А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Темная королева" (страница 22)

   Ренар пожал плечами, будто напоминая, что им двигала лишь корысть. Но Арианн пожала ему руку. Удивленный таким жестом, Ренар улыбнулся, и на какой-то момент они как бы остались вдвоем.
   Но Габриэль быстро напомнила им, что они не одни, протиснувшись между Ренаром и Арианн.
   – Не пора ли ужинать? Я умираю с голоду, к тому же слыхала, что опасно оставлять чуд… то есть мужчин голодными.
   Арианн неодобрительно поглядела на сестру, но Ренара, кажется, эта неучтивость лишь позабавила.
   Когда все уселись за небольшой стол, к Арианн вернулось ощущение неловкости. В Бель-Хейвен уже давно не принимали гостей, с тех ушедших летних дней, когда их неугомонный отец, наконец, оставил свои придворные замашки, и они собирались по-семейному здесь, в покоях матери.
   Те дни были последними, насколько помнила Арианн, когда они были по-настоящему счастливы… Изгоняя из памяти эти мучительные воспоминания, она положила на колени салфетку. Подняв глаза, почувствовала, что сидевший напротив Ренар внимательно разглядывает ее, причем грубые черты лица выражают глубокое сочувствие. Арианн снова овладело подозрение, что тот умеет читать по глазам.
   Когда подали первое блюдо, она главным образом смотрела в тарелку, думая, не стал ли этот ужин ошибкой. За столом чувствовалась натянутость. Мири молчала, поглощенная тем, что угощала лакомыми кусочками котенка. Габриэль угрюмо гоняла еду по тарелке, словно не могла дождаться, когда закончится эта пытка. Даже Ренар, видно, не жаловавшийся на аппетит, тоже был странно молчалив.
   Вспомнив, что она отчасти надеялась в этот вечер чуть больше вытянуть у Ренара, Арианн убеждала его побольше рассказать о своих путешествиях, и он несколько разоткровенничался, начав рассказ о своей посадке со своим другом Туссеном в Лондон.
   – О-о, Лондон, – воскликнула Арианн. – Помню, как ездила туда маленькой девочкой. Моя мать была наполовину англичанкой, и мы ездили навестить ее бабушку. Мы с моей двоюродной бабушкой Евгенией страшно спорили, где находился легендарный Авалон, «земной рай» кельтов – в Гластонбери или здесь, в Бретани. Бабушка Евгения утверждала, что такого волшебства не могло быть на такой холодной сырой земле, как Англия. Ренар, прихлебывая вино, улыбнулся:
   – Англичане не согласились бы. Их поэты даже взяли в привычку называть свою правительницу Волшебной Королевой.
   – Я слыхала, что Елизавета – удивительная женщина, правит страной не хуже любого короля.
   – Говорят также, что ее мать, Анна Болейн, была ведьмой, – вставил Ренар.
   Арианн холодно поглядела на него.
   – О, вижу, что и вы, как большинство мужчин, месье, считаете, что если женщина может править, как мужчина, так это только при помощи колдовства.
   – Ошибаетесь, мадемуазель. Я только повторил сплетни. А сам с огромным уважением отношусь к уму, силе и мужеству женщин. Таких, как Хозяйка острова Фэр.
   При этих словах он поднял бокал, приветствуя Арианн. Глаза смотрели так ласково и нежно, что к ее щекам прихлынула кровь. Габриэль бросила сердитый взгляд и опрокинула свой бокал, Арианн была уверена, что намеренно. Ренар успел вовремя отодвинуть стул, иначе вино выплеснулось бы на него.
   Вызвав Бетт навести порядок, Арианн воспользовалась случаем, чтобы лягнуть под столом Габриэль. К сожалению, досталось Мири.
   – Ой! – с укоризной и удивлением глянула на нее сестренка. Девушке показалось, что после этого за столом стало еще напряженнее. Ренар не успевал открыть рот, как Габриэль либо обижалась, либо начинала горячо спорить. Арианн со страхом наблюдала за ними.
   Когда подали последнее блюдо, Мири скисла и попросила разрешения уйти. Арианн тут же воспользовалась возможностью, чтобы избавиться и от Габриэль.
   – Конечно, миленькая, пора в постельку, – сказала Арианн. – Думаю, Габриэль с удовольствием поможет тебе переодеться и заплести волосы.
   Габриэль даже не пошевелилась.
   – Пускай поможет Агнес.
   – Уверена, что после всего, что она пережила сегодня, Мири, конечно, предпочла бы, чтобы за ней поухаживала одна из сестер, а не прислуга, – настаивала Арианн.
   – Да, пожалуйста, Габби, – широко открыв глаза, робко улыбнулась Мири.
   Габриэль уже не могла отказаться. Она с явным неудовольствием поднялась со стула, бросила на стол салфетку. Ренар почтительно встал, чтобы пожелать обеим спокойной ночи, но Габриэль, не замечая его, вывела Мири из комнаты. В дверях остановилась и посмотрела на Арианн.
   – Можно тебя на пару слов? – произнесла она сквозь зубы.
   Извинившись перед Ренаром, Арианн следом за Габриэль вышла в холл. Мири уже скрылась в их спальне. Скрестив руки, Габриэль резко повернулась к сестре:
   – Ты что, с ума сошла? В самом деле, хочешь, чтобы я оставила тебя одну с этим… этим чудовищем в твоей спальне?
   – Перестань его так называть, – тихо, чтобы не услышал Ренар, сбила с нее спесь Арианн. – Одна я не останусь. Вся прислуга рядом, и я уверена, что графу можно довериться…
   – С каких это пор? Ты знаешь о нем не больше, чем знала раньше.
   – И не буду иметь возможности узнать его лучше, когда ты вываливаешь на него свой ужин и оскорбляешь его. Какое невежливое отношение к гостю, к тому же такому, кому мы должны быть благодарны.
   – Лучше бы задумалась над тем, куда эта благодарность заведет тебя, Арианн Шене. Женщина отдает мужчине часть себя и не может взять ее обратно.
   Захлебываясь от ярости, Габриэль приподняла юбки и умчалась следом за Мири. Арианн грустно посмотрела ей вслед, думая, что напоминать об этом не было нужды. Если бы даже она и забыла, достаточно было заглянуть в полные душевной боли глаза Габриэль.
   Но, вернувшись к Ренару, Арианн остро почувствовала, что осталась наедине с мужчиной, ощутила интимность обстановки и близость постели.
   При ее появлении Ренар вежливо поднялся. При его гигантской фигуре он был способен без труда одолеть другого мужчину, не говоря о женщине. Но больше всего беспокойства вызывали скрытые веками глаза, редко обнаруживавшие его мысли.
   Он подставил ей стул, но Арианн осталась стоять, нервно переплетая пальцы, чувствуя себя неловко и смущаясь из-за поведения сестры.
   – Я… я должна извиниться за грубость сестры, – начала Арианн.
   – Она мне не доверяет и предупреждает вас быть осторожнее наедине со мной, – ровным голосом закончил Ренар.
   Арианн вспыхнула. Он с мрачной улыбкой добавил:
   – Все нормально, милочка. Я знаю, что даже облаченный в эти нелепые изысканные одежды, все равно выгляжу головорезом, как часто не упускал случая напоминать мне дед. А у вашей сестры есть причины не доверять мужчинам. У нее ранена душа. – Ренар помрачнел еще больше. – Боюсь, что, и сам я порой бываю задирой и хвастуном. Однажды я грозил утащить вас, если вы откажетесь выйти за меня замуж. Теперь я очень стыжусь. Это было сказано не всерьез, Арианн.
   – Знаю.
   Девушка с удивлением поняла, что при всех его пугающих манерах и внешности Ренара отличала удивительная мягкость, доброта, которую он, возможно, сам не осознавал.
   И он снова выдал себя. Был только один путь узнать о раненой душе Габриэль. Как уже давно подозревала Арианн, он обладал способностью читать по глазам.
   Сегодня Ренар был более неосторожен, чем когда-либо раньше. Если бы ей удалось сделать так, чтобы он полностью расслабился, возможно, в конце концов она узнала бы правду об этом загадочном человеке.
   Вместо того чтобы сесть на стул, она поспешила до краев наполнить бокал вина. Ренар не протестовал, но в глазах блеснули веселые искорки.
   – Не получится, милочка, – тихо заметил он.
   – Ч-что не получится?
   – Напоить меня. У меня крепкая голова. Даже пьяному вы ни за что не развяжете мне язык и не выведаете моих секретов. Скорее всего, я угощу вас похабными песнями.
   – Я не… то есть я не собиралась. – Ставя на стол бутылку, Арианн в смятении чуть не опрокинула ее. – Ладно, возможно, я действительно надеюсь, что вы, может быть, несколько расслабитесь и о чем-нибудь проговоритесь, но после того, что было сегодня, вы вряд ли можете меня упрекнуть. Когда я воспользовалась этим кольцом, и вы явились, словно гром с ясного неба, словно вы на самом деле колдун…
   – Я не колдун.
   – Но вы действительно читаете по глазам. Вы посмотрели на мою сестру, Габриэль, и увидели боль, которую она от всех скрывает. Вы прочли горе в ее глазах.
   – Нет.
   Арианн была недовольна тем, что он упрямо продолжает отрицать эту свою способность. Он невозмутимо произнес:
   – Я мог прочесть о ее горе в ваших глазах.
   Наконец-то она заставила его признать, что он обладает умениями и знанием, которые не даны простому человеку. Она тяжело опустилась на стул и в отчаянии подняла на него глаза.
   – Ренар, пожалуйста, скажите мне правду. Кто вы?

   Пока Габриэль расчесывала ей волосы, Мири в ночной сорочке сидела на скамеечке и играла с котенком ленточкой. Злясь на Арианн, Габриэль безжалостно продирала гребешком спутанные золотистые волосы, Злилась и на себя за то, что проговорилась Арианн о своей душевной ране. Габриэль так хотелось думать, что она давно заросла.
   – Ой! – укоризненно глянула на нее Мири. – Дергаешь.
   – Извини.
   Габриэль принялась заплетать блестящие пряди в косу. Попыталась сосредоточиться на этом занятии, отгоняя теснящиеся в голове нежелательные эмоции и воспоминания. Непонятно, почему этот вечер дал толчок болезненным воспоминаниям о той краткой связи с Этьеном Дантоном.
   Возможно, виной этому был теплевший в присутствии Ренара взгляд Арианн, непорочный румянец на ее щеках – непорочность, которой Габриэль больше не обладала.
   Чтобы соблазнить женщину, мужчине не нужно волшебное кольцо, и Ренар, видно, знал, как обойти осторожную сестрицу Габриэль. Принес Мири проклятого котенка, не спеша расточал умные комплименты.
   Сладкоречивый злодей, щедрый на такую лесть, которой Арианн больше всего хотелось бы верить! А может быть, она сама просто ревнует, печально подумала Габриэль.
   Габриэль выхватила ленту, прервав игру Мири с котенком. Сделала последний виток и закрепила теперь чуть обтрепанной лентой.
   Мири, пощупав косу, насупилась:
   – Очень туго. Эри заплетает лучше.
   – Заплела, как могла; к сожалению, наша старшая сестра сегодня слишком занята.
   Мири подхватила котенка и обеспокоенно посмотрела на Габриэль.
   – Что, теперь Арианн должна выйти замуж за графа, потому что воспользовалась волшебным кольцом?
   – Нет, она должна использовать его три раза. Таково это нелепое соглашение.
   – И… и ты думаешь, что Арианн снова когда-нибудь воспользуется кольцом? – обеспокоенно спросила Мири.
   – Надеюсь, нет. Если воспользуется, то я сама найду способ избавиться от этой ужасной штуки.
   – Хорошо. Я не хочу, чтобы Арианн вышла замуж за графа, уехала и оставила нас. Пускай даже мы будем ужасно бедные.
   – Этого не будет, – пообещала Габриэль, проворно разбирая постель. – Я найду возможность позаботиться обо всех нас.
   – Но я не хочу, чтобы и ты уезжала. Хочу, чтобы мы все трое всегда оставались вместе здесь, на острове Фэр, такими, как сейчас, и никогда не менялись.
   – Боюсь, что это невозможно, – вздохнула Габриэль.
   Хочет она того или нет, перемены приходят к женщине. Важно, чтобы она не была бессильна, когда они приходят.
   – По крайней мере ничто не изменится прямо теперь, – успокаивала себя Мири, прижимая котенка. – Месье Ренар снова уедет… Хотя он кажется не таким плохим, как я сначала думала.
   Габриэль закатила глаза:
   – Не воображай, что мужчина герой уже потому, что дал тебе котенка.
   – Он не может дать мне то, что ему не принадлежит. – Мири потерлась носиком о черную шерстку котенка. – Но граф спас меня и Колдуна, за что мы ему благодарны.
   – Колдуна? – Габриэль изумленно поглядела на сестренку. – Мири, учитывая, что тебя уже подозревали и колдовстве, неужели ты думаешь, что очень умно называть так котенка?
   – Это он сам так хочет, чтобы его называли.
   – Прекрасно, – процедила Габриэль. – Где уж мне спорить с котенком. А теперь покажи месье Колдуну на дверь и прикажи убираться на скотный двор.
   Мири покрепче прижала котенка к себе:
   – Но он хочет остаться со мной.
   – Нет. Я не собираюсь терпеть в нашей спальне всяких твоих тварей. Всегда давала это ясно понять.
   Мири молчала, только продолжала умоляюще смотреть на Габриэль широко открытыми глазами. Босая, и ночной рубашке, она вдруг показалась очень маленькой и хрупкой. При мысли, как близка она была сегодня к тому, чтобы потерять сестренку, у Габриэль сжалось сердце, затуманились глаза. Глотая слезы, она, к удивлению Мири и собственному, обняла и Мири и котенка, да так крепко, что Колдун протестующе замяукал.
   – Хорошо. Пускай остается, – согласилась она. – Но спать будет не в постели.
   – Нет, конечно. Колдун хочет караулить нас на подоконнике, на случай если попытаются вернуться охотники на ведьм.
   – А-а, хорошо, – протянула Габриэль. – Так мне надежнее.
   – И мне тоже, – серьезно ответила Мири.
   Она усадила котенка на подоконник, долго с ним там возилась, пока Габриэль не приказала ложиться в постель.
   Клевавшая носом за ужином, теперь она крутилась по комнате, собирая разбросанную одежду, поправляя незаконченный рисунок единорога.
   – Дурацкая штука, – проворчала Габриэль. – Надо сжечь.
   – Нет! – крикнула Мири. – Ты отдала картину мне, и я ее очень люблю.
   – Этого безногого единорога?
   – А ты не думаешь когда-нибудь его закончить?
   Габриэль остановила взгляд на полотне. Представила мечтательную девочку, способную уйти в мир красок, холста и живых образов. Ее уже нет.
   – Больше я этой магией не занимаюсь, – заявила она, резко отворачиваясь от картины.
   Мири повертелась вокруг, потом, встав на цыпочки, робко поцеловала Габриэль в щеку.
   – Ладно. Он мне и так нравится.
   – А я бы хотела, чтобы ты перестала тянуть время и мы легли спать. У меня уже нет сил.
   Но Габриэль все же умерила свое раздражение и шутливо подергала сестру за косичку.
   Мири нехотя легла в постель. Габриэль погасила свечу и устроилась рядом в темноте. Повернулась, подмяв подушку.
   – Габриэль, – прошептала Мири.
   – М-м-м… – подавляя зевок, промычала Габриэль.
   – Как по-твоему, сможешь ли ты когда-нибудь увидеть настоящего единорога?
   – Нет, потому что…
   Потому что согласно преданию, чтобы поймать единорога девственнице, полагается быть невинной, непорочной, нетронутой. Габриэль подавила эту мрачную мысль.
   – Потому что я в них не верю.
   – А я верю, – сказала Мири. – И еще верю, что папа когда-нибудь вернется. Это помогало мне, когда я оказалась перед лицом охотников на ведьм. Старалась вспомнить, каким храбрым всегда был папа.
   У Габриэль были другие взгляды относительно мужества человека, оставившего умиравшую жену и трех дочерей, но она промолчала. Мири, видимо, правильно приняла это молчание за осуждение, потому что спросила:
   – Габби, ты не веришь, что все мужчины хорошие? Даже папа?
   Габриэль слишком устала, чтобы вступать в спор со своей наивной сестренкой об их отбившемся от семьи отце.
   – Разумеется, я еще верю, что некоторые мужчины хорошие.
   По непонятной причине в памяти возник образ капитана Реми. Она добавила:
   – Правда, хорошие обычно невыносимо благородны и серьезны.
   – А как насчет охотников на ведьм?
   – Что?
   Габриэль почувствовала, что Мири облокотилась на руку и смотрит на нее.
   – А как, по-твоему, может быть хорошим какой-нибудь охотник на ведьм?
   – Как ты можешь задавать такие вопросы? У всех охотников на ведьм испорченные черные души. А теперь хватит говорить мне глупости, давай спать.
   Мири, вздохнув, опустилась на подушку. Минуту спустя снова зазвенел ее тихий голосок.
   – Я… я не могу спать, Габби. У меня снова бывают кошмары, и… и они становятся все хуже.
   Габриэль повернулась. Даже в темноте были видны широко раскрытые испуганные глаза Мири.
   – Иди сюда. Рядом со мной кошмаров не будет.
   Мири благодарно притиснулась к сестре, положив голову ей на плечо. Удивленно спросила:
   – Тогда ты стала как мама? Можешь прогонять дурные сны?
   – Нет, она была знахарка. – Габриэль прижала к себе сестру и притворно зарычала. – А я… Я буду самой злой ведьмой на свете. Даже кошмары будут меня бояться.
   Мири хихикнула:
   – Моя храбрая, смелая сестра. Никогда не забуду, как ты бросилась со шпагой на этих охотников на ведьм.
   Зевая, она забралась поглубже под одеяло и закрыла глаза. Еще долго после того, как Мири уснула, Габриэль прижимала ее к себе, слушая ровное дыхание сестренки.
   Она была благодарна, что Мири уснула, благодарна темноте, что Мири не видит ее лица. Иначе девочка поняла бы, что ее храбрая, смелая сестра не меньше ее боится страшных снов. А главное, страшного видения залитого полуденным солнцем стога сена на скотном дворе.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 [22] 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация