А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Похищенная" (страница 1)

   Колин Фолкнер
   Похищенная

   1

   Река Саскуэханна
   Колония Мэриленд, 1758 год
   «Прошло уже три дня, а я все еще жива…»
   Тэсс наклонилась вперед, перенося вес тела на одно колено, с трудом вынула из воды тяжелое весло и вновь опустила его в реку. Всплеск – и ледяные капли окатили с головы до ног ее и того дикаря, что сидел на носу каноэ.
   Индеец обернулся к ней, прокричал что-то на своем гортанном языке и угрожающе потряс кулаком. Тэсс и глазом не моргнула. Она высоко держала голову, глядя прямо перед собой вдаль.
   «Изверги…» Прошло уже три дня, как дикари во главе с этим зверем со сломанным передним зубом захватили повозку, в которой ехала Тэсс и ее двоюродная сестра Джоселин.
   Джоселин… Тэсс старалась не думать о ней. Надо грести. Надо внимательно смотреть на весла. Она понимала, что ходит по острию ножа. Если, не дай Бог, она разозлит их, то Сломанный Зуб тут же перережет ей горло и скинет тело в темную воду реки.
   Тэсс не знала, зачем индейцы захватили ее и Джоселин. Она даже и представлять себе этого не хотела. Тэсс, конечно, раньше слышала, что индейцы похищают белых женщин. Некоторых они оставляют у себя как рабынь и держат в своих поселениях где-то на севере. Других продают французам для разврата.
   Одно Тэсс знала твердо: надо держаться. Нельзя показывать им, что ты их боишься. Надо думать только о том, как выжить, и это должно придавать силы. Именно так она говорила Джоселин.
   Тэсс прикрыла глаза, нахлынули воспоминания, и соленые слезы смешались с каплями речной воды.
   Как она старалась помочь Джоселин! Изо всех сил Тэсс старалась убедить ее, что нельзя сопротивляться, что нужно спокойно делать все, что прикажут индейцы. Очень скоро дядя Альберт придет им на помощь. Он приведет солдат, и они спасут их от дикарей. Надо было просто продержаться до их прихода.
   Но Джоселин не слушала ее, ее охватила паника. Индейцы тащили их за собой по лесу бегом, и Джоселин не поспевала за ними. Они подгоняли ее ударами, и она громко вскрикивала. Тэсс, стиснув зубы, выполняла все, что ей приказывали. Делала вид, что ей не страшно. Джоселин постоянно плакала, умоляла индейцев отпустить их. Она падала в траву, не в силах выдержать сумасшедшую гонку, рыдала и просила дать ей хоть глоток воды. Она говорила им, что не может больше бежать, что у нее болят ноги.
   В какой-то момент она повернулась к Тэсс и сказала… Тэсс уже никогда не забудет эти слова. Она сказала, что лучше умереть, чем терпеть их издевательства.
   Слова Джоселин и сейчас эхом отдавались в голове Тэсс. По спине побежали мурашки. Она никогда не сможет забыть то, что произошло потом. Такое не забывают.
   На вторые сутки их плена, около полудня, Джоселин села в траву на свою накидку и отказалась встать. Сломанный Зуб заорал на нее и ударил по голове. Даже боль не заставила ее подняться. Тэсс стала умолять ее встать, но индеец оттолкнул ее и приказал идти вперед. Тэсс поволокли по тропинке. Джоселин и Сломанный Зуб остались одни. Тэсс кричала кузине, что надо подняться и идти, но Джоселин молчала.
   Первый страшный вопль Тэсс услышала сразу же, как только они скрылись из виду. Тэсс рванулась было назад, но ее повалили на землю. Ее избили, скрутили запястья веревкой и потащили за собой, как скот.
   Тэсс показалось тогда, что Джоселин кричала целую вечность. Но гораздо страшнее была внезапно наступившая тишина. Тэсс затрясло. Она поняла, что это – конец.
   «Только не думать сейчас об этом. Надо просто грести, – повторяла про себя Тэсс. – Теперь Джоселин уже никто не поможет». Доказательством этого был окровавленный белокурый скальп, который Сломанный Зуб заткнул себе за пояс.
   Тэсс понимала, что теперь надо думать о том, как убежать от этих зверей. Ее им не удастся сломить. Тэсс дала себе слово, что у Сломанного Зуба никогда не будет болтаться за поясом ее рыжий скальп. Надо думать как можно быстрее. Чем дальше они уплывают, тем меньше у нее остается сил, тем труднее ей будет найти дорогу к дому дяди Альберта.
   На дне каноэ скопилась вода. Одежда насквозь промокла, ноги затекли, она пыталась размять их. Тэсс украдкой глянула через плечо назад. «Думай, думай!» – твердила она себе. Всего было три каноэ. Они двигались цепочкой, одно за другим. Индейцев – тринадцать человек, чертова дюжина. Тэсс находилась в последнем каноэ вместе со Сломанным Зубом и еще двумя дикарями. Она будто со стороны видела, как ее весло размеренно то поднимается над поверхностью воды, то снова исчезает в глубине. Руки ныли от напряжения, но ей не привыкать к тяжелой работе.
   «Думай, думай быстро! – снова твердила она себе. – Я умею хорошо плавать. Так почему бы просто не прыгнуть в воду и не испытать судьбу? В этом месте река широкая, но индейцы правят почти у берега. Если поглубже нырнуть, то им придется подождать, пока я вынырну, и только потом пуститься в погоню. А если удастся доплыть до берега, то можно скрыться в густых зарослях. Руки свободны, можно бежать очень быстро».
   Тэсс разглядывала сзади Сломанного Зуба. Его голова была чисто выбрита, и только на макушке, как петушиный гребень, торчал клок смоляных волос. Господи! Она отдала бы все на свете, только бы повесить этот дурацкий хохол на свой пояс.
   Тэсс продолжала грести, думая о побеге. Если она прыгнет с лодки, выбор у нее будет невелик: либо она соберет все силы и, глубоко нырнув, спасется, либо… Она заставила себя не думать ни о чем другом. Ну и наплевать, что у них луки! Правда, каково ей будет плыть, ожидая получить стрелу?
   Тэсс посмотрела на реку, она становилась гораздо шире. Первое каноэ вдруг стало рулить прочь от берега. Нельзя ждать! Если она промедлит, ей уж точно не добраться до берега живой.
   Тэсс крепче сжала в руке весло и сделала глубокий вдох.
* * *
   Ворон и его брат Такуко шли вдоль берега великой реки Саскуэханны. Они давно приметили могауков, которые плыли вдоль берега в своих ярко раскрашенных каноэ.
   С ними была белая женщина. Таких братья раньше не видели никогда. У нее были необычные волосы – огромная копна огненно-рыжих кудрей. Она стояла на коленях в последнем каноэ: спина прямая, руки гребли с тем же ритмом, что и руки индейцев.
   Братья следили за могауками с самого утра. Они наткнулись на их лагерь и решили пойти за ними, чтобы проверить, не направляются ли враги на юг, в сторону их родной деревни.
   – Брат, могауки правят к середине реки, – прошептал Такуко. – Они уходят к себе, на север. Видно, устали от убийств и разбоя. Хотят отдохнуть в своих вигвамах. Они не пойдут в нашу сторону. Теперь мы можем спокойно повернуть обратно, домой.
   Ворон пробирался по прибрежным зарослям вслед за братом, не отрывая глаз от каноэ с рыжеволосой женщиной. Еще утром, когда они наткнулись на могауков, он подумал, что, может, стоит попытаться отнять эту женщину у них. Она явно была их пленницей. Но могауков было тринадцать, а их всего двое. Ворон понимал, что нельзя атаковать их без подмоги, вдвоем. Такуко сказал, что такова судьба женщин – быть взятыми в плен врагами.
   Могауки – большое племя. Они всегда были их врагами, врагами ленапе. Их народ считал могауков бандитами, существами без души и сердца. Такуко убеждал брата, что нельзя отвечать за все, что творят мoгауки, за каждую их жертву. Ворон понимал, что брат прав, но не мог перестать думать об этой женщине.
   Ворон наблюдал за ней, молча продираясь сквозь кустарник. Повернувшись к Такуко, он сказал:
   – Я думаю, она прыгнет, брат.
   Такуко усмехнулся:
   – Белая женщина? Они не могут бороться. Они всегда позволяют увести себя. Я бы лучше убил себя, чем позволил им взять меня в плен.
   Ворон взглянул на брата. Такуко был великим воином, но он был еще молод и не понимал всей сложности и ценности жизни.
   Ворон взвел курок своего мушкета. Это ружье было его самой дорогой вещью. Надежное и меткое. Английский «браун бэсс». Он услышал, как за его спиной брат вынул стрелу.
   – Нам лучше не ввязываться в это дело, брат, – напомнил Такуко.
   – Мы и не будет ввязываться, – ответил Ворон, – но если она все-таки прыгнет, то почему бы нам не помочь ей?
   Он хитро улыбнулся и подмигнул брату:
   – Скажи, разве тебе не хочется увидеть, как твоя стрела пробьет грудь одной их этих собак?
   – Главное – мы должны вернуться в родную деревню и рассказать о решении Великого Совета.
   Ворон покачал головой и ускорил шаг. В этом месте река делала поворот.
   – Такуко, брат мой. Ты прав, но…
   Он не закончил. Братья увидели, что, как только каноэ повернули к середине реки, белая женщина поднялась на ноги.
   – Я же говорил тебе, – прошептал Ворон.
   Березовое каноэ сильно закачалось. Могаук, сидящий на его носу, обернулся, но тут женщина размахнулась и что есть силы ударила его веслом по голове.
   Он закричал от боли. Даже с берега было видно, как алая кровь залила его лицо. Два других могаука подняли свои весла, но когда они разом вскочили, чтобы достать женщину, то каноэ сильно накренилось на правый борт и зачерпнуло воды. Один из них не удержался и плюхнулся в реку, другой упал на дно лодки.
   Рыжеволосая женщина ударила могаука еще раз и бросила весло. Потом она быстро выдернула что-то у него из-за пояса и прыгнула.
   Два каноэ уже поворачивали, чтобы подплыть к третьему, которое медленно погружалось в воду.
   Наконец показалась рыжеволосая голова. Когда женщина вынырнула, стало ясно, что ей удалось отплыть от индейцев на внушительное расстояние. Братья увидели, как рядом с ней пузырем всплыла ее одежда, которую тут же унесло быстрым течением. Очевидно, женщина избавилась от платья, чтобы оно не сковывало ее движений.
   Ворон усмехнулся. Похоже, эта женщина не нуждается в посторонней помощи. Тот могаук, которого она ударила веслом, увидев ее, замахал руками и закричал что-то своим. Другой могaук быстро плыл за беглянкой.
   Ворон был удивлен. Могауки были отличными пловцами, но эта храбрая женщина ни в чем не уступала индейцу. Расстояние между ней и ее преследователем все же сокращалось. Ворон поднял мушкет и прицелился в него. Надо ей помочь.
   – Ну, давай, давай. Чуть поближе… – бормотал Ворон.
   Не оборачиваясь назад, рыжеволосая женщина продолжала разрезать воду мерными, сильными гребками. Однако индеец почти настиг ее. Он уже протянул руку, чтобы схватить женщину за ногу.
   Ворон нажал на курок. Прогремел выстрел, мушкет исторг облако огня и дыма. Грохот выстрела взбудоражил индейцев, они встревоженно закричали.
   Пуля достигла цели. Могаук, догнавший женщину, камнем пошел ко дну.
   Ворон перезарядил ружье. Двое индейцев, тоже вплавь бросившиеся за ней в погоню, после выстрела резко повернули обратно. Испугавшись выстрела, рыжеволосая женщина снова нырнула в воду.
   Сломанный Зуб снова что-то прокричал своим. Они подняли луки, и ливень стрел пронизал воду. Беглянка будто предвидела это. Она вынырнула намного левее, чем ее ожидали увидеть индейцы.
   Такуко наблюдал за всем этим.
   – А эта женщина храбрая и умная! – произнес он с удивлением.
   Тэсс уже почти доплыла до берега. Ворон закинул мушкет за плечо и побежал ей навстречу, прячась за кустами, чтобы его не заметили могауки. Такуко последовал за ним.
   Ворон ждал, пока девушка коснется ногами дна и выберется на песчаный берег. Только тогда, когда она спряталась от могауков в густых зарослях, Ворон решился выйти к ней из своего укрытия.
   – Белая женщина… – начал он на ломаном английском языке.
   Тэсс вскрикнула.
   – Отойдите! – Она выхватила нож Сломанного Зуба, который выдернула у него из-за пояса, и стала широко размахивать им перед собой. Неизвестно откуда появившийся индеец сделал еще шаг к ней, и Тэсс задела его ножом. По плечу потекла кровь.
   Девушка отпрянула, повернулась и что есть духу кинулась прочь.
   – Подожди! – по-английски кричал ей вслед индеец. – Мы не причиним тебе зла!
   Тэсс не останавливалась. Заросли стали гуще, и она нырнула в них, надеясь на спасение. Она была в отчаянии. И здесь индейцы! Варвары и убийцы!
   – Да подожди! – услышала она позади себя голос. – Я и мой брат не сделаем тебе ничего плохого!
   Было очень трудно продираться сквозь кусты. Индеец настигал ее. Силы кончались, она задыхалась. Сколько она еще сможет так бежать? Она ничего не ела три дня, к тому же гонка во имя жизни отбирала у нее последние силы.
   Индеец поймал ее. Он схватил ее за руку и резко развернул к себе лицом. Тэсс пыталась защититься с помощью ножа, но он перехватил ее руку, и лезвие только рассекло воздух.
   – Нет, нет… – стонала Тэсс, изо всех сил колотя кулаком в грудь дикаря.
   Она не сдастся им! Она будет сопротивляться до конца.
   – Пустите меня! Пустите! – кричала она.
   – Все хорошо, – успокаивал ее индеец тихим голосом, – все хорошо. Этот человек не причинит тебе зла, Огненная Женщина.
   Тэсс ничего не понимала. Почему этот дикарь говорит по-английски? Он сказал, что не тронет ее, а сам борется с ней, не отпускает.
   Тэсс продолжала сопротивляться. Они клубком покатились по траве. Листья налипали на мокрые волосы и одежду. Ворон перевернул ее на спину и, ухватив оба запястья, прижал к земле. Тэсс извивалась под ним, не желая сдаваться.
   Их глаза встретились. Ее, расширившиеся от страха и горящие огнем золотисто-карие глаза и его, черные и глубокие, как омут.
   – Перестань! – приказал он. – Я же сказал, что не обижу тебя.
   – Тогда отпустите меня! – потребовала Тэсс.
   Ворон посмотрел на нее испытующе.
   – Перестань бороться со мной, и я отпущу тебя, – сказал он мягко.
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация