А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Обычная злая сказка" (страница 22)

   Снеара отложила ложку и внимательно посмотрела на него, словно обдумывая какой-то важный для нее вопрос. Литари нахмурился: неужели что-то из того, что он сказал, встревожило ее? Хотя… она ведь сейчас не может испытывать тревоги. Тогда что случилось? Откуда этот совершенно отсутствующий взгляд, как будто девушка в мыслях находится где-то в другом месте? Такие уходы в себя сильно его беспокоили. Принц внимательно наблюдал за жрицей, но никак не мог понять, что же вызывает это странное поведение. Неужели, даже когда она использует этот прием с полным исчезновением ощущений, ей все равно больно? Юноша нахмурился и решил выяснить этот вопрос немедленно.
   – Снеара…
   Он не успел закончить своей мысли: жрица моргнула, словно приходя в себя, и ставшим уже привычным в последнее время ровным спокойным тоном произнесла:
   – Этот способ борьбы с болью может со временем вообще лишить меня возможности что-либо ощущать. Но иного выхода просто не существует, или Синала о нем не знает, что для меня практически одно и то же. Поэтому риск остаться такой, как сейчас, навсегда – очень велик.
   – Что?! – Принц привстал, потрясенно глядя на невозмутимую собеседницу. – Ты не должна так рисковать!
   – Почему? – Казалось, Снеара просто не понимала его тревоги, а ее следующие слова заставили Литари побледнеть: – Это не имеет особого значения: на моих способностях отсутствие чувств никак не скажется, а лично для меня удобнее такое состояние, чем прежние истерики. Спокойнее. Жалко только, что я не могу применять прием с отключением ощущений постоянно: во время сна и когда приходится вызывать силу богини, его невозможно использовать.
   – Но ты же перестанешь быть человеком…
   Принц не знал, что сказать. Такого он совсем не ожидал и не был готов к подобному развитию событий. Ему в последнее время вообще казалось, что весь мир сошел с ума, и прежние законы, которые он совсем недавно считал незыблемыми, оказываются не более чем красивыми сказками, не имеющими ничего общего с реальностью.
   – А я и не человек, – улыбнулась жрица, заметив, как у юноши расширились глаза: – Я – меч богини, Литари, а оружию чувства и переживания скорее мешают, чем помогают.
   Принц молча смотрел на свою собеседницу, не зная, что ей ответить. Он действительно сначала испугался того, во что она превратилась, пытаясь избавиться от боли, но потом привык и даже обрадовался таким переменам. Ему нравилось иметь рядом с собой умного рассудительного собеседника, с которым можно спокойно поделиться любыми переживаниями, не опасаясь получить в ответ отповедь или резкую критику. Спокойная, выдержанная Снеара стала для него важным человеком, заслуживающим доверия, самым близким к определению «друг», какое только у него было в жизни. Но при этом юноша в глубине души считал, что эти изменения в поведении совершенно безопасны и в любой момент жрица может вернуться к своему обычному состоянию. А вот теперь он внезапно осознал, что, оказывается, такие перемены могут превратить девушку в бесчувственную куклу навсегда, но подобная перспектива не кажется ей чем-то ужасным.
   Литари не мог понять, почему она так относится ко всему этому, но задавать вопросы показалось ему неуместным. Быстро попрощавшись, он выскочил из комнаты Снеары и чуть ли не бегом бросился в свои апартаменты, пытаясь себе представить – каково это ничего не чувствовать, просто оценивать то или иное событие, не испытывая ничего по его поводу? Почему такое отношение к миру кажется девушке настолько привлекательным? Ведь, что ни говори, она получила почет, уважение и покровительство сразу двух богинь. Что ставит ее на ступень выше других жриц. Это признают все кьеры, знающие сложившуюся ситуацию. Тогда в чем дело? Ведь боль теперь не мучает ее постоянно… В этот раз после разговора со Снеарой юноша не находил себе места.

   Присутствовать на совете, где решались основные вопросы их авантюры по осуществлению переворота в государстве, уже много веков не знавшем войн, ей вменили в обязанность единогласно. Снеара просто не могла понять, зачем все это нужно, однако старшие жрицы считали, что играть слишком большую роль в организации смены власти им не стоит. Их дело – уничтожить черного мага, а все остальное должны сделать сами люди. Или хотя бы считать, что они это сделали, поскольку ни один из ныне живущих подданных славного королевства Сиали понятия не имел о том, как именно следует вести боевые действия. Девушка привычно заняла свое место в кресле, установленном за стулом Литари, и замерла, вперившись взглядом в противоположную стену комнаты. Теперь для нее не составляло труда сохранять неподвижность как угодно долго, что иногда было весьма удобно. Люди почему-то воспринимали жриц в таком состоянии менее нервно, хотя все равно настороженно косились время от времени.
   Снеара, или, как теперь ее официально именовали, Снеарала, добавляя к имени слог «ла», как и подобает в обращении к жрицам-целительницам Эналы, до мельчайших подробностей помнила план, разработанный старшими жрицами с участием кьера Толледа, и точно знала, что может потребоваться от нее. Тенира, Лира и Тора, проспорив всю ночь и половину утра, пришли к выводу, что тратить время на попытки собрать армию побольше не имеет смысла, а следует выступать как можно скорее, пока народ еще не привык к новости и откровения служителей воспринимает с нужным настроем.
   К тому же увеличение численности их войска вряд ли могло повлиять на исход сражения. Всех более или менее подходящих и находящихся в пределах досягаемости наемников, охотников и стражников кьеров, поддержавших Литари, которых в конечном итоге оказалось всего девять, уже успели мобилизовать в новую армию. А значит, пополнить ее можно было только за счет селян и мастеровых, ничего опаснее мясницкого ножа отродясь в руках не державших, и, следовательно, к бою в ближайшее время не приспособленных. Учить же их было не чем иным, как банальным самоубийством. Пока они станут хотя бы сносными бойцами, черный маг со своими помощниками успеет стянуть стражников и наемников со всего королевства и просто раздавит их количеством. Поэтому вся надежда была на скорость и боевые качества жриц, которые являлись их основной ударной силой.
   Девушка прислушалась к разгоревшемуся за столом спору и отметила, что, определяя круг вопросов, способных вызвать разногласия, мечи богини оказались абсолютно правы. Она сосредоточила все свое внимание на дискуссии, готовая в любой момент исполнить свою роль. Когда жрицы выбирали, кто будет поддерживать Литари и Широла от их имени, они практически мгновенно определились с ее кандидатурой. Как наиболее уважаемой – по крайней мере, так считал кьер Толлед, мотивируя это тем, что она находится под покровительством сразу двух богинь, а не одной, как все остальные, и наименее пугающей, чем ее более взрослые сестры. Теперь, если мнения за столом совета разделятся, хозяин дома и его племянник должны были поинтересоваться ее видением ситуации по спорному вопросу, а она, естественно, высказаться в пользу их предложения. Но сделать все это следовало так, чтобы никто из самолюбивых кьеров не догадался, что все уже давно решено и им в этой пьесе отведена роль статистов.
   Снеара про себя поблагодарила Синалу, научившую ее отключать все эмоции и ощущения: если бы не это, страшно представить, как она волновалась бы и переживала. А так – может спокойно отслеживать ситуацию, оценивая необходимость своего вмешательства. Ну вот точно камнем преткновения стал вопрос о быстром марше до столицы, с последующим штурмом королевской резиденции, при котором планировалось захватывать города и селения только в том случае, если их невозможно обойти. Кьеры почему-то решили, что гораздо безопаснее будет атаковать каждый попавшийся на пути населенный пункт и, только убедившись в его полном подчинении, идти дальше. Жрица мало понимала во всех этих военных изысках, но логичнее было предположить, что правы все-таки мечи богини, в свое время успевшие немало повоевать, а не люди, почему-то решившие, что должны знать военную науку по праву рождения.
   Дело, судя по всему, шло к открытому конфликту, и девушка приготовилась к тому, что ее попытаются использовать в качестве арбитра. Так и есть. Литари повернулся к замершей за его креслом жрице и вежливо, но без подобострастия произнес:
   – А что ты по этому поводу думаешь, Снеа?
   Над столом пронесся вздох потрясения: обратиться не по форме к мечу богини, а уж тем более к мечу и щиту, даже король мог только после специального разрешения… Снеара видела, что кьеры мгновенно оценили фамильярность принца, ее спокойную реакцию на нее и сделали закономерный вывод: покровительство обеих богинь явно распространяется и на престолонаследника.
   – Не стоит захватывать города без крайней необходимости – это лишняя трата времени и жизней людей. Все равно, если не уничтожим черного мага и не покорим столицу, мы их не удержим, а в случае победы они и так присягнут новому королю. – Девушка по памяти повторила инструкцию Тениры и спокойно добавила: – Я поддерживаю предложение его высочества.
   Снеара отрешенно отметила, что, как только она выразила свое мнение по этому вопросу, обсуждение мгновенно прекратилось, поскольку все немедленно пришли к выводу, что следует поступить именно так, как советует жрица, и опять погрузилась в изучение стены. Снеаре нравилось состояние полного равнодушия ко всему происходящему вокруг. Это давало ей множество преимуществ. Во-первых, исчезала боль, позволяя снова ощущать себя нормальным человеком, а не сосудом, наполненным бесконечным страданием, и, во-вторых, можно было обдумывать события и поступки людей, не отвлекаясь на свои переживания по их поводу. Отчаяние, ставшее в последнее время ее постоянным спутником, отступало просто потому, что в таком состоянии она была полностью безразлична и к своей судьбе тоже. И это радовало.
   Девушка привыкла, когда требовалось что-либо обдумать, сначала отключать эмоции, а уже потом искать решение проблемы. Следовало признать, что если бы не необходимость иногда спать, она бы проводила в этом состоянии круглые сутки. Но спать Снеаре все-таки иногда приходилось, и жрица по-прежнему видела странные сны, которые привыкла считать игрой подсознания, пытавшегося хоть так удержать ее на краю безумия, позволяя ей хотя бы во сне жить почти обычной жизнью. С некоторыми вариациями, конечно, но это было уже не столь важно.
   Жрица краем сознания отметила, что за столом обсуждают животрепещущий вопрос снабжения их маленького войска, и вновь стала думать об отвлеченных вещах. Например, о том, что она все-таки оказалась права: мечи богини избрали на роль победоносного полководца Литари, чтобы после окончания всей этой авантюры ни у кого не осталось сомнений, кому именно все обязаны освобождением от тирании черных магов. А заодно ненавязчиво демонстрировали, что полностью и безоговорочно поддерживают юного принца и считают его, и только его, достойным правителем, выражая свое неудовольствие каждый раз, как кто-нибудь пытался настаивать на своих советах. Девушка подавила желание фыркнуть вслух и задумчиво окинула взглядом стол, за которым опять возникла ссора на пустом месте. По всему выходило, что скоро они отправятся в поход. И тогда для принца начнутся основные испытания, а для нее – первая серьезная война. Война, нежданно-негаданно ставшая ее работой на всю оставшуюся жизнь.
   Потом ее мысли переключились на сны, которыми она наслаждалась теперь каждую ночь. В них жрица жила почти нормально. Играла с девочками, ухаживала за домом и садом, кормила малышек обедом и ужином и рассказывала им на ночь сказки. Иногда они ссорились, но большей частью жизнь в уютном коттедже, затерявшемся в сердце старого сада, текла мирно и спокойно. Хотя бывали случаи, когда Снеара умудрялась, совсем как ее мать, читать морали и приводить примеры из жизни, чтобы наставить детей на путь истинный. К счастью, необходимость в этом возникала нечасто, а если быть совсем уж точной, то один раз. Девушка призналась себе, что если бы не благословенное отсутствие эмоций, то последний сон испортил ей настроение на весь день. Так уж получилось, что перед тем, как проснуться сегодня утром, она в своем сновидении очень резко поговорила с девочками, и пусть это не было реальностью, но все равно причинило ей боль.
   Однако по-другому Снеара просто не могла отреагировать, когда Лара беспечно заявила, что в том мире, из которого они получают энергию, есть защитники, обеспечивающие ее бесперебойное поступление, и они так часто обращаются к ним со всякими мелкими незначительными просьбами, что уже надоели, и теперь девочки просто не обращают на них внимания. А на жалобы всех остальных – и подавно. Жрица тогда довольно резко заметила, что следует благодарить за любую помощь, особенно если человек не обязан ее оказывать и сделал это по доброте душевной. И уж тем более не следует обижать тех, от кого зависит твое благополучие. Причем обижать совершенно незаслуженно. Девушка задумчиво перевела взгляд со стены на спорящих за столом людей и задалась вопросом: не слишком ли болезненно она отреагировала на обычный, в общем-то, эгоизм детей?
   То, что во сне она испытывала все те эмоции, от которых успешно избавлялась днем, не могло не усложнить ситуации. Теперь Снеара хотела знать, не усиливаются ли чувства оттого, что ими какое-то время пренебрегают, и если подобные вспышки начнут происходить не во сне, а наяву, у нее опять прибавится проблем. Девушка решила воспользоваться тем, что кьерам до нее нет никакого дела, а помощь Литари вроде бы не требуется, и проанализировать события из своего сна. Вызвав воспоминания о происшедшем, она погрузилась в обдумывание каждого своего слова, и самое главное – эмоций, его вызвавших. Не слишком ли они сильны для этой ситуации?

   Лара стоит напротив нее, сердито нахмурившись, и теребит рукоять своего кинжала, как делает каждый раз, когда чем-нибудь взволнована. Нала молча сидит в кресле и встревоженно переводит взгляд с одной на другую – девочка молчит и нервно кусает губы, словно хочет вмешаться и не знает, как это сделать. Снеа смотрит на детей, и у нее в душе беспокойство смешивается с раздражением. Ну неужели они не понимают, что зависят от этих неведомых защитников?! Что если эти неизвестные люди перестанут им помогать, то поток энергии иссякнет, и девочкам придется покинуть дом и искать новое место для жизни, потому что все, что здесь есть, они получают именно из нее?! Лара не сдерживается и кричит:
   – Они глупые! И просят постоянно всякую ерунду. Надоели уже! Если бы они хотели получить взамен что-нибудь важное, то мы бы это сделали, но они не хотят!!!
   И жрица стискивает зубы от бессилия. Как? Как объяснить этим детям, никогда не знавшим того другого, человеческого мира, что ерунда иногда может спасти жизнь. Объяснить тем, кто толком не знает, что такое смерть… А потом приходит решение:
   – Скажи, Лара, вода – это что? Ерунда? – Снеа старается не выдать себя голосом и напряженно ждет ответа ребенка, и он немедленно следует. Именно такой, какого она и ожидала:
   – Да! Ерунда!
   Жрица вздыхает и, стараясь не обращать внимания на откровенную ярость маленькой девочки, задает следующий вопрос:
   – Ты знаешь, что такое пустыня?
   – Да. – В голосе ребенка звучат раздражение и насмешка. – Я знаю, я их видела, мама показывала.
   – Хорошо. Тогда я расскажу вам историю из жизни.
   Девушка замечает, как с интересом подается вперед Нала, обожающая всякие рассказы, особенно о событиях, которые были на самом деле, как презрительно фыркает Лара, тоже не отказавшаяся бы послушать, но не желающая этого показывать из принципа, и тихо начинает говорить:
   – В одной далекой стране торговцы, чтобы заработать себе на жизнь, водили свои караваны через пустыню. Это было опасным занятием, в песках их нередко подстерегали разбойники, и тогда только от мастерства охраны зависело, вернутся ли караванщики домой или их кости навсегда останутся в пустыне. Однажды два торговца сумели так удачно продать свои товары, что заработали больше, чем за много лет путешествий по пескам. Они были счастливы и везли драгоценные камни, которыми с ними расплатились, с большими предосторожностями. Эти камни были для них важнее всего. Но, когда торговцы пересекали самое сердце пустыни, на них напала большая банда разбойников и, перебив всю охрану, захватила их в плен. Главарь бандитов решил пошутить и предложил торговцам уйти, взяв с собой только наиболее ценное имущество. Один торговец ушел, взяв с собой мешочек с драгоценными камнями, и, к его удивлению, ему позволили это сделать, а другой забрал только флягу с водой…
   – Но это же глупо! – не сдержалась Лара и прервала рассказ жрицы. – Разве фляга с водой может сравниться по ценности с драгоценными камнями? Я видела, когда папа брал нас с собой в тот мир, как люди отдают за маленький камушек дома и тьшеров, а за воду никто ничего не дает!
   – Верно. – Снеа тихо вздохнула, спрашивая себя, удастся ли ей объяснить детям то, что, возможно, когда-нибудь спасет им жизнь, и не окажется ли она виноватой в их будущих бедах, если все-таки не сможет этого сделать… – Но дослушай до конца. Оба торговца ушли в пустыню, и через какое-то время первый из них умер от жажды, так и не дойдя до города, где его ждала семья. Потому что в песках не у кого купить воду даже за все драгоценные камни мира. Разбойники без труда нашли его тело и забрали камни себе. Его родные долго ждали его, но, в конце концов, отчаялись, а потом его жена умерла от горя, и дети оказались на улице, где долго голодали, прежде чем стать такими же бандитами, как те, что когда-то убили их отца. А второй торговец смог вернуться домой к семье. Через какое-то время он расплатился с долгами и возродил свое дело. Его внуки и правнуки до сих пор уважаемые люди того города. Вот и все. Как ты говоришь, ерунда может иногда спасти или искалечить множество жизней.

   И именно в этот момент ее разбудили. Она не успела узнать, как отреагировала Лара на ее рассказ. Смогла ли понять то, что Снеара хотела ей сказать? И не слишком ли эмоциональной вышла ее история? Девушка еще раз прокрутила в голове тот разговор и вынуждена была признать, что, конечно, дала волю чувствам, но вроде бы не настолько, чтобы следовало беспокоиться.
   Выяснив для себя этот вопрос, жрица опять переключилась на обсуждение за столом, походя отмечая, как некоторые кьеры все равно нервничают, словно опасаются, что их подслушают. И это несмотря на то, что перешедшие на их сторону маги, а с ними и Синала, надежно прятали все, что происходит в замке Толледа, от магических способов поиска и наблюдения.
   Больше всего в этой ситуации девушку удивляло то, что с вербовкой чародеев не возникло никаких проблем и на сторону мятежников перешли не только те из них, кто служил кьерам, принимающим участие в заговоре, но и, так сказать, вольные художники. Оказалось, маги до глубины души ненавидят своих черных коллег, осмелившихся нарушить законы богинь, во многом, как подозревала жрица, из-за банальной зависти к тем, кто, в отличие от них самих, рискнул применить самую мощную из известных магий на благо себе, любимым, несмотря на последствия. Это могло бы вызвать неприятные чувства, если бы девушка могла сейчас чувствовать хоть что-то, а так была просто констатация факта и удовлетворенное признание того, что эмоции других людей иногда могут оказать неоценимую помощь в осуществлении задуманного предприятия. Поскольку Снеара вполне обоснованно сомневалась, что Синала смогла бы одна защитить всех заговорщиков, а мечи богини, хоть и были сами недоступны для магии, оберегать от нее других оказались бессильны.
   За последние несколько дней жрица узнала о своем предназначении и о своих возможностях больше, чем за все время обучения в Северном лесу. Тенира сознательно откладывала все, что было не связано с выживанием новой сестры в чужом незнакомом мире, на потом, вполне справедливо считая, что научить распознавать черномагические заклятия и по ним выслеживать мага, их наложившего, можно и позже. А вот защищаться от всевозможных чудовищ и магических атак, выдерживать длительные переходы без сна и еды – этому обучить требуется как можно скорее. Зато теперь, когда первый этап плана был выполнен, за нее взялись с двух сторон: Синала тренировала ее в применении непростых навыков исцеления, распознавания всех последствий тех или иных заклинаний и защиты от них окружающих. А мечи богини сообща вбивали ей в голову способы обнаружения черной магии, определения человека, их наложившего, методы обнаружения и уничтожения настоящих черных магов, а также приемы, при помощи которых можно отличить слуг темных богов от обычных чародеев, позволивших себе лишнее.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 [22] 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация