А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Повесть о футболе" (страница 20)

   Однако вопрос психологической подготовки продолжает для меня оставаться белым пятном. Зная, что в Мексике мы столкнемся со многими трудностями на протяжении чемпионата, я очень беспокоился за организацию быта, заполнение досуга. Вопрос, заданный восемь лет назад на пресс-конференции в Арике, возник в памяти не случайно. Я помнил свой промах. Это случилось именно там, на берегу Тихого океана, в игре с хозяевами. Я поверил в силы Валерия Воронина, который на самом деле не был доведен до лучших спортивных кондиций. Бывает так, что игрок этого про себя не знает. Ошибочно верит в то, что он готов к выступлению? «Вполне», – заявил Воронин, а на поверку – провал. По моему настоянию тренерский совет поставил Воронина на игру. И первый гол нам влетел с его элементарной ошибки. Я допускал, что он был не в лучшей спортивной форме, но надеялся на скрытый запас энергии, на резервы духа.
   В истории спорта есть много тому примеров. Вспоминается один из наиболее ярких. В дореволюционном цирке показывали много силовых номеров. Атлеты разгибали подковы, жонглировали тяжестями, ломали медные пятаки, демонстрируя нечеловеческую мощь рук.
   Среди последних был один фальсификатор. Он подпиливал загодя пятачок. Давал в публику для осмотра «хорошую» монету, потом ловко заменял ее на заготовку и, притворно напрягаясь, торжественно показывал две половинки. Все шло хорошо. Но вот повздоривший с ним товарищ в кругу приятелей объявил об обмане и потребовал контрольной проверки «номера». Припертый к стене атлет, назовем его Альберт, сидел бледный, подавленный и с ужасом представлял себе потерю ангажемента, а вместе с ним и угрозу голодного прозябания семьи – жены, детей.
   Пятак (неподпиленный) лежал на столе. Холодные глаза контролеров не оставляли шанса к отступлению. Под злорадным взглядом разоблачителя Альберт взял пятак в руки, напрягся и, сам не понимая, что свершил, первый раз в жизни разломил неподпиленную монету пополам!
   «Номер» был спасен.
   В матче с чилийцами Воронин своего «пятака» не переломил: его семье голод не грозил…
   Запасы энергетических ресурсов в организме спортсмена неизмеримы. А вот каким способом разрабатывать эти пласты ценнейшего горючего, какие применять формы и средства регулирования психики спортсмена, чтобы в период соревнований высшего уровня он был действительно готов «вполне», к сожалению, мы еще не знаем, этим процессом мы управляем на ощупь. Иногда успешно, другой раз бесплодно. Наиболее ярко это проявилось в игре сборной команды в официальных матчах олимпийского и европейского турниров в 1968 году.
   Матч с командой Венгрии в Будапеште и в Москве. Как будто играли совершенно разные команды, а ведь игроки в основном те же. Результат же разный. В Будапеште команда по затраченной энергии не сломала бы и тульского пряника – проиграла 0:2. На своем поле сломала неподпиленный пятачок.
   В Остраве и Риме история повторилась. В игре с чехословацкими футболистами – падение, с итальянцами – взлет. Может возникнуть мнение, что забыли о психологической подготовке. Да ничего подобного. Перед каждым матчем делалось все, казалось бы, необходимое, чтобы не угасал огонь энтузиазма в груди бойцов. Но в одном случае слово подействовало, в другом воспринималось как суесловие. Нужны были, по-видимому, действенные меры. Какие? Конкретно ответить невозможно. Ясно лишь одно – нужны были меры, действенные в данной сложившейся обстановке, часто и разнообразно изменяющейся. Другой характер – другой подход тренера.
   Подступать только так или эдак в работе с таким сложным многострунным инструментом, как футбольная команда, значит, принимать арфу за бубен. Здесь надо играть, так сказать, и на квинте, и на басах, и пияниссимо, и фортиссимо. Надо обладать абсолютным педагогическим слухом и знать футбол, чтобы угадывать состояние психики и всего коллектива и отдельного исполнителя.
   Проиграв (0:1) первую половину финального матча на Кубок Европы сборной команде Югославии, наши ребята сидели во время перерыва в раздевалке парижского стадиона «Парк де Прэнс» словно в воду опущенные. Искушенные бойцы в международных баталиях Л. Яшин, И. Нетто, Ю. Войнов, А. Масленкин, С. Метревели, М. Месхи, В. Иванов, удрученные неожиданным началом, яростным натиском соперников, «ушли в себя». Какая-то обреченность читалась на их бледных лицах. Нет, здесь требовалось не действие, скажем, замена игроков, или перестановка в линиях, или смена тактической системы. Нужно было слово. И не мягкое, увещевающее, сладкое, ободряющее. Нужна была встряска, чтобы пробудить от летаргии окаменевшие сердца.
   Понадобился резкий окрик: «Чего вы испугались!!!» – задевший самолюбие ребят. Резкое слово в данный момент было самым действенным средством. После перерыва Слава Метревели сквитал счет. А в дополнительное время Виктор Понедельник забил самый ценный гол в истории советского футбола. Наша команда в отличие от первого второй тайм вела игру, как говорится, не на живот, а на смерть. Конечно, в пределах правил. Кубок Европы на четыре года поселился в музее трофеев советского футбола как самый знатный гость.
   Не счесть средств воздействия на психику игрока. Здесь зритель и пресса, судья и телекомментатор, жена и болельщик, радио и слабый противник, начальство и сильный противник. Столь же неисчислимы формы, методы и средства педагогики, которыми должен пользоваться тренер или начальник команды, прежде всего отвечающие за психологическую подготовку своих воспитанников.
   И вот здесь мне слышится «горячо», как кричат при приближении к затаившемуся играющие в прятки. Коль скоро воздействие социальной жизни на игрока чрезвычайно разнообразно, тем большее значение приобретает норма отношений тренера с игроками.
   Мировоззрение, характер, психику личности у нас формирует наше бытие, наше социалистическое общество. Очевидно, что забота тренера – перенести нормы морального кодекса советского гражданина как обязательную этическую норму отношений и в спортивную жизнь.
   Приведу такой пример. Шел матч. Тренер сидел у ворот своей команды. Он беспрестанно давал указания и вратарю и защитникам. В особенности он старался помочь вратарю. Я не беру слово помочь в кавычки потому, что он искренне верил, что помогает. «Влево», «вправо», «выходи», «назад» – сыпались его приказы, в общем-то, как мне показалось, неплохому, с хорошей реакцией, вратарю.
   Команда проиграла – 0:5.
   Возмущенный поражением, бросая уничтожающие взгляды на «виновников», тренер, шедший с поля рядом с ними, кивком головы показав на понуривших голову ребят, обратился ко мне:
   – Ну, что я могу сделать с ними?! Ведь, кажется, все разжевываю, в рот кладу, а проглотить не могут…
   Я не удержался от язвительной иронии и ответил:
   – Как это не могут: ведь «проглотили» же пять штук!
   Не надо быть знатоком футбола, чтобы понять антипедагогичность метода тренера, лишившего вратаря какой бы то ни было самостоятельности. К глубокому сожалению, еще есть такие тренеры, которые говорят: «Я завтра играю», «Я выиграл». Но зато от них уж не услышишь: «Я проиграл». При поражении они говорят: «Команда не выполнила мою установку».
   Здесь и намека нет на взаимоуважение. Такой тренер больше верит в силу макета с оловянными фигурками, которые он часами передвигает по миниатюрному футбольному полю, забыв, что игрок не марионетка, а личность, живой человек.
   Известен случай, когда тренер поставил двойку игроку, который забил противнику единственный в этой игре гол, принесший его команде победу. На вопрос, почему он так оценил отличившегося игрока, тренер ответил: «Он нарушил установку, появившись на позиции для завершающегося удара, не рекомендованной ему по плану».
   Парадоксально, но факт, свидетельствующий об отсутствии элементарного уважения педагога к творческой инициативе воспитанника, к самостоятельности мысли и действия. О какой же психологической подготовке может идти речь при таких отношениях?
   Есть и другая сторона дела, когда установившиеся контакты в коллективе рушатся под ударами извне. Две-три неудачи, и почва под тренером заколебалась. И вдруг после какого-то поражения тренер, еще вчера числившийся в разряде хороших, сегодня освобождается как несправляющийся. Пожалуй, ничто так не затрудняет подготовку коллектива, как тренерская чехарда.
   Понятно, что не только осечка с Ворониным привела нашу команду к поражению в матче с чилийцами со счетом 1:2. Были и другие просчеты. Но все же, все же… Воронин – я никогда не мог извлечь эту занозу из своей памяти.
   В иллюминаторе самолета темнота стала сереть. Угадывалось, что занимается рассвет. Когда светло и ты видишь, что вокруг тебя делается, чувствуешь себя увереннее. Перелет над сушей тоже переносишь спокойнее, чем над водой. С точки зрения логики, это самообман. Но я знаю, что так рассуждают все ребята. И я тоже. Однако до полного рассвета, как и до земли, еще далеко. И любезная стюардесса услужливо предлагает – вино, пиво, воду? У нее фужеров полный поднос – все продолжают спать. А я продолжаю думать о тренерской чехарде.
   …После Чили в 1964 году разыгрывался финал первенства Европы. Наша команда в финальном турнире. Старший тренер команды Константин Иванович Бесков. Он ввел много способной молодежи в состав сборной. В план подготовки к турниру входила поездка в Мексику для участия в традиционном турнире, в котором, кроме нас, выступали еще четыре команды – «Сан-Пауло» (Бразилия), «Партизан» (Югославия), «Некакса», «Америка», «Гвадалахара» (все Мексика).
   Мексика удивила футбольным процветанием. На каждом матче присутствовало не менее 75 000 человек: стадион больше не вмещал. Тот, кто не был в Мексике, тог не сможет себе представить популярность футбола в этой стране контрастов, где роскошь миллионеров, их особняков, дворцов, деловых небоскребов, граничит с убогой нищетой.
   На футбол же ни муниципальные власти, ни предприимчивые боссы денег не жалеют. Спортивные клубы Мехико, Гвадалахары, Леона могут конкурировать с самыми фешенебельными спортивными базами богатых профессиональных клубов Европы и Америки.
   Мы получили прекрасные условия для предсезонной подготовки. Правда, прямо с январских морозов прикатили в сорокаградусную мексиканскую жару. Однако я и по сие время убежден, что Бесков, выбрав для подготовки Мексику, ошибки не сделал. «Акклиматизация», «адаптация» – на высоту, на поясное время – больше пугали, чем влияли.
   Отель «Эмперадор», в котором мы разместились, посещали представители печати, радио, телевидения. Однажды репортер мексиканской прогрессивной газеты обратился ко мне с предложением организовать встречу, как он выразился, «с бывшими соратниками по футболу».
   – Кто же эти соратники? – спросил я.
   – Баски: Луис Регейро, Исидро Лангара, они живут здесь, в Мехико.
   Я живо согласился, обрадованный возможностью повидать людей, с которыми я был хорошо знаком в давно минувшие времена. Да что я говорю «я знаком»: их знает бесчисленное количество наших болельщиков-ветеранов. И не только ветеранов. Молодые любители футбола немало слышали о них.
   В спорте бывают события, оставляющие в памяти незабываемый след. Впечатления об этих событиях передаются из поколения в поколение. В футболе таким событием был приезд в Советский Союз команды басков в 1937 году.
   Сейчас никого не удивит приезд к нам команды любого международного ранга. Любители футбола смотрят на наших стадионах игры самых знатных мастеров и команд мирового футбола.
   Тогда было не так. В отдельные годы болельщики удовлетворялись одной-двумя встречами с зарубежными футболистами на уровне команд рабочего спортивного объединения.
   Много воды утекло с тех пор. Система «трех защитников» перестала быть передовой, уступив место более прогрессивной системе, родившейся в Бразилии.
   Однако матчи с басконскими футболистами от этого не потеряли своего значения.
   А вот и они, «соратники» которых я увидел в Мехико.
   – Андрес! – кричит Луис Регейро, выходя мне навстречу из группы людей, стоящих в вестибюле гостиницы. Мы обнимаемся по-мексикански, накрест, и, по принятому здесь обычаю, похлопываем друг друга через плечо по спине. Он полысел, чуть-чуть пополнел, но все тот же жизнерадостный, темноглазый Луис, такой же, как четверть века назад, доброжелательный к людям.
   Безошибочно узнаю Лангару. Седина тронула черную голову «тарана», но на загорелом лице время никаких следов не оставило, Исидро хоть в команду ставь. Здесь же Энрике Ларинага, Педро Регейро, Грегорио Бласко, Эмилио Алонсо.
   Дружеская беседа продолжалась за столом у меня в комнате. У наших друзей остались самые теплые воспоминания о гостеприимной Москве, величественном Ленинграде, солнечном Тбилиси, древнем Киеве.
   Они удивили нас своей памятью, когда дружно и стройно пропели на русском языке «Каховку», не пропустив в песне ни одного слова. По приезде я рассказал об этом Михаилу Аркадьевичу Светлову.
   – Старик, – пряча за юмором свою взволнованность, шутливо сказал Светлов, – почему же они вам не спели «Гренаду»?..
   – Нам говорили: «У-у-у!!! Куда вы едете…» – и Луис изображал на лице гримасу ужаса, показывая, как их пугали перед отъездом, – а мы до сих пор живем приятными воспоминаниями, – закончил он в ответ на вопрос Константина Бескова, как им понравилось у нас в стране.
   Второй родиной басков стала Мексика. Во франкистскую Испанию они не вернулись. Поскитавшись из клуба в клуб в странах Южной Америки, они закончили футбольные выступления в мексиканских командах.
   Дружно живут бывшие «однополчане» по футболу. Смеясь, они подсчитали на пальцах, что у шестерых присутствующих басков растет тридцать детей.
   У Луиса в семье «драма»: сын футболист (выступал за институт в тренировочной игре против нашей команды) не слушает советов отца… «Ты папа, играл, когда мяч был четырехугольный»…
   – А вот лекции профессора, которому семьдесят лет, он в институте слушает. Почему так? – посерьезнев, говорит Луис.
   А послушать бывшего капитана басков интересно и полезно. Он не утратил чувства понимания нового. Он признает, что класс игры в мировом футболе вырос. Положительно оценивает достоинства бразильской системы. И особое значение отводит организации атаки через фланги.
   Немало правильных суждений высказал Луис Регейро по поводу игры нашей сборной команды. После каждого выступления в мексиканском турнире он заходил в гостиницу и подробно анализировал просмотренный матч.
   Все баски сошлись на том, что наш футбол качественно заметно вырос, особенно в технике.
   Мы нанесли ответный визит баскам. Незадолго до отъезда они нас пригласили «пообедать по-мексикански».
   Луис как бы продолжает оставаться капитаном команды. Когда он говорит, его с уважением слушают бывшие партнеры. А говорит он хорошие, теплые слова о том, как сроднила их поездка в нашу страну, как футбол помогает крепить дружбу и взаимопонимание между людьми доброй воли.
   Говорит он искренне. Так же простосердечно и дружественно реагируют на его слова Лангара, Алонсо, Ларинага, Бласко.
   Перебивая друг друга, они вспоминают эпизод на ленинградском стадионе имени В. И. Ленина. Судил матч Н. X. Усов. Разыгрывали ворота. Судья зажал в руке за спиной свисток и предложил капитанам угадать. Игроки, к которым судья стоял спиной, видели, в какой руке у него свисток:
   – Луис, в правой! Луис, в правой!.. – кричим по-испански, судья не понимает. И под дружный смех говорят: «Луис „угадал“, и мы начали игру по ветру и по солнцу…
   Много хорошего осталось у них в памяти. Но больше всего тронуло их сердца доброжелательное отношение к гостям советского зрителя, интернациональная солидарность, царившая на стадионах в дни их выступлений независимо от результатов матчей.
   Страсть к футболу по-прежнему живет в сердцах басков. Они постоянные посетители стадиона, пользуются огромной популярностью в Мексике. Однако непосредственно в футболе они не работают. «Нелегок хлеб тренера в профессиональном футболе», – говорит Лангара. Он пробовал тренировать команды в Аргентине, в Мексике, но увидел, что аппетит хозяев на голы значительно сильнее, чем возможности тренеров.
   Знаменитый центральный нападающий содержит небольшое кафе. Луис Регейро с ироническим сожалением показываетна маленький портфельчик, который он носит под мышкой, и говорит: «Полон, но неоплаченными счетами, результативность низкая».
   Алонсо задарил нас цветными фотографиями с видами Мексики: он пайщик в полиграфическом предприятии. Бласко работает по части изготовления тарной упаковки. Ларинага – по мебельному делу. «Капиталисты», – иронизирует Педро Регейро. Но чувствуется, что за дружным смехом на эту реплику кроется неудовлетворенность, может быть, тоска о несбывшемся желании заниматься любимым делом…
   …«Турнир шести» мы выиграли. В решающем матче Бесков за несколько минут до конца смело ввел в игру двух молодых футболистов, вместо уставших ветеранов: Михаила Мустыгина и Казбека Туаева. Мексиканцы страстно болеют за свою команду. Выигрывая 1:0 они были уверены в победе и отмечали ее громогласным скандированием «Раз! Два! Три! – Мехико: Ра-ра-ра!!!»
   Но Михаил Мустыгин перевел их восторги на себя. Он забил редчайший по красоте гол. С космической скоростью, прямо-таки метеором, промчался он от центра поля с мячом в ногах, обведя пятерых противников, и сильным ударом послал его в сетку мимо выбежавшего вратаря.
   А через две минуты Туаев, тоже с прорыва, забил второй и решивший судьбу турнира гол. Тут уж мексиканцы, забыв про утраченные иллюзии, стали кричать: «Селекцион Русо. Ра-ра-ра!» Баски во главе со своим капитаном приехали нас проводить и поздравили с победой…
   Несмотря на предсезонные успехи сборной команды и ее выступление без поражений на протяжении долгой серии матчей, сезон обернулся горькими переживаниями. Было наделано много ошибок. Мне всегда казалось, что поражения наших футболистов являются следствием многих организационных просчетов со стороны футбольно-спортивного руководства и в меньшей степени плохих качеств игроков.
   Перед выступлениями в Финляндии команду перекраивали без конца, и на Олимпийские игры она поехала, имея в составе игроков, которые были включены в делегацию накануне отъезда. Стало быть, подготовка прошла впустую.
   В Швеции игроки вышли на матч с хозяевами поля, «обутые в бутсы со свинцовыми подошвами». Уставшие после изнурительного повторного матча с англичанами футболисты не были заменены имевшимся полноценным резервом.
   В Чили – недооценка качества игры основного противника – хозяев поля, и просчет в составе, о котором я говорил выше.
   К моменту финала Европы возникла необходимость играть повторный решающий матч с футболистами ГДР в Лейпциге, поскольку первый матч в Москве был проигран. Тогда родилось необдуманное решение использовать ряд игроков на два фронта. В результате это решение ничего доброго не принесло: сборная олимпийская не попала в финальную часть турнира Олимпийских игр в Риме, а первая сборная проиграла в Мадриде сборной команде Испании финальную игру на первенство Европы со счетом 1:2.
   А дальше последовала укоренившаяся ошибка. За поражение должен был рассчитываться руководящий состав команды. По отношению к Бескову, как и в подавляющем большинстве случаев, это было и несправедливо и пользы принести не могло. Константин Иванович тренировал команду всего один год и несколько месяцев. За это время команда сыграла тридцать матчей; не потерпев ни одного поражения. Единственное, было последнее – от Испании.
   В коллективе только-только стали складываться должные отношения. Поражение команды в финале было не результатом нерадивого отношения игроков к делу, а просто высокой квалификацией испанской команды. На том бы и порешить обсуждение итогов выступлений команды президиумом Федерации футбола СССР, порекомендовав тренеру исправить имевшиеся недостатки. Конечно же, они были: у какой команды нет недостатков. Но последовало сакраментальное – «есть мнение». И отставка состоялась. Решение было столь неожиданно и неоправданно, сколь и категорично. Бесков, как член президиума присутствовавший на заседании, услышав о нем, только несколько побледнел, ни слова не сказав в ответ. Так закончилась недолгая, но не бесславная карьера Константина Ивановича Бескова на посту старшего тренера первой сборной команды СССР…
   Немногим больше продолжалась в этой должности работа Николая Петровича Морозова. Однако и он успел сделать пусть не самый большой, но все же шаг вперед. Под его руководством сборная команда СССР заняла четвертое место на чемпионате мира в Англии. Выше в этом соревновании наш футбол не поднимался. Москвичи в основном составе команды занимали большинство мест. Это были Яшин, Воронин, Шестернев, Численко, Хусаинов, Пономарев.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 [20] 21 22 23 24 25 26 27 28 29

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация