А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Обычная злая сказка" (страница 25)

   Литари ничего не оставалось, как только кивнуть в знак согласия. Она была права, и принц вынужден был это признать. Но все равно ему категорически не нравилось, что девушка, еще совсем недавно и не подозревавшая о существовании этого мира, и уж тем более не представлявшая себе, что такое война, сейчас вынуждена будет вернуться в тот кровавый кошмар. Он молча наблюдал за тем, как Снеара спешивается и спокойно направляется к городу, даже не оборачиваясь, чтобы убедиться в том, что остальные следуют за ней. Солдаты, хмуро переглядываясь, заспешили следом, демонстративно не обращая внимания на присоединившегося к ним молодого парня – одного из трех выживших горожан. Литари никак не мог понять, что же с этим юношей не так. Какая-то неправильность в его внешности не давала принцу покоя. Он уже собрался отмахнуться от этого странного чувства, когда заметил, как голова парня блеснула чуть ли не металлическим отсветом в лучах Эссара, и едва сдержал потрясенный возглас: горожанин был совершенно сед.

   Снеара остановилась у ворот, поджидая своих спутников. Люди боялись вновь войти в мертвый город, и жрица прекрасно их понимала. Она тоже боялась бы, если могла испытывать хоть какие-нибудь чувства. Но, по счастью, прием, позволяющий избавиться от боли, одновременно с этим блокировал и все ее эмоции, что в сложившейся ситуации было настоящим благословением. Наконец солдаты и горожанин, отправленные в помощь ей, догнали ее и остановились рядом, настороженно косясь на полуоткрытые ворота, словно из них вот-вот должно выскочить что-то страшное и кровожадное. Девушка решила, что сейчас самый подходящий момент распределить роли в их дальнейшем сотрудничестве, и отстраненно произнесла:
   – Нам нужно будет обойти все поселение, каждый дом или место, где могли попытаться спрятаться выжившие. Ты, – бросила Снеара быстрый взгляд на бледного как смерть горожанина, – покажешь нам все укромные уголки этого города. Вы, – равнодушно кивнула жрица подобравшимся солдатам, – проверяете те места, которые указывает нам проводник, а я обеспечу безопасность на случай, если кто-нибудь из тварей вздумал остаться в городе подольше, и постараюсь вылечить выживших, когда мы их найдем. Все понятно?
   Жрица старалась говорить уверенно, так, чтобы никто из ее помощников не догадался, что для нее это в первый раз, когда под ее руководством осуществляется что-то более сложное, чем приготовление обеда. К ее удивлению, взрослые мужчины отнеслись к тому, что ими будет командовать пятнадцатилетняя девчонка, вполне спокойно, даже не пытаясь оспорить ее распоряжений. Снеара тихо вздохнула, проклиная всех богов и богинь за то, что ей опять приходится брать на себя ответственность за других людей, когда она и за свои-то действия отвечать не в силах, и первая шагнула в разоренное поселение. Сзади раздались придушенные рыдания, и девушка торопливо обернулась, гадая, что за очередная напасть обрушилась на них. В следующий момент жрица поняла, что дополнительные сложности с и так не простым заданием ей обеспечены. Горожанин сидел, прислонившись к полуоткрытой створке ворот, и заходился в истерике, обеими руками зажимая себе рот, словно опасаясь, что его кто-то услышит. Как нельзя более вовремя! Она просто не могла сейчас тратить время еще и на это!
   Снеара стиснула зубы и начала действовать так, как подсказывали ей ее новоприобретенные инстинкты. Подойдя к задыхающемуся в рыданиях парню, она одной рукой схватила его за шиворот, силой вздергивая на ноги, и осторожно, чтобы не покалечить ненароком, залепила человеку пощечину. Голова горожанина мотнулась так, что на мгновение девушка испугалась, что перестаралась и сломала ему шею. К счастью, жрица опасалась зря: ее новая сила вполне поддавалась контролю, хотя и не полному. Парень моргнул, с трудом сфокусировав взгляд и непроизвольно схватившись за пострадавшую щеку. Убедившись, что он хотя бы частично пришел в себя, Снеара резко заявила, благодаря про себя богинь за отсутствие у нее эмоций, – вряд ли она смогла бы так манипулировать людьми, если сама нервничала и переживала:
   – Хватит устраивать истерики! У нас нет времени на то, чтобы нянчиться с твоей чересчур впечатлительной натурой! Пока ты тут сидишь и демонстрируешь нам, насколько ты расстроен, в городе, возможно, умирают люди. Ты лишаешь их единственного шанса на выживание! Понимаешь?! – Жрица как следует встряхнула ошарашенного такой атакой горожанина и, дождавшись его утвердительного кивка, продолжила: – Прекрасно. Тогда прекращай лить слезы и веди нас.
   Жрица и сама не ожидала, что ей удастся настолько легко справиться с потерявшим самообладание взрослым мужчиной, почему-то ей казалось более вероятным немного другое развитие событий: парень, вместо того чтобы прийти в себя и заняться делом, посылает ее во все возможные места – и удаляется в неизвестном направлении. Ну что ж, оставалось порадоваться тому, что ее предположения в очередной раз не оправдались, и приниматься за работу. Хотя, если быть честной самой с собой, девушке до дрожи в руках не хотелось опять идти через этот кошмар, но, к несчастью, Тенира вполне определенно дала понять, кто должен это сделать. Жрица тихо вздохнула, вспомнив суровый взгляд своей наставницы и недвусмысленный кивок в сторону этого несчастного городка. Иногда ей казалось: хуже того, что с ней случилось, быть уже не может, но всегда находилось что-то, что делало ее жизнь еще страшнее…
   Снеара шла по извилистой боковой улочке, больше напоминавшей подворотню, и заставляла себя внимательно глядеть по сторонам, прислушиваясь к любому шороху в ожидании нападения. При этом она изо всех сил старалась не замечать окровавленных растерзанных человеческих тел вокруг. То, что они делали, было необходимо, и даже осознание того, что, как только она снова вернет себе чувства, ее ждет в лучшем случае продолжительная истерика, не должно было помешать выполнению задания. В конце концов, это произойдет позже, а пока следовало держать себя в руках, не позволяя себе задумываться над такими вредными для собственного самочувствия вещами, как продолжительность мучений перед смертью у этих несчастных.
   Солдатам приходилось еще хуже. Они вынуждены были осматривать тела, которые выглядели более или менее целыми, чтобы убедится в том, что человек – мертв. И так улица за улицей, дом за домом. Горожанин вел их все дальше, показывая места возможных укрытий или просто домики, построенные так, что увидеть их с улицы было сложно. Жрица уже не раз прокляла про себя местную безалаберность. Ну что стоило сначала спланировать застройку, а потом уже начинать возводить дома?! Немного предусмотрительности – и теперь им не пришлось бы плутать по узким переулочкам и перебираться через канавы, чтобы найти очередную хибару, втиснутую каким-то непостижимым образом между задней стеной другого дома и старым складом!
   Девушка молча покосилась на бледных до синевы людей и тихо вздохнула про себя. Они обошли уже почти весь город, но ничего, кроме растерзанных трупов, не нашли. Солдаты и их проводник держались исключительно на силе воли и крепком вине, которое они пили как воду, почему-то не пьянея. Сначала, когда Срогот прихватил в одном из домов кувшин с этой дрянью, Снеара хотела возмутиться, но что-то удержало ее от этого – может быть, полные ненависти взгляды, которые время от времени бросали на нее люди. Девушка не понимала причины такой реакции на себя и поэтому постаралась не обострять обстановку. Мало ли что взбредет в голову солдатам, осатаневшим от окружавшего их кровавого ада.
   Вскоре она поняла, что вино им просто необходимо: оно притупило ужас от открывающейся им повсюду жестокой бойни и позволило продержаться дольше. Но все равно время от времени кто-нибудь из людей со сдавленным проклятием отворачивался от очередного истерзанного тела, и его выворачивало наизнанку. И все четверо плакали, не сдерживаясь. Почему-то от вида взрослых суровых мужчин, не скрывающих слез, жрице становилось особенно не по себе. Но больше всего ее тревожило другое: они уже обошли почти весь город, но не нашли ни одного выжившего. Даже представлять не хотелось, как эта новость скажется на боевом духе солдат. Только бы еще не наткнуться на какое-нибудь чудовище, созданное черным магом и затаившееся здесь, – тогда все станет совсем плохо…
   – Сюда!!!
   Дикий крик заставил девушку вздрогнуть от неожиданности и бегом броситься в дом, куда только что зашли солдаты. Неужели она не заметила, что там спряталась черномагическая тварь?!
   Жрица влетела в маленькую, заваленную поломанной мебелью комнатку с обнаженным мечом в руке, готовая атаковать неизвестного агрессора, и замерла, недоумевающе глядя на трех человек, склонившихся над трупом женщины с оторванной головой. Никакой опасности в помещении не было. Тогда почему крик? Девушка уже хотела спросить, что случилось, когда Тем поднял голову и отчаянно выкрикнул:
   – Скорее! Здесь живой!
   Снеара на миг замерла, не в силах поверить, а затем торопливо сунула меч в ножны и, отстранив солдат, наклонилась над телом, гадая про себя, как можно выжить без головы. Хотя в этом мире ее уже ничто не удивляло…
   Однако все оказалось гораздо проще. Под трупом женщины обнаружился ребенок, которого мать, видимо, пыталась защитить от ворвавшихся в дом чудовищ. Видны были только голова и правое плечо. Мальчик лет десяти на вид был весь залит кровью, и жрица поспешила сдвинуть с него мертвое тело, чтобы… Открывшаяся картина заставила ее до скрежета стиснуть зубы. Ребенок оказался страшно покалечен, его грудь и живот представляли собой сплошное месиво, а ноги были практически полностью оторваны. Как при таких ранах он смог прожить до их прихода, оставалось непонятным. Жрица устало прикрыла глаза, прекрасно понимая, что полумерами в виде лекарств и перевязок здесь не обойтись. Придется использоваться свою силу, а это значит – ей нужно вернуть себе возможность чувствовать. И девушка очень сомневалась, что после того, как перестанет отгораживаться от эмоций, она сможет сделать хоть что-нибудь. Наиболее вероятно, вместо того чтобы оказать помощь ребенку, целительница будет в обмороке или в истерике. Но в этом случае малыш умрет.
   Однако если девушка ничего не предпримет, результат будет тот же. Снеара почувствовала, как к горлу подступает тошнота, и быстро, чтобы не передумать, вернула душу в тело. Боль ударила раскаленными иголками, заставляя на мгновение зажмуриться, а потом отступила на второй план перед диким животным ужасом, затопившим ее сознание. Вокруг была смерть, запах крови и начавшегося разложения лезли в нос, заставляя внутренности скручиваться в тугой узел. В ушах грохотала кровь, не давая сосредоточиться. И во всем этом хаосе проскальзывала полная паники мысль, что она теряет время, что из-за ее неспособности взять себя в руки умирает ребенок. Жрица попыталась успокоиться, но безуспешно: в голове было пусто и гулко, а эмоции захлестывали ее как приливная волна, унося с собой остатки самообладания. Ей хотелось просто убежать отсюда – куда угодно, только подальше от этого кошмара.
   Грохот, раздавшийся у нее за спиной, заставил ее вздрогнуть и открыть глаза. Снеара стремительно обернулась на звук и тихо вздохнула, обнаружив, что источником шума оказался Тем, зацепившийся ногой за обломки мебели. Снова накатила паника. Пересиливая себя, девушка перевела взгляд на лежащего перед ней ребенка и ощутила, как к горлу опять подступает тошнота. Такие раны ей лечить еще не доводилось, но и медлить было больше нельзя. Жрица сжала кулаки так, что ногти впились в ладони, и, пересиливая себя, наклонилась над израненным, изломанным телом мальчика. Она не замечала, как по ее щекам катятся слезы, а по подбородку стекает струйка крови из прокушенной губы. Всю свою волю она сосредоточила на том, чтобы разжать пальцы и прикоснуться к умирающему. Наконец ей это удалось, и Снеара глубоко вздохнула, вызывая силу щита богини. Боль ударила раскаленными кинжалами, заставляя выгнуться в инстинктивном стремлении убежать от нее, но девушка заставила себя оставаться на месте, направляя целительную энергию в раненого ребенка.
   Она ощущала, как струйки силы бегут в искореженном теле, сращивая, излечивая, восстанавливая. Жрица не контролировала процесса, позволяя подсознанию справляться самому. Да у нее и не получилось бы по-другому, при всем ее желании. Слишком много повреждений следовало исцелить, чтобы мозг осознанно смог обработать такой объем информации. Никто не в силах проследить за восстановлением сотен тысяч клеток, которые необходимо вырастить взамен разрушенных или исправить возникшие в них нарушения, поэтому сила богини действовала сама, подчиняясь только желанию своего носителя устранить причиненный вред. Уроки Синалы на эту тему очень пригодились девушке, не позволив запаниковать в очередной раз и потерять над собой контроль.
   Боль мешала сосредоточиться на процессе исцеления, заставляя торопиться, чтобы избавиться от нестерпимой муки, разъедающей тело и сознание. Но жрица прекрасно понимала, что, если она не доведет лечение до конца, мальчик все-таки умрет и все ее страдания окажутся напрасными. Однако ее терпение тоже было не беспредельным. Поэтому когда наконец сила богини перестала циркулировать по телу ребенка в поисках очередных повреждений, девушка не смогла сдержать вздоха облегчения. Она осторожно убрала руку и внимательно осмотрела мальчика в поисках незалеченных ран. Однако, к ее радости, их не обнаружилось: ей все-таки удалось восстановить ребенка полностью. Остались только тонкие шрамы на месте самых страшных повреждений. А в остальном – мальчик был совершенно здоров. И просто спал на грязном окровавленном полу сном младенца.
   Снеара выпрямилась, стараясь не глядеть на пристально наблюдающих за ней людей, и попыталась опять разделить душу и тело, отдав последнее под контроль силы меча богини, чтобы избавиться от жуткой боли, поселившейся в каждом уголке ее организма, и заодно обрести потерянное хладнокровие. Не сразу, но ей это удалось. Девушка устало передернула плечами, избавляясь от сковавшего их напряжения, и, ни на кого не глядя, поинтересовалась:
   – Сколько еще домов осталось проверить?
   – Еще шесть и один старый склад, где раньше хранили соль, и все, – торопливо ответил парень, не сводя со жрицы восхищенного взгляда.
   – Хорошо. – На Снеару внезапно навалилась страшная усталость – так, что ей не хотелось ни двигаться, ни даже думать. – Тогда кто-нибудь возьмите ребенка – и пойдем их осматривать. – И добавила, видя нерешительность солдат: – Он не проснется еще несколько лоттов, так что мы успеем со всем разобраться до того, как ребенок придет в себя и увидит весь этот кошмар.
   Срогот подхватил мальчика на руки, бросив на жрицу какой-то странный взгляд, и торопливо вышел из полуразрушенного дома. Девушка вытащила меч и последовала за ним, раздумывая – хватит ли у нее сил на еще одно исцеление, если им повезет найти кого-нибудь живым. Она очень надеялась, что хватит. Снеара заставила себя не думать пока об этом и сосредоточилась на поисках возможной опасности, но в городе по-прежнему было тихо. Они обследовали все оставшиеся дома, каждый раз обнаруживая только трупы, и жрица вынуждена была признать, что запас удачи их отряда исчерпан полностью. Оставался только старый соляной склад, но вероятность того, что они найдут там кого-нибудь, была невелика. Полуразрушенный дом давно пустовал, да и вряд ли мог служить сколько-нибудь надежным убежищем.
   Девушка шла по улице во главе своего отряда и старалась не обращать внимания на странные взгляды, которые время от времени бросали на нее люди, когда считали, что она этого не видит. Их поведение уже откровенно тревожило жрицу, которая никак не могла понять причин такой неожиданной перемены в настроении и теперь постоянно ждала какой-нибудь выходки с их стороны. Хорошо еще, что они наконец закончили осмотр города и сейчас довольно скорым шагом, насколько позволяла заваленная трупами дорога, направлялись к воротам и ожидающей за ними армии. Только бы успеть дойти, прежде чем солдаты поддадутся эмоциям, и…
   – Госпожа, простите нас. – Снеара едва не споткнулась и настороженно обернулась к виновато опустившему взгляд Тему, который нерешительно помялся и продолжил, явно опасаясь последствий своих слов, но при этом полный решимости все-таки сказать то, что задумал. Окончательно заинтригованная его поведением, жрица молча ждала, чем же все закончится. – Мы считали, что вас не интересуют страдания простых людей, что вам все равно, как и сколько их погибло в этом городе. Вы так невозмутимо себя вели, что… в общем, мы поняли, что ошибались, когда увидели, как вы плачете над мальчиком…
   Солдат окончательно сбился и замолчал, не в состоянии выразить словами то, что думает, а девушка наконец поняла причину всех непредсказуемых перемен настроения этих людей. Они просто сочли ее бездушной стервой, которой глубоко плевать на все, кроме выполнения своего задания, и совершенно безразлично, где и сколько бедолаг встретили свою смерть. А после того как увидели ее слезы боли, тут же решили, что все совсем наоборот. Поразительная доверчивость! Рациональная часть рассудка, на данный момент управлявшая Снеарой, потребовала немедленно закрепить неожиданный результат ее действий и поднять в глазах простых людей авторитет жриц. И она не стала противиться этому требованию.
   – У нас есть способы отгораживаться от чувств, если они мешают нам спасти людей. Правда, потом, когда все заканчивается, они возвращаются и становятся еще более сильными, но это происходит уже после того, как чувства могут помешать нам выполнить свой долг. – Девушка осторожно наблюдала за притихшими солдатами, старающимися не пропустить ни одного ее слова. Нужно было сказать, с одной стороны, правду, а с другой – создать вполне определенное впечатление. Хорошо еще, что Синала специально обучала ее этому весьма полезному навыку. Оставалось проверить на практике, насколько хорошо она усвоила этот урок. – Я еще молода и неопытна, поэтому у меня этот прием получается не слишком хорошо, и для того, чтобы исцелять, мне приходится возвращать свои чувства, а это не всегда безболезненно.
   Снеара не произнесла больше ни слова, торопливо шагая к спасительным воротам. Ей очень хотелось, чтобы вся эта авантюра поскорее закончилась: слишком многое следовало обдумать, а делать это желательно без свидетелей. И осознание того, что вся ее бесконечная жизнь теперь будет состоять из подобных кровавых кошмаров, не добавляло радости, а мысль о смерти обретала определенную привлекательность. К тому же жрице совершенно не нравились происходящие с ней изменения: если раньше они выражались только в том, что она переставала в ответственный момент паниковать и действовала более или менее разумно, то теперь появились тревожные симптомы. С каждым разом ей все легче и легче было манипулировать людьми. Причем делать это так, что они даже не замечали обмана и внешнего влияния.
   Это было неправильно, но почему-то об этом твердила только маленькая частичка ее прежнего «я», спрятанная в глубине ее души так надежно, что девушка подчас забывала о ее существовании. А ее основная личность находила происходящее вполне нормальным и оправданным. И от этого становилось не по себе, как и от осознания того, что раньше она не была способна на такие размышления и беспристрастный анализ ситуации, даже когда отгораживалась от эмоций. Создавалось жуткое ощущение, что из нее целенаправленно создают бездушное чудовище, и все тренировки наставниц направлены именно на это.
   Но, с другой стороны, пока все ее странности способствовали выживанию и вполне поддавались контролю, а иногда и приносили пользу. Снеара украдкой покосилась на почтительно отстающих на шаг солдат, бросающих на нее восторженные взгляды. И пришла к выводу, что непонятные изменения в своем поведении вполне можно потерпеть, если они пока приносят пользу хоть и не ей самой, но, по крайней мере, человеку, будущее которого девушке небезразлично. Литари гораздо легче будет теперь управлять всеми этими людьми, ибо они свято уверены в высоких моральных качествах жриц и их способности к сопереживанию и состраданию. Солдаты восхищаются мечами богини и соответственно будут с большим пиететом относиться к тому, кого их новые кумиры поддерживают.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 [25] 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация