А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Влюблен до безумия" (страница 16)

   Глава 9

   Несколько секунд Делейни смотрела на закрытую дверь, ни в коем случае не собираясь открывать ее снова. Она поклялась себе держаться от Ника подальше. От него всегда одни неприятности, к тому же она ужасно лохматая со сна. Но ведь новые замки ей действительно нужны.
   – Я попозже занесу ключи в твой офис! – крикнула она.
   – Позже я буду занят. Так что выбирай, Дикарка, сейчас или на следующей неделе.
   Делейни снова открыла дверь и уставилась на возмутительно красивого мужчину. Он стоял, засунув руки в карманы куртки мотоциклиста, его черные волосы были зачесаны назад.
   – Я же просила не называть меня так!
   – Ну да, просила. – Ник прошел мимо Делейни в квартиру как к себе домой, внося с собой запахи осени и кожи.
   Холодный воздух пробрался под ночную рубашку Делейни, напоминая, что она не одета для приема гостей. Хорошо хоть рубашка у нее с закрытым воротом. Она поежилась и закрыла дверь.
   – Эй, я тебя не приглашала!
   – Но собиралась, – сказал Ник, расстегивая молнию куртки. Делейни нахмурилась и замотала головой:
   – Нет, не собиралась.
   Собственная квартира вдруг показалась ей очень маленькой. Это Ник заполнил ее всю своими размерами, ароматом своей кожи, своей харизмой.
   – А теперь ты собираешься угостить меня кофе.
   На Нике была фланелевая рубашка в серую и голубую клетку. Похоже, фланелевые рубашки – главный предмет в его гардеробе, усмехнувшись, подумала Делейни. И еще «ливайсы» – мягкие джинсы, потертые в самых интересных местах.
   – Ты всегда такая раздраженная по утрам?
   Ник оглядел квартиру, отмечая все подробности: старую кухню, ботинки, валяющиеся на бежевом ковре, две пачки тампонов на кухонном столе.
   – Вовсе нет! – огрызнулась Делейни. – Обычно я очень милая.
   Ник перевел на нее взгляд и склонил голову набок:
   – У тебя сегодня неудачная прическа.
   Делейни дотронулась до своих волос и застонала.
   – Я принесу ключи, – сказала она.
   Делейни зашла в кухню, взяла сумочку и достала из нее ключи. Когда она обернулась, то обнаружила, что Ник стоит очень близко. Делейни невольно отшатнулась и ударилась о буфет. Ник протянул к ней руку. Делейни посмотрела на его длинные пальцы и мозолистую ладонь. Рукава черной кожаной куртки застегивались до локтя на молнию.
   – Где ближайшие к двери розетки?
   – Что?
   – Где в твоем салоне электрические розетки?
   Делейни сунула ключи Нику и поспешила протиснуться мимо него.
   – Возле кассы и в кладовке за микроволновкой. – Потом добавила (только потому, что он выглядел потрясающе, а она – наверняка ужасно). – Только ничего не трогай.
   И буквально бегом помчалась по коридору.
   – А что я, по-твоему, собираюсь трогать? – крикнул ей вслед Ник. – Думаешь, я сделаю себе перманент?
   – Я никогда не знаю, что ты собираешься сделать.
   Делейни закрыла за собой дверь спальни и посмотрелась в зеркало над туалетным столиком.
   – О Боже!
   Волосы выглядели ужасно, сзади примялись, а спереди торчали во все стороны. На правой щеке отпечатался след от подушки, под глазом темнела размазанная тушь. Значит, открывая дверь, она была похожа на жертву природного катаклизма. А ведь открывала она ее не кому-нибудь, а Нику.
   Как только Делейни услышала, что входная дверь закрылась, она бросилась в ванную и быстро приняла душ. Горячая вода помогла ей проснуться, и к тому времени, когда Делейни вышла из-под душа, в голове у нее прояснилось. Из салона доносилось жужжание дрели Ника. Делейни прошла в кухню и приготовила кофе. Какими бы соображениями ни руководствовался Ник, нельзя не признать, что он оказывал ей любезность. И вел он себя очень прилично. Делейни не знала, долго ли это продлится, но собиралась воспользоваться случаем на всю катушку.
   Делейни надела черный, с полосатыми манжетами и воротником, свитер, застегивающийся на молнию под горло, черные колготки и черные сапоги, уложила волосы с помощью мусса и подсушила их феном с насадкой-диффузором. Затем быстро подкрасилась, надела шерстяное пальто, обмотала шею шарфом и натянула перчатки. Через сорок пять минут после того, как ее разбудил стук Ника, она спустилась по лестнице с термосом в одной руке и двумя кружками в другой.
   Задняя дверь салона была распахнута. Ник стоял спиной к Делейни, широко расставив ноги, низко на бедрах висел ремень с инструментами. На руках у него были кожаные рабочие перчатки. Дверь лежала на столе в салоне, в дверном полотне было прорезано круглое отверстие, и в данный момент Ник занимался тем, что вынимал старую дверную ручку. Услышав шаги, он обернулся и оглядел Делейни с головы до ног.
   – Я принесла тебе кофе, – сказала она, протягивая ему кружку.
   Делейни налила кофе, Ник снял с одной руки перчатку и взял кружку.
   – Спасибо. – Он подул на кофе и посмотрел на Делейни поверх облачка пара. – Сейчас всего лишь октябрь, а ты уже так кутаешься. Что же ты будешь делать в декабре, когда наметет снегу по самую твою задницу?
   Ник отпил кофе.
   – Возможно, замерзну насмерть. – Делейни поставила термос на пол у двери. – Но наверное, для тебя это будет хорошей новостью.
   – Это еще почему?
   – Тогда ты унаследуешь мою долю земли Генри. – Делейни выпрямилась и обхватила кружку ладонями. – Конечно, если меня не похоронят здесь же, в Трули, – ведь тогда получится, что я не покинула город, и в этом случае могут быть сложности. Но я тебе разрешаю выбросить мой труп за границы города. – Она немного подумала и добавила: – Только не давай зверям обгрызть мое лицо, я этого не хочу.
   Ник криво усмехнулся:
   – Мне не нужна твоя доля.
   – Ну да, как же. – Делейни фыркнула. Как может нормальный человек не желать получить участок земли, который стоит кучу денег? – Когда оглашали завещание Генри, ты был в ярости.
   – Ты тоже.
   – Только потому, что он мной манипулировал.
   – Ты даже не догадываешься, до какой степени.
   Делейни глотнула кофе.
   – Что ты хочешь этим сказать?
   – Не важно. – Ник поставил кружку рядом с термосом и снова надел перчатку. – Скажем так, я получил от Генри именно то, что хотел. Я получил кусок земли, за которую каждый застройщик удавится, и получил ее бесплатно и безо всяких условий.
   Ник порылся в карманах пояса и достал отвертку.
   «Не совсем бесплатно и не совсем без условий, – подумала Делейни. – Во всяком случае, пока. Как и я, он должен ждать год».
   – Значит, тебя не взбесило то, что тебе достаются только два участка земли, а я получаю его бизнес и деньги?
   – Нет. Ты и твоя мать еще намучаетесь с этим.
   Делейни не знала, можно ли ему верить.
   – А что думает о завещании Генри твоя мать?
   Ник быстро взглянул Делейни в глаза и снова перевел взгляд на дверь.
   – Моя мать? Почему тебя интересует, что думает моя мать? – спросил он, вынимая обе дверные ручки и бросая их в ящик.
   – Вообще-то меня это не интересует, но она смотрит на меня так, будто я искалечила ее кошку, – одновременно и с яростью, и с отвращением.
   – У нее нет кошки.
   – Ты понимаешь, что я имею в виду.
   Ник с помощью отвертки вынул личинку замка.
   – Да, пожалуй, понимаю. – Он достал из упаковки деталь нового замка. – А как тебе самой кажется, что она может думать? Я ее сын, а ты – neska izugarri.
   – Что значит neska izu… как там?
   Ник беззвучно рассмеялся.
   – Не принимай это на свой счет, но это означает «ужасная девчонка».
   – Понятно. – Делейни отпила еще кофе из кружки и подумала, что считаться «ужасной девчонкой» еще не так страшно. – Меня называли и худшими словами; правда, обычно по-английски. – Она посмотрела на Ника, который в это время устанавливал на место сияющие новые ручки. – Мне всегда хотелось знать второй язык, чтобы можно было ругаться, а мама бы не понимала. Тебе повезло.
   – Я не знаю двух языков.
   Из двери налетел порыв холодного ветра, и Делейни плотнее запахнулась в пальто.
   – Я всего лишь понимаю некоторые слова.
   – Ну Луи знает.
   – Он знает столько же, сколько я. – Ник взял личинку замка. – Мы немного понимаем, потому что мать говорит с родственниками по-баскски. Она пыталась учить нас испанскому и языку басков, но мы не проявили особого интереса. Мы с Луи знаем ругательства и названия частей тела – да и то в основном потому, что посмотрели их в ее словаре. – Он взглянул на Делейни и вставил личинку замка в отверстие, которое просверлил дрелью.
   – Луи называет Лайзу «милая» на баскском.
   Ник пожал плечами:
   – Тогда, возможно, он знает язык лучше, чем мне казалось.
   – Он называет ее a!u gozo или как-то похоже на это.
   Ник усмехнулся и покачал головой.
   – В таком случае это не милая.
   Делейни подалась вперед.
   – Тогда что?
   – А вот этого я тебе ни за что не скажу.
   Ник нашел в кармане два шурупа и зажал их губами. Делейни хотелось ткнуть его в бок, но она удержалась.
   – Ну скажи!
   – Нет. Ты расскажешь Лайзе, – буркнул Ник с шурупами во рту, – и у меня будут неприятности с Луи.
   – Я ей не скажу, ну пожалуйста… – взмолилась Делейни. Ее прервало чириканье, раздавшееся где-то под курткой у Ника. Он выплюнул шурупы и снова снял перчатку. Потом сунул руку в карман куртки и достал тонкий мобильный телефон.
   – Да, это я. – Ник сунул перчатку в карман и некоторое время молча слушал, потом возвел глаза к небу. – Ну и когда же он сможет приехать? – Он прижал телефон к уху плечом и продолжил работу. – Не годится, это слишком поздно. Если он не хочет быть нашим субподрядчиком, пусть так и скажет, а если, хочет, то пусть пошевеливается и будет на месте не позже четверга. Пока что нам везло с погодой, но я бы не стал на это особо рассчитывать.
   Ник говорил о каких-то досках, погонных метрах, в чем Делейни ничего не понимала. Одновременно он прикрутил к косяку металлическую пластину для замка и окончательно убрал отвертку.
   – Позвони Энн Мари, она сообщит тебе все цифры. Это восемьдесят или восемьдесят пять тысяч, точно я не помню.
   Ник закончил разговор и убрал телефон во внутренний карман куртки. Потом достал из переднего кармана джинсов ключи и протянул Делейни:
   – На, попробуй замок.
   Он вошел в салон и захлопнул дверь. Делейни вставила в прорезь ключ, и замок легко открылся. Подняв с полу кружку Ника и термос, она вернулась в салон. Поскольку руки у нее были заняты, Делейни захлопнула дверь ногой и прошла в кладовку. На столе рядом с микроволновкой лежала куртка Ника и ремень с инструментами. Дрель, все еще включенная в розетку, лежала на полу, но самого Ника не было видно. Снимая пальто и перчатки, Делейни услышала шум воды в туалете. Она повесила пальто на вешалку, налила себе новую порцию кофе и пошла с кружкой в зал. Ей вдруг показалось неудобным стоять возле туалета, пока там находится Ник. У нее возникло ощущение, будто она подглядывает. Как в тот раз, когда, спрятавшись за стендом с темными очками, она смотрела, как Ник покупает упаковку презервативов (большого размера, ребристых, для удовольствия женщины). Ему тогда было лет семнадцать.
   Делейни открыла книгу записи клиентов и уставилась на пустые страницы. Мужчины, естественно, пользовались туалетом в ее квартире, но почему-то – она сама не понимала почему – с Ником все было по-другому, как-то более лично, почти интимно. Как будто он был ее любовником, а не мужчиной, который всю жизнь ее только дразнил и к тому же однажды использовал, чтобы отомстить Генри.
   Делейни услышала, как открылась и закрылась дверь. Она сделала большой глоток кофе. Ник вошел в зал и направился к ней, каблуки его ботинок гулко стучали по линолеуму.
   – Ты проверила дверь парадного входа? – спросил он.
   – Нет еще. – Делейни взглянула через плечо на приближающегося Ника. – Спасибо за новые замки. Сколько я тебе должна?
   – Замок работает, я уже сам его проверил, – сказал Ник не отвечая на ее вопрос. Он остановился рядом с Делейни и прислонился бедром к стойке. – Вот это я нашел на полу, когда менял замок в парадной двери. – Он кивнул на конверт, лежащий на кассовом аппарате. – Наверное, кто-то подсунул его под дверь.
   На белой бумаге было напечатано только имя, и Делейни предположила, что это какая-то реклама, а может, извещение о встрече местной ассоциации малого бизнеса или еще что-нибудь в этом роде.
   – У тебя щеки покраснели.
   – Здесь холодновато, – сказала Делейни, хотя в действительности холод не имел никакого отношения к ее покрасневшим щекам.
   – Как же ты собираешься пережить эту зиму? – Ник обхватил руками горячую кружку с кофе, подержал так несколько секунд, потом приложил руки к щекам Делейни. – Тебе нужно согреть еще какие-нибудь части тела?
   «Ого!»
   – Нет.
   – Точно? – Ник погладил кончиками пальцев кожу за ушами Делейни. – А то я могу очень хорошо тебя согреть. – Его большой палец скользнул по ее подбородку, потом по нижней губе. – Дикарка.
   Делейни сжала кулак и ткнула Ника в живот. Он не рассердился, а засмеялся и опустил руки.
   – Когда-то ты была не такой серьезной.
   – Когда это?
   – Когда у тебя расширялись глаза, ты бесилась и взгляд у тебя бывал такой, как будто тебе хочется меня ударить, но поскольку ты была маленькой благовоспитанной девочкой, не позволяла себе этого делать. Ты надувала губы. Стискивала зубы. Помню, в старших классах стоило мне на тебя только посмотреть, как ты убегала.
   – Это потому, что однажды ты с такой силой запустил в меня снежком, что я чуть сознание не потеряла.
   Ник нахмурился и выпрямился.
   – Это произошло случайно.
   – Вот как? Что именно было случайностью? Ты случайно слепил крепкий снежок или случайно бросил его мне в лоб?
   – Я не хотел так сильно тебя ударить.
   – А зачем ты вообще бросил в меня снежок?
   Ник немного подумал и сказал:
   – Ты была там.
   Делейни закатила глаза.
   – Блестящий ответ. Ник.
   – Но это правда.
   – Мне следует вспомнить об этом в следующий раз, когда я увижу тебя на переходе и у меня будет зудеть нога от желания надавить на газ вместо тормоза.
   Ник улыбнулся, обнажая ровные белые зубы.
   – За время, что тебя не было в городе, ты стала очень самоуверенной.
   – Я стала независимой.
   – Пожалуй, мне это нравится.
   – Ха! Полагаю, я должна быть счастлива.
   – Я невольно задаюсь вопросом, что еще в тебе изменилось.
   Ник взялся за язычок молнии на свитере Делейни. Холодный металл коснулся ее кожи. Делейни резко вздохнула, но заставила себя не отвести взгляда. Она посмотрела Нику в глаза, и их взгляды встретились. И за секунду Ник вдруг превратился из взрослого мужчины во вредного мальчишку, которого она знала в детстве. Делейни был хорошо, даже слишком хорошо знаком этот серебристый блеск в его глазах, она помнила, что могло за этим последовать: Ник топает ногой, кричит «БУ-У!», заставляя ее в испуге бросаться наутек. Или бросает в нее живого червяка. Или делает еще что-нибудь столь же противное. Но Делейни не собиралась поддаваться страху. Раньше победа всегда оставалась за Ником, но сейчас она собиралась взять реванш за все свои прежние поражения.
   – Я уже не девчонка, на которую ты вечно нападал. Я тебя не боюсь.
   Ник поднял одну бровь.
   – Вот как, не боишься?
   – Нет.
   Не отводя взгляда от ее глаз, Ник снова взялся за язычок молнии, медленно потянул его вниз.
   – И сейчас не боишься?
   Делейни сжала кулаки. Она знала, что Ник ее испытывает. Проверяет, дрогнет ли она. Делейни замотала головой.
   Язычок молнии опустился еще на несколько зубчиков и остановился.
   – А сейчас?
   – И сейчас. Ты меня не испугаешь. Я тебя знаю.
   – Угу. – Язычок опустился еще на дюйм, и полосатый воротник распахнулся. – Расскажи, что ты обо мне знаешь.
   – У тебя полно всякой ерунды в голове, но ты мне ничего не сделаешь. Вот сейчас ты хочешь, чтобы я подумала, будто ты разденешь меня догола при всех прохожих, которые проходят мимо моих больших окон. Я должна испугаться, одеревенеть, а ты уйдешь довольный. Но знаешь, что я тебе скажу?
   Ник опустил язычок молнии до золотистого атласного цветочка, украшавшего спереди ее бюстгальтер.
   – Что?
   Делейни вздохнула поглубже и торжественно провозгласила:
   – Ты этого не сделаешь.
   Вжжиик!
   Делейни посмотрела на свой свитер: молния расстегнута до конца, полы разошлись на пару дюймов, открывая бюстгальтер леопардового рисунка и выступающую над краями его чашечек грудь. Не сознавая, зачем это делает, Делейни схватила книгу записи и тут же выронила. Ее колени коснулись мягкой ткани джинсов Ника.
   – Что ты делаешь, черт возьми! – ахнула она, запахивая свитер.
   – Тссс! – Ник приложил палец к ее губам, глядя при этом в большое окно за спиной Делейни. – Мимо проходит хозяин книжного магазина. Ты же не хочешь, чтобы он тебя услышал и подошел к витрине, собираясь все рассмотреть получше?
   Делейни покосилась через плечо, но тротуар был пуст.
   – Оставь меня в покое! – потребовала она.
   – Ну что, теперь боишься?
   – Нет!
   – Я тебе не верю. У тебя был такой вид, как будто ты готова от испуга выскочить из собственной кожи.
   – Я тебя не боюсь, просто я слишком взрослая, чтобы играть в твои игры.
   – Мы еще даже не начали играть.
   Но игра уже началась, и перед Делейни стоял тот единственный мужчина, с которым она ни за что не желала играть. Ник слишком опасен, и к тому же оказалось, что он слишком сильно ее влечет.
   – Ты что, получаешь от этого извращенное удовольствие?
   Губы Ника медленно сложились в чувственную улыбку.
   – Безусловно. Этот твой леопардовый бюстгальтер выглядит очень возбуждающе.
   Делейни ненадолго отпустила полы свитера – лишь для того, чтобы его застегнуть. Как только ей это удалось, она почувствовала себя увереннее.
   – Ну так не возбуждайся. Потому что я холодна.
   Ник негромко рассмеялся.
   – Ты в этом уверена?
   – Абсолютно.
   Он перевел взгляд на ее губы.
   – Что ж, посмотрим, смогу ли я это исправить.
   – Я тебя не провоцировала.
   – Провоцировала, Делейни. – Ник легонько коснулся ее щеки костяшками пальцев, и у нее участилось дыхание. – Мужчина чувствует, когда женщина его провоцирует.
   – Я беру свои слова обратно!
   Делейни схватила Ника за запястье. Он покачал головой:
   – Ты не можешь, они уже прозвучали как обещание.
   – Ну нет! – Делейни опустила взгляд к его волевому подбородку. Это все же безопаснее, чем смотреть в его гипнотические глаза. – Нет. Я не даю обещаний.
   – Ты не даешь… – двусмысленно повторил Ник. – Может быть, потому ты так напряжена? Тебе надо заняться сексом и расслабиться.
   Взгляд Делейни метнулся к глазам Ника, она стряхнула его руку.
   – Не стоит, я и так постоянно занимаюсь сексом, – соврала она.
   Ник посмотрел на нее с сомнением.
   – Да-да!
   Он опустил голову и приблизил лицо к ее лицу.
   – Тогда, может быть, тебе нужен мужчина, который знает, что делает?
   – Ты предлагаешь свои услуги?
   Ник отрицательно покачал головой, чуть задев губами ее губы:
   – Нет.
   У Делейни перехватило дыхание.
   – Тогда зачем ты все это делаешь?
   – Потому что мне это нравится, – чуть слышно ответ. Ник и нежно коснулся губами уголка ее рта. – И на вкус приятно. Ты, Делейни, всегда была приятной на вкус. – Он снова коснулся ее губ. – Во всех местах.
   Затем, чуть приподняв, Ник посадил ее настойку, накрыл ее рот своим, склонил голову набок, и в одно мгновение все изменилось. Поцелуй стал горячим и влажным, как будто Ник сосал сок из персика. Он пожирал ее рот и требовал от нее такого же ответа. Он втянул ее язык в свой рот. Его рот внутри был теплым и гладким, Делейни показалось, что ее кости плавятся. Она перестала сдерживаться и ответила на поцелуй с такой же страстью. Так бывало всегда – Нику без труда удавалось разбудить в ней страсть. Он умел сделать так, что она охотно, даже более чем охотно, делала то, чего делать не собиралась. Он умел сделать так, что ей не хватало воздуха, а кожа словно натягивалась.
   Ник положил руки ей на колени и раздвинул их. Потом встал между ее ног, и Делейни почувствовала прикосновение ткани его джинсов к своим бедрам. Он взял ее за запястья и положил руки себе на плечи. Одной рукой накрыл ее грудь, и Делейни глухо застонала. Она чувствовала тепло его ладони даже сквозь свитер и бюстгальтер. Она выгнулась ему навстречу, желая большего, провела руками по его широким плечам и обхватила его голову. Она почувствовала, что его пульс забился сильнее, дыхание сбилось, и испытала чисто женское удовлетворение. Взявшись за застежку его рубашки, начала расстегивать пуговицы. Десять лет назад Ник видел все ее тело, почти каждый его дюйм, а она не увидела ничего. И вот теперь она распахнула полы его рубашки и наконец удовлетворила давнее любопытство. Делейни прервала поцелуй и подняла голову, чтобы рассмотреть его тело получше, – и не была разочарована. Торс у Ника был из тех, что вдохновляют женщин засовывать купюры за резинку трусов стриптизера. Рельефные мускулы, темные соски, упругая кожа, полоска темных волос, сбегающая вниз по плоскому животу, огибая пупок и исчезая за поясом джинсов. Делейни перевела взгляд ниже, посмотрела на бугор, выступающий под ширинкой, и снова подняла взгляд к лицу Ника. Он смотрел на нее из-под полуопущенных век, губы были все еще влажными от поцелуя. Делейни провела пальцами по его груди, покрытой волосками, и почувствовала, как под ее рукой его мышцы напрягаются.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 [16] 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация