую маску, полностью закрывавшую лицо, отключил подачу кислорода, посмотрел на бойцов «сто семнадцатой».
   – Прощаться будете?
   Вот так. Коротко и без соплей. Без обнадеживающих слов. Всего два слова. Приговор.
   Клещ поднялся первым. Кивнул. Тяжело ступая, побрел к двери – так, словно шел навстречу палачу, к собственной виселице.
   – Стойте! Туда нельзя без защиты! Это опасно для вас!
   – К черту! – Клещ даже не подумал испугаться, защитить лицо кислородной маской, как это делал врач.
   Белоснежка и Отец вошли следом.
   …Быкана было трудно узнать. Теперь даже лицо у него распухло, глаза заплыли.
   – Игорь… – позвал Клещ, и Сергей невольно обратил внимание на то, что сержант, оказывается, помнит имя своего бойца.
   Быкан не открыл глаз, но шевельнулся – узнал командира «сто семнадцатой» по голосу.
   – Клещ… – невнятно прохрипел он, – умираю я…
   Сержант замялся, не ответил – еще только начал думать, как соврать, а Быкан уже остановил:
   – Не надо, Клещ… Скажи… Выходит, все напрасно? Все наши погибли напрасно?
   – Что ты! – возмутился командир «Метлы-117», взял умиравшего за горячую руку, аккуратно провел загрубевшими пальцами по распухшей плоти. – Что ты! Как же напрасно?! Мы только начали работу! Нас сменила «Метла-119». Мы оставили лагерь, защиту, собранную информацию, подготовили материалы для площадки геологов. На Илану придут люди! Много людей! Сначала геологи и наши, из отрядов тотальной зачистки! Потом придут другие! Рабочие! Инженеры! Они проложат хорошие асфальтовые дороги. Возведут настоящие дома. Будет город, красивый город, как здесь, на Ламуре! Там поселятся люди, Игорь! Придет время, они поблагодарят нас всех! Тебя! Меня! Каждого из «сто семнадцатой»! Они назовут улицы в городе нашими именами. Это традиция, Игорь! Так делают всегда. За то, что мы подарили людям новый мир…
   – Гарик я… – прохрипел Быкан. – Мама так называла. Гарик Михалев…
   – Я запомню, Гарик.
   – Значит, не напрасно?
   – Конечно, нет! Не напрасно! Ты спи! Спи… Скоро боль пройдет, все у тебя будет хорошо…
   Но тот не унимался.
   – Не напрасно. Все-таки мы надрали задницу этой планете… – Быкан хотел приподняться на ложе. Не вышло.
   Только приоткрыл глаза – узкие щелочки. Долго смотрел на Сергея, все не мог узнать. Потом разобрался, кто перед ним.
   – Белоснежка! Ты слышал, что сказал сержант Клещ? Ты классный парень, Белоснежка… Мы все… все… классные парни…
   Он странно дернулся, а потом затих. Голова свесилась набок.
   Отец шмыгнул носом. Не смог совладать с мышцами лица, отвернулся к стене.
   – Что теперь? – глухо спросил Воронин, чужими, деревянными губами.
   – Что теперь?! – передразнил Клещ. – Теперь медики будут вскрывать тело! Изучать, на какие внутренние органы и как именно подействовал неизвестный яд! Будут синтезировать антидот… Пошли, не надо мешать. На выход, «Метла-117»!
   Один за другим, они покинули отсек, где успокоился Быкан. Напоследок Илана забрала в качестве платы за вторжение еще одну жизнь.

   …Их вновь прогнали через блок санобработки и обеззараживания, после того как побывали в палате умиравшего Быкана. Все трое отнеслись к этому абсолютно спокойно, молча вынесли и солнечный душ под бактерицидными лампами, и паровую камеру, и порошок-стерилизатор, и горячие тугие струи водометов, которыми закончилась длинная процедура.
   Корабль опустился не на общем космодроме Ламура, принимавшем обычные суда – он зашел на посадку рядом с базой ликвидаторов, в особой зоне, огороженной тройными рядами колючей проволоки под напряжением.
   Оттуда Клеща, Отца и Белоснежку в очередной раз отправили в блок санобработки, уже стационарный, где все происходило еще медленнее, но после приключений на Илане бойцов «сто семнадцатой» трудно было вывести из равновесия.
   Когда все это закончилось, они оказались на территории знакомой базы, только вошли не через главный вход, с надписью «Я стреляю, следовательно, я существую», а через дополнительный КПП, откуда был путь только на космодром. Когда-то очень давно, в другой реальности, «Метла-117» в полном составе погрузилась там на борт транспортника, чтобы отбыть в систему Толимана…
   – Идите к казарме, где жили, – приказал Клещ. – Ждите меня, только на улице. Я доложу оперативному дежурному базы о прибытии «Метлы-117», а потом приду за вами…
   Ирвин и Сергей переглянулись. Клещ по-прежнему называл их «Метлой-117», хотя от мощного подразделения, способного огнем геплов выжечь широкую полосу в зеленке или остановить толпу разъяренных зэков, осталась тройка смертельно уставших людей.
   Спорить не стали, подхватили изрядно похудевшие баулы, медленно побрели к своему бывшему дому – туда, где начинался их путь бойцов зонд-команды. Мимо «холодильника», где учились выживать в условиях жуткого мороза. Мимо песчаного бункера, где, зарывшись в песок, поджидали добычу кроковольфы. Мимо кубика с зеленкой, которая оказалась самым страшным врагом ликвидаторов. Она, не поперхнувшись, сожрала почти всю «сто семнадцатую», и ни Брик, ни Форост не могли сравниться с Иланой по кровожадности и жестокости.
   На Ламуре разгоралось утро – это было понятно по длинным теням, тянувшимся за спинами. Бойцы «Метлы-117» двигались вперед, с каждым шагом приближаясь к жилому блоку, и пристально вглядывались в знакомую картину, которая сбивала с толку.
   Перед их казармой зонд-команда делала зарядку. Отец и Белоснежка остановились, сбросили баулы и геплы на землю, беззвучно шевеля губами. Оба считали бойцов…
   Девятнадцать. В строю было девятнадцать человек, если не считать загорелого, высокого и жилистого сержанта, который совсем не походил на Клеща.
   Именно тогда, увидев сержанта, они осознали то, что должны были понять еще на подходе к знакомому блоку. «Метлы-117» здесь нет. Нет и быть не может.
   Перед их казармой занимались новички. «Желторотики», еще не знающие, что все тренинги на полигоне – полная фигня. Если только планета захочет взбунтоваться – она уничтожит зонд-команду, и на это не потребуется много времени.
   Новички этого не подозревали – они делали зарядку, энергично, с шуточками повторяя движения за сержантом, который бдительно следил за тем, чтоб ни один из будущих ликвидаторов не филонил.
   – Господи, как давно это было… – тихо сказал Отец.
   И провел дрогнувшей ладонью по глазам.
   «Метлы-117» нет и не будет. Не будет Боксера и Дэла, Кастета и Пальцуна, Ботаника и Поэта, Китайца и Черепашки Ниндзя, Быкана и Пастуха, Наркоши и Сынка. Они все погибли там, в системе Толимана… Это не шутка, не сон. Это правда.
   От осознания простого железобетонного факта захотелось упасть на плац, кататься и выть, грызть землю зубами.
   Только ничего уже не вернуть, не изменить. Жизнь их команды получилась короткой, будто жизнь кометы, сгорающей в атмосфере планеты красивым факелом. Но какая это была история! Сергей вдруг припомнил все, разом, от первого дня до последнего. Как Дэл мазнул его рукой по губам в первый день, в узле санобработки, а Кастет обозвал Белоснежкой. Как тот же Кастет пошел навстречу зэкам, подняв руки, пытаясь остановить толпу, лишь бы не допустить ненужных жертв. А потом две тяжелые горячие пули ударили в грудь парня, и он, скаля зубы от боли, повалился в траву Цикады…
   Вспомнил, как, смеясь, бежал по кромке песчаного бархана Поэт, как он упал, как глупо погиб в пасти муравьиного льва.
   – На досуге я пишу стихи… – шепнул кто-то над ухом.
   Неужто Поэт?! Сергей оглянулся. За спиной никого не было.
   – Я хочу сделать карьеру в ликвидаторах…
   Это Сынок. Да, Сынок. Он так сказал Клещу в первый день, а сержант удивился. И снова перед глазами Сынок, умирающий, с животом, разорванным мощными когтями обезьянорыси. Сынок, закрывший собой командира.
   – Прав ты был, Клещ. Не потянул я…
   – Ты отличный мужик, Раймонд…
   А вот Ботаник. Смеясь, рассказывает Белоснежке про древесную анаконду. Он еще не знает, что через сутки умрет в липких сетях гигантского паука. Умрет в страшных муках, от желудочного сока, впрыснутого в тело жуткой тварью…
   Дэл с парализованными ногами сидит возле контейнера, сжимая гепл в руках.
   – Ты все правильно делаешь, Белоснежка. Иди. Я дождусь…
   Не дождался. Нет Дэла. Нет Боксера. Никого нет.
   – Нет, ребята! Это неправда! Неправда!!!
   Слезы. Лучше были бы слезы. Может, тогда стало бы легче? Вместо них – только дикий хохот Наркоши, выбежавшего через защитную полосу навстречу зеленке.
   Отец потрепал за плечо.
   – Мы выжили, брат. До тех пор, пока мы есть, «Метла-117» не умерла.
   – Да… – ответил Сергей.
   А в душе – пустота. Страшная пустота. Будто не на Илане, а вот сейчас, возле казармы, рухнул мост в прошлое. Мост в то время, которое ушло безвозвратно.
   Сзади подошел Клещ, положил руки на плечи обоим.
   – Ну что, бойцы? – тихо спросил он. – Другое время, другая эпоха?
   Он все понимал, этот сержант. Наверное, сам еще не забыл, как в первый раз вернулся обратно, не нашел своих и готов был выть от тоски, рвать зубами вены. Просить, умолять бога, чтобы отменил приговор, вернул все назад…
   Нет, конечно, он не забыл. Клещ. Сержант. Командир, который прошел с ними все, от начала и до конца. Сколько же раз он вот так возвращался на базу, вырвав куски своей души, закопав их на других планетах? Плакал ли в первый раз?
   Клещ… Только ты понимаешь, что творится сейчас на сердце…
   – Вам дали увольнение, парни, – помолчав, добавил сержант. – Вот документы, берите. Но для начала пойдемте со мной, я покажу ваши новые квартиры, забросите туда вещи. Тут, в казармах, живут новички – те, у кого за плечами ни одного боевого выхода. Ваше место теперь не здесь…
   Отец и Белоснежка молча пошли от своей и уже не своей казармы – дальше, в сторону длинного двухэтажного дома. Они не задали никаких вопросов, даже не подумали удивиться или не согласиться – просто привыкли беспрекословно повиноваться командиру «Метлы-117».
   Вошли на второй этаж, налево от центральной лестницы, там Клещ выдал каждому из товарищей по ключу, показал маленькие однокомнатные квартиры, которые теперь принадлежали Сергею и Ирвину.
   – Оружие – в сейф. Сейф – на кодовый замок. Вещи можете просто бросить на койку. Или на стулья. Здесь не воруют. Вот ваши увольнительные, разрешаю убыть из расположения части прямо сейчас, возвращайтесь к двадцати двум ноль-ноль. Лучше переодеться в «гражданку» – купить себе одежду очень просто, на первом этаже есть магазин со специальными ценами. Здесь очень большие скидки по сравнению с тем, что в городе. И выбор хороший. Во всяком случае, кроссовки, джинсы и футболки своего размера вы найдете без труда. Ну, а с деньгами у вас все в порядке, можете не сомневаться. К жалованью за три месяца добавлены премиальные за участие в боевом выходе… В общем, о деньгах не вспоминайте – сорите ими, сколько вздумается.
   Кстати, о полиции можете не беспокоиться. Белоснежка, тебя это в первую очередь касается. У вас в карманах удостоверения и жетоны бойцов зонд-команды ликвидаторов, это освобождает от ответственности по всем гражданским делам. Вы можете напиться в кабаке и отделать в хлам какого-нибудь гражданского или военного, вас не посмеет обидеть ни полиция, ни войсковой патруль. У ликвидаторов – свои законы и свои прокуроры. Все ясно? Если попадете в какую-то неприятную ситуацию за территорией тренинг-центра, а рядом никого из своих не окажется, не тушуйтесь, связывайтесь с оперативным дежурным базы, он всегда поможет.
   Вот, забейте в коммуникаторы его номер. А заодно и мой, коли не знаете. Все! Хватайте документы, подбирайте одежду в магазине, встретимся тут, в двадцать два часа!
   – А ты, Клещ?
   – Мне надо подготовить и сдать отчет о работе, проделанной в системе Толимана. К сожалению, сержантский и старший командный состав не имеют права вернуться на базу и сразу же отвалить в кабак. Штабу мало той информации, которую мы ежедневно скидывали через систему связи. Им подай описание каждого эпизода, расшифровку глазами участника…
   В общем, это обычная практика. Одно дело – смотреть визуальную картинку о том, как нападает обезьянорысь, а другое дело – слушать рассказ того, кто это пережил. Позднее и вас вызовут, но не сейчас, не сразу. Думаю, несколько дней уйдет на расшифровку данных всех групп, на изучение отчетов командного состава. Так что, парни, пока отдыхайте. Выпейте в кабаке за меня, только не до поросячьего визга. Вперед! Буду ждать к десяти вечера!
   …На выбор одежды в магазине много времени не потратили. Оба, не сговариваясь, отдали предпочтение кроссовкам, по которым страшно соскучились ноги, джинсам и легким футболкам. На Ламуре было тепло, но даже если б лето уже закончилось – это мало что изменило бы. Для того, кто прошел ад Фороста и Иланы, легкий ветер и дождь – нипочем…
   – Ты же в кабак не пойдешь? – спросил Сергей у товарища, когда за окнами замелькали улицы.
   Спросил, хотя заранее знал ответ.
   – Я к жене и дочке! – Ирвин радостно улыбнулся, соскочил с подножки бронеавтобуса, побежал по СкайСити, подпрыгивая на ходу, как мальчишка.
   Воронин позавидовал приятелю. Тому было куда пойти на Ламуре. Его ждали, молились за него. Впрочем, за Сергея тоже молились, только Снежанна находилась на Цикаде, а за короткое увольнение туда не доберешься. К тому же Воронин знал, что пока не готов вернуться к Снежинке. Все, что произошло за последние дни, изменило его, сделало другим человеком. Ему надо немного побыть одному, переварить все это. Переболеть. Найти какие-то точки опоры, чтобы жить дальше. Но не в кабаке…
   Он вышел при следующей остановке автобуса – не потому, что знал, куда хочет идти, а просто так. Вышел, и все. Побрел по улицам, медленно, не торопясь, разглядывая людей, которые спешили по делам и пили пиво, встречались и расставались, целовались и о чем-то спорили, размахивая руками. Они не боялись, что из почвы вылезут ядовитые лианы, которые попытаются ухватить жертву за ногу – ухватить и переварить. Они знать не знали о колониях муравьев и слизней, способных превратить тело павшего бойца в огромный обеденный стол.
   «СкайСити на Ламуре построен на костях бойцов первых зонд-команд…» – вспомнились слова Клеща.
   Теперь Сергей по-другому смотрел на асфальтовые улицы давно знакомого города, на многоэтажные дома, на счастливых людей.
   «Значит, все было не зря? Мы все-таки надрали задницу этой планете… Ты классный парень, Белоснежка… Мы все классные парни…»
   Быкан. Это Быкан. Перед самой смертью. Полностью чумной от боли, опухший, но пытающийся улыбаться оттого, что умирает не зря. Его жизнь прошла не напрасно.
   «Гарик. Мама звала… Гарик Михалев…»
   – Мы обязательно назовем одну из улиц твоим именем, Гарик! – Сергей произнес это вслух, довольно громко.
   Кто-то отшатнулся, удивленно посмотрел на странного парня, но Воронину не было до этого никакого дела.
   Он пошел дальше, свернул на соседнюю улицу и замер как вкопанный. Он думал, что просто бредет по городу, только ноги сами вынесли к…
   К ТОНПу. Колледжу технологий освоения новых планет. К альма-матер Сергея. Воронин замер, ухватившись за березку – такую родную и милую, привезенную сюда с Земли и адаптированную к местным условиям.
   Перед входом в приемную комиссию гудела небольшая толпа – совсем молодые пацаны и девчонки размахивали друг перед другом пачками документов, смеялись, разговаривали, спорили, что-то доказывали друг другу.
   И тут будто молния пронзила черепную коробку, Сергей перестал дышать. Он вдруг понял: скоро осень. Да!!! Тогда, в начале лета, они закончили третий курс, потом, почти сразу после этого, решили отметить наступление каникул увлекательным вояжем на ракетном скутере. А затем в живых из всей пятерки остался только он один, Сергей Воронин, и с этого начался его путь ликвидатора.
   Почти трехмесячный путь, потому что два месяца он провел в учебном отряде, плюс три недели – на Брике, Форосте и Илане, – плюс два дня на Цикаде.
   Господи, что же получается?! На дворе – самый конец лета!!! От этого захотелось смеяться и плакать: скоро, совсем скоро, ребята из его группы, с его потока вернутся в ТОНП, будут учиться на четвертом курсе. Словно ничего не изменилось, словно жизнь осталась прежней. Но это не так! Нет, совсем не так! Потому что умерли Поэт и Ботаник, Наркоша и Пастух, Сынок и Кастет, Черепашка Ниндзя и Китаец, Дэл, Боксер, Быкан, Пальцун…
   Все в мире стало другим.
   Выходит, он, Сергей Воронин, тоже мог бы пойти на четвертый курс? Вот прямо через несколько дней, в сентябре? Мог бы учиться дальше, ведь пока он не пропустил ни одного учебного дня, просто провел летние каникулы не так, как все. Просто ему приснился странный и страшный сон, в котором непокорная планета способна за неделю отнять девять жизней…
   Нет, он не смог бы пойти на четвертый курс. Не только потому, что его разыскивает полиция, а здесь, на Ламуре, погибли Марк Заммер и Анжела Ривс, Леон Бертьен и Кэролайн Райт. На нем висят ложные обвинения, и, возможно, те однокурсники, которые в начале лета улетели на каникулы в Солнечную систему, только сейчас узнают, что Сергей Воронин – убийца. Но дело не в этом.
   Просто Клещ был прав. Есть особая порода людей. Элитная каста. Такие живут лишь тогда, когда стреляют. И не случайно над главным входом на тренинг-базу ликвидаторов написаны именно те слова, о хомо плазмометус. О людях, которые науку освоения чужих планет изучают не в кабинетах, не на лабораторных установках – на практике. Теряя друзей. Воя от боли. Размазывая по лицу грязь, кровь и слезы.
   А ТОНП? ТОНП навсегда останется ярким пятном в его прошлом, воспоминанием о красивой и беззаботной молодости, которая вдруг ушла, неожиданно и резко.
   Он будет иногда возвращаться к этим дням, в минуты затишья, и грустно улыбаться, перебирая события, лица друзей. Он будет возвращаться к этому зданию, чтобы постоять вот так у березки, глядя на пацанов и девчонок, смешно прыгающих со своими бумажками перед входом. Совсем недавно он был таким же. Совсем недавно, тысячу лет назад.
   Пусть теперь в колледже учится Снежинка. Он будет возвращаться сюда и ради нее, ведь он ничего не забыл, светловолосая девушка с голубыми глазами и ямочками на щеках по-прежнему в его сердце. Вот только захочет ли Снежанна принять его, нового? Совсем непохожего на того жизнерадостного парня, с которым недавно провела безумную ночь на Цикаде…
   Сергей повернулся спиной к ТОНПу и пошел прочь. До вечера оставалось еще много времени, но идти в кабак и напиваться не хотелось. Конечно, это был выход из положения, однако Воронину такой выбор почему-то показался проявлением малодушия.
   Сергей бродил по СкайСити, вглядываясь в беззаботные лица людей – просто отвык от сородичей, не мог не смотреть на них. Внутри, в душе, что-то болезненно сжималось, когда в незнакомых лицах он находил маленькие черточки погибших товарищей. Глаза, улыбки, движения бровями или губами…
   Вот прошел мужчина, по комплекции очень похожий на Быкана. И даже в лицах было что-то общее. А вот, смеясь и что-то рассказывая девушке, просеменил молодой парень, размахивающий руками, совсем как Пальцун. Ну, один в один, если не смотреть в лицо.
   Пару раз Сергей останавливался и резко оборачивался, заслышав за спиной голоса Боксера, а потом Кастета. Оба раза мимо – там были совсем другие люди. Мимо. Мимо. Мимо…
   В городе не осталось ни одного человека, с которым он мог бы поговорить о прошлом, даже просто посидеть молча, зная, что рядом тот, кто все понимает. Горькая обида на мир росла внутри, с каждым ударом сердца.
   «Если вернешься – заходи, выпьем, вспомним молодость…»
   Фраза возникла в голове сама по себе – всплыла из глубин памяти. И тут же, следом за ней, появилось имя: Хазиф Гюльнай. Тот, кто уговорил Сергея поставить подпись под контрактом. Тот, кто спас от выстрелов Августо Эскудо.
   Хазиф Гюльнай! Вот кого стоит навестить! Может, время вспоминать молодость еще не пришло, не так уж много лет позади у Сергея, но выпить по стаканчику с жизнерадостным вербовщиком – уже пора.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 [21] 22 23 24 25 26

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация