А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Темная королева" (страница 7)

   – Полагаю, это мне пришло в голову, – сконфуженно призналась Арианн. – Просто вспомнила про троянского царевича Париса, который должен был выбрать самую прекрасную богиню, присудив ей золотое яблоко. Правда, даме, которую вы изберете, достанется…
   – Я, – завершил Ренар.
   – Верно.
   Хотя Арианн наградила его мимолетной улыбкой, он увидел, что на переносице появилась недовольная складка.
   – И вы не находите меня большой наградой?
   – Я уверена, что большинство женщин сочтут за великую честь выйти замуж за месье графа. Только вот… – Арианн замолчала.
   – Только что? – поинтересовался Ренар. – Уж говорите. До сих пор вы были достаточно откровенны. Что ж остановились теперь?
   Арианн нервно теребила уздечку пони.
   – Хорошо. Я не думаю, что это лучший способ выбирать себе жену, хотя понимаю, что большинство титулованных дворян поступают именно так.
   – А как бы вы хотели?
   Арианн с серьезным видом повернулась к нему:
   – Брак – это нечто такое, к чему не следует относиться с легкостью. Дама, которую вы изберете, будет с вами до конца ваших дней, она станет матерью ваших детей. Чтобы узнать ее, ее мысли, ее убеждения, глубже заглянуть ей в душу, нужно какое-то время.
   «Или, по крайней мере, в ее глаза», – подумал Ренар, пристально глядя на Арианн. Он, может быть, и забыл многое из того, чему научился у старой Люси, но все еще хорошо умел читать по глазам. Это искусство он с большой пользой применял много лет, имел ли он дело с врагами или же хотел что-то получить от представительниц прекрасного пола.
   А глаза Арианн были так открыты и честны, что он мог сполна оценить ее интеллект, силу и мудрость, унаследованные у прежних поколений женщин. Она была заботливой воспитательницей, кормилицей и прежде всего целительницей.
   За эти короткие мгновения он почувствовал, как ее исполненная покоя душа мягко коснулась его собственной, более мятежной. Его бабка была права: женщина со спокойными глазами действительно существовала.
   Испытывая вызванное общением странное чувство, похожее на неуверенность в себе, он опустил глаза и, прежде чем сообразил, что следует добавить, услышал отдаленные крики:
   – Месье! Жюстис! Ты где? Бога ради, отзовись, парень!
   Ренар узнал голос Туссена. В обычно хрипловатом голосе старика звенели тревожные нотки. Ренар, свернув в прогалину, побежал на голос. Сложив рупором ладони, откликнулся:
   – Эй, Туссен! Я здесь!
   В кустах раздался треск. Несколько мгновений спустя, ломая ветви, появился Туссен, натягивая поводья темного мерина. При виде Ренара обветренное лицо слуги просветлело.
   – А-а, вот ты где, парень. Неужели не слышал, как я кричал? Мы прочесываем лес с того момента, как увидели, что твой дьявол, а не конь, прихрамывая, бредет по полю без всадника. С тобой все в порядке? Ничего не случилось?
   – У меня все хорошо, – поспешил навстречу Ренар. Затем обеспокоенно спросил: – Что с конем?
   – Ничего. Просто потерял подкову. – Старый вояка слез с коня. Обшарив живым взглядом голубых глаз фигуру Ренара, ухватил обеими руками за плечи, как бы удостоверяясь, что тот в целости и сохранности. – Черт тебя побери, я как сумасшедший носился по лесу, представляя, как ты лежишь один, беспомощный, с переломанными костями…
   – Ничто не пострадало, если только мое самолюбие, и я был не один. Я…
   Ренар оглянулся в ту сторону, где должна была стоять Арианн. Но ее не было. Он быстро вернулся, ища место, где ее оставил, заметался, раздвигая ветки, глядя сквозь густые заросли.
   Она словно растворилась, словно ее поглотил лес. Вероятно, увидев, что он в безопасности, она воспользовалась возможностью, чтобы незаметно уйти.
   Туссен пошел следом, ведя коня в поводу.
   – Что, черт побери, ты здесь делаешь, парень?
   – Ищу ее. Здесь эта дама…
   – Дама? В лесной глуши? – удивился Туссен.
   – Я ее не здесь нашел. Она была у речки. Туссен сжал его локоть:
   – Что тебе требуется, так это хорошенько отлежаться и, полагаю, холодное полотенце на лоб.
   – Проклятие! Голова у меня в порядке, – отпарировал Ренар. – Она была здесь, Туссен. Самая замечательная женщина. Арианн Шене. Она помогала мне выбраться отсюда.
   Туссен попытался, было повернуть обратно на прогалину, но вдруг застыл на месте, глядя на Ренара.
   – Шене, говоришь? Эта дама имеет какое-то отношение к той другой женщине Шене, не так ли? О которой рассказывала старая Люси.
   – Да. Арианн – дочь Евангелины Шене.
   – Тогда она тоже э… э…
   – Ведьма? Я в этом почти не сомневаюсь, к тому же она удивительно много получила в наследство.
   – Насколько я слыхал, в настоящее время Шене весьма бедствуют.
   – Туссен, я говорю не о низменных камушках или монете, а о сказочном хранилище книг, древних знаний.
   На лице Туссена отразилось беспокойство.
   – Я еще не видел, чтобы книги что-нибудь давали человеку, только сбивают с толку. Особенно книги такого сорта. К тому же если эта дама хотела остаться с вами, то просто стояла бы на месте.
   Ренар не успел ответить – подоспели остальные охотники. Еще крепче ухватив за руку, Туссен настойчиво потащил его прочь, и Ренару ничего не оставалось, кроме как оставить надежду найти Арианн.
   Он сомневался, что нашел бы ее, если бы она сама не хотела. В этом Туссен был прав. Она дала ясно понять, что не имеет желания продолжить знакомство, и ему тоже не стоит придавать значения. Но для него это почему-то было важно.
   Один из охотников уступил Ренару своего коня, и он, все еще оглядываясь, сел в седло. Весь обратный путь он испытывал странное чувство утраты и даже не реагировал на подшучивание Туссена, что Люцифер снова утер ему нос.
   Это чувство не отпускало его и во дворце, где Ренара снова окружило пышное сборище гостей, чересчур льстивых помещиков и дам, очень старающихся пустить и ход свои чары.
   Он с мрачным удовольствием представлял, как реагировали бы эти женщины, неожиданно встретив его в лесу. Визжали бы, падали бы в обморок, но никак не оставались бы на месте, спокойно разглядывая его.
   Парадный зал звенел женскими голосами. Ренар с раздражением подумал, почему он раньше не замечал, до чего визгливы женские голоса. Правда, за одним исключением. При первой представившейся возможности он незаметно ускользнул и, поднявшись на самую высокую башню шато, стал со смятенной душой пристально вглядываться в раскинувшиеся за его полями дали.
   Палящее солнце высвечивало далекую темную полоску леса. Деревья, казалось, сплавились воедино, словно плотные ворота, перекрывая путь в темную таинственную землю, манящую и в то же время чужую. Ренар оперся на парапет из грубого камня. И тут в памяти всплыло окончание пророчества старой Люси:
   «И выйдешь на женщину со спокойными глазами. И она будет той, кто благополучно выведет тебя. Твоя судьба».
   Судьба? Это свойственное старой Люси пристрастие к подобным высокопарным словам. Ее предсказания его будущего всегда были громко звучащими и раздражающе непостижимыми. Ее предвидения также обладали обескураживающим свойством сбываться, как бы вы ни противились этому. И в юности он определенно противился, когда Люси настойчиво утверждала, что однажды он станет графом де Ренаром.
   Порой Ренар ощущал себя одним из тех встречавшихся в лесу искривленных дубов, раздираемых двумя могучими противостоящими одна другой силами: Люси – с одной стороны, его дед Довилль – с другой. Эти силы подчиняли себе и поворачивали на свой лад его жизнь, пока он далеко не отошел от простого прямого пути, которому намеревался следовать, пока почти не перестал узнавать себя.
   И теперь предвидения Люси настигали его уже из могилы. Арианн Шене – его судьба? Ренар так не думал и все же… Он знал, что глупо пытаться перечить предсказаниям Люси.
   Да и к чему сопротивляться? Он давно потерял Мартину Дюпре, единственную женщину, которую, возможно, любил за всю свою жизнь. Ему нужно было на ком-то жениться. «Почему бы не на Арианн Шене?» – подумал он, озорно пожав плечами. Его явно влечет к этой женщине, голос ее, слава богу, не режет ухо, и сама она куда умнее всех этих балаболок, болтающихся у него в парадном зале.
   Правда, в ее роду есть кое-какие странности, но сам он тоже грешен этим. И хотя ее состояние, возможно, не такое уж значительное, ее приданое вызывало у него интерес. В свисте ветра в балясинах парапета ему снова послышался обольстительный шепот Люси.
   «Знаний, которые превосходят самые невообразимые ожидания. И запомни навсегда, Жюстис: настоящее могущество проистекает только из такого познания».
   В конечном счете, это единственное, что имеет значение, с горечью размышлял Ренар: могущество, возможность быть уверенным, что твоя жизнь принадлежит тебе, и ты никогда больше не будешь танцевать под чужую дудку.
   Оттолкнувшись от парапета, Ренар спустился с башни. Садясь вечером за ужин, он уже принял решение избавиться от управляющего, а заодно и от гостей, всех этих жеманных баб. Приговор Париса состоялся. Выбор сделан.

   – Месье?
   Голос перекрыл шум голосов в таверне, а также прервал мысли Ренара. Кто-то встал у его уединенного столика, закрыв собою зал. Перед ним высился Туссен; рослая фигура покрепче, чем у многих вдвое моложе него. Седые волосы взлохмачены ветром, кожаная куртка и накидка в дорожной пыли, усталое лицо и недовольный взгляд.
   Ренар налил себе еще вина:
   – Туссен, какого черта ты здесь?
   От такого любезного вопроса старик лишь еще больше нахмурился.
   – Всегда кончается тем, что приходится разыскивать нас. Хотя было нетрудно догадаться, куда вы подались, как только увидел, что туман над этим проклятым островом рассеялся. Я надеялся, что после того позора со свадьбой у вас хватит ума оставить госпожу Шене в покое. Надо бы соображать получше.
   – Надо бы. – Ренар сапогом подтолкнул Туссену стул. – Теперь ты меня нашел. Садись и давай выпьем.
   Старик свирепо нахмурил густые седые брови:
   – Это что, приказ, месье?
   – Можешь считать, что приказ, хотя мало толку просить тебя о чем-нибудь. Я всякий раз просил тебя не «месьекать» со мной.
   – Вполне уместно обращаться к вам таким образом, месье граф.
   – Да, но ты, кажется, вспоминаешь об этом, когда бываешь мною недоволен.
   Еще раз, бросив на Ренара сердитый взгляд, Туссен опустился на стул. Ренар попросил еще бокал, налил вина и подвинул через стол Туссену.
   Несмотря на свой возраст, Туссен все еще обладал внушительной фигурой. Широкоплечий, грудь колесом. Он дожил до тех лет, до каких мало кто надеялся дожить. Некоторые полагали, что ему за семьдесят, хотя сам Туссен не был в этом уверен.
   Чаще всего Ренар забывал, что этот дальний родственник годится ему в деды. Но в свете висевших по стенам свечей он не мог не заметить под глазами старика темные круги – признак глубокой усталости.
   – Извини, что доставляю тебе много хлопот, – сказал он. – Но тебе нет необходимости гоняться за мной. Ты же должен знать, что я могу постоять за себя.
   Туссен громко хмыкнул, как будто очень сомневался в сказанном.
   – Будь я проклят, парень, но ты не можешь просто так встать и уехать. Ты – граф де Ренар, на тебе большая ответственность и обязанность соответствовать определенному положению. Тебе даже не положено ходить в нужник без объявления об этом глашатая.
   – Ты путаешь меня с моим дедом, – назидательно произнес Ренар.
   – Нет, я имею в виду именно тебя.
   Туссен прекрасно знал, что Ренар не выносил сравнений с покойным графом.
   – Что конкретно ты имеешь в виду?
   – Мне не доставляет никакого удовольствия говорить об этом, но в последнее время ты все больше ведешь себя, как тот старый дьявол, поступаешь, как угодно твоей душе, не думая о других. Пытаешься угрозами заставить госпожу Шене выйти за тебя…
   Ренар нахмурился, уставившись на бокал:
   – Ты, возможно, удивишься, но я достиг с ней соглашения.
   – Она что, согласилась выйти за тебя?
   – Согласится… в конце концов. – Прежде чем признаться, Ренар сделал большой глоток. – Я достал из старого сундука кольца и мамино отдал Арианн.
   Он не ждал, что Туссен будет доволен. Так оно и вышло. Увидев поблескивавшее на пальце Ренара кольцо, старик побледнел и перекрестился.
   – Я думал, что ты давно выбросил эти проклятые штуки в море.
   – Зачем? Это единственное, что осталось у меня от родителей и Люси.
   – Эти проклятые кольца не принесли твоей семье ничего, кроме несчастий, – повысил голос Туссен, так что и их сторону повернулись несколько голов. Понизив голос, он перегнулся через стол. – Поразительно, что ты смог уговорить госпожу Шене принять одно из них. Из того, что мне о ней известно, я полагал, что у нее хватает здравого смысла ограничиться целительством и держаться подальше от заключенной в кольцах дурной магии.
   – В кольцах нет дурного и, как я тебе уже говорил, мы с Арианн заключили соглашение. Договор.
   – Что еще за договор?
   – Я согласился оставить ее в покое, пока она трижды не воспользуется кольцом. После этого она моя.
   – А почему ты думаешь, что она когда-нибудь воспользуется им?
   Ренар мрачно ухмыльнулся:
   – Думаю, я достаточно хорошо знаю мою Арианн. Она, возможно, никогда не прибегнет к магии ради себя, но в первый же раз, когда в беду попадет кто-нибудь другой, а она не сможет справиться, у нее появится соблазн воспользоваться кольцом.
   Окинув его долгим полным сожаления взглядом, Туссен глубоко вздохнул.
   – Ладно, что сделано, то сделано. Но должен предупредить тебя: до меня дошли тревожные слухи, что охотники на ведьм снова на ногах. Занимаются своим адским ремеслом совсем рядом, к югу отсюда. Так что, парень, играть с магическими кольцами время неподходящее.
   «Охотники на ведьм». При этих словах Ренар замер. Но не от страха. Он застыл от ярости, словно нож, пронзившей его сердце.
   – Если они появятся в Бретани…
   – Не появятся, – бросил Ренар. – На моих землях инквизиции никогда не бывать.
   – А как ты можешь помешать? Если прибудут по полномочию короля…
   – Не на мою землю. Не на этот остров! – стукнул кулаком по столу Ренар. – Я дал клятву много лет назад, что никто из этих дьяволов никогда снова не приблизится ко мне и моим близким. К моему дому и, конечно, моей невесте. Слышишь, Туссен?
   – Слышу. – Старик беспокойно оглянулся вокруг. – Молю Бога, чтобы не услышал никто другой. И много на себя берешь, называя госпожу Шене своей невестой. С кольцом или без кольца, вполне возможно, что она уже отдала свое сердце кому-нибудь другому.
   Ренар рассмеялся:
   – Это невероятно. Она живет почти как монашка, заперлась здесь, на своем острове.
   – Странная монашка, что выбирается из постели и идет на свидание в такой поздний час.
   – Что, черт возьми, ты мелешь?
   Туссен пожал плечами:
   – Да только то, что по пути сюда я видел твою даму ехавшей по улице с другим мужчиной.
   – Невозможно. Готов поставить последнее су, что она дома, в своей постели. Зрение подводит тебя, старина.
   – Глаза у меня в порядке, – вскипел Туссен. – А пари свое ты бы проиграл. Я неплохо узнаю госпожу Шене, даже если она пытается спрятать свое личико.
   – Чего же ей надо было на улице в такой час да еще с каким-то мужчиной?
   Туссен поднял брови:
   – Вот и скажи мне, парень.
   Порой он мог подтолкнуть на дурные мысли. Его намек на якобы свидание с любовником был абсолютно нелепым.
   Ренар знал женщину лучше, чем этот… По крайней мере, он так считал. Но нахмурился, зерно сомнения было посеяно.
   Может быть, последнее время он стал слишком самонадеянным. Ему никогда не приходило в голову, что у нее могли быть и другие поклонники.
   Ренар и теперь не верил этому, но ведь вполне можно удостовериться, что у нее на уме. Он резко поднялся:
   – Пошли.
   Туссен, наливавший себе вина, удивленно поглядел на Ренара:
   – Куда?
   – Покажешь мне, где ты последний раз видел Арианн.
   – Не ты ли мне только что говорил, что согласился оставить эту женщину в покое?
   – Слушай меня, Туссен. Если не хочешь, чтобы я шлялся по городу, стучась в двери, чтобы найти ее…
   Туссен, терпеливо вздохнув, встал:
   – Да, месье. Как вам угодно, месье.
   Но Ренар, похоже, не слышал его. Он уже выходил из таверны, и пришлось поторопиться, чтобы его догнать. И последнее время Туссен часто пытался обнаружить следы открытого великодушного мальчугана, которого когда-то знал, но не находил их в этом суровом непреклонном человеке, за которым сейчас устало тащился.
   В памяти Туссена всплывали воспоминания и сожаления о давно ушедших днях. Как теперь слишком часто с ним бывало, он погрузился в горькие раздумья.
   «Ах, Люси. Почему ты не могла оставить все свое колдовство, свои проклятые предсказания и честолюбивые внушения этому парню? Лучше бы ты для его же блага оставила его у себя в горах».
   И Жюстису и Люси от этого было бы лучше…
   Возможно, его дорогая Люси была бы еще жива.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 [7] 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация