А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Алмазный дождь" (страница 15)

   Нулевой уровень Европейского Купола. Трущобы. 47 минут до нападения.

   – Ждать невыносимо, – сказал Логус.
   – Ты предлагаешь пойти на штурм? – усмехнулся Макс. – Цени эту передышку, которую тебе так любезно предоставили. Потом будет некогда.
   – При чем тут штурм… – досадливо поморщился монах. – Я просто подумал… Может быть, получится выбраться…
   Макс повернулся к Керку:
   – Эй, хозяин, выясни, что там в мире делается.
   Керк нехотя поднялся и направился к терминалу. Клавиши и разъемы, словно чужие, не слушались. Контакты стали как будто холоднее, чем обычно.
   «Мне все это надоело…» – внезапно подумал Керк и сам поразился этой своей мысли. Растерянно посмотрел на свои руки.
   Виртуальность, когда-то такая родная, вдруг стала далекой, чужой и безынтересной.
   «Да что же это со мной? – спросил Керк себя. Он беспомощно оглянулся на Циркуль, которая снова сидела возле кибера. – И с чего бы это?»
   С усилием он заставил себя влезть в кресло, подключить контакты.
   В виртуальности было пусто и холодно.
   Преодолевая сопротивление, Керк нырнул под поверхностные волны информации, выуживая ее редкие крупинки, словно электронный кит, который процеживает тонны воды, чтобы собрать ценный планктон.
   – Дождь не прекращается… – сказал он вслух. – По всему нижнему уровню официально объявлено чрезвычайное положение. Частично уничтожен Торговый квартал, Северный район и Северо-Западный. По непроверенным данным возможен прорыв Очистителя. Ожидается ввод контингента сил службы по чрезвычайным ситуациям. Статистика… Жертвы… Немногие уцелевшие камеры показывают только воду, а некоторые работают уже под водой.
   – Совсем плохо, – услышал Керк голос Макса. – Силы по чрезвычайным ситуациям – это плохо. Устроят дополнительную бойню, будут добивать раненых и сгонять уцелевших в «отстойники». Идентификация личности, рудники…
   – Что-нибудь еще нужно? – спросил Керк.
   – Нет, спасибо… – Макс тяжело вздохнул и обратился к Логусу: – В окно что-нибудь видно?
   Монах наклонился и выглянул в дыру. Из пробитого пластика на пол текла мощная струя, образовывала лужу и утекала куда-то в сторону лестницы. «Удачная кривизна пола», – подумал Керк, высвобождаясь из объятий виртуальности.
   – Ни черта там не видно… – сказал Логус и отошел наконец от окна. Исчез в коридоре.
   – Зато скоро нам будет еще веселее, – донесся оттуда его глухой голос. – Вода прибывает, и до нас ей остался всего один лестничный пролет. Кто-нибудь умеет дышать под водой?
   Макс ухмыльнулся и посмотрел на экран терминала. Гончих, что остались на улице, не было видно. Монитор показывал только струи дождя.
   – Будем надеяться, что не мы одни не умеем дышать под водой, – пробормотал Макс. – Однако до намеченного срока остается не так много времени…
   – Не понимаю, – перебил его кибер. – Какого черта они ждут? Какой-то ритуал? Они же дают время подготовиться…
   – Не совсем, – ответил Макс. – Гончие не просто охотники за головами, им мало просто убить жертву. Для них каждое убийство имеет не только материальное, но и духовное значение, поэтому ритуал не может нарушаться. Хотя, конечно, такое поведение имеет и чисто прагматичные причины… Гончие – это большей частью перестроенные организмы, не то киберы, не то просто не пойми что. Не всегда качественно, не всегда стопроцентно надежно… Им требуется час, чтобы привести себя в идеальное боевое состояние. Иногда больше… Но когда они наконец готовы… Неудачи их постигают редко.
   – Хм, но они же напали там… Внизу, – сказал Логус.
   – Напали, но не с целью убийства… Точнее, не с целью убийства меня. Им просто нужно было помещение, укрытие… Чувства вывели их на меня, но из-за дождя они не сразу это поняли и попытались найти укрытие. Случайность.
   Он замолчал, затем глянул на часы и сказал:
   – Осталось минут сорок… Чуть больше… Хватит времени на две-три истории. Чья очередь?
   – Моя, – вдруг сказал Логус. – Если кто-то побудет на часах. Ритуал ритуалом, Гончие Гончими, а захлебнуться в дождевой воде я не хочу.
   – Договорились, – сказал Макс и кинул монаху обруч. – О чем?..
   – Ты заговорил о Восточном Анклаве, мне это напомнило…

   «Дальше – тишина?»

   Нам не выйти отсюда. Выпи выклевали нам глаза.
Гарсиа Маркес
   Объект был параноиком. Совсем тронутым на собственной безопасности. Впрочем, не без оснований. Вероятно, эта кошка знала, чье мясо слопала, и теперь явно не собиралась за это отвечать.
   Алекс стоял перед окном в заброшенной квартире и наблюдал в крошечный цифровой бинокль за тем, как человек готовится войти в дверь собственного дома, где располагалось его жилье. Обстоятельно так готовится. Алекс не мог не восхититься, с каким изяществом и непосредственностью производятся действия. Осмотр людей, находящихся на улице, как бы бегло, просто-напросто оглянувшись, но цепкий взгляд фотографирует точно. Слегка замешкался, что-то ища в кармане, и моментально выделил субъектов, находящихся в опасной близости, и тех, кто может в течение нескольких секунд оказаться в опасной зоне, где возможно нападение. Объект четко знал то расстояние, на котором атаку не отразить. Знал и тщательно избегал сближения с незнакомыми людьми. Даже на улице, в толчее, объект ухитрялся так лавировать между людьми, что не возникало никакой возможности приблизиться к нему вплотную.
   Алекс еще некоторое время понаблюдал, как Объект вынимает левой рукой электронные ключи и, вставив их не глядя, набирает код. При этом не вынимая правую руку из кармана широкого плаща. Дверь распахивается… Алекс напрягся. Момент может быть благоприятный… Видимо, Объект разделял его мнение и, аккуратно придерживая дверь левой рукой, вошел в подъезд, не переставая держать в поле зрения людей за спиной. Дверь быстро захлопывается, и Алекс успевает увидеть, как в полутьме лестницы вспыхивает лучик лазерного наведения на оружии Объекта.
   Алекс знал, что, войдя в подъезд, Объект достает из правого кармана широкого плаща крупнокалиберный пистолет с лазерным наведением и разного рода примочками на манер системы ведения цели и глушителя «Аноним». Хороший пистолет. Алекс знал это, потому что два дня назад валялся на лестнице дома Объекта, изображая пьяного. Явление обычное и довольно распространенное в этом районе. Алкоголики, уже в прямом смысле променявшие некоторые свои органы на синтетический алкоголь, наркоманы, бродяги – все эти отбросы громадного города – забирались периодически в подъезды для ночевки, несмотря ни на какие замки и двери. Потом за ними приходили специальные отряды сил правопорядка, и бродяги исчезали. Совсем. Что, впрочем, нисколько не снижало числа бродяг, желающих ночевать под крышей. Ночевать на улице было гораздо страшнее. Так что найти несколько тел на лестничном пролете у стены, завернутых в грязные тряпки и разорванный пластик, было делом обычным.
   Вот и Алекс лежал так у стены… Этот трюк он повторял уже несколько раз с разными степенями успеха. Иногда этот прием приводил даже к удачному завершению задания. Однако сейчас успехом не пахло. Объект вел себя на лестнице, как хищник на охоте. И Алекс долго не смел пошевелиться, ощущая на себе жгучую точку лазерного прицела и словно слыша легкое трепетание в электронных потрохах устройства ведения цели… Только когда хлопнула дверь, убийца смог встать и вздохнуть свободно. Алекс вспомнил этот вздох: на лестнице явственно пахло «квази». Свежим… Именно тогда Алекс понял, что имеет дело с параноиком. Глотать «квази» просто так, чтобы пройти лестницу… А ведь «квази» это не просто наркотик, это такая штука…
   Дома у Алекса лежала не одна капсула натурального боевого «квази». Пользоваться этим средством, кроме как в очень исключительном случае, ему не хотелось. Может быть, это и есть как раз тот случай? Сюжетец – параноик-жертва и убийца-наемник охотятся друг за другом, наглотавшись боевых наркотических смесей…
   Алекс засунул бинокль в футляр и отошел к трехногому столу из голубого пластика. На удивление чистый цвет покрытия резко контрастировал с царящим вокруг запустением и разрушением. Грязь, отбросы, испражнения – все атрибуты заброшенного помещения. Дом, терпеливо ожидающий взрывников.
   На столе аккуратно лежали документы и маленький компьютер с голографическим интерфейсом. Алекс ввел первую карточку. Над поверхностью монитора мелькнуло световое пятно и возникло голографическое изображение лица клиента.
   Не молодой, но и не старый мужчина. Лет так сорока. Чуть раскосые темные глаза. Память о японской оккупации. Не генетическое, конечно, наверняка операция. Тогда многие делали пластические операции такого плана. Чуть желтили кожу, чуть зауживали разрез глаз… Волосы черные, легкие залысины. Внешность, впрочем, Алекс помнил и так. Основные детали досье были перенесены во вживленную электронную память Алекса, изображение в том числе. Имя из памяти было специально удалено. Алекс терпеть не мог уничтожать людей с именами. Объект он и есть Объект… Но на этот раз имя ему понадобится. И Алекс запросил имя.
   Лицо сменилось изображением всего тела Объекта. Особые приметы. Общие физические данные. Затем пошли строки психологического анализа личности. Склонности, привычки. Досье было полным. Очень полным, но, к сожалению, не отражало сути. Ни одна строчка в досье не указывала на то, что Объект помешан на собственной безопасности и готов глотать «квази» только для того, чтобы подняться по лестнице.
   Алекс сделал приблизительный подсчет. Получилось, что только на его глазах Объект глотает боевые наркотики уже около двух недель. Ежедневно. Что там медицина говорит о побочных явлениях?
   Похоже, пришла пора обратиться к специалисту.
   Выйдя на улицу, Алекс задумался над тем, где и каким образом Объект ухитряется закупать такое количество дорогостоящего «квази». Вещь дорогая и запрещенная всеми конвенциями. Эти невзрачные голубенькие капсулки не станет продавать ни один торговец с нормальной головой… А с ненормальной?
   Сколько Алекс помнил Сержанта, он всегда был таким. Словно законсервировался в определенном возрасте и в одном состоянии. Сержант был худым, высоким и вечно раздраженным. Алекс однажды поймал себя на мысли, что не может вспомнить его имени. Для Алекса он всегда был просто Сержантом.
   Настоящего звания этого человека Алекс не знал. Да и, собственно, не интересовался никогда.
   Во время войны с югом Сержант был приписан к медицинской части, которая обслуживала специальный отряд, в котором воевал Алекс. Штопать раны и лечить дизентерию в этой медчасти тоже умели, но основным их занятием было исследовать и контролировать воздействие «квази» – наркотиков на организм солдат. Неизвестно, что там Сержанту не показалось, но по окончании военных действий он долго раздувал шумиху вокруг «квази», пытался опубликовать какие-то разоблачительные материалы, избежал трех покушений и в конце концов осел в столице, всеми забытый и разочаровавшийся в жизни, правительстве и правде вообще. Мужик он был хороший, вечно злящийся, но необъяснимо добрый. А самым главным его достоинством было то, что он обладал невероятным количеством знаний по медицинской части, в том числе и самой последней информацией по лекарствам и наркотиками. Правда, эти знания не могли бы его вытащить из той ситуации, в которую он попал, когда по его следу были выпущены сразу три наемника от совершенно разных организаций. Интересно, в курсе ли Сержант о роли его, Алекса, в этой истории?
   – Здравия желаю, Сержант! – Алекс легко щелкнул каблуками.
   – Здравия? Какое к черту здравие? Я подохну скоро, никто не заметит, а ты тут про что-то еще говоришь… Про меня вспоминают только для… Да нет, про что я говорю! Про меня никогда не вспоминают. Вот только ты иногда заскочишь за какой-нибудь ерундой… Чего требуется-то? Только не говори, что зашел проведать ветерана.
   – Информация, как всегда. – Алекс привычно приготовился.
   – Ну еще бы… Хоть бы кто-нибудь из вас, молодых, что-нибудь принес в благодарность! Нет, все бы вам хапать…
   И Сержант пошел в другую комнату. Чем-то там щелкал, переключал что-то… Алекс ждал. Этот ритуал повторялся каждый раз. Все как всегда. Пока Сержанта не было, Алекс выложил на стол пачку синтезированного белка и две бутылки синтопива. Сержант по-прежнему пил это жуткое пойло, а белок ему был необходим для печени, разорванной под Джакартой. Под стол, на груду всякой всячины, Алекс положил пакет с деньгами. Это было частью молчаливого соглашения между Сержантом и Алексом. Сержант не мог принять деньги впрямую, но без них он бы оказался на улице. На нелегальном положении и в его возрасте очень трудно найти работу…
   – Итак, – сказал Сержант, возвращаясь в комнату и отодвигая в сторону хлам на столе. – Чего надо? Новые комбинации, свойства эм-травы или живые точки торговли? Какая гадость тебе еще нужна?
   – Да вот, решил вам напомнить старые дела. Свойства трав-мутантов мне пока ни к чему…
   – Старые дела? – Сержант насторожился, Алекс знал, что есть одно старое дело, которого Сержант не любит касаться.
   – Да, Сержант, очень старые, и мне, поверь, неприятно напоминать тебе об этом, но мне надо. Очень.
   Сержант тихонько раскачивался в кресле. Слегка поморщившись, он сказал:
   – Ну, давай.
   – Прости, Сержант, что я трево…
   – Давай, не тяни! – Сержант рявкнул. Негромко… Как старый, больной лев. – Если тебя интересует все то дерьмо, из-за которого я сюда угодил, то имей смелость сказать это нормально! Без всяких «Извини, Сержант». – Сержант переменил позу и уже спокойно спросил: – Что конкретно из документации по «квази» тебя интересует?
   – Последствия. Противопоказания. Предрасположенность. Побочные эффекты. Время их проявления. И возможные средства устранения этих эффектов.
   – Мило. – Сержант встал и прошелся по комнате. – Ты требуешь информацию, из-за которой я и веду этот дурацкий образ жизни. Если бы не эта самая информация, я был бы на пенсии и жил где-нибудь в Сибири. Орешки щелкал на чистом воздухе. На кой черт тебе все это?
   – Я отвечу позже.
   – Ну, как знаешь. Слушай тогда. Тебе известно, что непосредственно документов я не даю, запоминай, что сможешь. «Квази» – полное название: квазилизергиновая кислота 12. На исходе восьмидесятых наши… То есть военные химики смогли достичь успеха в деле синтезирования наркотических веществ с заданными параметрами действия на психику человека на основе уже известных средств. При создании «квази» были использованы помимо ЛСД различного рода психотропные вещества и новый препарат, известный в определенных кругах как наскапин. Наскапин – это совершенно новое вещество, побочный продукт лабораторий военно-космического комплекса. Так вот, «квази» создавалось с целью дать возможность нашим солдатам увеличить скорость реакции, увеличить физические параметры и добиться эффекта «шестого чувства». Ты, наверное, обратил внимание, что под «квазой» ты физически чувствуешь, с какой стороны можно ожидать следующую атаку, ее интенсивность и так далее, вплоть до численного состава атакующих? В процессе полевых испытаний был выявлен еще один эффект «квази». Эффект «замедленного времени». Этот эффект не имеет отношения ни к одному из исходных веществ и приписывается действию наскапина. Эффект ты, наверное, наблюдал, следы от пуль можно заметить в воздухе. – Сержант на мгновение замер, словно прокручивая что-то в памяти, а затем продолжил с военной четкостью: – Противопоказаний нет. Предрасположенностей нет. Как бытовой наркотик к применению не пригоден абсолютно. Теперь о побочных эффектах. При полевых испытаниях было отмечено, что у солдат, постоянно принимающих «квази», вырабатывается привыкание к препарату и он перестает оказывать на них соответствующее действие. Увеличение доз приводило только к смерти испытуемых. Влияние препарата постепенно восстанавливалось через несколько месяцев воздержания. Однако с течением времени эффект «замедленного времени» начинал играть с солдатами странные шутки. Они словно начинали постоянно жить в этом состоянии. Точнее, не совсем так… Их сознание жило в этом «замедленном времени», а вот тело… Постоянный прием приводил к тому, что скорость реакции снижалась до уровня ниже того, который был у испытуемых до принятия «квази», наблюдалось усыхание мышечной ткани, в том числе и мышечной ткани сердца. Вырабатывался параноидальный психоз, основанный на мании преследования. Все чаще и чаще с солдатами случались приступы беспричинного страха, паники. На последующих стадиях организм переставал усваивать кальций, и у пациентов начинались проблемы со скелетом и костными тканями.
   – Ты хочешь сказать, что у них ломались кости?
   – Это слишком просто сказано. Их можно было переломить, словно зубочистку. Когда вскрылись все эти факты, я и ряд моих коллег попытались закрыть проект. Нам было объяснено, что в проект «Квази» вложены большие деньги. Также стало известно, что на базе этого проекта планируется еще ряд подобных проектов с использованием, естественно, человеческого материала. Нам было предложено продолжить исследования и заняться изучением того, как увеличить временной промежуток между началом приема «квази» и фактической смертью солдата. Произошел тот единственный случай в моей армейской практике, когда я нарушил присягу и воспротивился приказу. Дальнейшее ты знаешь. Вопросы?
   Алекс немного помолчал, прежде чем спросил:
   – Что угрожает человеку, который более двух недель, это минимум, принимает «квази» ежедневно?
   – Через месяц это будет овощ. А еще через месяц он не сможет встать с постели, не сломав себе ноги. Если при этом продолжать прием, то через несколько дней его кости сами переломятся под действием веса тела. Если, конечно, до этого не остановится сердце. Впрочем, для него все это не будет иметь значения. Он к тому времени станет, с точки зрения разумности, не умней пивной банки.
   – Что ожидать от него сейчас?
   – Он на максимуме своих способностей. На пике. Он только-только вошел в состояние постоянного «замедленного времени», но скорость реакции не притупилась. Двое таких подопытных решили исход операции под Константинополем. Их было всего двое, но при поддержке трех групп спецназа город был взят.
   – На Константинополь сбросили бомбу, – сказал Алекс.
   – Да, – невозмутимо ответил Сержант. – Потом. Через несколько минут после доклада об успешном завершении операции. Бомбардировщик висел в воздухе с самого начала операции. Дотянуть до аэродрома у него не хватило топлива.
   – То есть…
   – То есть «квази»-солдат слишком ценное и секретное оружие, чтобы обнародовать его в самой середине войны.
   Сержант замолчал. Алекс задумчиво тер подбородок, настороженно прислушиваясь к собственному организму. Что-то было не так. Близится ломка? Возможно. Алекс посмотрел на часы. Да, время идти.
   – Спасибо, Сержант. Мне пора.
   – Ты обещал ответить, зачем тебе это? Алекс поморщился и ответил:
   – Такой человек в городе. Прощайте.
   Выйдя на пыльную улицу, Алекс нырнул в освещенный желтым грязным светом провал подземки и вскоре был дома. Легкий холодок квартиры обещал желанный наркотический сон. Алекс уронил использованную упаковку от таблеток и ласково пожелал холоду спокойной ночи. Дальнейшее почему-то смазалось.
   Объект сидел в ресторане. В очень хорошем ресторане. И сидел уже давно. Потягивая что-то из пузатого бокала и лениво притрагиваясь к чему-то на тарелке. Он несколько раз небрежным жестом подзывал официанта и что-то у него спрашивал. Потом, так же небрежно махнув рукой, отпускал его и продолжал ждать. Для стороннего наблюдателя это был обыкновенный человек, который тихо и самоуглубленно наслаждается жизнью. Но Алекс, издали наблюдая за ним, понял: Обект нервничал. Кого-то ждал и нервничал. В ленивых жестах чувствовалась напряженность, сдерживаемая нервная дрожь.
   Алекс осторожно начал разворачивать кусок пластикатовой ткани. Любимый ресторан Объекта находился в старой части города. Тут еще сохранились дома старой, а то и старинной постройки. В этих домах имелись чердаки и чердачные окна. На таком чердаке и обосновался Алекс. Ресторан просматривался с этого места отлично.
   Из-под складок пластиката показалась миниатюрная винтовка, оснащенная оптической системой наведения с устройством ведения цели. Промахнуться из такой винтовки было невозможно. Почти невозможно. После фиксации цели она самостоятельно удерживала мишень в зоне поражения.
   Прицел словно стал продолжением глаза. Винтовка слегка изменила вес, когда Алекс снял ее с предохранителя и активировал систему поиска цели. Алекс легко нашел Объект и замер, держа его в прицеле и привычно входя в то особенное состояние, которое всегда овладевало им перед началом операции. Ожидание, готовность в любой момент рвануться с места и наслаждение теми минутами тишины, что еще остались.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 [15] 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация