А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Алмазный дождь" (страница 17)

   После, уже дома, Алекс не раз пытался вспомнить, что произошло и что он чувствовал, где был… Память предлагала только застывшие статические картинки, не способные передать ни чувств, ни информации. Невозможно было по памяти воссоздать то чувство, когда ты находишься везде и нигде. Ты есть человеческая единица под идентификатором «Алекс», ты есть маленький чип в платах памяти без всяких идентификаторов, ты есть передвижная видеоцифровая камера под потолком, ты есть маленький механический жучок, ты – это сотня механических жучков, что выползли из стен, чтобы обследовать труп, лежащий на ступеньках. Каждый знает, что он должен делать, каждый передает информацию. Ты передаешь информацию себе и через себя. Ты сеть, ты программа, ты разум, ты сигнал… Ты все это, ты что-то большее, и ты ничто… Круговерть атомов, электронов в трубке неработающего монитора, линии произвольных синусоид… Ты есть, ты Алекс, но все меняется, и ты – маленький электрон, несущийся сломя голову по указанию магнитного поля… Личность, щелчок, ячейка, щелчок…
   Алекс сорвал шлем. В глазах было темно, руки свело судорогой, сердце работало на повышенных оборотах, каждая пора выделяла максимальное количество пота. Япончик в своем кресле хмыкнул. Алексу страстно захотелось убить его.
   – Япончик! Что будет, если ты умрешь в виртуальности? А?
   Япончик слегка повернул голову в сторону Алекса. Некоторое время молчал, и Алекс понял, что он смотрит на него через какое-нибудь следящее устройство в углу или под потолком, смотрит бесчисленными глазами кибержучков, притаившихся в стенах. Алексу снова стало плохо.
   – Еще никто не умирал в виртуальности. – Ответ Япончика прозвучал глухо.
   – Никто?
   – Надень шлем, я приготовил тебе сводку. Это недолго.
   – Зачем тебе это все, Костя? – спросил Алекс.
   Япончик помолчал, а затем спросил:
   – Откуда ты знаешь мое имя?
   – Я много чего знаю. Но это не так важно. Зачем тебе это все?.. – Алекс обвел взглядом комнату, аппаратуру.
   – Для виртуальности.
   – А виртуальность?
   – Когда ты глушишь боль взгонкой из кокаина, ты задаешься этим вопросом? Зачем тебе кок? Нет, я уверен, что не задаешься. Он тебе нужен. Чтобы почувствовать свободу, вернуть угасающую жизнь в отвыкшее жить тело… Чтобы унять боль очередной ломки. Ты знаешь, что очень трудно жить в мире, которому лет сто назад надо было бы умереть. Очень трудно смотреть на разлагающуюся плоть общества и знать, что так будет всегда. Мне иногда кажется, что я нахожусь в психушке. Причем без шансов быть излеченным, потому что врачи такие же безумцы, как и больные. Но я стараюсь, очень стараюсь найти выход из этого заключения… И он здесь. – Япончик протянул руку в сторону аппаратуры. – И здесь. – Япончик тронул свою голову. – Только этот выход нужен не мне одному, а мой взгляд на это волнует не каждого. Поэтому на лестнице лежат модифицированные «навозники».
   Япончик замолчал. Алекс поднял с пола шлем и нахлобучил его себе на голову.
   – Объект (Алекс внутренне вздрогнул.), – сказал Япончик. – Пожилой мужчина в хорошей физической форме. На лице найдены следы от нескольких пластических операций. Операции проведены на хорошем профессиональном уровне. Следы заметны только при детальном осмотре. (Перед Алексом проплыло крупным планом лицо. Красным были отмечены следы пластических операций. Лицо было Алексу незнакомо.) На левой руке не хватает мизинца и фаланги безымянного пальца. На груди татуировка – тигр, вписанный в вязь из трех иероглифов. Идентификация иероглифов бессмысленна, видимо, код. Часть нервной системы перестроена, особый акцент сделан на органы чувств. Других изменений нет. Оружия нет. Структура мышечной ткани, пластичность сухожилий, следы старых переломов наводят на мысль о высоком уровне владения техникой рукопашного боя. Перед взглядом Алекса проходили изображения, иллюстрировавшие то, о чем говорил Япончик.
   – Они сели тебе на хвост, – констатировал Япончик, выходя в нормальный мир. – Я не знаю, какие дела ты ведешь с якудзой, но денег в долг я бы тебе не дал.
   – Это точно якудза?
   – Ты не хуже меня знаешь эти признаки. Изуродованные пальцы, перестроенные нервы, татуировка. Это был хороший шпион. Не воин, просто шпион. Он провалился только на четвертом этаже.
   – Кстати, на чем он завалился?
   – Хм… – По лицу Япончика скользнула хитрая усмешка. – На противопехотной мине. Не знал, что такая штука может сработать. Ты через нее переступил, а он нет.
   Алекс направился к дверям, проверив, не потерялся ли информационный диск.
   – Спасибо, Костя, – бросил он, не оборачиваясь.
   – Зови меня лучше Япончик.
   Бутылка наполовину опустела. Хорошая, очень дорогая бутылка. Чистый, не синтетический коньяк. Вообще, настоящие спиртные напитки стали привилегией богатых людей еще до вторжения, а сейчас…
   Жаль только, что Алекс не пьянел. Не мог. Когда-то давно, во время одной из операций, друиды исключили эту способность из его организма.
   Повод напиться был, а возможности не было. Даже обидно. Видимо, какое-то атавистическое чувство заставляло Алекса в случае каких-либо неприятностей доставать из шкафа бутылку, наполненную янтарной жидкостью. Даже если нет эйфории, нет удовольствия, кроме вкусовых ощущений… Зато есть повод. Еще бы не быть. В такой запутанной ситуации Алекс еще ни разу не находился. Он убивал много, достаточно много, чтобы тени умерших не беспокоили его по ночам. Но такого, чтобы организация-заказчик была еще и организацией-объектом…
   Объект работал на якудзу. Он был такой же принадлежностью клана, как и те деньги, что Алекс взял авансом за выполнение дела. А если он принадлежал якудзе, он был якудза. Он был членом организации, могущество которой не позволило послевоенной Японии встать на колени перед всем миром и стать страной без будущего. Только эта огромная, древнейшая организация препятствовала крупным корпорациям, которые ринулись на побежденную территорию разделять и властвовать.
   Убить члена якудзы… Это довольно изощренный способ самоубийства.
   Не выполнить работу для якудзы… То же самое.
   Раздумывая над почти невероятной ситуацией, Алекс с мрачным видом смаковал тонкий вкус коньяка. В бутылке этого тонкого вкуса оставалось чуть-чуть.
   Алекс потянулся и вылил остатки в бокал.
   Сделал маленький глоток. Подождал, пока жидкость прокатится по горлу, и втянул в себя воздух сквозь чуть приоткрытые губы… Алкоголь испарился, Алекс выдохнул через нос и прислушался к своим вкусовым ощущениям. Хорошо.
   Он толкнул ногой столик и повернулся вместе с креслом в другую сторону. Включил компьютер и снова прокрутил те данные, что дал ему Япончик.
   Картина получалась следующая. Когда-то, уже после всех войн, оперативная команда японского преступного клана сумела выкрасть, выкупить или каким-либо иным методом заполучить данные по проекту «Квази» – солдат». Алекс поднял бокал в честь Сержанта. И с чисто японской проницательностью якудза узрела в этих документах будущее для своих армий и новый золотой Клондайк для своих кошельков. Однако якудзу не устраивали побочные эффекты и, как следствие, быстрая изнашиваемость солдат. Алекс снова поднял бокал в честь Сержанта.
   Все крупные подпольные лаборатории якудзы работали над улучшением «квази». Работали над достижением максимальной эффективности «квази» – солдата. И судя по всему, эти лаборатории чего-то добились. Но что произошло дальше? Почему якудза не продвинула этот препарат, почему не пошла по пути его использования? И зачем ей теперь понадобилось уничтожать своего солдата? Тем более руками Алекса, человека, не имеющего отношения к клану? Глупо… Но… Японцы не тот народ, от которого можно было бы ожидать подобной глупости или нелогичных действий. А люди якудзы – это элита, они не делают ошибок… Значит, сами они его убрать не могут или не хотят. Проверка? Маловероятно. Правила? Еще маловероятней… Если Объект чем-то навредил якудзе, они бы убрали его без промедлений своими силами. Зачем им понадобился Алекс? Было ясно, что по исполнении задания за Алекса возьмутся сами люди якудзы и… Официальной, в своих кругах разумеется, формулировкой будет то, что он, Алекс, убил члена клана. А посторонний человек не имеет права даже думать, что он может безнаказанно убить представителя такой организации. Но почему якудза решилась вынести сор из избы?
   Алекс встал, надел свою обычную одежду без особых изысков по части амуниции и вышел из квартиры. Ответы на некоторые вопросы следовала поискать там, где находятся те, кому уже все нипочем. В морге.
   В морг его пропустили без лишних вопросов. При регистрации Алекс почему-то, словно руководствуясь неким дополнительным чувством, назвал другое имя. Таких имен у него было немало, за каждым был несуществующий человек и существующий адрес и разного рода документы, необходимые для жизни в большом городе.
   Санитар проводил его по коридору, ввел в большое помещение, сверившись с бумагами, открыл дверцы ближайшей камеры и выкатил герметическую ячейку. В ней в искусственной атмосфере висело тело убитого Алексом в ресторане военного. Того самого, который пришел на встречу с Объектом в момент неудачного покушения. Такие герметические ячейки были введены еще во время войны, когда был в большом ходу бактериологический терроризм. Пользуясь небольшим и простым в обращении пультом, можно было как угодно вращать тело вдоль его вертикальной оси, избегая при этом телесного контакта.
   Алекс внимательно изучал тело военного. Изучал и все больше и больше приходил к выводу, что выяснить что-либо у трупа не получится. Тело не имело никаких особенных примет. Все пальцы были целы, татуировок не было в помине, каких-либо аномалий или явных следов от операций не наблюдалось.
   Убитый не был членом якудзы и, по всей видимости, не принадлежал ни к одной из мировых преступных группировок. По крайней мере, явно. Тело было довольно мускулистым, тренированным, и Алекс подумал, что его мысль о том, что убитый был военным, верна процентов на семьдесят. А значит…
   – Скажите, а его вещи… Он ведь имел что-либо в карманах? – спросил Алекс у санитара, молча стоящего рядом.
   – Имел. Только доступ к этому закрыт. Вам потребуется особое разрешение. – Санитар был высоким и почему-то слегка сутулился.
   Алекс оглянулся, выискивая объективы следящих камер. Камер не было. Следить в морге было не за кем.
   – Я думаю, что такое разрешение у меня есть. Мне нужно только взглянуть на то, что было в карманах этого человека, – ответил Алекс и выложил на прозрачную крышку ячейки небольшую пачку денег.
   Санитар не проронил ни звука, но, задвигая на место ячейку, аккуратно смел деньги себе в карман халата. Жест был четкий, натренированный.
   Санитар двинулся вглубь помещения. Алекс пошел за ним. Мимо проплывали дверцы, дверцы, дверцы… Пусто. Ни единой живой души… Ни единой.
   – Вот. – Санитар выложил перед Алексом черную коробочку и откинул ее крышку.
   – Спасибо.
   Небогато. Пачка сигарет, бумажник, зажигалка, обручальное кольцо, маленький сверток и какие-то бумажки. Алекс осторожно сгреб все, кроме свертка, обратно в ящик и медленно, двумя пальцами развернул пакетик.
   Миниатюрный информационный диск, обычный… Впрочем, нет, не совсем обычный. Диск был из разряда «вечных». Никакие магнитные поля, никакие температуры не могли уничтожить информацию на нем. Ладно. Само по себе это ничего не значит. Алекс развернул сверток полностью. Развернул и замер, завороженно глядя на глянцевый блеск голубенькой облатки. Веселенькая голубенькая такая… «Квази». Точно такие же есть у самого Алекса дома. Только на тех, что у Алекса, нет такой красной полосочки поперек.
   – Нравится? – раздался голос у Алекса за спиной. Алекс начал оборачиваться, но голос предупредил:
   – Медленно. – Этот приказ подтвердил звук приведенного в боевую готовность оружия.
   – «Магнум», – сказал Алекс.
   – Точно, – подтвердил голос с удовольствием. – Модификация пятилетней давности. Фирма.
   Слово «фирма» голос произнес с ударением на последнем слоге.
   Когда Алекс все-таки обернулся, он узрел перед собой санитара. Того самого, что провел его в это помещение и любезно показал тело убитого. Только теперь санитар снял с себя халат и был одет в симпатичный серый костюм с галстуком и белую рубашку. Прямая спина, чуть вперед грудь. «Военный, – отметил про себя Алекс. – Кажется, я самый большой придурок в этой истории. Или друиды не полностью сняли с меня алкогольную зависимость».
   – Я знал, что ты придешь. Просто знал. – Бывший санитар указал Алексу на стул.
   – Ты кто?
   – Иван Иванович. – «Санитар» издевательски прищурился. – Ты ведь тоже сюда не под настоящим именем пришел… Не похож ты на, как ты там зарегистировался? Михаила Шиммельпфенига. Ха. Точно не похож. Где ты такое имя выкопал?
   – И что тебе, Иван Иванович, нужно? – Алекс медленно и непринужденно поменял позу. Теперь можно и рискнуть – все зависит от намерений «санитара».
   – Не стоит, – заключил Иван Иванович, оценивающе оглядев Алекса. – Я не меньший специалист, чем ты.
   Он отошел на несколько шагов назад. Спрятал пистолет, достал сигареты и закурил.
   – Полковник, – Иван Иванович указал зажженной сигаретой в сторону вещей покойника, – не был моим другом. У таких, как он, не бывает друзей… Но мы работали вместе. Над очень важным проектом. Пока не явился ты и не смешал все карты. Твоя ведь работа в ресторане? Единственная причина, по которой ты сейчас все еще жив, заключается в том, что тебя наняли японцы. Если они тебя наняли, значит, ты на них работаешь, а если ты на них работаешь, значит, на тебя распространяются некоторые законы и правила их клана. Мы не желаем ссориться с кланом. Мы можем соперничать с любой организацией, но не объявлять же им войну. Так что убивать тебя мы не… не желаем. Но изолировать на неопределенный срок, пожалуй, придется…
   – Да? – Алекс сложил руки на груди. – И как вы себе это представляете?
   – Ну… Ты можешь оказать сопротивление. Тогда, согласно правилам той же якудзы, ты будешь виноват, и клан не будет в обиде. А можешь не оказывать…
   – И что же я такого натворил? Если это не личная месть?
   – Нет. Как я говорил, полковник не был моим другом. Но ты смешал нам карты. Большего тебе знать не полагается. Теперь…
   Как маленький ящичек с вещами убитого вылетел из-под руки Алекса, не смог бы сказать даже эксперт. Удар ногой был немногим медленнее… Но и этого «санитару» хватило. Он не сумел увернуться от удара, но максимально смягчил его последствия. Однако удар был не только быстрым, но и сильным. «Санитара» развернуло, он налетел на стену и в тот же миг сориентировался, беззвучно выдергивая из кобуры пистолет.
   Маленькой голубой рыбкой скользнула в воздухе капсулка с красной полосочкой поперек. И, словно сачком, Алекс поймал ее на лету. Ртом. Раскусил…
   Го-рь-ко…
   Японские лаборатории знали свое дело. Мир качнулся, окрасился резкими красками и стал двигаться медленнее… Еще медленнее… Совсем медленно. Руки налились силой, сознание посветлело, захотелось смеяться. Легко…
   Глупенький человечек в двух шагах впереди удерживал плюющийся огнем «магнум»… Алекс с радостным смехом отбежал с траектории пуль. И, так же смеясь, вырвал пистолет из рук «санитара». Ушел из-под удара кулаком и перехватил бросок ладони в горло. Легко толкнул колено противника, направленное в пах. И с большим трудом подавил желание размозжить ему голову. Страстно хотелось нападать! Убивать! Действовать!
   Но нельзя… Он пришел сюда за информацией, и он ее получит. Вот только сломает руки этому жалкому типу… И, пожалуй, ноги.
   Действие японского «квази» проходило медленно. Очень медленно. Алекс успел с «Иваном Ивановичем» на плечах выбраться подвальными путями из здания морга и уйти достаточно далеко. Успел заметить несколько машин – они с визгом подрулили к входу в здание, которое он только что покинул.
   Многое успел Алекс. А мир все еще оставался медлительным и плавным, а руки казались наполненными бесконечной силой. Только несколько часов спустя все постепенно вернулось на круги своя… Алекс ждал этого момента. Допросы третьей степени нужно проводить в нормальном состоянии.
   Он подошел к «санитару», именно так Алекс решил его именовать, Санитар. К чему нам имена?
   – Этот препарат, – сказал Алекс, потряхивая в руках маленький одноразовый инжектор, – способен на некоторое время снять болевую блокаду, а я уверен, что у вас эта блокада установлена. Так вот, этот период будет длиться несколько часов. Часа четыре-пять. Мне этого хватит, чтобы вытащить из вас все жилы и намотать их вокруг вашей шеи. «Сыворотки правды» у меня нет, извините. В моем распоряжении иглы, ваши болевые точки, ножницы, одна ложка и маленькие кусачки. Это очень неприятный процесс, но без него вы не станете разговаривать.
   – Ты мертвец, – тихо сказал Санитар.
   – Вы исключительно глупы. Вы сидели в засаде в одиночку, вы позволили мне найти «квази», и вы сняли меня с прицела. За глупость надо платить. Вот мои вопросы. Очень простые, если вдуматься. Организация, на которую вы работаете? Суть, в общих чертах, вашей работы с Объектом, вы понимаете, о ком я говорю? Что вы знаете обо мне? Я начну с малого и буду постепенно наращивать величину боли и размеры повреждений.
   Санитар ответил довольно замысловато, но понять его было нетрудно.
   – Я не знаю своих родителей, но верблюдов среди них определенно не было, и они не занимались тем, о чем вы только что говорили, – ответил Алекс, вводя препарат.
   Больше Санитар ничего не сказал. Он только кричал. Подвал был звуконепроницаемым, Алекс, как всегда после «квази», ощущал непередаваемое спокойствие.
   Допрос окончился быстро. Санитар не ответил ни на один вопрос. Он не назвал своей организации. Даже звания своего не назвал. Не пояснил своей игры с Объектом. Просто впал в кому. Алекс даже ни разу не коснулся его теми предметами, что назвал выше. Санитар знал, что не выдержит пытки. Не выдержит и расскажет все. И тогда сработал блок, примитивный блок в сознании, который вызвал к жизни процессы, что могут сработать лишь один раз в жизни. Под угрозой смерти и под угрозой нарушения присяги. Санитар был военным. Военное ведомство практиковало именно такую систему защиты информации. Простое и надежное одноразовое средство. Человека можно было вывести из комы, но память его была безвозвратно потеряна. Он помнил только основы, то, что закладывается в раннем возрасте.
   В этой ситуации было только два плюса. Санитар после возвращения сознания не вспомнит Алекса. Косвенно Алекс понял, с какой организацией имеет дело. Он вышел из подвала и начал планомерно заметать следы. Судьба Санитара его теперь мало интересовала, найдут и откачают, военное ведомство так просто своих не бросает. «Вечный» диск холодил его тело через ткань внутреннего кармана.
   Объект опять был на старом месте. Дома. И Алекс тоже был на старом месте. Наблюдал за Объектом. И видя, как осторожно тот пробирается сквозь толпу, как медлительны его движения, Алекс проникался к Объекту невольным уважением. Тот двигался под «квази» и ничем не отличался от обычного человека, по крайней мере, на первый взгляд. Помня то немыслимое чувство силы и желание действия, что овладело им после «квази», Алекс не представлял себе, какими усилиями можно удержать себя в рамках разумной скорости и разумного поведения.
   Объект вошел в подъезд.
   Все как всегда. Зная, что за ним ведется охота, Объект не скрывался, не прятался в тщетных попытках осложнить Алексу задачу.
   Он жил своей обычной жизнью, каждый день совершая один и тот же маршрут. Вероятно, контрольный. И ни разу за свое ежедневное путешествие Объект не допустил ситуации, которой можно было воспользоваться. Впрочем, попыток Алекс больше не делал. Расположение сил было настолько запутанным, что вмешиваться пока не стоило.
   Мысленно Алекс вернулся на несколько дней назад, когда в очередной раз, преодолев лестницу на верхний этаж, вошел в апартаменты Япончика.
   – Что принес? – спросил Япончик с порога.
   – Откуда ты знаешь, что я что-то принес?
   – Чувствую.
   – Держи, – сказал Алекс и протянул Япончику «вечный» диск.
   Япончик ничего не ответил, он с головой погрузился в свои компьютерные дебри и долго оттуда не вылезал. Наконец вынырнув, он неопределенно развел руками:
   – Ты знаешь, мне совсем не нравятся те дела, с которыми ты ко мне приходишь. От них за версту пахнет братвой. Я не хочу иметь дела с братвой.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 [17] 18 19 20 21 22 23 24 25

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация