А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Наша Империя Добра, или Письмо самодержцу российскому" (страница 1)

   Сергей Хелемендик
   Наша Империя Добра, или Письмо самодержцу российскому

   Пролог

   Я не мистик, но и мне иногда приходится встречаться с мистическими совпадениями. Вот одно из них. В сентябре 1990 года я привез домой трехнедельного щенка ротвейлера, которому мы дали чисто литературное имя Луис в честь главного героя первого написанного мной романа. Щенок был трогателен, походил на плюшевую игрушку, несмотря на свой младенческий возраст был бесстрашен и бесконечно кусался.
   Когда щенок прижился и подрос, младшая дочь вдруг ни с того ни с сего дала ему новое имя – свое. И назвала щенка Путинька. Почему Путинька, наша шестилетняя дочь объяснила просто и убедительно – потому что имя красивое. Это второе имя тоже прижилось, ротвейлера Луиса мы ласково называли Путинькой все двенадцать лет его долгой жизни.
   Так в нашем мире появился Путинька. Шел 1990 год, Владимир Путин в это время, кажется, еще служил в Германии, в нескольких сотнях километров от нашей братиславской квартиры, и, похоже, не знал, что станет президентом России. Между тем Путинька превратился в огромного пса, бесстрашие и отвага которого равнялись его силе. Луис-Путинька стал живым тотемом нашей семьи – в смутные 90-е годы в незнакомой тогда еще для нас стране это грозное для чужих существо сделало нашу жизнь более надежной и счастливой.
   Потом в телевизоре появился Путин – мы шутили на эту тему. Потом Путин стал президентом, но Путинькой мы его никогда не называли. Не называем и сейчас, для нас Путинькой навсегда остался ротвейлер Луис.

   Как жить после империи

   В России снова никто не знает, что делать. Притом все что-то делают или хотя бы притворяются, что заняты делом, но что делать, никто не знает.
   Казалось бы, еще совсем недавно было по-другому – знали, что надо делать, и делали. И хорошо получалось. Совершали путчи, из танков стреляли по парламенту, чем укрепляли демократию с гражданским обществом заодно, приватизировали, богатели изо всех сил и становились олигархами, искали замену пьяному Ельцину, нашли, безответно любили янки, террористов на унитазах мочить собирались. И почти замочили.
   А потом как отрезало. Слова эти пишутся в ночь с 25 на 26 сентября 2004 года – отрезало совсем недавно, и русский вопрос, что делать, снова вылез в своей внушительной наготе. Большой вопрос, и встает в России довольно часто. Вот и сейчас встал – а у нас ни Ленина, ни даже Чернышевского.
   И вроде бы ничего нового не случилось – заложников снова взяли, не в Москве даже. И, кажется, верхи по-прежнему хотят, чтобы у них было все, всегда и сразу – а низы по-прежнему могут и даже живут неплохо, потому что спирт начали продавать дешевле, чем газировку. Веселей низы никогда не жили. И это при том, что водка дешевая уже давно.
   Во времена империи бутылка водки стоила как тридцать батонов хлеба, и еще в очереди постоять. Сегодня водка стоит как пять батонов – и продается на каждом углу. Подешевела в шесть раз по сравнению с хлебом. Или хлеб подорожал. А тут еще и спирт – говорят, технический, но стоит всего полтора батона. Зачем хлеб, если спирт есть?
   С такими ценами на общечеловеческие ценности низы переживают бесконечный праздник, который всегда с собой, и когда к этому празднику добавляется еще и телевизор – причем бесплатно, то почему не жить-то?
   Правда, у тех, кто не совсем низы, ощущение такое, как будто что-то сломалось, как будто вдруг стал виден конец пути – глухой тупик, сплошная стена, упершись в которую придется в лучшем случае идти назад, в худшем – ползти по залитым кровью телам соотечественников.

   Что построили после империи

   Самый короткий ответ – ничего. Ответ чуть длиннее – не построили ничего из того, ради чего империю своими собственными руками рвали на части и молодецки ухали при этом. Нет ни рынка, ни живительной конкуренции, которая поднимает качество всего, ни демократии. И совсем, абсолютно, категорически нет той самой свободы и особенно свободы слова, во имя которой ополчились на родной советский режим либеральные совки. Из-за которой якобы разгорелся этот перестроечный сыр-бор. Казалось бы, что может быть дешевле и доступнее, чем эта свобода слова? Ан нет!
   Вместо нее свершилась историческая победа телевизора над всеми. Телевизором заменили все то, что не построили, хотя построить обещали. Надолго ли это, увидим, но пока заменили – все достижения мирового прогресса, якобы во имя которых ломалась империя, в России существуют сегодня только в ящике с разноцветными картинками, который тупые американцы уже десятки лет называют ящиком для идиотов. У нас ящик для идиотов стал самым главным, главнее парламента и президента – ящик победил.
   Этим ящиком в России и управляют те, кто должен был бы управлять страной или хотя бы ее частью. Их власть почему-то ограничивается телевизором. И никто не возражает, все, кажется, согласны с тем, что вокальные упражнения безголосых уродов в прайм-тайме заменят населению развалившейся империи все то, чего нет.
   Да, на какое-то время заменят. Но стоит задуматься над тем, что произойдет, когда телевизором вдруг начнут управлять какие-нибудь новые люди, те, кто захочет совершить очередную перестройку или путч?
   То есть уже не надо никаких сложных ленинских планов – мосты, вокзалы, телеграф. Вопрос о власти удивительно упростился – хватай телевизор, и власть твоя. И раз это так, то рано или поздно телевизор кто-нибудь захватит в обход разных выборов, Дум и даже Кремля. Потому что в России к власти по-прежнему рвутся толпы энтузиастов. Попробовать власть тоже хотят, и своя головушка им ценой в копейку, а чужие головы – в дырявый грош.
   Когда эти новые захватят телевизор, они обязательно устроят грандиозное шоу, очередной пир духа, и снова назовут все это, чего не построили, как-то по-новому и особенно красиво, выразительно. И в таком вот новом, выразительном виде донесут до глаз и ушей подданных. А уж до ртов подданные пусть сами себе что-нибудь донесут. Не маленькие.
   И так будет повторяться до самого конца – пока в России не кончатся люди и останется только телевизор, который будет смотреть себя сам.

   Почему развалили империю

   Потому, что очень хотелось сделать янки приятное. Все остальные ответы длиннее, хуже и больше морочат голову, чем объясняют.
   Янки сильные, богатые, янки наша империя не нравилась, янки попросили – и мы в лепешку расшиблись, но просьбу уважили.
   Могли ли не уважить и не разваливать? Как китайцы или японцы, или даже северные корейцы, которые всех кошек и мышей вывели у себя, потому что съели?
   Могли, конечно, но ведь это же думать надо было, соображать, а потом еще пришлось бы и работать. А мы по-простому – не думая и без работы. Хрясь – и берите суверенитетов каждый, сколько может. Сколько вынесет. А получилось так, как давно уже предсказал поэт Некрасов, написавший о русском народе: «Вынесет все!»
   Cуверенитеты выносили один за другим из СССР, как генсеков КПСС, которых одного за другим закапывали у кремлевской стены, и довыносились до того, что ничего не осталось.
   Не думали, не соображали, Ельцина на танке послушались, как когда-то Ленина на броневике.
   А Ельцин стакан врезал и понес со своего танка такое – такую, батенька, бредятину, что сегодня о ней никто вспоминать не хочет. Но тогда слушали. Хоть и страшно было слушать, но слушали жадно и радостно.
   Успешному блиц-кригу против самих себя есть, впрочем, приличное оправдание. Чтобы нас совсем застращать, янки фильм Голливуду заказали про звездные войны – а потом нашим генералам показали. По дружбе и по секрету.
   Испугались наши генералы, задрожали: куда нам супротив такого великолепия! Да они все наши ракеты одной своей звездой голливудской накроют! Куда нам до такой большой звезды! Да мы лучше этих янки будем любить и слушаться, раз они фильмы такие страшные снимают.
   А те генералы, что не испугались и оказались не готовы любить янки, вдруг с собой покончили или от инфаркта скончались. Абсолютно сами, никто, совсем никто им не помогал – причем все сразу, можно сказать, хором.
   Что ж, люди были военные, перестраивались медленно, демократию понимали с трудом…
   Империя развалилась, потому что в ней не оказалось внутреннего стержня, позвоночника. Стержнем Советской империи был, как стало ясно относительно недавно, товарищ Сталин. Царь, бог, господин и император в одном лице. Товарища Сталина не стало – кончилась империя. Не сразу, но кончилась.
   А вот у янки не кончилась, хотя президенты там менялись чаще, чем наши генсеки. Конечно, империя янки похожа на цирк-шапито – показали фокус, как верблюды нефтью плюются, собрали деньги с оплеванной нефтью публики, и ищи меня на карте. Балаган у янки получается вместо империи. Но пока не кончается. Почему же кончилась наша?
   Потому что у Советской империи не оказалось ни имперской идеи, ни имперской элиты. Все эти инструкторы международного отдела ЦК КПСС, которых направляли в Африку строить социализм в тени баобабов, ехали по имперским делам с совсем неимперской целью – на скудные суточные купить магнитофон, блузку жене и джинсы сыну. Не завоевать, не даже разбогатеть – а просто разжиться тряпками, а если надолго, то накопить на «Жигули».
   А вот у янки идея была и есть – нагреть весь мир в азартной игре на деньги. Причем янки будут играть краплеными картами и каждого из игроков держать на мушке кольта. Поэтому обязательно выиграют.
   Идея, правда, тоже не имперская, идея шулерская, но при этом все кричат, что янки построили свою новую империю, и это навсегда.
   Советская империя после смерти Сталина стала медленно, но верно делаться похожей на то, что строят сегодня янки. То есть на попытку овладеть миром с помощью нескольких абстракций. У СССР такими абстракциями были вечные идеи марсксизма-ленинизма. У янки, если отбросить в сторону их неубедительное бормотание о свободе, в виде абстракции выступает маниакальная идея кинуть весь мир с помощью своих зеленых бумажек.
   Абстракция янки оказалась жизнеспособнее. Кидали, кидают и будут кидать. А наш марксизм-ленинизм подобрали китайцы, сдобрили столыпинско-бухаринским оппортунизмом в виде призыва обогащаться и шьют себе тряпки для всего человечества. И китайцы сыты, и человечество одето.
   Советская империя не успела стать империей, не научилась вести себя как империя, развалилась раньше, чем сумела сама себя понять и найти свое место в мире. Потому что в империи главное – чиновники, бюрократы. Управляющие. Не только телевизором, а всем. Они главные имперцы, они мотивированы империю защищать, хранить и лелеять.
   Сталин старых наших имперцев, русских дворян с купцами, мещанами и духовным сословием, вырезал, а новых имперцев воспитать не успел. Хотя сам был императором, каких поискать. Думал как император, вел себя как император, а вот основу империи – имперских бюрократов – не развел.
   Знал ли Сталин, что оставляет дело рук своих на развал? Наверное, знал, умен был и прозорлив, но человек слаб и смертен и силы его конечны.
   Была ли Советская империя случайностью, капризом истории? Нет, в истории случайностей не бывает – в истории есть множество закономерностей, большая часть из которых недоступна человеческому уму.
   Поэтому объясняют все всё по-разному и каждый в свою пользу. Самые полезные объяснения исторических закономерностей попадают в учебники – впрочем, как правило, ненадолго.
   Попадет в учебники и мое объяснение, потому что полезное. Когда попадет – не так уж важно.
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация