А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Разбуженный дракон" (страница 13)

   Широкий багровый меч прошипел под ногами подпрыгнувшего Эрда. Он был почти в два раза длиннее клинка Асенаров, но светлорожденный метнулся вперед, и Белый Меч, упав на сгиб правой руки Мертвого Воина, отсек ее напрочь!
   Вспышка зеленого огня – и рука мороса перестала существовать. А Белый Меч Асенаров под слившийся воедино клич Эрда и возглас Санти снизу вверх вошел в ужасное лицо Воина-Мертвеца чуть ниже белой обнажившейся кости скулы.
   Воля Санти, как струя белого пламени, устремилась вдоль клинка и разорвала изнутри оболочку демона.
   «Я сделал то, что должно»,– подумал Санти.
   Пальцы Эрда все еще с силой сжимали эфес меча, но Воина-Мертвеца уже не существовало. Он исчез, исчез бесследно. И поверхность Белого Меча тоже была девственно чиста. Черное пятно с ржавыми краями, след от взрыва огненного шара,– пропало!
   В наступившей, до осязаемости плотной тишине Санти ушами Эрда услышал, как резким воплем оборвался смех Силгангмакузани.
   Тело светлорожденного повернулось к урнгрийке с быстротой победителя демона. Мерцающий серебром клинок был направлен в ее обнаженную грудь. Силгангмакузани попятилась. Лицо ее выразило ужас не меньший, чем тот, что исказил лицо Санти, когда юноша увидел Мертвого Воина.
   Беззвучно открывая и закрывая рот, урнгрийка пятилась назад, пока не уперлась спиной в ствол дерева. Она остановилась, но ноги ее по-прежнему продолжали переступать, беспомощно скользя по мягкой траве полянки. Урнгрийка не осознавала того, что остается на месте.
   Санти никогда прежде не отнимал человеческой жизни. Больше того, он даже не представлял, что может это сделать. Но Эрд убивать умел. Умел так же хорошо, как делает это кугурр, убивающий, чтобы жить. И все же Эрд был лучшим убийцей, чем кугурр, потому что когда они с кугурром встречались один на один – убивал Эрд!
   Санти не был воином, но рука, сжимавшая рукоять Белого Меча, сейчас была и его рукой. Белый Клинок был продолжением их слившихся рук, а сила Санти – продолжением клинка.
   Меч не коснулся тела урнгрийки, но маленькие пальчики Лакли впились в гладкую кожу ее левой груди, и гримаса нестерпимой боли стерла ужас с ее лица. Глаза урнгрийки выкатились из орбит, беззвучный крик разорвал рот. Тело Силгангмакузани содрогнулось, скрюченные пальцы глубоко погрузились в плоть, словно пытаясь добраться до сердца, а потом ноги ее подкосились. Не проронив ни звука, женщина сползла вдоль древесного ствола и повалилась на пушистую траву. Тело ее дважды содрогнулось, сипящий звук вытек из широко открытого рта, и душа маленькой Лакли покинула мир людей.
   И, будто дожидаясь этого, сквозь кроны деревьев проглянул призрачный глаз луны, залив голубым мертвенным светом маленькое скорчившееся тело женщины на мягкой, как чистая шерсть, траве.

   Санти вновь оказался в собственном теле. Он извне увидел лицо светлорожденного и поразился: Эрд был совершенно счастлив! То был восторг, ликование! И что-то еще… Санти вдруг понял: левая щека светлорожденного стала чистой и гладкой. Рубцы от ожогов бесследно исчезли!
   За спиной Санти послышался шорох. Он быстро обернулся.
   Освещенные луной, обнаженные, похожие, как отражения, схватившись за руки, застыли Арани и Аснгли: они видели все!
   Санти ничего не сказал им. Он подошел к Эрду и вынул из его руки Белый Меч. Посмотрел: чистый клинок голубовато блестел в лучах Богини Печали. Санти вложил его в ножны и тут только услышал звуки множества ступающих ног: со всех концов сада к поляне сходились люди. Санти удивился: так поздно? Он забыл, что со времени появления Мертвого Воина прошло меньше двух минут.
   Санти поднял шелковое покрывало. Совсем недавно на нем металась, неистовствуя, та, чье одинокое тело лежало теперь скорченное, маленькое, ненужное, как сломанная кукла…
   Санти отвернулся. Он набросил покрывало на пуховики, обнял Эрда и помог ему лечь. Бой с демоном выпил всю силу светлорожденного. Но Эрд был в сознании. Он даже попытался улыбнуться Санти, счастливо улыбнуться.
   А поляну уже обступили люди. Арани и Ансгли вполголоса рассказывали им о случившемся. Никто не решался заговорить с Санти. И никто не трогал тела Силгангмакузани. Женщины Урнгура видели: она мертва. Позаботиться о ней – дело хозяйки дома.
   Наконец появилась Ронзангтондамени. Женщина Гнона бросила беглый взгляд на Санти и, убедившись, что с ним все в порядке, попросила Приближенных Королевы повторить свой рассказ. Полностью одетая, Ронзангтондамени странно выглядела в окружении обнаженных мужчин и женщин.
   Услышав голос Ангнани, Санти не оставил Эрда, только бросил в ее сторону короткий взгляд. Ронзангтондамени сама подошла к нему.
   – Я должна быть вечно благодарна твоему другу! – сказала Женщина Гнона.– Это мне следовало встать рядом с тобой! – Она поколебалась немного, а потом продолжила: – Я была уверена, что с тобой ничего не случится! Мне явилось Откровение! Я виновата!
   – Ангнани! – устало сказал Санти.– Что ты могла сделать? Это я не послушался твоего совета, не поберегся! Но отвага Эрда спасла меня, мы живы, а что случилось – то случилось, Ангнани!
   – Не поберегся? – удивилась Женщина Гнона.– Разве…
   – Ангнани! – Санти медленно поднялся на ноги.– Твой муж передал мне предупреждение, но я не внял ему! Разве в этом есть твоя вина?
   – Хорошо. После.– Ронзангтондамени посмотрела на Эрда…
   – Мы позаботимся о нем, сестра! – сказала Аснгли.
   – Я благодарю вас! Рананга, Мана! – обратилась она к двум женщинам из своего селения.– Возьмите э т о и отнесите в дом. В подвал!
   Названные подхватили легкое, теплое еще тело Силгангмакузани.
   – Харс! Помоги Повелителю дракона одеться! Я буду ждать у себя, Санти! Оставь своего друга, не тревожься: о нем хорошо позаботятся!
   – Да! – подтвердила Аснгли ласково.– Мы поможем ему.
   – Сестры мои! – произнесла Ронзангтондамени, повысив голос.– Прошу вас веселиться! Летний Праздник!
   Туманный глаз луны переместился, и поляну вновь окутала темнота. Полная темнота, потому что горевший неподалеку светильник погас.

   – А теперь я хочу знать, что передал тебе мой муж! – заявила Женщина Гнона, когда Санти, подкрепив силы двумя бокалами вина, откинулся на груду подушек.
   – Он сказал мне: «Будь осторожен, Повелитель дракона! Так говорит Ангнани! Прости ее, что не может быть с тобой в эту ночь! На то есть высшая причина!» – С мастерством настоящего певца Санти передал интонацию урнгриа. Но сделал он это механически: собственные мысли угнетали его. Он, Санти,– убил! Убил! Может, теперь и его Дар пропадет, как пропал Дар Нила? Пока юноша не ощущал этого, но, может, такое происходит не сразу? И еще: ему было безумно жаль маленькую Лакли! Если бы он мог вернуть ее к жизни!
   «Как Нила?» – спросил голос внутри Санти. И другой голос сказал: «Нить жизни? Может быть, она слишком тонка для двоих? Или ты думаешь, что у Ангнани есть еще один Саркофаг?»
   Это были собственные мысли Санти. Он не знал, что и в это мгновение может вернуть душу маленькой Лакли из Нижнего Мира. Узнал он об этом много позднее.
   – Повтори еще раз! – велела Женщина Гнона.
   – Что?
   – Повтори еще раз то, что сказал тебе мой муж!
   – Как пожелаешь! – И Санти слово в слово повторил сказанное.
   – Он упустил совсем не много! – сказала Ронзангтондамени.– И, хвала Хаору Доброму, ее смерть не ляжет на тебя!
   – Что упустил? – спросил Санти.
   – Я велела передать: «Будь осторожен с ней!» Я не знала, кто будет с тобой в эту ночь, но знала: ей грозит смерть! Так мне было поведано!
   – Рука Судьбы, Ангнани! Ты должна была сама сказать мне все!
   – Я не могла!
   – Так! – Санти сел.– Ты что-то говорила об Откровении? Я хочу знать все!
   – Успокойся! – Ронзангтондамени добавила вина в его бокал, но Санти оттолкнул ее руку так резко, что несколько капель пролилось на ковер.
   – Успокойся! – терпеливо повторила женщина.– Мне было Откровение во сне: той, с кем ты проведешь ночь, угрожает смерть! Но, если я останусь в стороне, сеть Калы тебя минует! Не рука ли бога легла на уста моего мужа? Ведь я чуть было не нарушила условие! Но если б я знала, что ты предпочтешь эту маленькую мерзость,– добавила она ревниво,– я не стала бы предупреждать! Клянусь Добрым Хаором!
   Санти в упор смотрел на нее.
   – Ну да, я ее не любила! – нервно сказала Ронзангтондамени.– И я рада, что она мертва, раз ее смерть не легла на тебя, мой Санти!
   – Ты уверена?
   – А ты решил, что, однажды разделив с ней ложе, принял на себя ношу ее жизни?
   – Так,– сказал юноша.– Хочу знать, что тебе рассказали о происшедшем!
   – То, что было! Маленькая дрянь вызвала демона! Приближенные Королевы слышали заклинание и чувствовали, как надорвалась ткань Мира. Она вызвала демона, чтобы демон пожрал тебя, и ты не смог его остановить! Но остановил твой друг! Изгнал его тем волшебным мечом, что сейчас у тебя на поясе! А маленькая дрянь умерла от страха! – закончила женщина и удовлетворенно взглянула на Санти.
   – Я скажу тебе правду! – холодно произнес Санти.– И услышанное должно остаться в тебе!
   И рассказал все, что произошло с того момента, когда он увидел над собой Силгангмакузани, пытающуюся извлечь из ножен Белый Меч.
   – В том, что тебе наговорили, правда лишь то, что она призвала демона, а Эрд спас мне жизнь! Это я убил девушку!
   Санти был очень взволнован, но Ронзангтондамени осталась совершенно спокойной.
   – Что сделано, то сделано! – заявила она.– Меня это не огорчает! Летний Праздник есть Летний Праздник! – И другим, не надменным, а заинтересованным голосом спросила: – Скажи, а эта маленькая мерзость действительно была так хороша в любви, как о ней говорили?

   Конец четвертой книги

   Книга пятая
   ОСВОБОДИТЕЛЬ

   I

   «…И овладел искусством езды на окрыленных колесницах. И не было оружия, тайного или явного, вещного или магического, с коим не управлялся бы Я лучше любого в пределах Моих до самых границ Красного и Черного. И изучил Я все ремесла людские и знания всех мастеров, сколько есть их под небом. И само небо познал Я, и власть его, и силу его превзошел, когда возвел Мой Прохладный Дворец, даже богами не постигаемый! И такова Власть Моя, что расступается предо мной Доброе море, а подданные Мои умирают, прикоснувшись к следам стоп Моих. И склонились предо Мной тысячи народов, как колосья пред ураганом. И роняли зерна свои в землю Мою, чтобы для Меня взошел урожай, вдесятеро умноженный. И вознес Я место Свое, Махд возлюбленный, выше неба и выше небес, ибо лишь Я, единственный, сравнялся с ним. И толкуют мудрецы будущее по цвету дыхания Моего, и предзнаменовывают грядущее по эху гласа Моего. Мне же властно и ясно все, что лежит в Мире и вне его. И имя Мне – Вечный!
   Множится число рабов Моих, подбирающих пыль со стола Силы Моей, славящих Меня превыше светил небесных и превыше ничтожных предо Мною богов.
   Властью Своей воздвиг Я твердыню сию на окраине Мира и наполнил ее Славой Моей, чтобы до окончания Времен стояла, как весть торжества Моего, что Я, Вечный, возвышаясь в Прохладном Дворце, от края до края постиг и Мир сей, и иные миры, и царю надо всем и пребываю. Вот, Силой Своей породил я несокрушимую твердыню сию, и равную ей породил Я на краю Красного, там, где…»
Надпись на обломке древней стены, использованном среди прочих камней при возведении нового бастиона в Воркарской крепости
   – Полагаешь, тебе удастся поднять пардов и обоз на такую кручу, сирхар? – спросил хогран Рхонг, с недоверием разглядывая обрыв – пятьдесят локтей отвесной стены.
   – Не мне, хогран, а тебе! – Взгляд Биорка прошелся по верхнему краю обрыва и остановился на широком выступе, нависшем над мокрыми камнями стены.
   – Вон туда,– показал он рукой,– ты пошлешь ползунов, чтобы установили блоки подъемников! А сами подъемники сделаем из платформ баллист. Иначе и до завтра не управимся!
   – До завтра? – У урнгурца отвисла челюсть.
   – Светлейший! – Биорк повернулся к Эрду.– Не сочти за труд помочь со сборкой подъемника.
   Эрд кивнул головой. Шлем его был приторочен к седлу, и холодный весенний ветер трепал длинные светлые волосы.
   – Рхонг! – Сирхар вновь повернулся к урнгурцу, восседавшему на мощном пятнистом парде.– Я поставил тебя старшим потому, что ты – не дурак! – И, понизив голос: – Вернее, менее туп, чем твой пард! Подбери слюни и запомни: я пять десятков лет воюю в горах! И клянусь первым кугурром, которого я убил: уже через три дня ты не будешь называть кручей каждый встречный пригорок! Или я ошибся в тебе, хогран?
   Не дожидаясь ответа, Биорк развернул парда и поехал вниз, туда, куда постепенно собиралась воедино растянувшаяся по дороге армия.
   – Взбодрись, воин! – Эрд засмеялся.– Вождь знает, что говорит!
   – Не сомневаюсь,– вежливо ответил урнгурец, разглядывая каменный выступ.
   Армия сирхара пересекала плато тремя колоннами, разделенными на четкие прямоугольники полусотен (пять всадников – в ряду). Тройки дозорных двигались в ста и в пятистах шагах с флангов и позади колонн. Последним тянулся обоз, окруженный полухогрой охраны. В середине его голубой искрой сиял Саркофаг с телом Нила и белела карета Ронзангтондамени.
   Хогран свистнул, подзывая спешившихся в ста шагах сотников.
   – Когда освободите платформы, пошлите за мной,– сказал ему Эрд.– Я покажу, как крепить тросы, чтобы удержать пардов от прыжка вниз. Взбодрись, воин,– это еще не война!
   И погнал своего зверя вниз, на плато.
   – Северный… демон! – проворчал хогран.
   Второе слово он произнес совсем тихо. Репутация Эрда в глазах урнгриа была высока. История его поединка с моросом в первую ночь Летнего Праздника подняла чужака почти до уровня сирхара.
   – Поезжай к Хрору! – велел Рхонг одному из своих.– Пусть пошлет ползунов наверх!
   – Уже! – сказал тот, показывая на скалу.
   Несколько крохотных серых фигурок с ловкостью ящериц карабкались наверх.
   – Хорошо, Хрор! – процедил старший хогран, не пытаясь скрыть недовольства. С хограном из Селения Гнон они были давними соперниками. Как всегда, Хрор соображал быстрее старшего хограна.
   Гнонец должен был стать командиром первой тысячи. Когда стало ясно, что из-за нехватки пардов сирхару придется ограничиться лишь тремя хограми и вспомогательным отрядом, Хрору была отдана на откуп разведка и полухогра ползунов-добровольцев из восточных селений. Конечно, Биорк мог взять с собой и пеших воинов, но не стал этого делать.
   – Пусть подтянут к подошве баллисты и катапульты! – скомандовал Рхонг.– И собери строителей: им будет работа! А в помощь – сотню парней из третьей хогры. И еще сотня пусть заберется наверх и займется лагерем. Об их пардах позаботятся.
   Подскакал Биорк.
   – Разведчиков я отправил наверх,– сказал он.– Вижу, ты распорядился насчет ползунов. Молодец!
   – Не я,– буркнул урнгриа.– Хрор. Позволь спросить, сирхар?
   – Да?
   – А почему бы не использовать для разведки его? – Рхонг ткнул пальцем в небо, где в прозрачной сини, высоко над землей виднелся четкий серый силуэт дракона.
   – Драконы не воюют, хогран,– ответил вагар.– Если тот, кого несет дракон, посчитает нужным нам помочь – он сделает это. Кстати, я и без него знаю, что наверху нет ни одного человека!
   – Зачем же тогда посылать разведчиков? – удивился Рхонг.
   – А для чего ты каждый день упражняешь свою руку? Запомни: сначала – разведка, потом – дозоры, потом – охранение и только после них – армия! Мы будем двигаться быстро, очень быстро, и, если каждый из вас, начальствующих, не освоит эту науку, как рукоять собственного меча,– я останусь без войска. А теперь поезжай и проследи, чтобы работа была сделана как надо!
* * *
   – Мы не можем вмешаться явно! – Мощный-как-Пламя протянул к очагу длинные руки и с удовольствием прищурился, когда языки огня, вспыхнув, потянулись вверх, согрев ладони и озарив длинное лицо мага.
   – Но мы уже вмешались! – прошипел Корабль Грома, высушенный двумя прожитыми веками темный маг из Гурама.
   – Да! – Мощный-как-Пламя простер руку, и перед собравшимися возникло три изувеченных тела: два – на траве, одно – насаженное на острый каменный зуб над желтой пеной прибоя.
   Шестеро магов разом выпустили из себя гнев, от которого видение окрасилось алым.
   – Все что мы можем, это чуть-чуть подправлять мысли,– бесстрастно произнес Мощный-как-Пламя.– Даже я не в силах справиться с Троем. И ни один из вас не рискнет!
   – Ну, Страннику мы задали работу! – заметил Корабль Грома, теперь, после гибели троих, второй по силе из собравшихся здесь, в маленьком домике невдалеке от Сарбурского порта.
   – Наши на востоке позаботятся о том, чтобы ни одна весть из Конга не дошла до него! – сказал Мощный-как-Пламя.– А также чтобы ни одна лишняя мысль не достигла фьёльнов! – И ощутил мгновенный импульс страха, исторгнутый темными магами.– Ни одна мысль! – очень медленно проговорил он еще раз, прежде чем продолжить.– Трое из вас займутся Югом: Сатас-Искатель, Повелитель Демонов и ты, Ург-Хиал, Чаша Тьмы! Вы будете осторожны, очень осторожны! Если Случай представит вам желанное, вы отвернетесь! Пусть каждый следит за другим, чтобы ваши желания не были уловлены, как уловлены нами желания недругов! Ваше дело – свить паутину; завлекут в нее добычу другие! Ург-Хиал! Ты – сильнейший из трех! Если враг ударит – он ударит тебя, Ург-Хиал! Страшись и ужасай!
   Чаша Тьмы, маг из Тайдуана, медленно наклонил гладкую, без единого волоска, голову.
   – А кто примет на себя Избранника? – спросил Корабль Грома.
   – Я! – Мощный-как-Пламя испустил такой поток Силы, что остальные содрогнулись.– А чтобы мой плащ не пропускал света, со мной пойдешь ты, Корабль! – Он обратил пылающий взгляд на гурамского мага. Тот ответил ему таким же выплеском силы. Их пути встретились, но нынче не время для усобицы.
   – Уанх, Дыхание Мощи, и Разящий Рог, вы – наша связь с Кругами Мощных! Любому из нас может понадобиться сила – и он возьмет ее у вас! – Мощный-как-Пламя дал ощутить каждому из магов, что он сильнее любого из них. Никто не выказал неповиновения. Даже Корабль Грома.
   – Не могу понять,– сказал самый молодой из магов, эдзак Повелитель Демонов,– как мог дракон напасть на человека!
   Маги молчали. Только Ург-Хиал пробормотал что-то на языке Алчущих Силы.
   – Дракон Избранника,– по слогам выталкивая из себя слова, терзаемый болью, выдавил Мощный-как-Пламя,– …не дракон! – И ужаснулся собственному озарению.
   Ледяной огонь охватил семерых магов, пожирая их живьем. Жгуты Ужаса оплели их древние тела и повлекли в Бездну.
   И в этот миг Мощный-как-Пламя показал, что он действительно тот, чье имя носит!
   – Ат-тон! – выкрикнул он голосом без звука, но от которого затряслись, как в лихорадке, стены дома, и тишина ночи на милю окрест наполнилась воем псов и пронзительными взвизгами пардов.
   И он разорвал Кольцо Страха прежде, чем Оно высосало жизни магов.
   Теперь и остальные шестеро смогли справиться с опасностью, изгнать из себя Мысль, словно ее и не было. Знание в кругах Силы – не просто знание, но опаснейший из врагов!
   – Корабль! – прохрипел Мощный-как-Пламя, с трудом унимая дрожь.– Зови своего дракона! Мы улетаем немедленно! Ург-Хиал! Уводи своих! Сейчас же! Дыхание Мощи! Разящий Рог! Мой дракон отнесет вас на юг! Ни одному из нас три месяца нельзя показываться в Сарбуре! Особенно теперь. Турарбур, несомненно, узнал о нас!
   – Турарбура я мог бы связать,– избегая взгляда предводителя, произнес Корабль Грома.– Я ощущаю в себе власть, достаточную для этого!
   – Нет! – Мощный-как-Пламя почти восстановил силы и дал это почувствовать.– Да соединится Воля Сильных! – прохрипел он.
   – Да соединится! – дружно отозвались шестеро.
   И один за другим растворились в темноте разбуженного ими города.
* * *
   Первыми перевалив через хребет, вниз покатились разведчики. Их легконогие парды, вырывая когтями клочья прошлогодней травы, почти не притормаживали, ловко огибая темно-зеленые свечи кактусов, уже выпустивших новые побеги. Наездники, в кожаных пятнистых куртках поверх кольчуг, с короткими пиками, гурамскими кривыми саблями и дальнобойными арбалетами, притороченными к седлам, подбадривали зверей пронзительными возгласами. Биорк велел Хрору разбить их на тройки, и сейчас, когда восемь дюжин всадников, обгоняя друг друга, скакали по пологому склону, члены троек все равно старались держаться потеснее. Разведчики были самыми зоркими, самыми ловкими и сообразительными из урнгриа. Биорк лично проверил каждого, прежде чем они стали воинами Хрора.
   Внизу змеиными петлями улеглась вдоль пропасти грязно-серая широкая полоса древней дороги. Ее обочины обросли синелиственным цветущим кустарником. Парды разведчиков с ходу перепрыгивали через кусты и резко тормозили, выпрямив передние лапы и оседая на задние так низко, что оставляли широкие полосы в дорожной пыли. Наблюдавший за ними Эрд одобрительно щелкнул языком. Малейшая ошибка парда или всадника – и оба скатятся в пропасть. Но ошибок не было.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 [13] 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация