А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Портрет второй жены" (страница 15)

   Глава 11

   Единственное, чего боялся в своей жизни Сергей Псковитин, было смятение. Он и сам не определил бы точно, что называет этим словом. Это было какое-то непонятное состояние души, из-за которого люди совершают необъяснимые и неадекватные поступки, ломают собственные жизни и перестают себя контролировать.
   С ним такого почти не случалось – во всяком случае, в последние пятнадцать лет. И Сергей знал: он сам сделал все для того, чтобы волна необъяснимого не могла сбить его с ног. Знал он и то, что многим ради этого пожертвовал, ограничив свою жизнь определенным кругом занятий и желаний. И он дорожил собственной душевной и житейской устойчивостью.
   И в общем-то это было не так уж трудно – особенно в последние пять лет, когда он снова был рядом с Юрой и ежедневно чувствовал ту живую, подхватывающую волну, которая исходила от его друга.
   Если бы кто-нибудь осмелился сказать Псковитину, что за каких-нибудь несколько месяцев обрушится здание, в надежности которого он был совершенно уверен, – он в лучшем случае посмеялся бы над этим нахалом. Особенно если бы тот еще добавил, что это произойдет из-за зеленых женских глаз.
   Отношения Псковитина с женщинами складывались так просто, что о них не стоило и говорить. Когда-то, в ранней юности, он был уверен, что женится. Ведь все женятся, значит, и он, тем более что его, не по возрасту сильного пацана, давно уже распирало от властных мужских желаний.
   Но время шло, его отношения с женщинами давно уже не были целомудренными, а женитьба казалась чем-то нереальным и даже ненужным. Представить себе, что любая из девчонок, которых он катал на мотоцикле, а потом целовал в кустах или где-нибудь на сеновале, стремясь поскорее исполнить свое – да и их – жадное желание, – представить себе, что какая-нибудь из них будет жить с ним постоянно, он не мог даже в самом невообразимом сне.
   Он не был с ними груб. Наоборот, в отличие от большинства мужчин всегда старался доставить удовольствие не только себе, но и женщине. Но то, что он испытывал после приятных любовных утех, можно было назвать только снисходительностью.
   Сергей нравился женщинам – и даже опытным, замужним женщинам, – когда был совсем еще мальчишкой. Они сразу чувствовали, какое удовольствие обещается в благосклонности этого высокого крепкого парня, и наперебой брались обучить его хитрым плотским премудростям.
   И Сергей был благодарен им – тем, первым, женщинам, давшим ему уверенность в себе в те самые годы, когда все его ровесники втайне боялись, что не смогут подтвердить свое мужское достоинство.
   Особенно Катю Рослякову, свою первую, он вспоминал с непреходящей приязнью.
   Катя была капитаншей – так она сама себя называла. Или говорила еще, лукаво посмеиваясь:
   – Была я капитанская дочка, папаша-то повыше так и не поднялся, а стала вот теперь капитанская жена.
   Надежд на то, что капитан Росляков, ее муж, поднимется выше, чем отец, было не слишком много. И так уж ему повезло, что его, недалекого, хотя и исполнительного взводного, перевели из дальневосточной глухомани в престижный Московский округ.
   Одна Катя знала, чего это стоило. Не зря же она под видом поездок за шмотками в Москву посещала полковника Ревунко из самого Генштаба – на одной тихой квартирке в Чертанове, от которой у полковника имелись ключи.
   Полковник Ревунко приезжал к ним в гарнизон с инспекцией и тогда еще глаз положил на красавицу Катю. Да и как было ее не заметить, когда она так и бросалась в глаза любому мужику – яркая, черноглазая и чернобровая, с неожиданно светлыми волосами, волнующе подобранными вверх, с пикантной родинкой на шее?
   Конечно, полковнику Ревунко хотелось иметь такую завидную любовницу, как Катя, поближе к Москве, а не где-то в медвежьем углу на Дальнем Востоке. А что для этого пришлось перевести сюда ее мужа, повысив его заодно в звании, – так ведь сколько их, бессловесных пешек, перемещается по бескрайним просторам Родины!
   Попав в вожделенный подмосковный гарнизон, Катя сохранила верность полковнику Ревунко и приезжала к нему в Москву по первому вызову – она была порядочной женщиной. Но ее пышное, цветущее тело требовало и более страстных услад, чем мог ей дать стареющий полковник, а уж тем более капитан Росляков, тихий пьяница.
   Ничего удивительного, что ее внимание привлек Сергей Псковитин.
   Катя любила приходить на боксерские тренировки, которые проводил в гарнизонном спортзале лейтенант Медведев. Мальчишек в его секцию ходило много. Каким же еще спортом мечтали заниматься деревенские пацаны? Тем более что Медведев обещал впоследствии организовать и секцию дзюдо.
   Катя садилась на гимнастического «коня», отодвинутого к стене, и, болтая ногами в красных босоножках, с интересом смотрела, как машут кулаками мускулистые пареньки, яростно стараясь победить друг друга.
   – Ты бы, Катерина, хоть полы тут мыла, что ли, – говорил Медведев. – За погляд денег берут, не знаешь?
   Но Катя только отмахивалась от спортивного фаната Медведева. Что он понимает в жизни, кроме соревнований? Она сразу пригляделась к одному из парней – самому рослому и широкоплечему. Сергею было тогда пятнадцать лет, но выглядел он на все восемнадцать, и Катя с удовольствием это отметила.
   Понаблюдав за ним дня два, она догнала его однажды, когда он вместе со своим товарищем Юркой – тоже парнишкой ничего – уже выходил за КПП.
   – Эй, ребята, подождите! – позвала Катя.
   Сергей оглянулся и сразу встретил взгляд этой женщины – безмятежный и призывный взгляд, не оставляющий сомнений в ее намерениях даже у него, совсем не искушенного в таких делах пацана.
   – Вы, я видела, на мотоциклах приехали? – спросила Катя, не отводя глаз от Сергея. – Может, подбросили бы до деревни, мне сметаны надо взять у Пантелеевны. Знаешь, в конце улицы живет? – Это она говорила уже одному Сергею.
   – Что, Серега, подбросишь? – спросил Юрка. – Я бы и сам, но ко мне сейчас математик приедет, неудобно опаздывать.
   По Юркиным глазам Сергей видел, что тот и вправду не прочь подбросить роскошную Катю, но уступает эту возможность товарищу. Они тогда немного фраерились друг перед другом своей мужской небрежностью, которой на самом деле не было и в помине. Только к Юле это не относилось…
   – Отчего не подбросить, – солидно кашлянул он. – Знаю Пантелеевну.
   До Пантелеевны, впрочем, они добрались не скоро. Для начала Катя предложила немного покататься – уж больно погода хорошая. Стоял июнь, все поляны в лесу были усыпаны земляникой.
   – А у меня – гляди – и банка есть! – радостно сообщила она. – Думала, для сметаны, а лучше давай-ка земляники наберем. Я потом другую банку у Пантелеевны одолжу.
   Все это было так волнующе, понятно и просто, что у Сергея во рту пересохло. Он-то сразу заметил Катю, как только она появилась в спортзале неизвестно зачем. И, отдыхая после раундов, тайком поглядывал на ее белые лодыжки, обтянутые красными ремешками, и на ее полные, слегка раздвинутые, ноги.
   Он остановил мотоцикл посреди залитой солнцем поляны. Стояла тишина, только звенели сосны, стрекотали кузнечики, свистели птицы – стояла настоящая лесная тишина.
   – О, много как земляники! – Катя стрельнула глазами в его сторону. – Наедимся и наберем, я варенье потом сварю.
   Она отошла на пару шагов от мотоцикла и наклонилась, отставив попку, обтянутую джинсовой юбкой. Не раздумывая ни минуты, Сергей подошел к ней сзади, прижался к ее округлившейся юбочке и тут же ощутил прилив тайной мужской силы – такой, какую прежде ощущал только по ночам, в изматывающих снах.
   Видно, это почувствовала и Катя. Не разгибаясь, она слегка потерлась о него мягким задом, потом быстро выпрямилась и прижалась всем телом, обхватив шею полными белыми руками и одновременно приникнув к Сергеевым губам умелым и жгучим поцелуем.
   Он потянул ее за собой, клонясь назад и напрягая мускулы, подхватывая ее на живот. Катя испуганно охнула было – боялась упасть, – но, поняв, что он легко удерживает ее, прижалась еще крепче.
   Так они и оказались на земле, утонули в высокой траве. Катя лежала сверху, раздвинув ноги, а Сергей искал то самое, запретное и неизвестное прежде место между ними, стараясь прижаться к нему покрепче.
   Она ласкала его, плавно двигаясь на нем, заглядывала в запрокинутое лицо, шептала в самые губы:
   – Ах ты, миленький, нравится тебе так?
   Трусов на ней не было: Катя рассудила, отправляясь на завоевание невинного паренька, что неизвестно, как он отреагирует, когда она начнет их стягивать в самый волнующий момент. И Сергей понял это, опустив руку вниз, под задравшуюся юбочку. Пальцы у него задрожали, он стал торопливо расстегивать «молнию» на брюках, но Катя тут же перекатилась на спину, увлекая его за собой. И вот уже он оказался над нею, и она сама расстегнула его ширинку.
   Катя много умела такого, что делало ее восхитительной любовницей, но для первого раза решила ограничиться вещами традиционными – не испугать бы мальчика. Сергей был неумел, неловок, он торопился, не попадал во влажную, манящую глубину между ее раздвинутых ног. Но Катя была терпелива, приподнималась ему навстречу, подправляла его, с замиранием сердца ожидая наслаждения, которое должно было наступить, когда он наконец поймет, что и как надо делать.
   И она не прогадала в своих ожиданиях. Уже через несколько минут сама она постанывала, покусывала его плечо, голос ее изменился до неузнаваемости – стал хриплым, едва ли не грубым.
   Сергей забился над нею почти сразу, в глазах у него потемнело. Но прежде чем испытать этот ни с чем не сравнимый восторг, он почувствовал, как Катя задрожала под ним, вскрикнула, частыми толчками сжимая внутри себя его напряженную плоть.
   Да, это был настоящий мужчина, а не какой-нибудь полковник Ревунко или капитан Росляков!
   Потом они лежали рядом, глядя в высокое небо, Катя покусывала травинку и смеялась чему-то. Потом она приподнялась на локте, заглянула в Сергеево лицо, по которому еще катились капли пота.
   – Понравилось, сладенький? – спросила она, слизывая эти соленые капли. – Смотри-ка, чистенький какой, и грудка еще не обросла. Ох, какой ты мужик будешь, завидую твоим девкам! Смотри не женись по молодости, со мной побудь еще. Я тоже женщина не из последних, потом поймешь.
   А ему бы и в голову не пришло с ней расстаться, хотя те самые девки, о которых она говорила, появились сразу же и во множестве. Но Катя была вне конкуренции.
   Сергей и сам не понимал, в чем дело. Конечно, перепробовав за какой-нибудь год достаточно женщин, он быстро убедился, что Катя действительно хороша, при любом сравнении.
   Свои страстные умения она продемонстрировала ему в ближайшее же время. Особенно хорошо было оставаться с нею в пустом спортзале, ключи от которого она без труда добывала.
   – Правда, что ли, полы тут помыть, – посмеивалась Катя. – Смотри-ка, платье как запылилось!
   Ему нравилось сажать ее на того гимнастического «коня», на котором она сидела в первые дни, раздвигать ее ноги, погружаться в нее, вспоминая, как вожделенно он хотел ее тогда…
   Или, наоборот, он садился на «коня» сам, а Катя ласкала его, дразнила быстрыми поглаживаниями, потом доводила до неистовства своими подвижными губами и языком…
   Все это было невообразимо приятно, но вскоре Сергей понял, что почти то же самое умеют и другие женщины. И догадался, что Катя нравится ему не этим, – точнее, не только этим. Нет, она не была исключением – в том смысле, что и ее он не хотел бы видеть рядом с собою постоянно. Но его привлекала ее невероятная податливость, готовность раствориться в каждом его движении. Притом чувствовалось, что ей доставляет удовольствие угадывать его желания и предупреждать их.
   И ему нравился ее безмятежный взгляд, наполнявший его спокойствием и уверенностью в том, что мир устроен разумно и правильно.
   Может быть, Сергей не думал обо всем этом так отчетливо в тот мучительный год, когда метался по окрестностям на мотоцикле и чувствовал, что душа его, оставшись в одиночестве, мечется еще отчаяннее… Но только встречи с Катей успокаивали его тогда – и не потому, что спадало физическое напряжение, этого-то можно было достичь с кем угодно. Он не думал, чтобы это была любовь. Но во всяком случае, чувство к Кате до сих пор оставалось самым сильным чувством к женщине, которое пережил Сергей Псковитин.
   Да, он нравился им, когда был мальчишкой. А уж потом, когда двадцатишестилетний майор Псковитин вернулся из Афгана – с глазами, в которых стояло все, что ему пришлось увидеть, с седой прядью в волосах и железными мускулами, – тогда женщины были готовы ради него на все. Но он к тому времени уже понял, как мало они значат в его жизни.
   А когда он начал служить в «Вымпеле», вопрос о женитьбе и вовсе перестал его волновать. Еще не хватало взваливать на кого-то тревоги своей беспокойной жизни, а на себя – тревогу за близких людей!
   Так возводилась крепость, в которой он чувствовал себя неуязвимым.
   Чувство, похожее на зависть, которое возникло у него, когда Лиза Успенская посмотрела на Юру сияющими глазами, – не забылось на следующий день, как он был уверен.
   По долгу службы ему надлежало понаблюдать за ней. Все-таки новый человек появился в фирме, да к тому же в непосредственной близости от Ратникова – следовало исполнять свои обязанности. И он наблюдал, присматривался, старался видеть ее почаще, уверяя себя в том, что делает это только из соображений безопасности.
   В том, что Лиза не агент конкурирующих фирм или налоговой полиции, он убедился очень скоро. Но необходимость видеть ее как можно чаще – не проходила. И вскоре, не веря себе, Сергей стал замечать, что сердце его начинает учащенно биться, даже когда он просто встречает ее в коридоре.
   Сперва он попытался объяснить себе самому, что все обстоит легко и просто: Лиза, несомненно, красива, и нет ничего удивительного в том, что она вызывает у него определенный интерес. Псковитин вовсе не относил себя к аскетам и прекрасно знал, как лучше всего действовать в подобных обстоятельствах.
   Но почему же такое необъяснимое волнение охватывало его, когда он встречал взгляд ее удивительных глаз, и что, собственно, было в них удивительного?
   Она казалась маленькой и хрупкой, как Дюймовочка, и вызывала желание накрыть ее ладонью, и собственная ладонь из-за этого казалась ему огромной. Но вместе с желанием защитить ее неизвестно от чего у него появлялось и другое, совсем непонятное чувство… Он сам нуждался в ее защите, точно был не могучим мужчиной в расцвете лет, ростом под метр девяносто, а тем мальчишкой, который когда-то остался один на один со всем непонятным и пугающим миром.
   Уже одного этого было достаточно, чтобы Псковитин растерялся. С Лизой оказалось связано то самое смятение чувств, которого он не хотел допустить ни в коем случае.
   Но было и более зримое обстоятельство, которого он не мог обойти. Сергей видел, что происходит между нею и Юрой.
   То есть между ними, собственно, ничего такого не происходило. Юра был с ней предупредителен, весел и добр. Конечно, он стремился сделать для нее как можно больше, но и этому удивляться не приходилось. Такой уж он был, Юра, все это получалось у него как-то само собою, даже без его воли.
   Но не зря Сергей знал его всю жизнь, не зря Юра был его единственной опорой, и не зря не было для Сергея никого дороже, чем Ратников. Он знал каждый его жест и видел, как оживляется Юра, когда Лиза оказывается рядом, – такой радости Сергей не замечал на его лице уже давно. А уж чтобы так заглядывать кому-нибудь в глаза – этого и вовсе никогда не было с Ратниковым, даже в далекие годы их детства, когда Юрка сказал, что Юля будет его женой.
   Юра ни разу не говорил с Сергеем о Лизе, и тот понимал, что его друг не разрешает себе даже думать о том, что в действительности привязывает его к этой девушке. Но зачем нужны слова, когда у Сергея было безошибочное чутье на все, что касалось Ратникова!..
   И все-таки, поняв, что как мальчишка влюбился в Лизу Успенскую, – а понял он это очень быстро, несмотря на новизну этого чувства, – Сергей продолжал надеяться неизвестно на что.
   На то, например, что Лиза вдруг тоже полюбит его. Почему бы и нет, ведь он «не в поле обсевок», как говорила его мать? Или – что Юра вдруг увлечется кем-нибудь и забудет о ней. Зная Ратникова, он понимал, что это-то уж и вовсе несбыточно, но все же тешил себя иллюзиями…
   Да что говорить: когда в ресторане, куда они пришли втроем, появилась Карина и Юрка явно обрадовался ей, – Псковитин встрепенулся. Хотя почему бы Юре и не обрадоваться этой девушке, для этого совсем не надо было испытывать к ней хоть какие-нибудь чувства.
   Кариночка была очаровательной полупрофессионалкой, любительницей богемных спонсоров. Впрочем, она не отказывала и денежным бандитам, что едва не оказалось для нее роковым.
   С Юрой и Сергеем она была знакома уже года три, и знакомство произошло при романтических обстоятельствах. Проще говоря, Ратников изрядно набил морду одному хаму, бросавшему Каринке в лицо пачку долларов и громогласно требовавшему близости тут же, на ресторанном столе.
   Когда Сергей, спокойно закусывавший на балконе, среагировал на шум в общем зале и ворвался туда, готовый ко всему, – дело было уже сделано. Хама поднимали с полу, лицо и рубашка его были залиты кровью, Кариночка рыдала, сидя на столе, где предполагалась близость, – а три мрачных охранника окружали Юру, предусмотрительно прислонившегося к стене и спокойно потряхивавшего разбитым кулаком.
   Псковитин быстро расшвырял охранников, слегка надломил руку самому рьяному и, ткнув в бок ногой пострадавшего, велел ему Бога благодарить, что отделался разбитой мордой. Псковитина знали к тому времени хорошо – возражений не последовало.
   Бандиту действительно повезло: если бы что-нибудь подобное случилось после Юркиного ранения, когда врачи уже велели ему избегать сильных физических нагрузок, – Псковитин обошелся бы с пострадавшим покруче.
   Во всяком случае, с тех пор они ездили в злачные места только с охраной.
   – Я тебе что, мальчик? – сказал Псковитин. – Стар я уже с сопляками драться. А ты, видно, молод чересчур.
   Насчет старости он, конечно, ввернул в шутку, но Псковитин действительно чувствовал себя старше Юры, так было всегда.
   Но почему же в таком случае его так опечалило, что и Лиза воспринимает его как старшего?..
   После той ковбойской драки, когда Кариночка немедленно предпочла Ратникова, прилипнув к нему тут же, в ресторане, Сергею и в голову не пришло печалиться.
   – Вот, пожалуйста, типичное женское коварство! – притворно возмущался он, высаживая их у Карининого дома. – Я тебя, прелесть моя, спас от троих, а Юрка всего от одного. И кто после этого едет к тебе ночевать?
   Если бы можно было так просто разобраться во всем теперь!
   Сергей вовсе не был мизантропом, хотя то, что ему пришлось повидать в Афгане, а потом и в антитеррористическом «Вымпеле», не располагало к человеколюбию. Но он любил хорошую компанию, не менее хорошую выпивку и закуску, мог сходить и в театр, если было с кем. И скажи ему кто-нибудь, что он будет мрачно сидеть за столом рядом с Ратниковым, он ни за что бы не поверил. Не так уж часто у них с Юрой выдавалось время, чтобы посидеть спокойно и поговорить не о делах; Сергей дорожил такими минутами.
   Ему было даже почти все равно, что именно говорит Юра, хотя он внимательно вслушивался в каждое его слово. Он просто радовался тому, что они снова вместе, – за пять лет он не мог к этому привыкнуть. И воодушевлялся вместе с Юркой, начинал верить в его планы, поначалу казавшиеся завиральными. Да и как было не верить, если Юрка умел реализовать их буквально из воздуха!
   Тогда, вернувшись домой после ипподрома и отойдя немного от неожиданного прилива тоски, Сергей понять не мог, что это с ним произошло. Они так хорошо провели вечер, и Лиза была с ними – разве этого мало?
   Но в какое-то мгновение он понял: мало, невыносимо мало для него, что она сидит рядом и смотрит на Юру таким взглядом, от которого душа переворачивается! Сергей хотел, чтобы так она смотрела на него, он отдал бы за это все, кроме…
   Вот в этом и была причина его тоски, из-за которой Сергей сидел за столом у себя в квартире на Юго-Западе и пил в одиночестве «Абсолют».

   Юра зашел к нему в кабинет на следующий день после того, как они с Лизой ездили на какой-то раут. Лицо у него было невеселое, и прежде это сразу встревожило бы Сергея, но теперь он заставил себя подумать: наверное, опять из-за немецкого проекта.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 [15] 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация