А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Пересмешник" (страница 21)

   Глава 12
   Дуэль

   Дом Чести – неуютное четырехугольное трехэтажное сооружение с квадратом внутреннего двора – располагался в четверти мили от Арены, среди складских построек Гавани. Раньше он относился к предприятию ка-га, но затем его выкупили чэры и стали использовать для проведения дуэлей среди благородных. Прежде подобное выяснение отношений было гораздо более популярным, чем в нынешнее время, когда электрическая пуля гарантированно оставляла в тебе дыру величиной с кулак.
   Дом Чести заменил приевшиеся «десять шагов». При современном оружии промазать с такого расстояния было достаточно трудно, и весь интерес сходил на нет. Все происходило слишком быстро, а гарантированный покойник появлялся прежде, чем кто-то из зрителей успевал налить себе шампанского. Поэтому Дом Чести подходил обществу много лучше.
   – Сегодня аншлаг, – с иронией произнес Данте, разглядывая толпу благородных.
   – Просто удивительно, какое замечательное скопление господ собралось здесь для того, чтобы посмотреть, кто сегодня умрет, – я был более язвителен, чем он.
   – Все любят запах крови, – сказала Бэсс, и ее слова сильно удивили молчавшего всю дорогу Талера.
   Катарины не было. В последний момент мы на пару с Талером смогли уговорить ее отправиться домой. Рисах клятвенно обещал прислать ей фиоссу с сообщением, когда все завершится. Теперь муж Кат стоял рядом с бледной и встревоженной Алисией, что-то негромко говоря девушке.
   Я увидел Витнерса на другом конце пустого пространства, недалеко от входа в Дом. Рядом с ним стояли его друзья и поклонники. На этот раз капитан был трезв, предельно сосредоточен и собран. Он явно готовился драться всерьез.
   Возле чэра эр’Гвидо находилась Кларисса. Увидев нас, она, приподняла юбку, чтобы та не касалась мокрой травы, и направилась ко мне. Я скрипнул зубами. Анхель вспыхнула от ярости. Вот уж кого она ненавидела сильнее всех. Поняв, что встречи не избежать, я попросил Талера:
   – Оставь нас на пару минут. Я не долго.
   – Ну, твое дело, – сказал он, недружелюбно посмотрев на блондинку. – Поторопись. Пора начинать.
   – Угу.
   Он отошел в сторону, к Данте и Бэсс, а ко мне подошла Кларисса. Удивительно, но она почти не изменилась за все те годы, что мы не виделись. Разве что линия губ стала жестче, а в глазах появилось немного усталое выражение.
   – Здравствуй, Тиль.
   – Доброго дня, госпожа Манкинз.
   Я знал, что через год после того, как меня упекли в одиночную камеру «Сел и Вышел» она вышла замуж за какого-то пожилого богатея, который умер через четыре года, оставив ей приличное состояние. С тех пор Кларисса играла роль светской львицы, не спеша второй раз связывать себя узами брака.
   Ей явно было неприятно, что я обратился к ней не по имени.
   – Я рада, что вся та история закончена, – неловко произнесла она.
   – Благодарю, – сухо ответил я. – Я рад не меньше вас.
   – Когда я узнала о дуэли… Хочу пожелать тебе удачи.
   – Спасибо.
   Она заглянула мне в глаза, не увидела там того, что ожидала, нахмурила тонкие, выщипанные брови, но все же сказала:
   – Возможно потом, если все будет хорошо, мы найдем время, чтобы поговорить друг с другом.
   – Не думаю, что это требуется, – возразил я.
   – Что же, – вздохнула она, сцепив побелевшие пальцы. – Наверное, это справедливо. Но я хочу сказать, что мне жаль, что все так получилось. У меня не было выбора. Удачи тебе, Пересмешник.
   Она ушла с удивительно ровной спиной, а я подумал, сколь жалкое это оправдание – не иметь выбора. Кларисса публично отказалась от меня и разорвала помолвку, а ее братья были среди тех свидетелей, что выступали на суде против меня. Они подтвердили, что я несколько раз ссорился с покойным Малькомом эр’Фавиа, и вообще – тип, не заслуживающий доверия приличного общества.
   Я поймал долгий, пристальный взгляд Алисии. Интересно, она в курсе нашей истории с Клар, и что обо всем этом думает? Я вернулся к Данте, Талеру и Бэсс.
   – Откуда здесь столько студентов? – поинтересовался я.
   В толпе ожидающих было около пятидесяти молодых людей и девушек, по форменной одежде которых можно без труда было определить выходцев из университетов Маркальштука и Кульштасса.
   – Витнерс учился в Маркальштуке, – охотно пояснил мне Талер, еще ниже, чем обычно, нахлобучив на глаза вельветовую шляпу. – А господа из Кульштасса болеют за тебя, раз уж ты выпускник нашего славного учебного заведения. Они скинули в общий котел целую кучу фартов и поставили на твою победу. Насколько я слышал, старшему курсу нужны деньги, чтобы принять участие в международных спортивных соревнованиях по игре в мяч.
   – Однако, сегодня многие желают озолотиться за чей-нибудь счет, – усмехнулся я.
   Мне было приятно, что пришел кто-то из моей альма-матер.
   – Пора.
   – Убей его, – внезапно очень жестко сказала Бэсс, сверкнув клыками, и Талер, наконец понявший, кто перед ним, с изумлением отшатнулся. – Убей прежде, чем он это сделает с тобой, Тиль.
   Стэфан часто с иронией говорит, что в нашей жизни только три важных вещи. Первое – это доброта. Второе – это доброта. И третье – это тоже доброта. Но ни одна из этих важных вещей не ценится в Рапгаре.
   Я направился к Витнерсу, следом шел Талер, несший пистолеты, и Данте, решивший составить мне компанию. Он мурлыкал под нос какую-то старинную песенку и улыбался загадочной улыбкой самого Всеединого.
   – Она и вправду низшая? – спросил Талер, не удержавшись и оглянувшись на рыжеволосую девушку.
   – Да. И орать об этом совершенно незачем, – промурлыкал Данте.
   Когда мы поравнялись с Витнерсом, то обменялись холодными кивками. Его друзья быстро проверили мои пистолеты, то же самое сделал Талер с пистолетами капитана.
   – Все в порядке, – сказал он, возвращая оружие владельцу и забирая наше. Затем тихо прошептал мне. – У него, в отличие от тебя барабаны на семь зарядов. И часть пуль – электрические. Помни об этом.
   – Все знают правила? – спросил друг Витнерса. – Вы входите в разные двери по сигналу и сближаетесь. Запрещено пользоваться Обликом и Атрибутом. Никаких амнисов. Восемнадцать зарядов у каждого. Если у вас кончатся патроны, остаетесь ждать на месте, пока вас не найдет противник. Он будет решать вашу судьбу. Хочу еще раз обратить внимание, что убивать друг друга совершенно не обязательно.
   – Это уже решать мне и чэру эр’Картиа, – сказал Витнерс, зловеще улыбнувшись из-под пшеничных усов.
   – Я бы предложил вам примириться и решить все вопросы здесь, без помощи пистолетов, – глухо, словно из могилы, сказал Талер.
   – Охотно, – мой противник взял в руку один пистолет, а второй засунул за пояс. – Публичных извинений от чэра эр’Картиа мне будет вполне достаточно. На таких условиях я готов забрать вызов обратно.
   – К сожалению, это невозможно, – равнодушно ответил я. – Я продолжаю считать, что поступил верно, не позволив вам ударить девушку. Здесь не за что извиняться.
   – Тогда я вас убью.
   – В отличие от вас, капитан, я уже мертв. Мне нечего терять. А вам?
   Он не нашелся, что ответить, и обратился к секундантам:
   – Давайте поскорее начнем.
   Я снял плащ и пиджак, решив, что в сорочке и жилете мне будет удобнее. Подумал избавиться от бабочки, но после недолгого колебания оставил ее и шляпу на голове. Убрал шесть патронов в карман брюк, отдал Стэфана и Анхель Данте, и взял в руки по пистолету, еще раз проверив заряды в барабанах.
   – Готовы? – спросил Талер у нас.
   Мы кивнули.
   Витнерс направился к дальней двери, находящейся на противоположном конце здания. Один из его друзей остался в поле общей видимости, встав на углу, чтобы подать сигнал.
   – Очень жаль, что я не могу пойти вместо тебя, – сказал Талер и шмыгнул носом.
   Думаю, тогда Витнерс умер бы довольно быстро.
   – Не волнуйся за меня, старина.
   – Пожалуйста, будь осторожен! – попросила меня великая молчунья Анхель.
   – У меня нет в планах сегодня получить свободу, – поддержал ее Стэфан.
   Данте весело подмигнул. Он явно считал меня бессмертным.
   Подали сигнал, я оглянулся последний раз на толпу зрителей, увидел, что бледная Алисия подняла руку, желая мне удачи, улыбнулся ей и, толкнув плечом рассохшуюся дверь, вошел в Дом Чести.

   Пальцы, ладони, запястья лизнуло холодом. Я зашипел от неожиданности, но быстро понял, что происходит, даже не снимая перчаток. Тонкие черные линии, бегущие по моим ладоням, налились красным огнем. Магия, заключенная в стенах здания, блокировала мою возможность использовать Облик и Атрибут.
   Покалывание быстро покидало пальцы, через несколько секунд я уже мог спокойно владеть обеими руками, поэтому, не колеблясь, двинулся направо, понимая, что находиться возле входа – это значит обнаружить себя раньше времени. Стены здесь были обклеены неряшливыми обоями в широкую вертикальную полоску темно-зеленого цвета. Кое-где висели небольшие картины в темных грубых рамах, сильно выцветшие и поврежденные временем.
   Пустые дверные проемы справа и слева вели в комнаты с грязными окнами. В некоторых помещениях была скудная мебель, в других лишь пыль и паутина.
   Я, в отличие от Витнерса, много раз здесь бывавшего, не был знаком с планом дома и понимал, насколько быстро может передвигаться капитан, чтобы застать меня врасплох. Поэтому спешил, не желая, чтобы тот оббежал дом по кругу и зашел мне за спину. Я уже понял, что центральный коридор первого этажа тянется через все здание и является главной дорогой.
   Как только я увидел лестницу, старую, рассохшуюся, с отсутствующими перилами, ведущую на следующий этаж, сразу решил, что заберусь выше. Я начал подниматься, внутренне морщась от того, как сильно подо мной скрипят ступени. Здесь был точно такой же коридор, но гораздо темнее, только на стенах горели газовые рожки. Я проигнорировал это направление и двинулся через сквозные комнаты, все дальше и дальше углубляясь в сердце здания.
   Кроме своего дыхания и редкого стона половиц под ногами, я не слышал больше ничего. Очень надеюсь, что Витнерс не затаился в ожидании меня, иначе я буду блуждать по дому до бесконечности.
   Дважды я видел в стенах следы от пуль и один раз темное пятно на полу. Кто-то проиграл свою дуэль.
   Вдали послышался приглушенный ровный гул. Я остановился, прислушался, пытаясь понять, что это такое, двинулся в том направлении, удивляясь, как уцелела на столе ваза из красной керамики, но быстро понял, что допускаю ошибку. Звук явно издавала какая-то машина, и делать возле нее мне было совершенно нечего. Рядом с этим местом я не услышу, даже если ко мне подойдет гремящее чудовище Крошки Ча, не говоря уже об обычном человеке.
   Я свернул, проигнорировав лестницы, уводящие на другие этажи, и прошел это крыло насквозь, остановившись перед окном, выходящим во внутренний двор. Здесь властвовал густой туман, явно очередная шутка магии, сквозь который едва проглядывало противоположное крыло здания.
   Сам двор был квадратным, с двумя росшими здесь, усеянными темно-бордовыми ягодами рябинами и неработающим фонтаном, засыпанным листьями и мусором. Было бы здорово, если бы Витнерс оказался на улице, но чуда не произошло.
   Мне следовало решить, как поступать дальше – искать капитана или ждать, когда он сам меня найдет. В принципе мы не были ограничены временем и могли блуждать среди этих коридоров и комнат хоть до бесконечности. Последнего мне совершенно не хотелось. Все-таки в старых дуэлях был один неоспоримый плюс – ровно за минуту судьба решает жить тебе или умереть. Здесь же «приговор» может быть оттянут на несколько часов.
   Через десять минут я услышал, как наверху тихо скрипнули дверные петли, и остановился, задрав голову, держа оба пистолета наготове. Пол между этажами был тонкий – доски, положенные на балки и кое-как прибитые гвоздями. Надо мной раздались шаги, и я выстрелил в потолок из каждого пистолета.
   Отдача у этих «Лоттс» была совсем небольшой, а вот гремели они, как створки, упавшие с Княжеских усыпальниц. В потолке появилось две дырки, и в то же мгновение пришел ответ.
   Он здорово стрелял, этот Витнерс, ориентируясь на звук и не боясь, что я его задену. Первая пуля едва не попала мне в голову, я отпрыгнул в сторону, и еще три прошли, отставая от меня всего лишь на мгновение. Я вновь нажал на спусковой крючок, впрочем, не надеясь его задеть, просто чтобы на миг отвлечь, бросился прочь, прижался к стене. Он удивленно ругнулся, и наступила тишина. Сизый дым медленно расползался по комнате, щекотал мне ноздри едкой вонью. Моя спина была влажной от пота. Я, направив дула пистолетов вверх, ждал хоть какого-то знака. Так прошла минута.
   – А ты далеко непрост, эр’Картиа! – наконец крикнул мой противник.
   Я не стал больше стрелять. Раз говорит, значит, уверен, что я его не достану, и просто вынуждает себя обнаружить. У меня возникла мысль снять туфли, чтобы быть более бесшумным на столь скрипучем полу, но я от нее тут же отказался: при таком количестве заноз, что находятся в необструганных досках, я начну хромать уже через две комнаты.
   Стараясь вести себя как можно тише и помня, что Витнерс выше меня на один уровень, я отправился на поиски лестницы. Найдя ее в дальнем конце коридора, каждую секунду останавливаясь и вслушиваясь в тишину старого дома, я начал медленно подниматься по ступеням. Когда моя голова показалась над лестничным пролетом, грохнул выстрел, и голубой росчерк электрической пули едва меня не достал. Спасло лишь то, что противник поторопился.
   Я нырнул вниз, кубарем скатился по ступеням, всадил в потолок две пули, и мы сравняли счет по количеству потраченных патронов. Я с раздражением начал понимать, что, судя по всему, эта игра все-таки затянется на неопределенный срок.

   Мы кружили по особняку больше часа, не сделав ни единого выстрела. Я перезарядил пистолеты, размышляя, где теперь искать Витнерса. Наша игра в прятки зашла слишком далеко, и в итоге мы потеряли друг друга. Я исследовал все крыло, но капитана не нашел. Кажется, после стрельбы на лестнице мы пошли в разные стороны.
   Я выглянул во двор, все такой же туманный, как прежде. Он оставался тихим, угрюмым и пустынным. Я не рискнул его пересекать, опасаясь, что стану легкой добычей, если мой противник прячется где-то возле окна. Коридор здесь был прост до невозможности – набитая на стены фанера, в одном месте украшенная отпечатком окровавленной ладони.
   Оказавшись в следующем крыле, где в небольшом зале до сих пор еще висела покрытая вековым слоем пыли, наполовину разбитая свечная люстра прошлого века, я услышал шорох справа, вскинул пистолеты, но это была всего лишь кошка, заглянувшая сюда в поиске крыс. Худющая и серая, она настороженно посмотрела на меня желтыми, словно настольная лампа глазами, стегнула по воздуху хвостом и неохотно уступила мне дорогу, скрывшись в полутемном коридоре, ведущем вниз, в подвал – сегодня она явно пришла за чьей-то другой душой.
   По сути дела, в своем нынешнем положении лучэра живущего в долг, я должен панически бояться кошек и всего, что с ними связано. Но ничего такого нет у меня и в помине. Разве что великое любопытство, да большое уважение к этим мелким изящным созданиям.
   Она ушла вниз, я поднялся на самый высокий, третий этаж, где в комнатах не было не только мебели, но даже мусора, зато почти каждая дверь была изрешечена пулевыми отверстиями. Выглянув в окно, я увидел метнувшегося через двор Витнерса, но прежде чем успел выстрелить, он уже скрылся в том крыле, где я находился. Осталось лишь спуститься и решить, кого из нас вынесут вперед ногами.
   Проклятые дуэли Рапгара! В этом городе все и всегда вверх тормашками. Я удивлен, почему никто не придумал дать нам в руки с капитаном рогатки, посадить его на крышу дома где-нибудь в Кошачьем уголке, а меня в Янтаре и заставить пулять друг в друга камешками величиной с горох. Выиграет тот, кто быстрее умрет от скуки.
   Перекрестив вытянутые руки, я начал спуск, стараясь держать в поле видимости коридор и заглядывая в каждую комнату по дороге, рискуя в любое мгновение схлопотать пулю. Я подавил бурлящее во мне раздражение, стараясь оставаться сосредоточенным и спокойным. Кажется, моя одежда насквозь пропиталась пóтом.
   Мы встретились, войдя через разные двери в большой бальный зал, заваленный старой мебелью, и тут же открыли пальбу. В отличие от него, я стрелял сразу с двух рук, но поспешил, не успев нормально прицелиться, и одна пуля прошла возле его правого уха, а другая возле левого, благополучно избежав встречи с головой.
   Капитан резко присел, стреляя в движении, и моя шляпа слетела с головы. Я метнулся в сторону, вторая пуля голубым росчерком прошла далеко мимо меня, третья едва не попала мне в колено. Два моих следующих выстрела также ушли в молоко.
   При том, что мы мазали, словно слепые, стоило отметить, что Витнерс стрелял все-таки лучше меня. Мой бок обожгло, я метнулся за шкаф, пуля с глухим стуком ударила в плотную деревянную стенку, расщепив доску, покрытую старым, облезающим лаком.
   Я убрал один из пистолетов за пояс, быстро приложил освободившуюся руку к левому боку, посмотрел на кровь, оставшуюся на перчатке. Повезло. Глубокая царапина. Прошло по касательной, оставив после cебя борозду в коже и испортив мою одежду. Ерунда. С моей регенерацией уже к ночи от этого недоразумения не останется и следа.
   – Бах!
   Электрический росчерк пробил шкаф насквозь, по счастью не задев меня. Решив не рисковать, я выскочил из-за укрытия, выстрелив наугад, просто для того, чтобы он отвлекся. «Нырнул» на пол, вновь избежав смерти. Проехав на животе три фута, я перевернул стол, скрывшись за крышкой. Все также лежа, высунулся с другой стороны и сосредоточенно избавился от трех оставшихся в барабане патронов, метя по ящику, за которым скрывался Витнерс.
   Поменяв пистолет, обдирая колени и ладони, я вновь переместился, и от двух голубых росчерков электричества над моей головой волосы встали дыбом. Зал заполнил пороховой дым, он щекотал ноздри, раздражал глаза и ухудшал видимость.
   Находясь под надежной защитой груды досок, я сунул руку в карман и застонал. С этой беготней и акробатическими трюками я потерял оставшийся патрон, и у меня осталось лишь всего четыре выстрела. Впрочем, если я не ошибаюсь, у Витнерса их было три.
   Я услышал, как по полу зазвенели гильзы, он перезаряжал барабан, и пошел вперед, на звук, прицелившись в перевернутый комод, за которым скрывался противник.
   – Бах! Бах! Бах! Бах! Бах!
   Все произошло настолько быстро, что проверить, сколько осталось во мне дырок, я догадался лишь через несколько секунд. К моему удивлению – ни одной, хотя стреляли мы друг в друга с расстояния не более семидесяти футов.
   В ушах все еще звенело от грохота выстрелов, сердце колотилось. Я обошел укрытие-ящик по кругу, не спеша опускать оружие. Капитан сидел на полу, прислонившись к стене и на его груди, слева, чуть ниже плеча, быстро расплывалось красное пятно. Я все-таки попал в него.
   Темное око пистолета смотрело мне прямо в лицо. Витнерс нажал на спусковой крючок, барабан крутанулся, курок сухо щелкнул.
   – Ваши патроны кончились, господин капитан, – тихо произнес я.
   Мой противник рассмеялся сухим злым смехом и отбросил бесполезный пистолет в сторону.
   – Не тяните, чэр, – лицо у него из-за боли и осознания того, что случится, было бледно-салатового цвета. – Возмездие в вашем лице меня настигло.
   Я прицелился ему в лоб, думая, что возмездие – в некоторых случаях совершенно не важно. Так же, как важнее не жизнь и не смерть, а то новое, что мы создаем. А что создал я? Ничего. За мной всегда одна лишь пустота.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 [21] 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация